Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Таиланд >> Джунгли, острова и храмы. Часть первая — по Таиланду с рюкзаком.


Самые низкие цены и специальные предложения на отели Таиланде!

Джунгли, острова и храмы. Часть первая — по Таиланду с рюкзаком.

Таиланд

backpacker — (Словарь: Общ. лексика англ.)
 — сущ. человек с рюкзаком.

Словарь Яндех.lingvo

Мне давно хотелось поехать в Юго-Восточную Азию — это один из самых привлекательных регионов нашей планеты. Там на относительно небольшом пространстве сосредоточено столько интересного! Белоснежные пляжи с тончайшим коралловым песком, мистические древние храмы, изумрудно-зеленые острова в прозрачном бирюзовом море, поросшие непроходимыми джунглями горы причудливых форм, добрые и отзывчивые люди — всего не перечислишь… И вот наконец я собрался-таки встретить Новый Год-2003 на этой удивительной земле! Планы мои включали в себя две страны — Таиланд (основные ворота в эти края) и Бирму (самую загадочную и закрытую страну Юго-Восточной Азии).
Времени на всё про всё у меня было только двадцать дней — это безнадёжно мало для таких интересных мест, так что я был обречен только на очень краткое знакомство с некоторыми основными достопримечательностями. Ещё в Москве я за 45 долларов сделал себе визу в Бирму (или Мьянму, как она теперь называется), а вот тайскую визу, по-моему, проще получить по прилету в Бангкоке. Добираться решил Туркменскими Авиалиниями — билет на двадцать дней пребывания с возвратом в «высокий» сезон стоил 680 долларов, но зато его можно было спокойно купить заранее и выбрать удобные даты. Летают туркмены только на новых Боингах 737—300 и 757—200. Аэрофлотовские рейсы потом вроде стоили дешевле, но только у туроператоров на конкретные «горящие» даты и фиксированный срок две недели. Да и не люблю я Аэрофлот с его тесными раздолбанными самолетами и постоянными задержками рейсов…
Таким образом к моменту вылета, кроме билетов туда-обратно и одной из двух виз, у меня на руках больше ничего не было — еще деньги, конечно, и путеводитель Lonely Planet South-East Asia on a shoestring. С маршрутом я так окончательно и не определился, поэтому все внутренние перелеты решил организовать на месте, по ситуации. Идея была такая — понырять на Юго-Западном побережье Таиланда, на островах Симилиан или Сурин, да слетать в Бирму, посмотреть грандиозный храмовый комплекс Баган и золотую ступу Шведагон в Янгоне. Ну и покрутиться вокруг этих двух основных центров притяжения, посмотреть остальные локальные аттракции.
Туркмены свои деньги отработали честно — правда, по пути туда здорово задержались из-за непогоды, но зато обратно долетели точно, как часы. В полете мне скрашивали существование две вещи — бортовой журнал Turkmenistan Airlines, весь наполненный цитатами из речей Величайшего Сердара туркменского народа Президента Туркменистана Великого Сапармурата Туркменбаши и потрясающие виды на заснеженные горы Восточного Афганистана, вотчину бин Ладена. Визу в большом, но бестолковом аэропорту Бангкока я получил за десять минут и вскоре снова дремал в самолете, взяв билет на ближайший рейс THAI Airways до острова Пхукет. В здоровенном А300—600 было мало пассажиров, поэтому я развалился сразу на нескольких самых удобных креслах и прихлёбывал чай со льдом, глядя в окно на огоньки прибрежных городков — красота!!! Вообще-то я собирался ехать в Кхао Лак — это 120 километров к северу от аэропорта Пхукет, но прилетел я очень поздно, поэтому вместо этого уехал на маршрутке на 40 километров к югу. Там был расположен ближайший город — Пхукет, где с гарантией можно было недорого переночевать в бэкпэкерской гостинице. Это я и сделал — всего за 4 доллара, а наутро задешёво уехал на местном рейсовом автобусе на север, за три часа добравшись до места назначения. Среди западных самостоятельных путешественников — бэкпэкеров принято считать, что раскручиваемый у нас как экзотический ВИП-курорт остров Пхукет нынче уже не тот, скурвился! Типа его вглухую застроили безликими отелями, которые потеряли связь с природой и сейчас на их замусоренных тесных пляжах отдыхает только самая инертная часть европейского среднего класса, да наивные еще «новые восточноевропейцы», включая наших соотечественников, готовых платить пятикратную среднетаиландскую цену за стандартный набор ширпотребовских развлечений. По мнению этих путешественников, подлинный оттяг пока еще можно найти как раз в местах типа Кхао Лака или Ко Ланта, хотя и там уже заметны признаки скорой победы Большого ТурБизнеса. Вообще, сейчас эти люди перемещаются по Азии в попытках найти Потерянный Рай (когда деревья были большими, море чистым, а люди — честными), утраченный последним поколением «детей цветов» в конце 70-х — начале 80-х. Выразителем их надежд, мнений и чаяний является как раз серия Shoestring Guides от Lonely Planet. Мне лично в гораздо большей степени по пути именно с этими ребятами, а не с организованными стадами безжалостно обдираемых гидами «путевочников» — и вот я в Кхао Лаке!
На пляжи я и не собирался, поэтому мне не суждено было познать здешнюю растаманскую атмосферу beach party, когда полная луна прожектором висит в чернильном зените и теплый морской бриз шевелит густые тени кокосовых пальм, выхватывая из клубящейся дымом полутьмы бара мерцающие огоньки косяков… Да и вряд ли это ещё осталось — слишком много новых дорогих отелей открылось тут со времени выхода моего издания путеводителя! Меня влекло в Кхао Лак другое — отсюда всего 60—80 километров по прямой до прекрасных островов Сурин и Симилиан, входящих в десятку лучших мест для дайвинга в мире! А ввиду полубэкпэкерской атмосферы этого местечка дайв-туры на эти острова стоят в полтора-два раза дешевле, чем с близлежащего Пхукета — тут и аппетиты барыг поменьше, и кораблики попроще, и вообще все ближе к природе… Я законтачил с патриархами местного дайвбизнеса — Sea Dragon Dive Center и, подписав кучу бумаг о принятии на себя ответственности за свою жизнь, забронировал себе место на уходящем завтра утром бюджетном кораблике — без кондиционера и кают, где все спят вповалку на верхней палубе под брезентовым тентом. Кораблик уходил на три дня и две ночи на острова Симилиан, где анонсировалось девять погружений и стоил 250 долларов за всё-всё-всё, включая питание, напитки и аренду всей снаряги.
Неплохо!
Обрадованный столь удачной сделкой, я решил шикануть и переночевать в бунгало за 9 долларов, которое оказалось очень чистым и было расположено в чудесной пальмовой роще. Перед сном я залез на огромный плоский валун из тёплого черного гранита, что торчал из земли подле моего домика и долго-долго лежал в полной темноте под шуршащими на ветру пальмами, глядя на растущую южную луну. Только тут я понял после трехсуточной суеты дорог, что я — в тропиках! В Юго-Восточной Азии!!! В голове вертелись строки песенки, которыми заканчивалась перечитанная накануне пелевинская «Жизнь насекомых»:

 — Завтра улечу
в солнечное лето…
 — Буду делать всё, что захочу!

Рано утром мы собрались — все восемь человек дайверов — и поехали в порт на нашу посудину, где и познакомились с командой, которая была представлена тремя тайцами и двумя дайвмастерами из Великобритании. Моим дайвмастером оказалась убойная сероглазая блондинка Лелани. Молодая, высокая, длинноногая, она была фанаткой пирсинга — серьги в носу, в ушах, на сосках, в пупке и еще кольца на пальцах рук и ног — и более уместно смотрелась бы в сериале «Спасатели Малибу» в компании с Памелой Андерсон! Но ныряла она великолепно, при этом лучше любого мужика управляясь с тяжеленной дайверской сбруей — раз! и она уже в воде, снисходительно усмехается и показывает жестом вниз под себя: «-O'key, guys… Go down!!!» До островов мы шли четыре часа. Всю дорогу нас прилично болтало, ходить по палубе можно было только держась за леера. Я лично уселся на борт с теневой стороны, свесил ноги почти до бурлящей бирюзовой воды — каждые полминуты мне их обдавало тёплой волной — и смотрел, смотрел без конца на белогривые небольшие волны, на тающие в тумане холмистые берега, на разлетающиеся веером стайки рыб-летучек. Их там, кстати, полно и летают они над самыми гребнями волн на расстояние до ста метров — ну точно наши ласточки-береговушки! Мне все было в кайф и я с наслаждением вдыхал солёный ветер — я так соскучился по тёплому Индийскому океану!
Время пролетело почти незаметно и вскоре мы уже нырнули к чудному коралловому рифу, переходящему в склон с огромными гранитными валунами, тоже поросшими разноцветными мягкими кораллами. Рыбы было полно, видимость неплохая — да, не зря Симилианы вошли в свою топ-десятку! До обеда мы нырнули еще раз, заценив здоровенную мурену и рыбу-наполеона, а потом желающие во главе со мной высадились на один из самых больших гористых островов! Официально он необитаем, как и весь архипелаг, но вообще-то на нем тусуется несколько рейнджеров национального парка и есть небольшая площадка с палатками, которые может арендовать любой желающий, если уж он смог сюда добраться. Я с детства, еще с книжек «про пиратов», бредил необитаемыми тропическими островами, поэтому тут же ломанулся в джунгли!
Минусом того, что эти острова являются национальным парком можно назвать упомянутый выше факт их неполной «необитаемости», но зато огромным плюсом служит то, что в джунглях, иначе просто непроходимых без мачете, прорублена пара узеньких тропок — по ним я и двинул, босиком и в одних плавках. Одна из тропок, самая крутая и сложная, вывела к вершине голой гранитной скалы, возвышающейся на 120 метров над прибрежными пляжами — оттуда открывался потрясающий вид на наш остров и половину архипелага Симилиан! Клонившееся к закату солнце освещало нежным, рассеянным сквозь дымку светом шапки гранитных островов, почти сплошь заросших густо-зелеными джунглями и покоившихся на ярко-синей глади стихшего к вечеру моря… Прибрежные пляжи с белоснежным коралловым песком придавали морской воде тот самый неземной сине-зеленый оттенок, который, как я раньше думал, существует только в типографиях издателей рекламных туристических плакатов… Передо мной лежал тропический рай — единственная подлинная Родина вида Homo Sapiens.
До вечера я успел обежать весь остров, посмотреть на прикольных земляных крабов и пестрых андаманских голубей, увидеть летучую лисицу, бурундука и маленькую обезьянку высоко в листве. А на закате я вернулся на ту самую высокую скалу, где и устроил маленький праздник своим глазам — иначе просто нельзя назвать весь этот калейдоскоп нежных оттенков желтого, оранжевого, красного, пурпурного, сиреневого и фиолетового, который последовательно отразился на легких перистых облаках. В сумерках джунгли проснулись — все вокруг сразу заверещало, заскрипело, зашевелилось и, когда я в полной темноте сползал по каменистой тропинке обратно к берегу и ждавшей меня там моторке, какие-то гады постоянно шмыгали в кусты у меня из-под ног. Вообще-то там полно змей, а я был босиком и без фонарика… Но всё обошлось.
После наступления полной темноты и восхода луны мы устроили еще и ночной дайв. Это, по-моему, самое прикольное — население рифов полностью меняется, всех дневных рыб можно в лучшем случае увидеть спящими в расщелинах под камнями, откуда они испуганно таращатся на пугающий луч фонаря. Зато на волю выползает масса всяких ракообразных, от крошечных полосатых креветок с усами в два раза длиннее тела до здоровенных крабов и лобстеров с клешнями, способными отхватить палец. Прикрыв свет фонаря рукой, можно заметить короткие вспышки света в потревоженной воде около ласт напарника — это светится планктон, но за этим сухим определением скрывается удивительной красоты искристая метель из серебряных снежинок с синеватым отливом, которые вспыхивают на миг яркими звездочками и затем исчезают без следа в чернильной тьме моря. Надеюсь, они не погибают в этой вспышке, столь ослепительно-яркой для такого крохотного полупрозрачного тельца… Спать я улегся прямо на палубе под звездами, презрев тент, но спалось плохо — слишком уж непривычны для городского человека короткие всплески волн прямо под тобою, качающаяся дощатая палуба, свежие порывы влажного ночного ветерка, крики ночной живности в диких джунглях на берегу, до которого рукой подать. А уж если откроешь глаза, проснувшись — оказываешься лицом к лицу с холодными звездами и полной луной со всеми её кратерами, да еще зарницы полыхают на горизонте, освещая полнеба мертвенно-бледными сполохами — где уж тут спать… Но утро все равно должно было быть бодрым, тем более что в этот день нам предстояло целых четыре дайва!
Весь день до обеда мы ныряли, отдыхали и ныряли снова — на шикарных рифах с их узорчатым многоцветьем кораллов, морский лилий, актиний и губок, со снующими тут и там стайками флуоресцентно-ярких рыбок самых причудливых форм; вдоль отвесных гранитных стен, уходящих на десятки метров в фиолетовую тьму глубины, где разинутые пасти мурен высовываются из пещер и морские окуни отдыхают в скальных нишах; среди огромных валунов размером с дачный домик, громоздящихся друг на друга и образующих таинственные полутемные гроты и коридоры, населенные мрачными крупными рыбами с недружелюбным взглядом… А перед закатом снова высадились на остров — на этот раз другой. Тут расположен главный кордон местных егерей и в бухте возле него полно дайверских корабликов, штук двадцать. На близлежащем красивом пляже загорало и купалось довольно много людей — разительное отличие от вчерашней безлюдной и дикой природы! Но зато на этом острове есть удивительное скальное образование — гранитный валун размером с двухэтажный дом, стоящий на вершине пятидесятиметровой скалы острым концом вниз и расширяющейся своей частью обращенный к небу. Со стороны это напоминает силуэт гранёного стакана, стоящего на куче картошки — и к подножию этого стакана можно залезть. Именно этим я и занялся, причем сначала выбрав крутую дорогу «в лоб» с провешенными вдоль скал узловатыми веревками, без которых наверх просто не забраться. Через полчаса, уже одолев четыре пятых пути до верха, я все-таки сполз обратно со сбитыми в кровь об острые камни босыми ногами и исцарапанными в узких скальных проходах коленками — и все лишь для того, чтобы с другой стороны скалы обнаружить деревянные мостки-лесенки с перилами, по которым пенсионеры и дети, весело и непринужденно болтая, шли смотреть на вечерний океан к подножию моего стакана!!! Делать нечего, пришлось и мне воспользоваться этой Дорогой Лохов…
Ночной дайв в конце этого дня однозначно вошел в Золотую Коллекцию — я думаю, что это был лучший дайв в моей жизни! Мы нырнули возле скалы Turtle Rock и, после недолгого променада вдоль рифа в поисках прикольных ночных крабов и моллюсков, на нашу осторожную Лелани что-то нашло и она решила махнуть в пещеры! Там скалы круто спускаются прямо в океан и на пятнадцатиметровой глубине полным-полно беспорядочно наваленных огромных булдыганов, между которыми тянется паутина узких — протиснуться можно только по одному — и извилистых ходов. Вот по ним-то мы и поплыли втроем! В одной из больших пещер мы нашли спящую черепаху размером с письменный стол — разбуженная ярким светом, она поплыла прочь, кося на нас печальным глазом и медленно взмахивая огромными ластами. В другой пещере мы выключили фонари, оставшись в кромешной тьме и, включив их через минуту, оказались лицом к лицу со стайкой здоровенных груперов — они пришли полюбопытствовать, что тут такое булькает и шевелится… Была еще масса всего интересного, но больше всего возбуждала готическая атмосфера вокруг — на небе светила полная луна и ее холодный серебристый свет, преломляясь на волнующейся поверхности моря, играл фантастическими бледными бликами на гладких черных валунах, башнями мистического замка уходящих вверх к мерцающему «небу»! Мы регулярно выключали фонари, просто чтобы насладиться этой картиной — она волновала кровь, придавая обычному вроде дайву атмосферу загадочности. Да еще эти искорки серебряного снега вокруг — вспышки планктона в турбулентных завихрениях… Короче, круто было!
Ночью разразилась конкретная тропическая гроза — еще вечером, сидя после дайва на палубе с кружкой горячего чайку, мы видели огромную тучу, поминутно освещаемую изнутри синими вспышками молний. Она-то нас и накрыла, поэтому спать пришлось под тентом. Но утро было солнечным и тихим, так что на рассвете мы снова нырнули! В этот раз мы сразу увидели акулу — первую в моей жизни — но она быстренько свалила, не дав нам толком насладиться видом ее гибкого грациозного тела. Да и маленькая она была — метра полтора всего, белопёрая рифовая. Акул на Симилианах мало. В тот раз в самом разгаре дайва у меня подошел к концу воздух — я чувак крупный и стандартного баллона мне хватает всего на 35—45 минут — а у моих напарников оставался еще приличный запас, так что возвращаться было бы в облом. Выручила Лелани, поделилась своим — она профессионал и ей нужно совсем мало воздуха. Я взял запасной регулятор, шлангом подсоединенный к ее баллону, она обняла меня за спину, а я галантно ухватил ее за лямочку возле выступающего грудного плавника — и мы двинулись дальше! Так и плавали еще двадцать минут в обнимку — многоруким четырехглазым чудовищем — пугая нервных рифовых рыб… Последний дайв мы совершили вдоль отвесной известняковой стены — в отличие от гранитных стен она была вся изъедена водой и обросла мягкими ветвистыми кораллами, напоминая густо покрытый плесенью швейцарский сыр, причем в каждой дырочке и выемочке гнездилась какая-нибудь морская тварь, а то и несколько! Течение медленно несло нас вдоль стены, поэтому перед глазами проплывали они все по очереди — как в зоопарке. Справедливости ради надо отметить, что и твари тоже пялились на нас во все глаза, но для описания их восприятия нашего заплыва, наверное, более уместно другое выражение: «…по улицам слона водили — как видно, напоказ…».
Обратно наша посудина доплыла быстро — солнце еще только клонилось к закату, а я уже голосовал на дороге возле порта, пытаясь застопить машину или бус до Ао Пханг-Нга. Я не поехал вместе со всеми обратно в Кхао Лак, чтобы не приходилось возвращаться потом назад. Со мной был только рюкзачок на одной лямке, закидываемый за правое плечо — в этой поездке я опробовал новую для себя тактику: большой десятикилограммовый рюкзак со всей трихомудью я оставлял на базе (в данном случае в офисе дайв-центра) и делал трех-четырехдневные вылазки на 100—200 км в сторону с махоньким рюкзачком, вмещавшим только фотоаппарат, томик Lonely Planet и походную аптечку. Очень удобно, если маршруты не проходят через всю страну наискосок, а крутятся в одном регионе. Правда, не совсем по-бэкпэкерски в буквальном смысле этого слова… Город Пханг-Нга, куда я, сменив два буса, добрался-таки поздним вечером, знаменит среди бэкпэкеров тем, что это самые дешевые и «правильные» ворота в удивительной красоты бухту Пханг-Нга, во многом являющуюся туристическо-плакатным лицом Таиланда. Там по зеленоватой глади моря рассыпаны тысячи известняковых островов, островков и скал самых необычных форм — в общем, у них совсем нет берегов, отвесные серые стены встают прямо из воды и вздымаются на многосотметровую высоту, оканчиваясь шапкой сочных изумрудных джунглей на самой вершине. Многие острова изъедены прибоем и эрозией и пронизаны тысячами пещер, увешанных причудливыми сталактитами. Короче, зрелище это очень необычное! И вот попасть в это чудо природы можно разными путями — 80% туристов приезжают туда за приличные деньги с Пхукета на комфортабельных круизных катерах и любуются видами, сидя в креслах на верхней палубе и кушая мороженое с папайей. Но это не для меня — слишком далеки эти несчастные от природы, как в своё время декабристы от народа! Предприимчивые локальные барыги организовали в городе Пханг-Нга пару агентств, где предлагают аутентичные бэкпэкерские туры — на деревянных рыбачьих баркасах с деревянными же лавками и замызганным дизельным мотором с трехметровым валом винта, установленным на шарнирах над кормой. Вот и я подписался на целый день испытания такой лодкой с последующей ночевкой в мусульманской рыбачьей деревне, стоящей на сваях на илистой отмели посреди залива — стоило все меньше 20$, включая хавчик.
Едва мы отплыли, как я понял всю бонусность своего выбора — наш путь от причала в какой-то мутной речке до самого залива пролегал через огромную мангровую рощу, всю испещренную узенькими каналами и протоками! Я давно уже хотел посмотреть на мангровые заросли и вот мечта сбылась — мангры оказались весьма прикольными деревьями, похожими на фикус. Самое интересное в них — это их многочисленные паукообразные корни, при помощи которых они крепятся в зыбкой болотистой почве, да копьевидные отростки на ветках, сбрасывая которые они и размножаются. Между корнями тусовались крабы. В мангровых зарослях тут и там возвышались известняковые горы и после получасового плутания по узким протокам мы подплыли к одной — в ней оказалась огромная пещера с многометровыми сталактитами и сталагмитами необычной формы. Потолок пещеры частично обвалился и внутрь проникал солнечный свет — в этом свете всё это выглядело как некий Колонный Зал Дома Союзов, как я его себе представляю (я там не был). По пути к заливу мы еще проплыли в довольно длинной сквозной арке, образовавшейся прямо в высоченной горе и мне этот полумрак и свет в конце туннеля живо напомнил проходные дворы в центре Питера. Вот только сталактиты свисают…
Сам же залив, когда его окинешь взглядом с его середины, представляет собой оч-ч-чень достойное зрелище захватывающего великолепия буйной тропической природы. И, что нечасто бывает, он живописен и в макро- и в микро-масштабе — когда подплываешь на лодке к острову, то он открывается навстречу зовущими темными дырами пещер и через некоторые из них можно пролезть внутрь горы к потаённому озеру! Как оказалось, некоторые острова полые внутри, фактически цилиндрической формы — и вот внутри этих стометровых известняковых стен плещется круглое озеро без берегов, соединённое подводным проливом с морем и населённое прикольные длинноносыми рыбками. А ты стоишь на краю пещеры в трех метрах над водою и дивишься на отвесные стенки этого природного стакана, заросшие паутиной горных лиан… А в пещере, по пути обратно к наружному берегу острова, можно приблизиться еще на один уровень — рассмотреть повнимательнее сталактиты! Вот уж где буйство форм — некоторые простенькие и похожи на морковку, другие громоздятся трезубцами Нептуна, третьи напоминают ниспадающие складчатые портьеры — круто, короче!
Вечером, перед вкусным и обильным ужином, мы собрались нашей интернациональной компанией — американцы, итальянцы, немцы, ирландцы и я — на втором этаже нашего домика посмотреть закат. Вот если я за эти годы своих странствий и перенял что-то хорошее у западных бэкпэкеров, то это, несомненно, страсть к закатам! Она не имеет аналогов в нашей туркультуре — когда любой порядочный Русский Турист либо ужинает в отеле, либо пьяный уже в драбадан, в это самое время тысячи западных чуваков лезут, пыхтя и отдуваясь, на ближайшую возвышенность — и всё чтобы посидеть полчаса-час (прямо на земле или камне, не за столиком в кафе!), отмахиваясь от москитов и посмотреть на самое древнее light show, которое наше светило устраивало и устраивает нам ежедневно уже мириады лет, задолго до всякого Жан-Мишель Жарра… Я тоже быстро въехал в эту тему и стараюсь теперь не пропускать закаты, всегда заранее (иногда еще с полудня) выбирая себе место подостойнее — вот и здесь закат был просто великолепен! Апельсиново-оранжевое солнце село в плотную дымку над самым горизонтом, зажатое между двух огромных скал, силуэтами напоминающих человеческие головы. Сгустились сиреневые сумерки и вдруг одна из этих гор, прекрасно видимая на фоне догорающего горизонта, задымилась! Через несколько секунд я врубился — там наверху, видно, есть пещера и сейчас из нее выдвигались на ночное дежурство крупные летучие мыши. Тысячи и тысячи их отделялись от черного силуэта горы и, покружив чуть-чуть темным облаком на фоне неба, стройными рядами улетали в сторону Большой Земли — там лучше…
Наутро мы быстренько доплыли до причала и, рассевшись по бортам в кузове агрессивного полноприводного пикапа, влетели в город. Возле офиса турфирмы я покинул всю эту компанию — мне надо было спешить в национальный парк Сананг Манора, один из последних девственных кусочков горного дождевого леса. Парк этот расположен в девяти километрах от центра городка и я честно отмахал их за полтора часа, обливаясь потом под палящим солнцем. Зато в лесу было прохладно и влажно, а у самого входа в парк за столиками возле шумящего среди корней потока пикниковали немногочисленные тайцы. Я прошел на несколько километров вверх по ручью и остался совершенно один, наедине с Лесом. Лес там скорее напоминает джунгли в нашем понимании — сплошной ковер огромных пышных крон наверху и почти непролазная путаница лиан и бамбукового подлеска внизу, между метровыми стволами исполинов. С деревьев капает, по всему лесу струятся чистые потоки, населенные разноцветными аквариумными рыбками — от жажды там не умрешь!Пройдя до истока одного из этих ручейков — он начинался в небольшой пещерке у подножия огромной известняковой горы, отвесно вздымающейся над джунглями и выходил прямо из-под скалы кристально-чистым бурлящим родником — я не устоял перед соблазном, встал на колени и вволю напился прохладной вкуснющей воды, насыщенной минеральными солями! Круто!!!
Неприметная тропка подныривала под упавшие деревья, карабкалась на небольшие скалистые кряжики, перепрыгивала через журчащие потоки по узеньким, в одно-два бревнышка, мостикам — за полтора часа я прошел ее до логического конца, до большой пещеры, населенной полчищами писклявых летучих мышей, так и не встретив ни одного человека, кроме пожилого (лет 50) и колоритного бэкпэкера-немца на обратном пути. Но самое клёвое было не это — за четыре часа, проведенные мною в парке, я часа полтора точно пролежал в чудесно-прохладной воде, наслаждаясь ласкающими кожу пузырьками под струями крохотных водопадиков и остужая разгоряченное тело в маленьких тенистых омутках глубиной по грудь! Какое это блаженство!!! Бесстрашные маленькие рыбки окружали меня и пощипывали за все выступающие части тела. Я помнил о вычитанной где-то теме за специальную тропическую рыбку, которая залезает в мочевой канал, растопыривает там колючки и откладывает икру, а потом умирает — помнил и был настороже, но ни одна из местных рыб не проявила интереса к моим половым органам, хоть я и купался нагишом…
На пути обратно мы с моим длинноволосым татуированным приятелем (сейчас он плотник, а раньше был топ-менеджером — но бросил) застопили новый пикап Ford, уселись в кузове и на англо-немецком завели беседу за глобализацию — уже через минуту мы с ним пришли к консенсусу: «Coca-Cola is shit, McDonalds, of course, is big shit, but TV — biggest shit in the World!». Вариант вполне предсказуемый — почти все западники, встреченные мною на тропах и дорогах Азии, сыты уже по горло Обществом Всеобщего Процветания (Потребления). Как и я, впрочем. Ну да ладно — за следующие два часа и два доллара я, сменив два пикапа и два автобуса, преодолел свои 120 километров до своей базы — дайв-центра в Кхао Лаке. Отсюда поздно вечером у меня уходил кораблик к архипелагу Сурин.
Вообще-то я туда в этот раз и не собирался, думая побольше времени посвятить Бирме, но мне пришлось болезненно столкнуться лицом к лицу с обратной стороной медали вольного бэкпэкерского путешествия — все билеты на все рейсы из Бангкока в Янгон были давно распроданы, страна оказалась весьма популярной у тайских туристов! Бирма обламывалась, я попробовал прокачать темы с более диковинными маршрутами перелетов через Чианг Май или Мандалай — тоже хреново… С горя я решил съездить на острова Сурин, забронировав себе на три дня и три ночи коечку на fun boat (165$) — то есть там не только дайвинг, но и другие activities. Дайвинга мне было уже достаточно, тем более что у меня разболелись от него уши — и я не стал за него платить, решив посвятить время купанию, плаванию на морском каяке, прогулкам по островам и нырянию с маской и трубкой.
 В принципе, меня нельзя назвать суперфанатом дайвинга. Есть люди, которые ныряют по пять раз в день в течение недели-двух и не устают — это фанаты. Мне нравится подводный мир, но не очень нравится установившаяся на сегодняшний день философия дайвбизнеса, в которой доминирует, как и везде, американский диснейлендовский подход «safe fun». Во-первых, слишком сильный акцент сделан на безопасности дайвинга — многократная перестраховка в ущерб и удовольствию и драйву, во-вторых, очень мало остается места твоим собственным желаниям — дайвмастер тащит тебя в составе группы (2—4 чел) в приличном темпе от одной аттракции к другой. Отставать от группы нельзя, останавливаться надолго, чтобы получше рассмотреть то, что тебе понравилось — нельзя, потерял других из виду — немедленно всплывай! Нет времени для спокойного созерцания; задача — двигаясь толпой, увидеть мельком как можно больше разных рыб, ракообразных и кораллов. Многие западные дайверы придают иллюзорный смысл этому малоприкольному занятию, проводя потом два часа за определителями видов морской фауны и старательно записывая в блокнотик всех увиденных тварей и гадов, классифицируя их по различным параметрам. В гробу я видел такой fun!!! Нет, есть на свете люди, конечно, которые делают под водой то, что им нравится и клали они на все правила и нормы, за исключением диктуемых собственным здравым смыслом и внутренним чувством самосохранения — но это стоит совершенно других денег, так как эти люди ныряют отдельно, своей тусовкой, со своей снарягой и со своих лодок. Они как бы вне индустрии массового дайвбизнеса, который, как и все массовое — не более чем замороженный синтетический полуфабрикат-FastFood из гигантского супермаркета удовольствий, junk fun… Разогрей 3 минуты в микроволновке и enjoy!
Ну да ладно — у меня хоть был не худший вариант дайвцентра! Кораблик в этот раз был намного больше, с кондиционированной общей каютой на 16 мест — 12 пассажиров и четыре инструктора. И сейчас он тоже содержал в своем нутре знойную дайвмастершу, на этот раз кареглазую австралийскую шатенку Кайли, очень симпатичную. Но Лелани ей никогда не переплюнуть!
До островов мы дошли ночью, поэтому рассвет встречали уже в тихой бухте. Чуваки пошли нырять, а я уселся на верхней палубе почитать книгу «Буддийская мудрость» — и что-то так меня пробило… Зачем я здесь? Чего я здесь пытаюсь найти? Бог мой, как гнило я живу! Как тухло мы все живем, нет — не живем, существуем!!! Ведь вроде я два года назад в Непале всё-всё понял, только вот словами сказать не мог, но зато это понимание ясным огоньком горело в сердце, согревая меня в любую секунду — а сейчас я всё растерял опять… Попробовал заглянуть себе в душу — и не выдержал, отвернулся, отвел внутренний взгляд! Сам себе, бля, противен стал, сам себя боюсь! И ведь вроде внешне живу как раз так, как тогда себе в Непале пообещал жить, чтобы сохранить это драгоценное понимание, чтобы не запылило его прахом житейских бурь — но вот сейчас я и осознал, что осталась у меня только эта внешняя защитная форма и держусь я за неё мертвой хваткой, как будто заученно повторяю омертвевшую мантру, которая уже потеряла свой сакральный смысл… Как будто еще тогда сложил я ладони лодочкой, чтобы удержать в них подаренный небом глоток нектара-амриты, да так и хожу сейчас с опустевшей пригоршней, делая вид, что главное тут — вовсе не божественный нектар «пути с сердцем», а эти сложенные в Священную Защитную Мудру ладони… А нектар-то тем временем вытек весь между пальцев постепенно, типа незаметно так. И ведь винить-то некого, кроме себя! Да и какого «себя» винить, если как раз себя-то «я» и потерял? Хотя, мне кажется, в этом и суть любого религиозного культа, в этом и объяснение, почему они все мёртвые — просто когда-то люди возвели золотые ларцы и дворцы, чтобы сохранить крупицы благого Откровения, окружили резными стенами эфемерное облачко Непознаваемой Пустоты, а теперь молятся своим изукрашенным клеткам, из которых уже давно упорхнули птички — ну не терпят они слепого почитания с широко закрытыми глазами и затверженных эгоистичных молитв!
Короче, колбасило меня по-полной — даже хавать не пошел! Чувакам всем сказал, что очень болят уши и очень-очень сильно переживаю, что не могу из-за этого нырять — они все поняли, сочувственно попричитали надо мной и оставили в покое. Только дайвмастеру Тони, своему корешу, я шепнул, что на самом деле «I'm thinking about human being» — этот поймёт! Тони — сорокалетний коренной лондонец — работал в инвестиционном банке и стяжал недетские бабки, вот только счастья они ему пока не принесли… Жизнь клонится к закату и вот сейчас он как раз ищет свое счастье — пытался давеча медитировать в келье, в буддийском монастыре, но сбежал на третий день — не его это. Сейчас решил попробовать себя в профессиональном дайвинге, стать инструктором и уехать куда-нибудь на край земли подальше от грёбаного промозглого Лондона, поэтому сейчас и стажируется в дайвцентре — пока нравится… Мы с ним вчера сразу закорешились и трепались до поздней ночи — люблю таких людей, удачи ему!!!
После полудня мне полегчало — мы высадились на шикарный белоснежный пляж, на который буквально наползали, спускаясь сверху, густые джунгли. Ослепительно сияющая бирюзовая гладь бухты резала глаза. Очередной рай с рекламного плаката… Вот только пальм на этих островах нет совсем! Я лежал выброшенной медузой в тенёчке на мокром прохладном песке, слушал лёгкий шелест волн, следил за передвижениями многочисленных крабов и раков-отшельников и думал, что жизнь, в сущности, не так уж плоха — особенно если она проста и неприхотлива, вне губительного лабиринта извращённых плотских желаний и капризов воспалённого сознания. На том и порешили… А вечером я воспользовался универсальным и очень мощным оружием против хандры — взял каяк и уплыл на нем по волнующемуся мёртвой зыбью безветренному морю за соседний мыс, где и встретил в одиночестве морской закат, и проводил его. Каяк был двухместный, длинный, так что можно было удобно улечься вдоль него, положив голову на борт и смотреть, покачиваясь на волнах, на то, как уходит в синие тучи солнце и как темнеют на глазах изумрудно-зеленые джунгли на вершине острова, превращаясь в лохматый черный силуэт на фоне вечереющего неба…
На следующий долгий день у нас было запланировано много не-дайверских мероприятий — спецостановки для плавания с маской и трубкой, пешие походы по островам, плавание на каяках… С маской я лично почти не плавал, но у нас на борту была пара чуваков, которые по ним особо упирались — чего они там только не видели! По несколько раз видели довольно больших рифовых акул, причем не издалека, а с пяти метров, огромных скатов (но не мант!), летящих надо дном как ковры-самолеты, стаи дельфинов, крупных черепах! Все пришли к выводу, что snorkelling here is much better than diving — наши дайверы таким разнообразием увиденной живности похвастаться не могли. Я сам в тот момент как раз находился в апогее внутреннего вопроса: «А зачем всё это?» (в смысле, видеть акул, дельфинов и т.д.), поэтому участия в этих заплывах и последующих дискуссиях не принимал — так, слушал спиной… Но вот на прогулку по острову я отправился с удовольствием! Остров этот довольно обжитый, возле кордона егерей стоит чуть ли не сотня палаток, которые можно арендовать, добравшись сюда с Большой Земли на ежедневном катерке, поэтому никакого особого ощущения «края мира» там не было. Но все равно круто — джунгли никогда не выглядят не-дикими, в парк их никак не превратить, а здесь никто и не пытался это сделать! — тропу лёгкой назвать было нельзя, особенно когда идешь босиком. Раз уж мы попёрлись всей толпой, то на ходу я болтал с Гюнтером — командиром нашей лодки, он был кем-то вроде пахана над всеми. Прикольный он парень — свалил из ФРГ лет пятнадцать назад, женился тут на тайке, язык выучил и… счастлив! Душевный какой-то очень — на вид вроде обычный немец, рыжеватый и высокий, а как улыбнется… Очень открытая и добрая у него улыбка — невозможно не улыбнуться в ответ!!! Каяк — моя особая любовь! Сразу после ланча я оккупировал один из них и покинул шумную компанию — я нуждался в одиночестве как в лекарстве для израненной самобичеванием души. Мы стояли в бухте, берег которой представлял собой самый красивый пляж, который я до этого видел — но высаживаться туда нельзя, это территория национального парка, одно из основных мест гнездования морской черепахи. Да-а-а, умеют черепахи выбирать место, куда бросить свои яйца — я бы с удовольствием последовал их примеру! Но нет худа без добра — такая ситуация вынудила меня обследовать другие участки побережья и в итоге я нашел чудесный секретный пляжик — маленький, всего метров десять, он спрятался полоской белоснежного песка между двух черных лавовых мысочков, на которых вскипали белой пеной буруны и гуляли жирные, с ладонь, крабы. Очень здорово там было, особенно радовало ощущение его приватности — как будто бы ты Робинзон Крузо и это типа твой персональный необитаемый остров!
А с другой стороны мыса была другая лагуна — с каменистыми берегами, поросшими спускавшимися к самой воде деревьями и песчаным дном, освещенным яркими лучами солнца. Выглядело это всё, как заводинка на южнорусской речке с растущими у самой воды плакучими ивами — но ведь это был берег океана!!! Я даже и не знал раньше, что на океанических островах есть такие места, с нависающими над водой деревьями… Запарковал каяк и долго сидел на камне под деревцем, смотрел сквозь нереально прозрачную воду — видно всё было, как в аквариуме (это основное отличие от наших речек!). Крупные рыбины деловито патрулировали лагуну по периметру, на камнях тусовались неизбежные крабы, серебристые молодые барракуды проносились наискосок и улетали дальше — морская жизнь разворачивалась перед моими глазами, как в телевизоре. Только это намного лучше телевизора, как свежий морской бриз лучше сжатого воздуха из баллона — и можно еще иногда плюхаться в тёплую ласковую воду…
Потом я еще долго болтался по волнам, лёжа на каяке и наблюдал за джунглями на берегу. Они очень не похожи на наш лес. Во-первых, цвет — в отличие от нашего леса, джунгли ярко-зелёные, цвета густой молодой листвы. Во-вторых, они очень плотные — когда смотришь на поросший джунглями остров со стороны, то он напоминает клубящееся кучевое облако, что бывают в летний день перед грозой… или кочан цветной капусты… Но силуэт их неоднороден и это тоже большое отличие от наших лесистых островов — тут и там над ним взметаются раскидистые кроны на тонком и длинном стволе, напоминая веточки декоративной петрушки, воткнутые в тот самый кочан цветной капусты. Ну и самое главное — джунгли поют! и чем ближе к вечеру, тем громче!! Солистами выступают цикады — одни исполняют арию бензопилы, другие имитируют стрекотание мопеда, третьи ответственны за тонкий визг, напоминающий гудение высоковольтной аппаратуры. Цикадам подкрикивают птицы. Их задача — резкие атональные вопли и серии громких щелчков. Слышно этот концерт на приличном расстоянии — до километра, а уж вблизи он просто оглушает!
На корабль я вернулся только спустя час после заката, когда погасли последние сполохи багрового огня на далёких облаках над горизонтом. На свет наших бортовых огней собралась большая стая каких-то довольно крупных — около килограмма — рыб и с нечеловеческой скоростью металась в освещенном пятне, синхронно меняя направление на полном ходу. Казалось, что ими управляет некий общий разум при помощи радиосигналов — никакое индивидуальное сознание не способно так быстро воспринять команду внешнего лидера и отреагировать нее всеми мышцами своего тела ровно в той же степени, что и сосед! Впечатление потрясающее!
Утро мы встретили на знаменитой скале Ришелье — Мекке дайверов всего мира. Фишка в том, что возле этой заросшей ракушками скалы, в одиночестве торчащей посреди открытого моря и видной только в часы отлива, любят собираться самые большие рыбы в мире — китовые акулы! Есть здесь и пятиметровые скаты-манты, но они кажутся карликами по сравнению с китовой акулой — эта вырастает почти до 20 метров в длину! В хороший сезон их можно увидеть с вероятностью 50%… Тут уж я не устоял и полез в воду с маской и трубкой — из-за ушей нырять не рискнул. Болтало прилично и трубку все время заливало водой. Я покружил около скалы, но увидел только обычных груперов, барракуд и макрелей, а крупных тварей не было совсем. Не повезло… Наши дайверы тоже вернулись оба раза почти ни с чем — ничего крупного они не видели, кроме метрового кальмара и двух каракатиц; правда, это довольно редкие гости подле группы дайверов, слишком они осторожны. Мы были в нехороший сезон. Зато с палубы было отлично видно, как кипит вода в десяти метрах от нашего борта — там собралась огромная, многотысячная стая неоновых фузильеров, удивительно красивых рыб флуоресцентно-голубой окраски с глубоким фиолетовым отливом и их гоняли какие-то хищники, заставляя весь косяк всплёскивать у самой поверхности, опять-таки синхронно…
Солнце еще не село в громоздившиеся над горизонтом тучи, но уже перестало жарить во всю мощь, когда я стоял и голосовал на развилке, до которой меня подбросили мои дайв-друзья. Я снова не стал сразу возвращаться в дайв-центр, а вместо этого решил съездить на денек в национальный парк Кхао Сок — вот и тусовался сейчас на второстепенной дороге, уходящей от побережья вглубь страны. Вскоре я застопил шикарный пикап Мицубиси с двумя обкуренными тайцами и ураганом, за 30 минут, пролетел 50 километров по горной дороге до места назначения, соскочив на безымянной развилке. Оттуда мне было еще два километра и я зашагал по дорожке… Уже в виду первых зданий я понял, что мне явно сюда! А зайдя в сам посёлочек, выросший возле входа в национальный парк, я просто возрадовался — впервые пока в Таиланде я попал в настоящую бэкпэкерскую атмосферу!!! Вокруг теснились уютные отельчики с банановыми садиками, аккуратные бамбуковые хижины баров с полками, набитыми дешёвым пивом, салоны татуировок, где байкерские орлы соседствовали с Че Геварой, интернет-кафе, крохотные треккинговые турагентства, предлагающие бюджетные сафари к месту цветения раффлезии (самого большого цветка в мире), маленькие магазинчики с гордыми названиями типа «Backpacker's Super Market» — круто, короче! И над всем этим царил огромный известняковый утес, раскрашенный в бело-черно-рыжий цвет потеками железистых грунтовых вод. Я вписался за 4 бакса в treehous, домик на трехметровых пальмовых столбах, стоящий прямо среди деревьев на берегу речки — плетёные из бамбука стены и пол, душ-туалет за низкой бамбуковой ширмой, шиферная крыша, гекконы на потолке, скрипучая бамбуковая кровать с противокомарной сеткой и трогательные занавесочки на незакрывающихся окнах. Мне было всё равно — завтра рано утром я собирался в джунгли, а выпив пива я сплю как убитый. Так я и сделал — выпил пива и лег спать. У меня был план. Завтра — 25 декабря и это самый лучший день для походов по джунглям! Мне хотелось пошастать по ним в одиночестве, а встретить там кого-нибудь из западных бэкпэкеров утром 25 декабря… Это равносильно тому, что сразу после рассвета первого января наткнуться в морозном подмосковном лесу на группу румяных лыжников, вышедших на прогулку — 24 декабря у западников Рождество, центровой праздник, когда все бухают, кумарят и спать ложатся к утру! Поэтому я проснулся в шесть утра и вскоре уже вписывал на воротах парка первое в истории тамошнего журнала посещений русское имя! Странно, почему наши туда не ездят? Чехи, поляки, венгры, не говоря уж о полном спектре стран Первого Мира… В моем распоряжении было полдня — по карте я амбициозно выбрал самый далекий водопад в 9 километрах от входа, хотя львиная доля туристов ходит всего за три-четыре километра. Но это водопады для лохов!
Первые три километра вьющаяся вдоль речки тропа была даже не тропа, а дорога для джипов со свежими следами колёс — я даже стал сомневаться, туда ли я попал и не найду ли я в конце пути ларёк с Кока-колой и открытками… Но вот после очередной речушки, но на этот раз без моста, началась нормальная лесная тропа — двум людям не разминуться, постоянные ямки и торчащие корни, свисающие над головой колючие лианы, шмыгающие из-под ног ящерицы и прочие мелкие гады — всё как надо! Периодически я сворачивал с тропы к местным достопримечательностям, которые в основном представляли собой живописные участки речки — пороги с огромными валунами, маленькие хрустальные водопадики, заводинки с зеленоватой спокойной водой. Орали цикады и птицы. Солнце уже, должно быть, встало — вроде посветлело, но джунгли все были затянуты утренней дымкой. Влажность большая, вот каждую ночь и спускается густой туман, рассеивающийся только к полудню. Это дождевой лес, населенный влаголюбивыми видами — вечнозелёный, он цветет и благоухает всегда. Самое интересное, что именно этот участок леса — всё то немногое, что осталось от огромной древней экосистемы, покрывавшей некогда весь регион. Возраст этого леса 160 миллионов лет — очень неплохо, особенно если учесть, что динозавры вымерли всего 65 миллионов лет назад… Конечно, он эволюционировал за это огромное время — фишка в том, что это была естественная эволюция, его никогда не затапливало поднявшимся морем и не стирало с лица земли ледником. Рос себе и рос… И сейчас растёт и, даст Бог, будет расти и дальше, ведь он просто прекрасен!!!
Где-то часа через полтора ходьбы я обратил внимание на настойчивый неприятный зуд в ноге под ремешком сандаля — дай, думаю, гляну, может колючка попала… Откинул ремешок, а там штук пять пиявок присосались и уже увеличились втрое против своего обычного размера!!! На другой ноге тоже самое! И ведь знал же вроде я об этих тварях — сухопутных шагающих пиявках, видел их в Непале, Индии — знал, но лоханулся вот… Поотдирал я их, но ноги потом часов пять кровоточили, аж хлюпало всё в сандалях. Дальше шел в следующем режиме — полчаса ходьбы, остановка, снимаю пяток не успевших присосаться пиявок, иду дальше. И когда они только успевают запрыгивать, прямо на ходу?
Часа через три с половиной после старта я, порядком уже задолбавшись, подошел к предпоследней аттракции на пути к моему водопаду — отсюда до него по карте всего километр. Аттракцией этой оказалось крутое ущелье — речка проточила узкий и глубокий желоб в граните и, видимо, добралась до пещеры. Сейчас она разлилась темно-зеленым озерцом по дну этой пещеры, своды которой почти смыкаются над головой, лишь в самом верху разделённые двухметровой извилистой щелью. Озерцо это весьма глубокое и довольно жуткое — прохладный полумрак, с потолка с гулким звоном капают крупные капли, на другом конце пещеры струится по замшелым черным камням водопадик, а в непрозрачной зеленой воде громко всплескивают какие-то весьма крупные рыбины и, что самое страшное, трогают и покусывают мои голые ноги под водой!!! Я весь перетрясся, пока доплыл до другого конца пещеры к водопаду…
Освежившись и отдохнув, я решился все-таки прохватить последний километр — отступаться было бы западло! И пошел, перво-наперво вскарабкавшись по крутой каменистой тропе на верх утёса, где и начиналась дорога к дальнему водопаду. О, что это была за тропа! — сразу было видно, что большая часть чуваков благоразумно заканчивают свой путь возле ущелья, а сюда суются только придурки типа меня. Большую часть пути приходилось пробираться согнувшись в три погибели, так как густые бамбуковые заросли смыкались в метре-полутора над землей, укрепленные сплетением колючих лиан. Но даже этот проход был весь затянут плотными паутинными сетками, в центре которых тусовались огромные рогатые пауки весьма зловещего вида! Я как раз недавно посмотрел в самолёте фильм «Спидерман» о мытарствах чувака, укушенного таким пауком, поэтому относился к ним с большим пиететом… Но самое страшное было не это — мне пришлось пройти три глубоких оврага с почти отвесными глинистыми стенками, скользкими от ночного дождя! Вот это была тема!!! Для того, чтобы спуститься по ним и подняться обратно, приходилось прибегать к различным ухищрениям — выкапывать, ломая ногти, ямки в глинистой почве, в которые можно упереть ногу; хвататься, ввиду отсутствия иных точек опоры, за стебли колючих лиан, раздиравших ладони до крови; сползать по склизкому склону на пяти точках… В итоге я этот «километр» шёл сорок минут, несмотря на то, что держал весьма приличный темп! У меня родилось ощущение, что километр — это расстояние между точками, замеренное по GPS, а на самом деле из-за неровностей рельефа там километра два минимум!
Но водопад стоил этих усилий! Это был единственный приличный водопад, который я вообще видел в Таиланде — несмотря на сухой сезон, поток был достойный, хоть и не очень высокий, с белоснежной пеной и глухим рёвом! Когда я — грязный, потный и окровавленный — вылез-таки к нему, проломившись через последнюю линию обороны джунглей, мне он показался просто раем!!! Прохладная чистая вода, освещенная до самого дна лучами солнца, воздух, напоённый запахом диких орхидей и шумом летящего с утёса потока, спускающиеся к самой воде густые джунгли — как это клёво! Я долго плавал в большой лагуне под водопадом, а потом забрался на подводный камень сбоку от основного потока и сидел по пояс в воде, наблюдая за кипящими белоснежными водоворотами. Мне очень нравится смотреть на бурлящую воду, будь то водопад, речной порог, морской прибой или кильватерная струя корабля… Завораживает.
Обратно я, наловчившись, добежал всего за полчаса, обнаружив возле ущелья пяток подоспевших уже западных бэкпэкеров. Я живописал им красоты дальнего водопада, добавив, правда, не без гордости: «very hard walk… but I've managed it!!!» Понежившись еще в прохладных (+26С) струях водопадика в дальнем конце ущелья и слазив в замшелую пещерку над ним — там тоже жили летучие мыши и дно было покрыто толстым слоем неведомо откуда взявшегося бамбука — я заторопился домой, на базу.По дороге назад я встречал группы организованных западных туристов — в высоких ботинках, плотных штанах и куртках, они шли «на сафари» гуськом по десять человек, ведомые крохотными тайскими гидами в камуфляже и с недоумением взирали на одинокого меня в перепачканных плавках и сандалях, бритого наголо, покрытого потом, прилипшими листьями и засохшими потёками крови… Но потом я еще разок искупался, переоделся и перестал притягивать удивлённые взгляды. На дороге для джипов вообще было много народа, но самым колоритным несомненно был огромный, баскетбольного вида американский ниггер — лысый, иссиня-черный, он был с ног до головы упакован в белоснежный Nike! Надо же, вот жил себе, жил где-нибудь в Джорджии или Оклахоме, а потом услышал зов крови и засобирался домой — обратно на пальму…
Мне очень понравилось в джунглях. Я решил, что обязательно потом вернусь сюда еще раз — к примеру, круто было бы переночевать одному в джунглях у водопада, но только так, чтобы не достали эти чёртовы пиявки и летучие мыши-вампиры. Там есть еще и озеро, огромное и очень живописное, а на его берегах можно видеть тучи всякого зверья вплоть до слонов и тигров, не говоря уже о мелочи типа обезьян и крокодилов. Но самое лучшее, вообще-то — просто в одиночестве лежать под тенистым кустом в освежающих хрустальных струях какого-нибудь ласково журчащего мини-водопадика и смотреть на жизнь древних джунглей вокруг, а пузырьки будут щекотать спину как в джакузи…
 В Кхао Лак я очень удачно уехал на местном автобусе — водитель гнал по извилистой дороге так, что второй член экипажа, кондуктор, орал на него благим матом, пытаясь удержать летавшие по задней площадке мешки, коробки, корзины и чемоданы локальных пейзан! На ночь я остановился в том же самом бунгало под пальмами за 9$, а вечер посвятил оплакиванию бирманских планов… С билетами была полная жопа, я перерыл весь Инет, но у меня оставалась только слабенькая надежда на новый рейс Phuket Air, который вроде как три дня назад начал летать из Бангкока в Мандалай на севере Мьянмы. В Амадеусе он вроде светился даже в кодшеринге с THAI Airways, но еще десять дней назад в этой конторе меня послали, сказав, что ни они, ни их партнеры не собираются летать ни в какой Мандалай! Я было совсем упал духом, решив ехать в запасную страну — Камбоджу и даже почти оплатил билеты туда-обратно на сайте Bangkok Airways, уже введя данные кредитки и только в последний момент кликнув на кнопке «Отмена»! В итоге решил завтра с утра улететь в Бангкок и там уже определиться окончательно.

Страницы: 1 2 Следующая

| 17.01.2003 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий