Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Россия >> Байкал >> Пересекая Россию (путешествие из Москвы на Сахалин по Байкало-Амурской магистрали)


Забронируй отель на Байкале по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Пересекая Россию (путешествие из Москвы на Сахалин по Байкало-Амурской магистрали)

РоссияБайкал

Пересекая Россию
(путешествие из Москвы на Сахалин по Байкало-Амурской магистрали)

…Проложим за Байкалом мы невиданный маршрут,
До отправленья поезда осталось пять минут…
(А.Пахмутова/Н.Добронравов-«До отправленья поезда»)

1. Предисловие

После того, как весной 2002 года я успешно побывал в Восточной Сибири (Улан-Удэ, Чита, Тында), взгляды мои на карте России все чаще были обращены на Дальний Восток. Но манил не столько Транссиб, не Владивосток или Хабаровск. Манили восточный БАМ, «город юности» Комсомольск-на-Амуре, и загадочный Сахалин. В 2003 году удалось добраться до Комсомольска. И вот на майские праздники 2004 года я решился достичь и Сахалина.
Честно говоря, в одиночку, наверное, не решился пробираться на этот остров — уж слишком далеко предстояло попасть. К тому же не было определенности с водной переправой на остров (я только знал, что надо ориентироваться на паром Ванино — Холмск). Поэтому одной из главных задач было найти компаньона (-ов). Поиск начался еще зимой 2003 года, и за год сформировалась даже небольшая группа. Но, в конце концов, поехать на Сахалин по моей схеме согласился только один человек — Алексей Стрекалов. До этого мы с ним несколько раз вместе путешествовали по Подмосковью и смогли неплохо друг друга узнать. Надо сказать, что это был идеальный компаньон. Именно про таких людей часто говорят, что он заменит целую команду. За всю дорогу не возникло ни малейшего трения между нами. Через рассказ хочу выразить ему огромное человеческое спасибо за компанию и поддержку в дороге!
Приблизительно за два месяца до путешествия сформировался примерный график и даты поездки, а за месяц — мы приобрели авиабилеты от Москвы до Братска на вечер 28 мая и от Южно-Сахалинска до Москвы на 10 мая.

2. Из Москвы на БАМ

Итак, улажены дела с начальством насчет рабочих дней между майскими праздниками, собраны рюкзаки и теплая одежда. Вечером 28 апреля 2004 года прямо с работы отправляемся в аэропорт Домодедово (на простой электричке с Павелецкого вокзала). Но, прибыв туда в 18 часов (вылет на Братск по расписанию в 20.10) выясняем, что зря так торопились — наш рейс задерживается аж на 3 часа. Самое обидное, что это был единственный задерживаемый рейс из трех десятков, обозначенных на мониторе вылета. Ну, ничего не поделаешь — придется ждать. Хорошо хоть еще светло и можно смотреть через стекло на самолеты.
 В 22 часа начали регистрацию. Вообще Домодедово — очень приятный аэропорт. Прошли регистрацию, Алексею пришлось сдать рюкзак в багаж, я же свой оставил как ручную кладь. В ТУ-154м пустили только около 0 часов, а в 0.20 мы вылетели. Я сел у иллюминатора (заняты были только порядка 60% мест — все сели кто как хотел) и смотрел взлет: темнота, посреди которой в виде жемчужных россыпей огни аэродрома и прилегающих населенных пунктов. Через некоторое время дали лимонад, потом покормили. В пути видел, как розовело солнце впереди нас — приходил новый день. В 5 часов утра по московскому времени приземляемся в Братске, пронзая стальным телом самолета белые барашки облаков над Ангарой. Но это в Москве 5 утра, а тут уже 10 часов — день в разгаре. Минут 10 сидим в аэропорте, ожидая багаж — рюкзак Алексея. Братский аэропорт сильно контрастирует с Домодедовом: сбоку от поля какие-то разломанные здания, ржавые конструкции.
Как и год назад, ввиду опоздания самолета, никакого автобуса в город нет, немногочисленные встречающие разъезжаются на машинах, ну а мы шагаем по почти пустынной автодороге вдоль соснового леса в сторону железнодорожной станции Падунские Пороги (снега почти нет, температура около нуля). Еще раз на факте убеждаюсь, что самолет — машина времени: за 5 часов на поезде можно доехать от Москвы до Нижнего Новгорода, максимум — до Петербурга, а тут мы уже шагаем по Восточной Сибири, за пять с лишним тысяч километров от дома! Правда, на этой удивительной возможности «машины времени» положительные свойства самолета и заканчиваются — во всем остальном поезд лучше: и безопаснее, и дешевле, и комфортнее, и в окно смотреть интереснее!
Минут 50 ходьбы неплохим шагом — и мы на станции Падунские Пороги Восточно-сибирской железной дороги: одноэтажная серая коробка вокзала, десяток путей, множество полувагонов с лесом. Ближайший поезд на Северобайкальск будет через три часа, а до него на восток еще пройдут скорый поезд № 88 Иркутск — Усть-Илимск и электричка до Коршунихи.
Восточно-сибирская железная дорога — одна из 17 железных дорог России. Управление дороги находится в Иркутске. Основные участки: Юрты — Петровский Завод на Транссибе (кстати, именно на этом участке находится середина пути от Москвы до Владивостока) и Тайшет — Хани на линии Байкало-Амурской магистрали. Более 80% линий ВСЖД электрифицированы (переменным током).
Объявляют прибытие поезда на Усть-Илимск. Предлагаю Алексею поговорить с машинистами и попроситься в кабину до Коршунихи, Алексей одобряет (он тоже уважает железную дорогу, не даром же полгода до армии успел поработать помощником машиниста в депо Москва-сортировочная). Длинный состав медленно вползает на станцию и останавливается. Из электровоза вылезает человек, спрашиваемся проехать с ним в кабине, он отказывает под предлогом, что с ними едет инструктор (в кабине на самом деле видны две женщины, еще кто-то покуривает из окна задней кабины). «Ну, тогда можно хоть ваш локомотив сфотографировать?» — «Да, хоть весь обснимайте!» — «Спасибо!». Фотографируем состав и вскоре поезд «Усть-Илим» также неторопливо, как и прибыл, скрывается. Возвращаемся в вокзал, большинство пассажиров уехали. Внутри вокзала много железных сидений «с ручками», в кадках и горшках растут растения, есть буфет. Покупаем два плацкартных билета на поезд с номером 938 (еще недавно поезд имел нормальный пассажирский номер 198) Красноярск — Северобайкальск приписки Красноярской дороги.
Подходит наш поезд. В составе 12 пассажирских и 5 багажных вагонов. Наш вагон довольно свободен (занято менее половины мест), располагаемся на свободных боковушках. Постояв минут 20, поезд отправляется. Неторопливо проезжаем высотные дома района Энергетик города Братска, после чего выскакиваем на плотину Братской ГЭС. Ангара тут очень различается в разных окнах вагона: с юга уровень воды очень высок, и вширь разлилась в огромное искусственное Братское море (оно еще почти все сковано льдом), а на севере она по краям зажата высокими берегами и ее поверхность где-то далеко внизу. Рядом с рекой с северной стороны огромные подстанции с десятками расходящихся во все направления проводами. Тут как раз освобождается нормальная ячейка рядом, куда мы и пересаживаемся.
Остановка в еще одном крупном районе Братска — Гидростроителе. Город сильно раскидан вдоль железной дороги, но его основные части: Новобратск, Энергетик и Гидростроитель. На станции Гидростроитель поезд по расписанию имеет аж 45-минутную стоянку. Алексей остается в вагоне, а я иду на улицу, чтобы сфотографировать вокзал, купить хлеба, лапши «Доширак» и братского пива, а также осмотреть привокзальную территорию. На вокзале пустынно, людей очень мало. Архитектура вокзала интереснее, чем в Падунских Порогах, хотя здание тоже одноэтажное. После обеда укладываемся спать — все-таки ночь у нас была короткая.
На станции Карстовая с северной стороны прямо рядом с железной дорогой пропасть, едем по краю (как-то примостилась тут и дежурка), а с юга идет добыча породы. Темнеет. В сумерках видны сопки. Сибирь! Красиво!!! И еще не совсем привычно осознавать себя тут. На станции Семигорская рядом с пешеходным мостом с северной стороны примостилось здание дежурной по станции, но здание абсолютно без света. А вот Мерзлотная — на станции темень, дежурки похоже вообще нет, вдали с юга видны огни поселка.
Станции Лена. Поезд тут стоит 25 минут для смены бригады машинистов. На улице темно (освещение очень тусклое), час ночи по местному времени. Но, несмотря на столь поздний час, из поезда выходит довольно много людей. Многие тащат большие коробки, сумки. Вдоль состава важно прогуливаются два милиционера: один высокий и толстый, второй — худой и низкий. Спереди виднеется здание вокзала, оно по архитектуре похоже на вокзал в Гидростроителе.
Лена — крупная железнодорожная станция, названа в честь одноименной реки, расположена в городе Усть-Кут. Движение поездов производится с 1954 года. До 1970-х годов являлась конечной станцией. Именно отсюда первые отряды строителей начали осваивать тайгу для прокладки комсомольской Байкало-Амурской магистрали. В 1980-х рядом со станцией строителями из Ставрополья и Чечено-Ингушетии были возведены современные высотные дома. Напротив вокзала — порт Осетрово. В этом городе грузы с железной дороги перегружаются на суда. В 2003 году река обмелела, что негативно сказалось на доставке «северного завоза» в республику Саха-Якутия.
От станции Лена до станции Лена-Восточная (14 км) вдоль дороги расположена та огромная перевалочная база (краны, склады), что используется для перегруза нефти, леса и прочих грузов для Якутии. На Лене-Восточной большой 2-этажный «бамовский» вокзал, но светятся лишь пять окон на втором этаже. На перроне стоят всего два человека: мужчина и женщина (видимо, кого-то встречают). Тут стоим всего 2 минуты и снова в путь. Почти сразу за станцией поезд отклоняется вправо и резво пересекает мост через Лену (кстати, единственный мост на всем протяжении этой великой реки), после которого справа стоит стела в честь начала строительства БАМ с портретом Ленина. Но все это проезжаем уже в кромешной тьме, лишь только тусклый свет от вагонов освещает предметы рядом с путями.
Байкало-Амурская магистраль (БАМ) — железнодорожная линия в восточной части России, северный дублер Транссиба. Изыскания и строительство БАМ начато в 30-х г. г. XX века, впоследствии работы «заморожены». Дорога вновь проектируется и строится в 60—80 годы. Основная ее часть — 3145 км от Лены до Комсомольска-на-Амуре — построена в 1974—84 г.г. В постоянную эксплуатацию сдана в 1989 году.
К моей радости в нашем (дальнем) туалете открывается окно и во время остановок можно попробовать в ночном режиме сфотографировать станционные здания. А пока мы едем по первым километрам когда-то бывшей под единым управлением Байкало-Амурской магистрали. Промелькнуло в окне здание ликвидированного ныне первого разъезда (тут уже идет однопутка, хотя когда-то эти первые километры были с двумя путями), проскакиваем мимо существующего разъезда Чудничный (тут нас пропускает встречный грузовой, дежурка же наглухо закрыта — всем управляет автоматика под руководством иркутских диспетчеров), зато на станции Звездная у нас 11-минутная стоянка (скрещение со встречным скорым). Проектом строительства станция (как и прилегающий поселок) должна была называться созвучно местной реке — Таюра — но первопроходцы комсомольского периода, дойдя в это место, были настолько очарованы таежным небом, что предложили назвать поселок и станцию Звездными. Это название лишний раз доказывает, какие романтики ехали строить БАМ в первых отрядах 1970-х! Они действительно ехали «за туманом и за запахом тайги». Это уже потом на стройку поехали за «длинными рублями».
Едем дальше по БАМ сквозь ночь. Станция Ния — из поезда выходят человек 20, есть лесопогрузка, скрещение с поездом № 71 Северобайкальск — Иркутск. Небель — снега еще много, а людей на улице не видно, лишь одна дежурная по станции встречает поезд. Киренга — светится два окна огромного вокзала, из поезда выходит пара человек, есть лесопогрузка, вагонники. Чуть дальше на боковых путях «спят» электровозы, тепловоз, четыре сидячих вагона от рабочего поезда Северобайкальск — Киренга — Лена. Подъездные пути, уходящие прямо в тайгу. За вокзалом вверху виднеются огни — это поселок Магистральный, построенный шефами из Ростовской области. Несмотря ни на что, жизнь продолжается…
Проезжаем большой мост над Киренгой, начинает немного светать. В вагоне тихо — все спят. Осталось человек 15, не больше. Улькан — немалый поселок, десятка два встречающих. Умбелла — станция с красивым названием: так и представляешь, что жила здесь когда-то восточная красавица, но не дождалась своего принца и стала рекой. Может, так оно и было в древней легенде или это уже фантазии в моей невыспавшейся голове?…
Кунерма — поезд встречает дежурная у бело-голубого красавца-вокзала. Из поезда вышло 5 человек. Отсюда начинаются предгорья Дабана (местные чаще называют его Даваном («Проезжали Даванский хребет…»), но разъезд называется все-таки Дабан). Красота неописуемая! Высовываюсь в открытое окно и любуюсь — сон как рукой сняло. Справа от нас едут «Уралы»-лесовозы.
Дельбичинда — рядом с дежурным сидит собака, похожая на волка. Больше никого. Снега столько, что окна «дежурки» почти скрыты им. Когда-то в Дельбичинде уходил обход Байкальского (Даванского) тоннеля, по которому шли товарняки для строителей, пока почти 7-километровый тоннель, второй по протяженности на БАМ, строился). Следы обхода видны и сейчас: вправо и вверх уходят столбы бывшей контактной сети.
Поезд упрямо поднимается к перевалу, извиваясь змейкой в разные стороны по склонам. Тут только успевай перебегать от окна справа к левому и обратно (благо, все «боковушки» рядом с нами свободны) и пытаться представить реальную картину. С каждым километром толщина снега увеличивается. Натуральный снежный февраль (интересно, а как тогда тут в феврале?), никак не Первомай!
За всеми наблюдениями едва не забываю разбудить Алексея, спящего очень сладко: ну да разве можно такую красоту проспать?! Наконец, состав входит в долину, делает «петлю почета» с очередным набором высоты, и вот уже виден портал тоннеля — такое ма-а-аленькое черное отверстие в огромном, чуть пугающем, хребте. Еще немного и мы ныряем внутрь хребта: становится темно, усиливается мерный перестук колес. Тоннель! Несколько минут, всего несколько минут. Но скольких сил и времени ушло у строителей, чтобы «открыть» этот «ключ» на пути к Байкалу?!
Едва выезжаем из тоннеля — попадаем на территорию Бурятии. Разъезд Дабан. Небольшая бело-голубая дежурка, встречает женщина, снег выше окон. Где-то из-за горы медленно встает солнечный диск, чтобы осветить и обогреть наш мир последний раз в этом апреле. Алексей быстро умывается и присоединяется со своим цифровиком ко мне — нужно обязательно ухватить и сохранить фотоаппаратом хоть каплю этой красоты на память. Не так много мест, где можно ехать в поезде и любоваться проплывающими почти рядом с окнами облачками на фоне гор.
Предпоследняя остановка поезда — Гоуджекит. В километре отсюда находится один из горячих источников, которых немало в Прибайкалье. У здания «дежурки» повязки на ветвях дерева. Так обычно отмечают на территории Бурятии примечательные места. Поезд встречает дежурная, с поезда выходят 4 женщины. Навстречу нам проходит рабочий поезд Северобайкальск — Киренга. Немногочисленные пассажиры нашего вагона уже встали, собирают постели и вещи — скоро выходить.
Проезжаем разъезд Тыя, поворот на юг, и вскоре уже мелькают домишки так называемого старого города («Шанхая»), что в Северобайкальске. Поначалу кажется, что это дачные домики между соснами, но на самом деле тут много зданий считаются именно жильем. Эти щитовые дома («щитовухи»), бараки, были возведены именно как временное жилье с расчетом, что «потерпите чуть-чуть, и всем будут благоустроенные квартиры». Увы, как у нас часто бывает, это чуть-чуть растянулось на долгие годы. В «старом городе» сейчас живет чуть ли не половина жителей Северобайкальска. Как ни печален этот вид, есть небольшое положительное свойство у «старого города» — можно воочию увидеть условия, в которых жили строители магистрали. Люди, отдавшие государству лучшие свои годы и силы. А что получили они от него взамен?
Не буду говорить за страну, но скажу от себя и таких же «неисправимых романтиков». Незабываем и велик ваш труд! Низкий вам поклон. И лучший памятник вашего труда — перестук колес на ВАШЕЙ дороге. Магистраль живет и работает. И это кратчайший путь к океану и кладовым Родины!

Нам не страшен здешний холод,
БАМ — для тех, кто сердцем молод,
БАМ — дорога в двадцать первый век,
Не беда, что стынут рельсы,
 В холода работой грейся,
Для свершений создан человек.

3. В Северобайкальске. Мысовые тоннели.

Северобайкальск — один из немногих городов, обязанных своим появлением строительству Байкало-Амурской магистрали. Возведен ленинградскими строителями. Статус города получил в 1980 году. Население — 26 тыс.жит. Расположен в республике Бурятия, на северной оконечности озера Байкал, город республиканского подчинения. Основные предприятия — подразделения Восточно-Сибирской железной дороги во главе с ее филиалом — отделением дороги. Разница времени с Москвой +5 часов.
Точно по расписанию, в 8 часов утра местного времени, прибываем к 1-му перрону вокзала. Фотографируемся у поезда. В вокзале, которому ленинградцы придали вид набегающей волны, Алексей сдает свой рюкзак в камеру хранения. С пешеходного моста любуемся на город, вокзал, станцию. Как раз прибывает поезд 955 Новая Чара — Северобайкальск. Насмотревшись, первым делом идет к Байкалу — дань уважения. «Старик» еще спит, причем крепко: все озеро сковано льдами. У берега, где городской пляж, две женщины делают зарядку. Изредка подъезжают машины, выходят люди, минут 5 смотрят на озеро и уезжают дальше по делам. Мы же полчаса бродили по прибрежным льдам бескрайнего озера, смотрели в образовывающиеся трещины, фотографировались. Напоследок бросаем по монетке в трещинку — Байкал, мы обязательно еще вернемся!
На вокзале в киоске приобретаю открытки с видами БАМ и города. На дверях все то же объявление, что вокзал открыт с 5 до 24 часов. Выходим в город. В лучах солнца весело отражаются светлые пятиэтажки. Приятно вновь оказаться в этом городе!

Мы строим город у Байкала,
Уже возведено немало.
Не подведем мы Ленинград —
Построен будет младший брат!
(Валерий Анисимов)

Строительство второго города БАМ (первым, разумеется, считалась Тында) было доверено шефам из «второй столицы» страны — ленинградцам. Посланцы с берегов Невы не подвели и построили на берегу Байкала «белый город мечты». Даже не верится, что на этом самом месте (Мыс Курлы) чуть более 30 лет назад не было вообще никакого жилья, лишь сплошная тайга!
Фотографируем памятник-паровоз П36, возле которого убираются дворники. Удивительно, но традиция возводить паровозы в виде памятных монументов передалась и сюда, на БАМ, хотя в годы, когда сюда пошли поезда, на сети дорог паровые машины почти не эксплуатировались. Это, конечно, неплохо. Но скажем, трудяга-тепловоз ТЭ3, который и открывал движение в Северобайкальске, был бы все-таки тут уместнее.
По нашему плану, на посещение Северобайкальска отводилось примерно 10 часов: вечером нам предстояло уехать в Таксимо на поезде Северобайкальск — Новая Чара. Первым делом мы осмотрели центр города, после чего по Ленинградскому проспекту направились в старую часть — в музей бурятского участка БАМ. По пути Алексей подметил, что в городе очень много машин «Нива», чуть ли не половина всех легковых автомобилей. Он сам является обладателем увеличенной «Нивы» — «Тайги», поэтому частые встречи с ВАЗ-2121 в городе ему были приятны.
Музей был открыт, и мы успешно его осмотрели. Правда вот-вот ожидалась группа школьников города, поэтому нас попросили осмотреть экспонаты, не сильно задерживаясь. К сожалению, чего-то нового из литературы в продаже у них не было. После этого мы разделились: Алексей направился в центр звонить в Москву с переговорного пункта, а я направился в находящуюся рядом картинную галерею. За совсем небольшую сумму я в одиночестве осмотрел работы местных художников. Кстати, в галерее мне повезло больше — сотрудница музея сообщила, что в продаже есть старые значки по 10 рублей, из которых я сразу выбрал два бамовских — «Таксимо» и «Северо-Муйский тоннель». Когда-нибудь дойдут руки открыть на сайте о БАМ раздел «Коллекция», куда и будут выставляться вещи, связанные с магистралью: значки, книги, открытки и прочая атрибутика. Ну а пока — активный сбор всего этого, разыскивая и на БАМ, и в Москве, и через Интернет такие вещи.
После картинной галереи я решил еще осмотреть железную дорогу, что проходит рядом. Как раз напротив музея и галереи находится остановочный пункт 1061 км: три плиты у колеи и щит с наименованием. Жаль, поездов не было, зато я запечатлел на память сам щит с указанием «МПС РФ» — увы, но эта организация с полуторавековой историей тоже стала историей. Еще из интересного по пути в центр, я заметил магазинчик с гордым названием «БАМ».
Незаметно наступило обеденное время. Как раз тут, в центре города и расположен рынок, на котором мы взяли вкуснейшего копченого омуля, по бутылке пива и в парке с удовольствием всем этим отметили наш приезд на байкальскую землю. Как раз рядом с рынком обнаружился живой «Магирус» — из тех, что начинали тут в 1970-х, который непременно был сфотографирован.
Вообще в городе чувствовалось какая-то приятная аура — наверное, люди уже мысленно готовились к длинным выходным (наступали первомайские праздники), да и солнечная погода приносила радости. А вечером на площади у ТБЦ (торгово-бытовой центр) планировался концерт — жаль, но на него мы уже не попадали.
Оставшиеся пять часов мы решили посвятить осмотру северо-восточной части: сходить в локомотивное депо и затем пройти по дороге вдоль мысовых тоннелей (сколько получится). В депо вышли довольно быстро. Оттуда снова на берег Байкала и далее уже пешком по автодороге на Нижнеангарск. Маршрут этот интересен хотя бы тем, что идет вдоль Байкала, но кроме этого можно увидеть причал (летом сюда приходит «Комета» Нижнеангарск — Иркутск, пересекающая почти весь Байкал с севера до южных оконечностей), «палатку первопроходцев» (автобусная остановка, стилизованная под палатку и напоминающая о том, что 23 июля в этом месте высадился первый десант тоннельщиков) и саму магистраль. На этом участке дороги очень плотно разместились самые разные искусственные сооружения: небольшие мосты, противообвальные галереи, и конечно — Мысовые тоннели! Из восьми основных тоннелей между Усть-Кутом и Комсомольском (не считая двух на Северо-Муйском обходе) половину составляют Мысовые. Что интересно, эти четыре тоннеля были построены двухпутными, в то время как остальные — однопутные.
Мысовые тоннели — инженерные сооружения БАМ, построенные для пропуска поездов сквозь отроги Байкальского хребта. Расположены на побережье Байкала вблизи  г.Северобайкальска. Сооружены тоннельным отрядом (ТО) № 16 в период с февраля 1978 по ноябрь 1986, изыскания и проектирование проводились Сибгипротрансом, Ленметрогипротрансом и Новосибметропроектом. Протяженность тоннелей по порядку (нумерация идет от Северобайкальска к Нижнеангарску): 387, 1821, 1624 × 1239 метров.
Тоннели не зря получили звания «ключи от БАМ»! Это были наиболее затратные и сложные сооружения. Так, Мысовые тоннели были предметом решения, от которого зависел выбор трассы всей магистрали! Ведь изначально рассматривались несколько вариантов прокладки магистрали. Вполне могло выйти так, что БАМ, несмотря на свое название, прошел бы значительно севернее Байкала, и тогда бы не было Северобайкальска. Но вариант трассы по берегу Байкала оказался предпочтительнее.
Проезжая на поезде или автомобиле на этом участке, постарайтесь находиться у окна со стороны озера — кроме самого живописного озера увидите и памятники в честь тоннельщиков: стелы с красными буквами «М» перед 1-м и после 4-го тоннелей, а также желтый скрепер МоАЗ на постаменте недалеко от западного портала 2-го тоннеля, памятник «сбойка 4-го мысового тоннеля». А вот стелу «Тоннели строят настоящие мужчины» можно увидеть только с автодороги (она как раз не со стороны озера, а со стороны хребта). Также вдоль автодороги можно увидеть столбы контактной сети и кое-где остатки рельсов — это остатки временного обхода мысовых тоннелей (пока они строились), и памятные знаки-остановки около каждого тоннеля.

Пусть знает вся страна наверняка:
Тоннели строят настоящие мужчины,
Тоннели строим на века,
Мы люди деловые,
Веселые, простые,
Сквозь горы мы пропустим поезда!
(В.Я.Колганов)

Но за всей этой увлекательной экскурсией нужно было не забывать и о времени. Дойдя до западного портала 2-го тоннеля, нам ничего не оставалось, как развернуться обратно — до поезда всего 1,5 часа. Хорошо, что маршрутки между Нижнеангарском и Северобайкальском ездят устойчиво и минут через 10 обратного пешего хода одна из них была нами поймана и еще через 10 минут и 10 же рублей с каждого мы вылезли у вокзала. Быстро взяли билеты, а в оставшееся время сходили на рынок, где закупили в поезд омуля и другой провизии. Прощай, Северобайкальск!Прощай, Байкал!

4. Таксимо. Северо-Муйские тоннель и обход.

Выбирая, в какой вагон приобрести билеты до Таксимо в поезд № 956 Северобайкальск — Новая Чара (в продаже были места всех имеющихся категорий: купе, плацкарт, общие), мы рискнули сэкономить и взять в общий: ехать-то всего ночь. Но недоучли, что был вечер 30 апреля, и люди стремились уехать из города в поселки на праздники. Наш вагон оказался забит, с трудом нашли сидячие места. Поезд вообще оказался «веселым». Началось с того, что только мы расположились в вагоне, как рядом обнаружился «шмон»: какой-то мужчина в куртке и джинсах вел обыск у молодых людей, сидевших рядом с нами. Он прощупывал карманы, куртки, просил показать паспорта, сумки, пакеты. Потом перешел в соседнюю ячейку и проверял всех там. Кто-то спросил его, на каком основании он действует, на что он ответил «Уголовный розыск Северобайкальска» и продолжил действия. Что он искал, было неясно. И почему он был один, без милиционеров? Может, это такой способ получить деньги накануне праздника? К счастью, вышеуказанная процессия нас с Алексеем не затронула. Мужчина за минуту до отправления вышел на улицу, а мы отправились в путь — все дальше по БАМ. Хотелось есть и спать. Мы сидели на боковушках. Как и положено в общих вагонах столики были превращены в сидения, и возможности поужинать не наблюдалось. Поэтому я решил перейти ко сну и залез на свободную верхнюю полку, где почти сразу и заснул (сказывалась общая усталость и недосыпания последних ночей).
Проснулся спустя 3,5 часа — мы как раз подъезжали к Новому Уояну, где треть пассажиров вышла. Остальные пассажиры воспользовались 15-минутной стоянкой, и пошли на платформу: подышать свежим воздухом и купить еды в дорогу. Мы же решили за это время быстренько покушать, что и сделали. После этого я снова уснул, но не ненадолго — наш «веселый поезд» решили посетить ревизоры. Сколько я ездил в дальних поездах, но ни разу такого не встречал: мужчина и женщина в железнодорожной форме шли по вагону и всех будили, смотрели билет и делали в нем компостером дырочки, прямо как в электричках. Наконец, они ушли, а я снова лег. Проснулся, услышав гулкое эхо перестука колес — явно ехали по тоннелю, причем долго. Едем по Северо-Муйскому! Длина впечатляет. Хотя и немного жаль, вдруг обход скоро закроют? Алексей засек время прохода тоннеля — примерно 20 минут. 20 минут на которые ушли 30 лет!
Поезд шел еще старым графиком, введенным летом 2003 года (а официальная приемка тоннеля в эксплуатацию была в декабре). Так как проезд по тоннелю значительно быстрее, чем по обходу, поезд отстаивался сверх графика по 10—20 минут на различных станциях, чтобы в Казанкане войти в свой график. В Северомуйске (станция Казанкан) еще часть людей вышла. Еще немного и мы уже подъезжали в Таксимо.
Таксимо — поселок городского типа на реке Муя, притоке Витима. Является административным центром Муйского района республики Бурятия. Построен строителями из Латвии и Белоруссии. Тут одна из крупнейших станций, граница электрифицированного и неэлектрифицированного участков БАМ: на запад электротяга, на восток — тепловозы.
Из поезда вышло много людей, но все сразу разошлись в разные стороны. Мы же направились в вокзал, так как на улице было еще темно (4 утра по-местному времени). Это один из немногих вокзалов на БАМ, который открыт для пассажиров и днем и ночью. Людей внутри немного, таксисты предлагают отвезти в Бодайбо. Первым делом пытаемся узнать, как сейчас идут рабочие поезда: через тоннель или по обходу. Идем в справочную — там никого. Идем в кассу, спрашиваем кассира как идут рабочие поезда, отвечает, что по обходу. Хорошо! Со спокойной душой идем в зал ожидания дожидаться рассвета. Вокзал в Таксимо совсем не похож на то, что обычно мы видим. Начнем с того, что само здание вокзала стоит перпендекулярно железной дороге, а не вдоль. Ну а зал ожидания оказался на половину этажа ниже — туда надо спуститься по боковой лесенке. Людей мало, человек 8 (хотя и сам зал небольшой), спокойно поспали в сидячем положении пару часов. Сам вокзал чистый и теплый. Интересно, что в зале ожидания сохранились автоматические камеры хранения (АКХ). Они не работают (не запираются), но сидящий рядом старичок положил внутрь свои вещи, чтобы не мешали спать. Тут же есть фонтанчик с питьевой водой.
 В 5.30 рассвело. До рабочего поезда еще час. Предлагаю Алексею пройтись по утреннему поселку — идея одобряется. На улице пусто — только редкие машины. Осматриваемся. Медленно всходит солнце. По бамовским масштабам поселок большой: тут есть десятка полтора пятиэтажек, а также небольшие 2-этажные коттеджные дома в прибалтийском стиле. Как кто-то удачно заметил, эти дома на фоне сосен и реки будто переносят нас в Латвию, на Балтийский берег. В память о строителях имеется Латвийская улица, причем на одной из вывесок название обозначено на двух (русском и латышском) языках.
Вообще, на трассе магистрали совсем немного мест, которые являются райцентрами. А из тех населенных пунктов, что появились во время строительства периода 1980-х, Таксимо единственный, который удостоен быть районным центром. Но об этом я подумал позже, и потом пожалел, что не сфотографировал здание администрации Муйского района. Гуляя по поселку, мы видели частную гостиницу (это не о ней ли писал Варсегов в своей статье?), памятник-гидросамолет (в память об исследователях трассы БАМ) и даже памятник-вагон (двухосный вагон довоенных времен) у перрона. Приятную экскурсию по Таксимо испортил только вид заброшеного торгово-бытового центра. Сам ТБЦ был задуман строителями в тех же оттенках, что и вокзал — они расположены рядом. Но, со слов местных машинистов, перестройка не дала доделать ТБЦ до конца: строители уехали, а здание пустовало, потом с него стали снимать все ценное. Особено ужасно выглядят оторванные декоративные плиточки, будто бы здание частично выгорело от пожара. Печально, что такая красота загублена.
Станция в поселке очень огромна (есть и локомотивное депо). Здесь заканчивается идущая далеко с запада электрификация (поезд Москва — Тында до этой станции везде идет с электровозами) и далее вплоть до самого Татарского пролива проводов контактной сети больше нет. У перрона рядом друг с другом стоят два рабочих поезда (общий вагон на Куанду, общий вагон и платформа для рабочих на Новый Уоян), вдалеке пыхтит тепловоз с грузовым составом на восток. Вскоре приехал электровоз ВЛ60. Решили так: попробуем попроситься у машиниста проехать в кабине, а если откажет — пойдем в вагон. «Механик, здравствуйте! Мы — путешественники из Москвы, путешествуем по магистрали от Братска до Ванино, можно ли с вами проехать до Уояна и посмотреть обход?». Минуту машинист размышлял, изучал нас: «Ну хорошо, поедем, ребята. Обойдите электровоз с другой стороны и подходите к задней двери» — «Спасибо!!!».

Железнодорожники!..
Сердце рвется к поездам.
 В поле подорожники
Свет зеленый дарят вам.
(Сергей Наговицын)

Размещаемся в задней кабине. Алексей лет 20 назад успел полгода поработать после железнодорожного училища помощником машиниста в депо Москва-Сортировочная до армии. Залезть после стольких лет в кабину действующего локомотива ему было чрезвычайно приятно, хотя это все-таки не те локомотивы ВЛ10, на которых он работал. С 5-минутной задержкой отправляемся. Из всей нашей поездки, это был единственный случай, когда мы на поезде ехали на запад, а не на восток. Тем не менее, поездка по Северо-Муйскому обходу — одно из самых запоминающихся событий! Уже в третий раз еду по нему в кабине электровоза и третий раз удивляюсь, сколь необычно и сложно было построить его, да и эксплуатировать тоже!
Не успели проехать один перегон, как пришел помощник и позвал нас в переднюю кабину. Пока ехали в Уоян, мы рассказали о нашем путешествии, о задумке добраться по железной дороге до Ванино, а они поведали о местной жизни. Работы сейчас у машинистов хватает, порой отдохнуть (читай порыбачить или поохотничать) некогда. Зарплату сейчас не задерживают, платят вовремя. Кто хочет заработать побольше, идет на золотые прииски (в сторону Бодайбо, туда есть автодорога). Из числа строителей в Таксимо латышей не осталось. Хотя есть в поселке русский, который приехал строить из Латвийской ССР, да и остался. Сам поселок большой, 5—10 тысяч жителей. Люди приветливые (правда не все, так машинист и заметил), жизнь спокойная. Вдоль железной дороги часто бродят медведи, также из электровоза они видели и лосей, и волков, и рысь, и лис и других зверей, но медведи на БАМ возникают чаще всего. «Это у вас там, в „Европе“, зверей только в зоопарке можно увидеть, а тут же тайга кругом, а медведь — прокурор. Рыбы тоже много, причем разной. Но омуль восточнее разъезда Янчуй не заходит». В общем, слушали мы о местной жизни, буквально, открыв рты. Живем в одной стране, но какой контраст! По ощущениям, будто это и не Земля, а другая планета! Но может своим разнообразием и прекрасна наша планета, да и страна тоже? Наверное, именно из-за этого разнообразия мы и путешествуем?!
Незаметно достигли Казанкана. Путь тут, по прежнему, один (с двухпутной вставкой на перегоне на восток), так как насыпь неустойчива. Вот отошел путь в тоннель. Справа помощник показывает отстроенное здание станции Окусикан перед восточным порталом тоннеля, обелиск в честь людей, построивших Северо-Муйский (между станций и порталом). Все, тот путь скрывается в хребте за железными дверями, а мы устремляемся ввысь.
Снег на обходе лежит 10 месяцев в году! Ведь обход идет через хребет, при этом состав поднимается с долины на 600 метров вверх, после чего на столько же снижается! При длине тоннеля чуть больше 15 км, обход в 4 раза больше: поезд делает головокружительные движения по спирали и сразу не поймешь той хитрой траектории, которую он описывает. Снега очень много, а в Таксимо снега уже нет (хотя считается, что весна в этом году поздняя). В отдельных местах если выйти из поезда, то можно запросто провалиться по пояс. Отчетливо видно, что тут совсем недавно снег убирали снегоочистителем. К счастью, с погодой на обходе в этот раз повезло: всю дорогу светило яркое солнце и фотографировали мы эту красоту от души. Несомненно, это уникальный участок и любому путешественнику поездка по обходу запомнится надолго! Ничего подобного мне не приходилось видеть: острые ощущения от поездки по гигантским «американским горкам» будут обеспечены любому, даже если поедете в вагоне (можно смотреть в заднее окно), не говоря уж о поездке в электровозе (если перед отправлением из Таксимо или Нового Уояна правильно поставите речь, то шансов попадания в кабину будет достаточно).
Со слов машиниста, в ближайшее время обход будет сохранен, так как в тоннеле еще не все протечки устранили и его еще могут закрыть на доводку. Но сейчас по обходу идут только рабочие поезда, а все остальное движение — по тоннелю. Кстати, бригады машинистов, работающих на рабочих и дальних поездах разделены. Для обслуживания рабочих поездов имеются специальные шесть бригад.
Я спросил про клещей. «Нет, у нас в окрестности энцефалитных никогда не было (а жил тут машинист уже 20 лет), зато есть мошка. Ты ее и не видишь толком, а кусает, зараза. Она во влажных местах больше присутствует. А еще у нас гора есть в Таксимо, туда вот интересно залезть. Но если на самый верх идти, то подъем-спуск 20—22 часа занимают. Зато вид оттуда-а-а!».
На разъезде Перевал встречаемся с идущим навстречу рабочим поездом точно такой же составности (ВЛ60, платформа, общий вагон). А вообще часто машинистов местные рыбаки просят тормознуть у какого-нибудь моста, чтобы с удочками далеко не идти. В Уоян прибываем с 40-минутным опозданием, но все привыкли, что это хозяйственный поезд, а не пригородный, поэтому никаких возражений не имеют. Из общего вагона выходит человек 10 (хотя в пути люди постоянно садились-выходили, все больше разные охранники и железнодорожники). Идем внутрь вокзала — абсолютно пусто, касса закрыта.

5. От Нового Уояна к новой Тынде.

Новый Уоян — небольшой компактный поселок на БАМ. Территориально относится к Бурятии. Построен литовскими строителями.
Идем в поселок. Уютные аккуратные 4-этажные домики рядом друг с дружкой. Первые этажи пестрят женскими названиями частных магазинчиков: «Кристина», «Светлана» и др. Цены примерно на 10% дороже московских. Нашли в одном из домов на первом этаже переговорный пункт — минута с Москвой стоит 8,10 руб.

Уоян, Уоян, Уоян
Как подснежник, цветущий в снегу.
И тебя, Уоян,
Я забыть не смогу.

Неторопливо погуляв пару часиков по поселку и окрестностям, возвращаемся на вокзал (за час до поезда). Жизнь там ожила, даже есть очередь в кассу — два человека. В этот раз решили не экономить и взяли купе до Тынды (ехать более суток) по 900 рублей. На перроне разворачивались столики торговцев — это примета приближения дальнего поезда (а их тут негусто — от одного до трех в каждую сторону в сутки): предлагают омуля разного вида копчения (по 8—10 рублей за штучку, наверное это вообще самая низкая цена на этого байкальского эндемика), пиво, пирожки, молоко, лимонад, картошку, сигареты и др. Покупаем еды, а вскоре уже и поезд прибыл. Нас подсаживают в купе к двум женщинам, едущим из Иркутска (с пересадкой в Северобайкальске) в Новую Чару. Алексей сообщил им, что мы с Москвы и путешествуем, а они удивились: «Что вот так, сами по себе???». Они же дорогу переносили не очень радостно и ездили только по служебным делам (если не ошибаюсь, они работали в Сбербанке). Проехали Северо-Муйский тоннель (машинист рабочего сказал, что по графику на его проследование дается 18 минут), люди проезжали его с интересом (значит, еще не привыкли). После проезда тоннеля на улице уже стало темнеть, поэтому отправились спать.
Утром проснулся в районе разъезда Икабъякан. Когда ложился, поезд шел вперед графика, а сейчас шли в норме. Алексей спал. Женщины ночью вышли. Я перебрался на нижнюю полку и стал любоваться пейзажами за окном. Поезд приближался к Якутии, и к самой высокой точке БАМ, поэтому сугробам снега за окном я не сильно удивился. Поезд петлял между сопками, извиваясь в разные стороны. Ближе к разъезду Олонгдо началась Республика Саха — Якутия. Участок Мурурин — Олонгдо — Хани двухпутный, тут сильные подъемы.
Перед станцией Хани с северной стороны промелькнул знак, обозначающий границу Восточно-Сибирской и Дальневосточной железных дорог. Я разбудил Алексея и по прибытии в Хани мы пошли погулять, стоянка 35 минут. С передних багажных вагонов люди активно выгружали товар (холодильник, какие-то коробки, баклажки пива и лимонада, кресла и др.). Рядом с ними стояли два грузовика ГАЗ-66 и несколько легковых. Вообще, на БАМ это было характерно почти для любой крупной станции, что народ выгружал из багажных вагонов товары народного потребления и питание. Первым делом сходили в вокзал (на киоске довольно забавная надпись «Работает по прибытии поездов»). Снаружи он украшен портретом Михаила Сергеевича Лунина (1787 — 1845), русского революционера, декабриста, участника Бородинского сражения. Изначально станцию хотели назвать Лунинской, но потом все-таки возобладало имя Хани, по названию местной реки. Сам поселок небольшой, расположился он на самом краешке Якутии, но до республиканского центра добираться отсюда ой как далеко и сложно. Рядом с пятиэтажками видели теплицы, построенные из 2-слойных оконных рам (со стеклами).
Хани интересны не только тем, что это кусочек БАМ в Якутии, но и то, что тут мы переехали в новый часовой пояс (+6 часов от московского времени), на новую железную дорогу (Дальневосточную) и в другой федеральный округ. Отмечу, что на вокзале никто ничем не торговал, видимо тут совсем нечего предложить пассажирам поездов. А с самими дальними пассажирскими поездами тут негусто: ходят только неежедневные поезда Тында — Москва — Тында (через день) и Тында — Кисловодск — Тында (2 раза в неделю).
Сели в поезд. Пока стояли, тепловоз ВСЖД сменился на тындинский 2ТЭ10М. После завтрака, Алексей продолжил сон, а я устроился у окна и смотрел, как менялась природа. Вскоре мы покинули Якутию и оказались в Амурской области. В Олекме почти пустой вокзал, лишь несколько людей выгружают груз с поезда и перекладывают в легковые машины. После Олекмы автодорога вдоль магистрали пошла получше прежней: сохранились почти все мосты, кое-где даже висят таблички с названиями рек. Но дорога очень пыльная.
Юктали, стоянка 15 минут. Из багажных вагонов идет выгрузка товаров для населения. Иду прогуляться у поезда. Красивое 3-этажное здание вокзала с огромными часами впечатляет! Кстати, совсем недалеко отсюда (на другом берегу реки), есть древнее эвенкийское село Усть-Нюкжа. Именно там осенью 2003 года знакомый режиссер снимал свой документальный фильм «Этнография сновидений» о француженке, перебравшейся из Парижа в Сибирь, вышедшей замуж за эвенка, родившей там детей. Красота восточной Сибири пленит любого, будь ты хоть из самого Парижа!
Продолжаем движение к Тынде. Проезжаем разъезды с экзотическими названиями: Талума, Дюгабуль, Ункур. Названия почти все взяты по рекам, которых в этих краях немало. А рекам названия дали эвенки.
Между станциями Юктали и Чильчи линия идет вдоль каменных откосных стен, будто в ущелье едешь. На вокзалах людей почти не видно, никто ничем не торгует. Разве что единичные люди кого-то встречают с поезда или получают у проводников заранее заказанный товар. В Чильчи встречаемся с поездом Тында — Москва. Проводники перекрикиваются, сообщают последние новости, машут друг другу. Мы тут стоим минут 20 (вне графика) и набираем опоздание. В Лопче скрещение с рабочим поездом.
Если смотреть по карте, то начиная от Ханей, линия начинает понемногу спускаться к югу. Количество снега постепенно уменьшается, а после станции Лопчи его вообще не стало. Гор тут уже почти нет, из окна видны широкие равнины. Деревья — тонкие лиственницы, сосны, березы. Столбы (тут нет электрификации, но столбы забиты вдоль всей магистрали, на них проведены провода, например, оптико-волоконные сети), из-за наличия вечной мерзлоты, установлены в специальные колодцы из бревен или камней.
Проводники начали подготовку вагона к сдаче: убрались в пустых купе (пассажиры остались только в 4-х купе) и дальнем туалете и закрыли их на ключ, сложили матрасы и одеяла, собрали белье. В туалете, который ближний к проводникам, на стене висел душ, а кран был снят (напор регулируется вентилями на стене), из чего я понял, что таким хитрым способом проводницы моются (в некоторых поездах такую услугу предлагают и пассажирам). Странно, почему до сих пор не придумали нормальный душ, хотя бы для поездов, идущих более трех суток. Еще в нашем вагоне была такая вещь, как зеркало на титане. Мы сначала гадали, зачем оно — ну не на себя же любоваться при наборе кипятка, а потом до нас дошло — с его помощью проводницы прямо из своего купе видят весь корридор вагона.
На наших часах 11.30, это значит уже половина шестого по местному времени. Проехали разъезд Куръян — бок о бок рядышком валяются два десятка старых пассажирских вагонов. А вот уже и Тында началась. Поезд проезжает мост через реку Тында, делает резкий поворот влево и прибывает к перрону.
Тында — крупнейший из всех населенных пунктов БАМ, центр магистрали, «железнодорожный перекресток» большого и малого (Бамовская — Нерюнгри) БАМ. Город построен московскими строителями на месте бывшего поселка Тындинский. Статус города — с 1975 года. Население — 42 тыс.жит. Город расположен на севере Амурской области, является центром одноименного района. Название получил от одноименной реки, проходящей по городу. Тэнды по-эвенкийски означает «береговой». Разница времени с Москвой +6 часов.
Привет, столица БАМ! Красавец-вокзал в виде летящего журавлика — один из символов этой таежной столицы. Его архитектура уникальна: этот проект получил 2-е место в международном конкурсе. Есть люди, которые от него в восторге (я в их числе), есть — кто этой архитектуры понять не смог. Но в любом случае, тындинский вокзал не перепутать ни с каким иным вокзалом в мире!
Идем в вокзал, людей мало. Первым делам покупаем билеты на завтра до Комсомольска. Кассирша всовывает вместе с плацкартными билетами и страховки, но решили не ругаться, так как нам дали две нижних полки (места 33 × 35, мы так просили). Немного прошлись по вокзалу, узнали цены в комнате отдыха и в вагоны отдыха у перрона. На привокзальной площади недавно перенесенный сюда с разъезда имени Мирошниченко (там в 1984 году стыковались военные железнодорожники — восточный участок БАМ) памятник этому герою Великой отечественной войны, ценой жизни остановившего фашистов.
Пошли в город по пешеходной дорожке. Река Тында довольно сильно обмелела. Вечерний город встречал нас закатом в легких облаках. На улице милиция на двух машинах окружила юношу на мотоцикле. Усадив его в УАЗик, и посадив на мотоцикл одного из милиционеров, весь кортеж отправился к зданию УВД.
А какие тут названия… Просто от всего веет Москвой. В Тынде есть и Арбат, и Сокольники, бульвар Московских строителей, Профсоюзная улица, ну и конечно, центральная улица города — Красная Пресня! Это очень приятно — увидеть город, очень похожий на свой! Причем, похожий именно на тот город моего детства, когда он был спокойным, без несчетного числа машин в «пробках», толп людей, невообразимого числа рекламы.

Москвичи здесь недаром в почете.
Вот наш дом на холме синевы.
Приезжайте, и сами поймете:
Тында — крайняя точка Москвы.
(М.Пляцковский)

Замечаю, что постепенно сотовая связь пробирается и на БАМ — на Профсоюзной появился офис продаж МТС. По Красной Пресне неторопливо идем до бывшего здания Управления БАМ, как раз за ним расположена гостиница. Точнее это общежитие, на 4-м этаже которого устроили гостиницу. Поднимаемся. Напомню, что это был вечер 2 мая. Сидит явно выпивший мужчина. За сутки проживания в 2-местной комнатке просят по 310 руб. с каждого. Решили заселиться. Пришла женщина, оформляющая документы. Еще более выпившая. Оформление ей далось с некоторыми трудностями. Комната среднего пошиба: две кровати, столик и черно-белый телевизор… «Jinlipu». А я думал, что сейчас встретить черно-белые телевизоры можно только в виде старых «Рекордов» или «Горизонтов»! И самое-то интересное, а может это и самое грустное, что на двери помещения висела инструкция на двух языках: русском и китайском. Это у них, значит, китайцев много селится?
Поставив в розетку аккумуляторы от фотоаппарата на зарядку, мы отправились на прогулку по вечернему городу. После почти беспрерывной двухдневной езды, неторопливо пройтись по асфальтовым дорожкам было очень приятно. Людей на улицах было немного, все шли по своим делам, никаких подвыпивших личностей, в отличии от общежития-гостиницы, не встречалось. На переговорном пункте пытались позвонить в Москву, но в Москве был день (14 часов), дома никого не было. Зато из кабинок было слышно, как громко говорили осетины и китайцы.
 В гостинице поужинали и спать. За стеной вовсю продолжали праздновать работники гостиницы, ругаясь нехорошими словами друг на друга между употреблением спиртного. Ночью я проснулся от жажды — после съеденного омуля хотелось пить. За стеной все уже утихли. Высунулся в форточку, полюбоваться ночной Тындой, все-таки ночевать в этом городе довелось впервые. Безлюдные тихие улицы, освещенные белыми ртутными лампами (а я почему-то думал, что тут обязательно должно быть оранжевое натриевое освещение). Сделал несколько ночных снимков города и продолжил свой сон.
Утром встали только в 9.30, хотя нас уже к 9 часам ждали в музее БАМ (сейчас я уже не могу объяснить, почему я на такой ранний час договорился заранее с директором музея). Пока собрались-поели-вышли, на часах уже было 10. По пути зашли в «Книжный мир» (в отличии от прошлых лет на тему БАМ там ничего не было), потом по совету продавца зашли в отдел «Кодак» спортивного магазина (а вот там как раз были куплены интересные материалы: книга к 30-летию БАМ и несколько фотографий знаменитого тындинского фотографа А.Бейфуса с видами города в разные времена года и суток). В результате, к музею мы пришли уже почти в половину одиннадцатого. Поэтому неудивительно, что когда мы подергали ручки основного и служебного входов, они были заперты. Пока мы стояли и размышляли что делать дальше, служебная дверь открылась, вышел сторож и спросил чего мы тут ищем. Мы пояснили. «А, так это он вас ждал. Он с 9 до 10 был, а потом ушел по делам» — сообщил сторож. Мы попытались позвонить директору домой, но тщетно. Сторож также сообщил, что к 13 часам директор обещал снова зайти в музей и узнать насчет нашего прихода. Мы договорились прийти к этому времени, и отправились на прогулку по городу.
 В Тынде все также неторопливо шла жизнь. Шел уже 5-й день нашего путешествия, а я все никак не мог отвыкнуть от московской суеты.Зашли в магазин «Чароит», где я купил небольшую книжку с песнями о Тынде. Кстати, всем рекомендую вкуснейший лимонад тындинского завода «Росинка», особенно йодированный напиток «Таволга» — замечательнейшая вещь!
Прошли по Красной Пресне, потом свернули на шоссе Невер — Якутск, по которому перешли реку и вышли к станции. Внизу взад-вперед катался тепловоз с вагонами. У нас же появилась идея прорваться в деповскую столовую. Пошли вдоль станции (с южной стороны), вышли к тепловозному депо, где я, наконец-то, сфотографировал экземпляр одной из немногих выпущенных специально для БАМ серий локомотивов — тепловоз 4ТЭ10С (пусть в нем было уже только 3 секции). Зашли в депо, на входе сидит вахта. У меня была железнодорожная куртка «Гудок», поэтому двинулся первым: «Можно пройти в столовую?». «А вы кто? Документы есть?» — насторожилась вахтерша незнакомцам. «Да командировочные мы, поесть хотим» — продолжал гнуть я свое. Наконец, нас впустили. Столовая в тындинском депо находится на втором этаже. Людей было немного, а помещение столовой довольно велико. Мы свободно разместились за отдельным столом, и за небольшие деньги очень плотно пообедали. Перед уходом, осмотрели оформление стендов в столовой, там были фотографии времен 25-летия БАМ.
Но время неумолимо шло вперед, и нам уже надо было идти в музей. Аккурат в 13 часов мы уже были в нем, и о счастье — Сергей Федорович тоже там был. Поздоровались, извинились за утреннее опоздание, потом я подарил директору свою фотографию прошлого года (там я сфотографировал Сергея Федоровича в одном из готовых залов музея) и книгу «Страна Удокания». Тут же у него была куплена свежевыпущенная книга «Тында — столица БАМ» и мы пошли смотреть залы музея. За прошедший с моего последнего визита год, музей сильно изменился в лучшую сторону: уже готовы семь из восьми залов (год назад были готовы три, и то наполовину). Каждый зал отведен на отдельную тематику: «старая Тында», «БАМ 1930-х» (о временах БАМлага), «природа БАМ» и др. Сергей Федорович подробно показывал и рассказывал о каждом экспонате, стоит ли говорить, что смотрели и слушали мы с огромным интересом. 1,5 часа в музее пролетели как 5 минут. «Приезжайте к нам еще, скоро восьмой зал откроем» — сообщил на прощание Сергей Федорович.
А нам уже следовало торопиться. До поезда оставалось менее двух часов, а надо было еще забрать вещи и сдать комнату в гостинице, купить еды в дорогу. К счастью, в Тынде все относительно близко и в нужное время мы сидели в полупустом плацкартном вагоне поезда на Комсомольск. Как и год назад, когда я ехал этим поездом, в вагоне были заняты лишь нижние небоковые полки. Наверное, на большие расстояния люди тут обычно не едут и выбирают недорогой общий вагон, а категория командированных и железнодорожников предпочитают купейный.

6. До океана на поездах.

Страницы: 1 2 3 Следующая

| 23.08.2005 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий