Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Россия >> Я так ждала тебя, Рома!


Забронируй отель в России по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Я так ждала тебя, Рома!

Россия

Я смотрю на тебя:
 В интернете ты, а я на работе.
 В городе А. — снег,
Скоро польется дождь и город затопит;
Травма черепно-мозговая -
Моя любовь…
Вот деньжат накоплю
И к тебе доплыву, долечу, доеду,
Рядом с тобой поселюсь,
Ты будешь рада такому соседу!
Мы из Поморья народ простой:
Я те сразу скажу здорово!
А ты улыбнешься и скажешь мне:
Я так ждала тебя, Рома!
Ну, я приду без крика, без шума,
Хм, найду какой-нибудь повод,
И скажу: привет, дорогая,
Она скажет: ну, здравствуй, Рома!
Надо ведь будет разговор продолжать,
Я спрошу: Ну, как тут вообще, жива-здорова?
Она ответит: Да, знаешь, Ромка, хреново…
И начнет взахлеб мысли выражать:
Вот, вчера, например, приезжали московские снобы,
Нажрались, и давай командовать, пьяные зазнобы.
Ну, я им сразу так строго сказала:
Братцы, надо б вам убраться,
Я сейчас жду Ромку из Поморья,
А вас вообще слала в Копорье!
Вот такие дела у нас, бывает не до смеха…
Так что было трудно без тебя, Роман,
Хорошо, что приехал!
ЧАСТЬ 1. ОНА.

В ГОСТИ к ней я заезжаю частенько, тоску по дешевке разогнать. Досюда от нашей поморской столицы всего-то часов двенадцать на поезде. Много? Но ближе губернских городов у нас нет, до остальных соседей ехать и того дольше. Дама наша, кстати, хоть и почтенного возраста, но красива и за собой следит (и потому глядеть на неё всегда приятно), а уж без нарядов из легчайших белоснежных кружев ее представить, по-моему, просто нельзя!

Когда на свет сия барыня появилась, никто, конечно, достоверно не знает, но в летописях впервые упоминается аж в 1147 году, аки Москва! А вообще-то, братьев и сестер у нее даже на Севере немало: и Каргополь, и Тотьма, и Холмогорские посады упоминаются в исторических источниках примерно в то же самое время.

Сейчас, блин, провинциалка до мозга костей, а ведь когда-то чуть не стала столицей России! Было это при грозном Иоанне Четвертом, кой вознамерился воссесть здесь и даже Кремль построить. Не знаю, что было б, стань наша красавица Столицей, но не случилось — не срослось… Во время строительства главного городского собора на царственную голову упала плинфа красная (выражаясь современным языком, кирпич:-) Царственная голова взвыла, затем взбеленилась, затем снова взвыла и… оставила нашу героиню в покое. Ужо навсегда.

А в 1708 году, при учреждении Петром губерний, она и вовсе самостоятельности лишилась, перейдя под управление своего молодого племянника — города Архангельского. Петра здесь, правда, как и везде в России, сейчас любят. Сохранили каменный домик голландского купца (Иоганном Гутманом его, кажись, величали), где император останавливался 5 раз, по пути в Архангельск и обратно. Теперь там небольшой, но очень милый и душевный музейчик. В самом же Архангельске деревянные царские хоромы блюли вплоть до 30-х годов прошлого века, пока советские люди не перевезли их под Москву, в Коломенское. Ну, да ладно, ч… ой, Бог с ними…

Петр, кстати, «прикрыл» в Архангельске порт, и к 80-м годам 18 века город откровенно захирел. В итоге, в ходе реформы 1780 года Екатерина Великая провозгласила нашу Барыню центром всех архангельских территорий вплоть до Мурмана, что и позволило закрепить на гербах Колы, Кеми, Мезени, Холмогор, Шенкурска и прочих северных городов легко узнаваемую сейчас монаршью руку с державою на алом фоне. Правда, уже в 1784 году территории севернее уездного городка Вельска вновь перешли под власть «набирающего обороты» Архангельска, впоследствии образовав самую большую по территории губернию европейской России, а героиню нашу оставили с собственными тихими волостями к югу от поморских земель.

В смутном 1918-ом Барыня прославилась как птица яркая и стольная: здесь разместились бежавшие из революционных Москвы и Петрограда иностранные посольства государства российского; а уже в конце 30-х годов вновь стала лишь центром области, зажатой с тех пор между владениями Питера, Ярославля, Костромы, Кирова и Архангельска.

За все это время родила ее земля поэта Батюшкова, приютила приехавшего с севера Рубцова, прославилась братьями Верещагиными, один из которых стал знаменитым художником, а другой — изобретателем не менее известного «парижского» масла.

Сейчас она — региональный центр, не являющийся самым крупным населенным пунктом своей собственной области; а вообще, просто милый российский город, сохранивший свое очарование и тихую грусть по прошлому; город, где можно встретить дорожные указатели «Родина Деда Мороза 450 км», невзначай пройти мимо памятника писающей собаке, купить лекарства в аптеке, открытой ещё в 17 столетии или осмотреть почти такой же старый «дом ночного пребывания» со свежими, если повезет, посетителями, где можно отобедать при свечах в польском костеле, а зимой — запросто увидеть мужика в одних трусах, бегущего на лыжах по льду тихой речки… Этот город — ВОЛОГДА…

О РОСКОШИ В ОСТАТКАХ… Север, вообще, в советские годы почистили основательно: и от «врагов народа», и от «плесневелого духа» монастырских стен и прочих старорежимных сооружений. Не давали покоя новой власти ни памятники архитектуры церковной, отдающие «опиумом для народа», ни гражданской, напоминающие о былом богатстве не таких уж и узких слоев местного общества. Больше других не повезло Архангельску: в те самые смутные годы его объявили столицей советского Севера, центром края, растянувшегося от восточных берегов Онежского озера до Уральских гор. Сие потребовало расчищать места для новых советских зданий. Под «звуки фанфар» взорвали красивейший кафедральный собор, заложенный ещё в петровские времена, уничтожили уникальный деревянный архитектурный ансамбль с множеством церквей и Михайло-Архангельским монастырем, давшим городу имя, а само имя чуть не сменили не то на Лесоград, не то на Сталинпорт… Вологде в этом смысле повезло больше. В 30-е годы ей посчастливилось стать уездным городом Северного края. Благодаря этому появился шанс сохранить от уничтожения чудные памятники деревянной гражданской архитектуры, настолько самобытной, что она выделена в особую школу, а знаменитый «резной палисад» воспет в песнях…

В ее центре и сейчас высится Кремль, окруженный многочисленными церквами, а на северной окраине, у выезда в сторону Архангельска, стоит мощная крепость Спасо-Прилуцкого монастыря. В дополнение к ним, есть десятки храмов и сотни известных и безвестных деревянных и каменных особняков, разбросанных по историческим районам — Верхнему и Нижнему Посадам и Заречью, дарящие городу тот неповторимый облик, которым лично я приезжаю просто полюбоваться…

КОММУНИКАТИВНЫЕ РАДОСТИ. Привечает Вологда своих гостей по-разному: столичных — «Вологодскими зорями», петербургских — «Белыми ночами»; а может своим вокзалом-теремом встать на полпути у едущих к двинянам или зырянам, а то и на Урал и в целинные края. «Вологда-1» — ж/д-узел на линиях Санкт-Петербург-Екатеринбург и Москва-Архангельск, одна из самых крупных пассажирских станций Северной железной дороги. Вокзал, собственно, и является основными воротами в город. По причине близости к обеим столицам аэропорт здесь не столь популярен: для сравнения — самолеты летают отсюда в Москву лишь 2 раза в неделю, тогда как, например, из Архангельска — 3—4 раза в день.

От вокзала Вологда-1 отходит множество автобусов и троллейбусов, некоторые из которых привезут Вас в Центр (так называется остановка неподалеку от Кремля). Впрочем, дотуда совсем недалеко и пешком: расстояния в Вологде действительно небольшие, особенно для жителей крупных городов. Выходите на улицу Мира и вперед-вперед-вперед! Двадцать минут, и Вы уже смотрите на строгие купола величавого Софийского собора.

Автовокзал находится, к счастью, рядом с ЖДВ. Отсюда можно уехать во все райцентры Вологодской области, а также в Котлас, Рыбинск, Иваново и Петрозаводск.

Реками связана Вологда с Великим Устюгом, а тот, в свою очередь, с Архангельском и Белым морем. Этим путем и ездили русичи в старые времена, идя из Московии в Поморье. Сейчас здесь плавают теплоходы: «Вологда — Тотьма — Великий Устюг» по Сухоне (из-за обмеления реки только весной и ранним летом), а по Северной Двине — «Великий Устюг — Котлас — Архангельск». Причем, если судоходство по Сухоне только круизное, то по Двине ходит как круизный пароход-колесник 1911 года «Н.В.Гоголь» (для ВИПов, ВИПчиков и ВИПусек), так и рейсовый теплоход «Николай Кузнецов», цена на билеты у которого более или менее доступна. А если уж задумать большое водное путешествие, то далее можно совершить круиз Архангельск-Соловки или Архангельск-Мурманск, а можно и уплыть в отдаленные беломорские села, где жизнь почти такая же, как и два столетия тому назад.

Что касается мест поселения гостей в Вологде, то выбор их, к сожалению, невелик. Есть «Hotel Spasskaya ***» — наиболее приличная и дорогая гостиница. Номера, правда, советские, не ведавшие евроремонта. Холл производит хорошее впечатление; ресторан, ночной клуб и боулинг — тоже, там все цивильно. И дорого. В ресторане к чаю подают маленькие «бесплатные» пирожные, которые, учитывая общий уровень цен, изначально включены в стоимость. Плюс: большое разнообразие блюд на утреннем «шведском столе». Минус: соотношение цена-качество все равно далеко от оптимального.

«Вологда» — гостиница попроще, расположена в одном квартале от ж/д-вокзала. В интернете пишут: «Ее здание — одна из достопримечательностей Вологды». Я искренне жалею людей, сие написавших: если рядовую «брежневку» человек называет достопримечательностью, не пожалеть его попросту нельзя; а если слово «достопримечательность» ассоциируется с названием автобусной остановки — тем паче! Номера — похуже, чем в «Спасской», но не настолько, чтобы составить нечто качественно иное. Санузлы, правда, позорные и телеки черно-белые (это в не-люксах). Завтрак континентальный, сытный. Стоимость стандартного номера — в два раза ниже, чем в Спасском комплексе, а качество хуже процентов на 20—25.

«Спутник» у ж/д-путей, не знавший капремонта со времен революции (не «розовой» или «оранжевой» 21 века, а ВОСР 1917 года:-)) «Золотой якорь» в центре и странная гостиница правительства области пока мною не изведаны, но чует мое сердце, что ничего хорошего в них нет. Будет время — проверю!

Если говорить о ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТЯХ города, то одной из самых важных, несомненно, является КРЕМЛЕВСКИЙ КОМПЛЕКС.

Кремли в России, конечно, не редкость, а городах, рожденных в 12 веке — почти необходимость. Только вот Вологда здесь немного выделилась. Нет, Кремль есть, но построен он лишь в 16 столетии, и впоследствии использовался не как замок-крепость, а как архиерейский двор. Лишь в 19 веке за комплексом закрепилось «столичное» название. Так что, хоть и расположен Кремль на Кремлевской площади, но вовсе он не настоящий!

Одна из главных кремлевских построек — это Софийский собор 1568 года. Собственно, 1568 — год его закладки грозным царем, а достроен он был гораздо позже. Да и название собор носил сначала «Успенский», как продолжение идей московского кремля. В настоящее время собор — на реставрации, а когда она закончится, неизвестно. Рядом с ним стоит ещё одна «высотка» — колокольня 17—19 веков (время закладки и перестройки), «ростом» аж 78 метров. Наверху ее — смотровая площадка и колокола все тех же 17—19 веков (Часовой, Водовоз, Праздничный и Большая Лебедь). На Кремлевскую площадь выходит желтого цвета приземистый Воскресенский собор в стиле провинциального барокко, крепостная стена и Юго-Западная башня, единственная мощная башня архиерейского двора. Внутри двора — Симоновский, Экономский, Иринеевский, Гавриловский корпуса, палаты Иосифа Золотого, ещё ряд построек, в которых располагается Вологодский государственный историко-архитектурный и художественный музей-заповедник. А из новоделов интересен деревянный домик, где располагается администрация музея — с кружевами на окнах и резным палисадом, видимо, построенный во славу «Черноглазой».

СПАСО-ПРИЛУЦКИЙ МОНАСТЫРЬ — наверное, первый монастырь и вообще первая древность, которую я увидел в своей жизни. Дело было ещё в конце 80-х годов, когда я ездил отдыхать к дедушке на Украину. Тогда-то в окошке и промелькнули пейзажи из сказки, которые я потом долго не мог забыть, и всегда, когда ездил на поезде, искал их среди огромных русских просторов. Монастырь находится в излучине реки Вологды (отсюда и его название), а основан он был в 1371 году святым Дмитрием Прилуцким, сподвижником Сергия Радонежского. Прекрасны и величественны огромные разноцветные монастырские башни, с какими-то почти восточными мотивами, строг обновленный Спасо-Преображенский собор, хранящий мощи святого Дмитрия, по-северному мила и красива деревянная Успенская церковь 1519 года, перевезенная из Александро-Куштского монастыря. Эти постройки, как и находящаяся здесь могила поэта Батюшкова, привлекают в монастырь всех, кто интересуется историей и культурой нашей страны.

Однако, помимо Кремля и красавца-монастыря, у «старушки» Вологды есть нечто, что делает ее той самой черноглазой русской красавицей, изюминка, без которой Вологда не была бы Вологдой. Несомненно, это великолепнейшая деревянная ГРАЖДАНСКАЯ АРХИТЕКТУРА. Нигде больше нет такого изящного деревянного кружева, оплетающего столетние дома, домики и домишки. Казалось бы, недолговечный материал, это дерево, но так давно уже оно дарит людям ощущение тепла и уюта! Я просто обожаю старые кварталы Верхнего посада, где резное кружево украшает балкончики и портики, двери и наличники окон. Настоящие жемчужины не встретишь на центральных улицах, они всегда прячутся где-то в глубинке, скрываясь от глаз случайных прохожих. Иной раз удивляет разваливающийся черный дом, на который издалека страшно и взглянуть. А когда подойдешь к нему поближе, сразу начинаешь чувствовать что-то родное; взгляд будет плавно скользить по окошкам и балкончикам, углубляясь внутрь, и тогда тебе откроется совсем иная картина. Перед глазами предстанет степенная вологодская купчиха в пышном сарафане, сидящая у окошка и распивающая чай из блюдца; ненароком падет твой взор на робких котят, прячущихся в кустах сирени, и на собаку, подающую голос откуда-то из-за палисада. Встрепенется купчиха, оглянется по сторонам и увидит Тебя, человека из другого времени, в странной одежде и с непонятным блеском в глазах. И никогда не придет ей в голову, откуда ты, такой чудной, будешь ли ты москвич, или петербуржец, архангелогородец или человек с какой-то другой планеты… Она лишь качнет головой, поднесет ко рту большое блюдце с горячим чаем, подует на него и…

Я видел мертвые дома, дома без души, которых много по всей России, по всему миру. Но живых больше. Видел храмы, до сих пор используемые под склады (!), особняки, в которых уже никогда не задымят печки… Но почему-то это не навевало грусти. Где-то рядом, на соседних улицах, жил и рос другой город, старинный и современный, помнящий свои традиции и свое родство, родство со старой провинциальной Россией, которая оставила здесь один из самых заметных следов.

Удивительное сочетание тяжелых пурпурного и фиолетового с небольшими прослойками веселого и солнечного желтого цвета — это вологодские закаты, в которых город предстает совсем в ином свете. Прекрасна городская панорама, открывающаяся взгляду с Ленивой (от слова «лень» = торг) площадки и с пешеходного Красного моста. В свете заката многовековые храмы и колокольни, словно сторожевые башни, взмывают посреди двух- и трехэтажных домов, окружают их и берут под свой покров, как родители — родных детей. Вот в этот дом, рубленный «в лапу», с работы вернулся хозяин, крепкий мужичок, сразу же принявшийся за колку дров, рядом по улочке пробежали мальчишки, гоняющие наглую толстую кошку, старуха, сидевшая у окна, направилась к кровати, спать… Смеркается быстро, темнеют силуэты церквей, становятся неразличимыми чудесные деревянные узоры, и старый город тихо засыпает… А рядом, в пятидесяти метрах от того самого дома, шумит автомагистраль — путепровод имени 800-летия Вологды, по которому туда и сюда снуют автобусы и троллейбусы, автомобили и пешеходы — новые вологжане, которые не привыкли засыпать вместе с заходом солнца. Сразу за мостом высится большое новое здание Управления Центрального банка, со строгими бетонными башнями и стеклянным фасадом. Самое время вспомнить, что на дворе уже век двадцать первый. Но только не на том дворе, где мы побывали пятью минутами ранее…

На центральных улицах тоже стоят деревянные дома, тоже памятники архитектуры, правда, не жилые, а общественные. И украшены они чаще не кружевными узорами, а колоннами и другими элементами стандартных архитектурных стилей. Такие дома тоже привлекают и восторгают, по первости, но скажу честно, что и эклектику, и модерн в дереве, и даже фантазии на тему «русского небоскреба» вы найдете в том же Архангельске, а вологодских кружев не увидите больше нигде. Поэтому я обычно сразу сворачиваю с больших улиц и ухожу туда, где не ходит общественный транспорт, а редкие автомобили покажутся почти что диковинкой. В Вологде такие места находятся на расстоянии пешей досягаемости, в пределах получаса от Центра.

Палисады (невысокие заборчики, огораживающие дворики) из Вологды воспеты в песнях. А, между тем, их почти не осталось. В моем любимом Верхнем посаде есть какие-то жалкие разбитые останки, на которые без слез и не взглянешь. Образцово-показательный палисадик есть в кремлевском деревянном домике. Но это для туристов. Что-то потерял старый город? Не знаю… Вот видеть бы его раньше!

А ещё Вологда — это ГОРОД ХРАМОВ. Оказавшись здесь, хочется хоть как-то оправдать относительно небольшое число церквей в родных краях, посему вспоминаешь высказывания типа «большое количество культовых построек — признак отсталости народа»:-) Но это только первые пять минут. А затем «небелая» зависть куда-то исчезает и ты начинаешь просто идти и наслаждаться видами тихого городка со старинными церквами.

Мои любимые храмы Вологды — это Никола во Владычной слободе, Владимирские церкви на ул.Октябрьской и храм Дмитрия Прилуцкого на Набережной 6 армии. Взгляд очень субъективный, но имеющий право на существование.

Ансамбль Владимирских церквей расположен на Октябрьской улице рядом с гостиницей «Спасская» (теплая церковь 1685—1689 гг. постройки, холодная 1764 г., колокольня 18 века). Этот шикарный комплекс из двух прячущихся среди деревьев, сараев и покосившихся домиков церквушек с великолепнейшей шатровой колокольней, почти что с картины Саврасова «Грачи прилетели», — привлекает своей подчеркнутой захолустностью, как россыпь потертых временем жемчужин в горсти сырой и черной земли. Здесь как-то по-особому чувствуешь неухоженную красоту старой русской провинции. В колокольне, вроде бы, обычной для нашей архитектуры, таится что-то, что заставляет надолго задерживать взгляд. Это истинная «русскость», тот особый дух, что отличает среднестатистический объект от подлинного шедевра, может быть, не архитектуры как таковой, но русской духовности, точно.

«От Холмогор до Колы тридцать три Николы», — гласила старинная поморская поговорка. Но и на вологодских землях святителя и чудотворца Николая почитали и почитают не менее, чем в родной Архангельской губернии. Прямое тому подтверждение- Храм Николы во Владычной слободе. Я уже не признаюсь в Вологде, что не местный, и охотно объясняю туристам, куда идти. К Николе? Так, это… прямо, затем налево, мимо театра кукол «Теремок», на пешеходный мостик. Если перед мостиком увидите писающую на уличный столб собаку, вам туда. Что? Почему она там стоит? Нет, ее не хозяева забыли, это памятник такой, посвященный первому вологодскому фонарю (в Вологде есть ещё одно такое же чудо — «памятник лошади», а на деле — поэту Батюшкову, расположенный на Кремлевской площади. На монументе нет ни единой надписи о поэте! Видимо, гости города должны априори знать, что человек, стоящий около здоровенной лошади в натуральную величину — именно Батюшков. И никто иной!). Так вот, зайдя на мостик, посмотрите налево, перед Вами откроется замечательная панорама центра города с Кремлем. А прямо по курсу, через пару кварталов, стоит красивый храм с большими, черными, близко поставленными друг другу куполами и оригинальной колокольней. Это и есть Никола (ул.Гоголя, 108). Не вздумайте ограничиться видом с моста! Все-таки памятник архитектуры 17 века федерального значения. Красивый и величественный, храм производит просто чудесное впечатление. Радует, что стоит он в окружении малоэтажной застройки бывшей слободы, среди домиков с неизменными резными балкончиками.

А ещё в Верхнем посаде есть церковь святых равноапостольных Константина и Елены 1690 г. (пр.Победы, 85) — прекрасный белоснежный храм, словно шагнувший из зимней сказки и спрятавшийся за большими деревьями и маленькими домишками. За Ленивой площадкой стоит полуразрушенная церковь Св.Николая на Горе — местная «пизанская башня» — угол наклона колокольни бросается в глаза издалека. Есть храм Александра Невского на Кремлевской пл. — достопримечательность, изображенная на этикетках минводы «Вологодская». Я ее не люблю (не воду, конечно:-)). Тусклая и простая церковь не сильно украшает площадь, носящую громкое имя Кремлевской.

Множество церквей в Заречье. Это и «тощий» храм Сретения 1731 г. (Наб. 6 армии, 85) — напротив Ленивой площадки, и южнорусского вида церкви Дмитрия Прилуцкого (холодная) и Успения (теплая) — наб. 119—121, и храм Андрея Первозванного, стоящий близ моста 800-летия Вологды в окружении пятиэтажек (красивый храм совершенно теряется в окружении путепровода, промзоны и сталинско-хрущевских домов)…

Ещё в черте города есть небольшой (по сравнению с мужским Спасо-Прилуцким) женский Горне-Успенский монастырь (ул.Бурмагиных, 19). И довольно средний (как по размерам, так и по декору) кафедральный собор, которым, как ни странно, оказывается храм, находящийся сразу за железнодорожными путями станции Вологда-1, по левую руку от вокзала (если стоите лицом к северу). И это лишь малая толика храмов центра Вологды! Их гораздо больше. Действующих — более 15, недействующих — более 20-ти (и все на площади, которую пенсионер с ревматизьмом пешком за час преодолеет!). Гуляя по городу, постоянно видишь умиротворяющие силуэты храмов, стоящие и там, и тут, чуть ли не через квартал… Сколько же душевности они добавляют городскому облику!

НАРОДНЫЕ ПРОМЫСЛЫ. Первое, о чем лично я вспоминаю при слове «Вологда», это вологодское масло, изготовляемое из кипяченых сливок и имеющее загадочный ореховый вкус. Оный достигается благодаря травостою кипрея, зверобоя и сотни других благоухающих растений, кои кушают коровки на заливных лугах Сухоны. Рецепт вологодского масла придумал потомственный русский дворянин Николай Васильевич Верещагин во второй половине 19 века. В судьбоносный для Вологды 1872 год (когда открыли ж/д-линию из Ярославля), Верещагин организовал в Вологодской губернии первые маслодельные артели, открыл первую русскую школу молочного хозяйства. Сейчас масло можно купить во всех крупных магазинах, продается оно в бочонках, которые не стыдно и домой привезти, как сувенир.

Есть ещё вологодское кружево, известное в России и далеко за ее пределами не иначе, как «застывшие краски северной зимы». Первоначально идея кружевного промысла была заимствована у иностранцев, но, попав на вологодскую землю, прочно там укоренилась и преобразилась. Со временем вологодское кружевоплетение заняло почетное место среди северных промыслов, став не менее известным, чем холмогорская резьба по кости, каргопольская глиняная игрушка, двинские и мезенские росписи по дереву. Внимание: цены на масло и кружева не демократичные!

Есть ещё кое-что, за что отдельное спасибо от меня почти родной уже Вологде. Я сейчас коллекционирую глиняные и фарфоровые колокольчики. А это тоже известный местный промысел. Каких здесь их только не встретишь: и простых форм с росписями, и в виде животных (котов, овечек, мужиков, кур, петухов, поросят и проч.), и в виде памятников архитектуры (напр., кирилловских башен)… Пожалуй, это самые веселые и относительно недорогие местные сувениры.

Вот такая Она, в трех словах, добрая старая Вологда, милая душевная хозяюшка, из гостей которой не хочется обычно и уезжать. Долго ещё вспоминаешь ее тихие кривые улочки, вытянутые вдоль небольшой речки, резные деревянные балкончики, которыми я успел прожужжать вам все уши (за что прошу покорнейше меня простить), и нежный аромат русского провинциального города, идущего в одну ногу сразу с тремя веками…

После ее посещения в памяти, пусть и ненадолго, остается куча маленьких историй, в которые ты, молодой и почти безбашенный, попадаешь, по доброй или не очень воле. Все это умещается в этакое обезличенное словечко «оно» и являет собой другую, и, как мне кажется, не менее важную сторону медали.

ЧАСТЬ 2. ОНО

Как ОнО былО? — спрашивают обычно после очередной поездки.хОрОшО:-) — начинаешь свой ответ и быстро переходишь к маленьким эссе с подробностями всяких глупых и не очень историй… Предлагаю и вам, уважаемые читатели, пару-тройку таких философско-гастрономических заметок, произвольно выдернутых из разных времен года…

ОСЕНЬ: ИЗ ЖИЗНИ ПРИЦЕПНОГО ВАГОНА. 21—05. Скорый поезд пятнадцатый Архангельск-Москва отправляется с первого пути. Вагон № 24 Архангельск-Вологда подергивается где-то в хвосте состава. Моложавые тетушки на «боковушке» мирно чавкают салатиками и позванивают мобильниками. 21—38. Исакогорка. В вагоне появляется бойкая женщина лет 65-ти с семью сумками, которые, с улыбками, шутками и прибаутками рассовываются по всем свободным местам. «Уезжаю я отсюда, — говорит она, — навсегда»… Говорит почти радостно, ибо начинает новый этап в жизни, без страха и сожаления о прошлом. Больше не увидит ее небольшой «бумажный» Новодвинск, не услышит ее бодрого голоса двинская островная пойма… Женщина оказывается очень интересным собеседником, и мы, не на радость соседкам с боковушки, проговорим до глубокой ночи. Она была туристом, человеком, близким по духу, из серии «ничего не нажил, не скопил, только…», исколесившей Россию от Калининграда до Восточной Сибири, и продолжающей дело своей жизни… Теперь все уже не так легко: сказывается возраст. В Питере — внук, такой же, как и она сама, путешественник, недавно побывал на Байкале (шарман!); в Е-бурге — сестры, к которым станет ближе ездить. И хоть все меняется к лучшему:-), но в 9—27 ещё один человек навсегда покинул наше крайнее и бескрайнее Поморье:-(

ЗИМА: КОТ И РЫБКИНО. Поднимайте носы и хвосты! Сейчас я расскажу Вам забавную историю. Вы где-нибудь видели, чтобы два дуралея, приехав в чужой город, забрались в местную тьмутаракань (откуда, правда, есть масса автобусов с городскими интервалами), и, прыгая на морозе, два часа (!) ждали единственный поезд, останавливающийся на находящейся неподалеку железнодорожной станции?! И я не видел… у других. Зато сам участвовал.

Мечта съездить к «старине из детства» долго терзала мою впечатлительную душу, пока, наконец, в 23 года от роду не реализовалась. Это было небольшое предновогоднее путешествие из разряда дачных прогулок с монастырско-железнодорожным уклоном. Дело было в декабре, из сопровождения у меня — один только кот (я его тогда захватил с собой, пусть, думаю, кругозор расширит, да и развеется заодно:-)). В Прилуки мы поехали от магазина «Бригантина» (конечная остановка троллейбусов № 4 × 5). Судя по расписанию, отсюда чуть ли не раз в полчаса ходят автобусы. На деле чаще, ибо есть маршрутки, идущие через «Бригантину» откуда-то из центра города. На одну из таких мы и садимся… Не прошло и пятнадцати минут, как мы оказались у стен монастыря.

Пройти внутрь было несложно, надо только отворить узкую калитку. Кот, как любитель все делать «правильно» (порода у него такая, европейская), поначалу пасовал: «А, может, мы лучше снаружи осмотрим, а то дяденьки ругаться будут?». Так-с, кот, щас же ты будешь наказан за свои неправильные взгляды на жизнь:-) Вперед и с песнями! Зашли внутрь, для верности спросив у первого встретившегося монаха, можно ли нам осмотреть достопримечательности:-) Монах разрешил, и мы продвинулись дальше. Сугробы, старательно разгребаемые трудниками, не были глубокими, но пробраться к монастырским стенам изнутри было не так легко, а уж поползать по ним — и вовсе невозможно. Зато мы успели пройти к прекрасной шатровой деревянной церкви, которая вызвала у меня просто щенячий восторг (я обожаю деревянное зодчество, а храм сей, действительно, редких старины и благолепия), постояли у могилы Батюшкова, побродили вокруг монастырских построек и помолились в Спасо-Преображенском соборе. В свечной лавке накупили, собственно, свечек и открыток к Рождеству, а затем пошли в зимний храм. Там было темно: тесные помещения освещали лишь огоньки парочки горящих свечей. Зашедший с нами монах начал зажигать лампадки, отчего стало немного светлее. Он был в строгом облачении, и, при этом очень молод и красив. Смирение и добро выдавало в нем человека, действительно пришедшего к Богу. Что заставило двадцатилетнего человека уйти в монастырь, и как сложилась бы его судьба, останься он по другую сторону от этих прочных святых стен? Когда его сверстники литрами пьют суррогаты водки, разговаривают лишь на языке мата и квасят друг другу морды на дискотеках, этот человек осознанно дарит миру вокруг свою частичку добра. В его взгляде нельзя было заметить равнодушия, лени, злобы, хитрости, глупости, наглости или лживой добродетели — извечных спутников современной молодежи. Там было лишь что-то несколько отстраненное, что выдает людей, родившихся не в свое время… Может, в этом и причина? Как бы то ни было, но времена жестоки всегда, когда-то больше, когда-то меньше, а настроения общества зависят от конкретных людей, которые и делают мир (нацию) жестокой или, наоборот, милосердной, справедливой или несправедливой… И пока есть такие люди, как тот молодой монах, у мира есть надежда… Жаль, что они словно капли в море…

Но вернемся к нашему с котом загородному путешествию. Надо отметить, что в настоящее время совсем рядом со Спасо-Прилуцким монастырем проходят многочисленные станционные пути железнодорожной ветки Вологда-Архангельск, шумят электровозы, стучат колеса вагонов… Из-за любви к железным дорогам такое соседство не кажется мне предосудительным. Не кажется, видимо, оно таким и монахам, которые здесь живут и трудятся. Учитывая, что монастырь фактически прижелезнодорожный, нам надлежало уехать отсюда только в вагоне. А, что, могли быть варианты?

Выйдя за монастырские стены, нам, первым делом, пришла в голову шальная мысль: скатать возле них снеговика. Зачем? Да, снег липкий, жалко, пропадет:-) За что и принялись с большим усердием! Это сейчас я видный специалист по катанию снеговиков, а тогда надо было освежать в памяти давно уже неактивные знания:-) Катался снеговик недолго, правда, почти что в темноте, посему сфотографировать его, в отличие, к примеру, от Ладоги, не удалось. Слепленное подобие человека разумного поставили лицом к длинной и высокой стене (языческим идолом мы его не посчитали) и оставили мерзнуть на фоне снижающейся температуры воздуха.

А сами пошли на станцию. Шли недолго: расширение путей началось сразу же за пересечением дороги в монастырь. Кот попытался учуять милые сердцу и желудку запахи, Рыбкино, все же, но пахло только свежим снегом и углем из стоящих на путях вагонов. Станция оказалась узловой на линиях СПб-Архангельск и Москва-Архангельск (то есть через нее можно было бы проехать из Архангельска или Воркуты в СПб, минуя Вологду-1). Грузовых составов, посему, здесь довольно много: иные проходят мимо, лишь слегка замедляя ход, а иные встают на период до часа, чтобы пропустить другие локомотивы и составы. Здесь же перецепляют вагоны, идущие с севера на северо-запад. Но все это только для товарняков. Пассажирские поезда в Рыбкино не останавливаются. Единственное исключение — электричка Вологда-Коноша, обслуживающая весь север Вологодской области, с заездом в Архангельскую. Вот ее-то мы и хотели поймать. Судя по количеству людей на перроне (ноль почти за все время двухчасового пребывания), поезд для Рыбкино — не самый популярный вид транспорта. Сперва мы зашли на вокзальчик, где не оказалось ни зала ожидания, ни его подобия, а только кабинеты с равнодушными работниками. Они-то и сообщили нам, что электричка из Коноши прибывает через два часа. Что нам оставалось: ехать на автобусе, что ли? Никогда! Перрон пуст, на соседних путях стоят товарняки, периодически раздаются гудки электровозов, которые кто-то осматривает. Чтобы хоть как-то скрасить время ожидания, начинаем плясать. На ура идут два притопа и три прихлопа, чередуемые с тремя притопами и двумя прихлопами. Наконец, хочется в туалет. На станции ничего приличного обнаружить не удается, потому туалет избирается по принципу «Cia visas miskas musu tualetas» («лес — наш туалет»:-), с лит.). Нервно просматриваем все составы, идущие через станцию. Будут ли пассажирские? Если не для посадки, то хотя бы ради разнообразия! И ничего нет! Только товарняки, снующие туда-сюда. Кот перебирается с лапы на лапу и тихо канючит: «Холоднааа, и ещё час впереди!». Хочется прыгать, но что-то не прыгается. Начинаем проверять кота на ученость. Какова длина Амазонки? Молчит. В какой стране находится город Сало? Опять молчит. Самый известный князь Лихтенштейна? Снова молчит. Вдруг его прорывает: Я змерз! Хочу в электричку! Ну, я его хрясь по хвосту, а он даже царапаться не стал. Все, думаю, дело худо, пропадет так животина! И как раз в этот момент на станции появляется ещё одна живая душа, отчего мы начинаем чувствовать, что, хоть мы и одиноки в своем идиотизме, но не одиноки в желании уехать из Рыбкино, а ещё, что поезд будет скоро! Судорожно ждем. Вдруг первый путь освещается огнями, на нем появляется пассажирский состав с надписью «Коноша1 — Вологда1», а динамики на столбах объявляют о прибытии электропоезда на Вологду. Забиваемся внутрь и ждем отправления. Теплоооо… Кот вдруг отогрелся и начал меня кусать: рефлексы, знаете ли:-) Еле отбился:-) А электричка, простояв на станции положенные две минуты, начала тихо продвигаться в сторону Вологды. По пути мы загадочно остановились на станции Вологда-2, находящейся на совершенно другой ветке. Собственно, тормознули в районе с пятиэтажками, а я прекрасно помню, что настоящая Вологда-2 находится в промышленной зоне. В общем, странная электричка. Через пять минут мы уже выходим на Вологде-1, и, стоя на перроне, осознаем, что здесь можно запросто ездить зайцами. Во всяком случае, у нас получилось:-)

ВЕСНА: ПОДСТОЛИЧНЫЙ VIET-NAM. О, да, это именно так! В Японии, наверное, уже цветет сакура, а в Вологде — только вода в Золотухе (речка у них такая есть:-)). Нам же хочется кушать. Сначала находим настоящий Сайгон, недалеко от гостиницы «Вологда». Он оказывается расположенным на втором этаже «Вологодских сувениров», и там сразу обнаруживается маленький полосатый котенок… тощий, видать, на вьетнамской кухне кошек недокармливают… Сначала мы насторожились: местечко выглядело так себе и именовалось кафе-баром. Меню — в пластиковых папках. Скажем громкое ФИ! Ну, ладно, сегодня мы хотели покушать в бюджетном заведении… И покушали! Супчик с молодым бамбуком, а заодно — с курой и древесными грибами — класс! Горяченький и сытный. А на второе — краб «Фузунг» (фарш из краба, мяса и грибов, завернутый в виде рулетиков в омлет) и угорь, фаршированный мясопродуктами и грибами (выглядит как котлетки); все запито замечательной русской водочкой. А на десерт — зеленый чай с бананами в кляре. Как Вы думаете, мы остались довольны? Хе, конечно, да! И это при том, что всего по 300 рублей с человека! Официантка — белокурая красавица во вьетнамском национальном халатике, с неизменно смущенной улыбкой. Впечатления от Сайгона остались самые лучшие! На следующий день визит во вьетнамскую столицу был повторен. Испробованы более острые блюда — голубцы по-вьетнамски, в рисовой бумаге, и супчик-желе с крабами. Водочка мечтала быть замененной коньячком, но армянского не оказалась, а молдавский я не пью. Ну, ничего.

А потом на карте города 2000-го года мы отыскали Ханой. Боже ж ты мой, да Вологда — просто Вьетнам какой-то! Вот, в Архангельске, один китайский ресторан, один японский, ещё два бара, где Вас смогут радостно оСУШИть, а вьетнамского ничего нет. А тут два?! Наверное, карта города старая, а Ханой вырос до Сайгона и съехал ближе к гостинице, — предполагаю  я. После прогулки по улице Галкинской и захода в ресторан «Мишкольц», расположенный в бывшем польском костеле 1910 года (очень оригинальное здание и интерьеры, но цены не демократичные: порядка 100 рублей салат, 200 рублей — горячее), выходим на площадь Революции и вскоре достигаем Ханоя. Странно, но он тоже существует! Оказавшись внутри, сразу просекаю: здесь все почти так же — те же халатики, те же фарфоровые мисочки с фарфоровыми ложечками и даже есть своя кошка, правда, черепахового окраса и чуток беременная:-) Короче, контора одна и та же. Видимо, просто расширились. Ханой, как и полагается второй столице, оказался скромнее Сайгона: спинки стульев пониже, туалет погрязнее (казалось, куда уж ещё-то!), сам «городишко» — в подвале, и никакой вам живой музыки. Заказали знакомый уже бамбуковый супчик и блюдо из креветок «Салют». Ох, какой пожарище разгорелся внутри меня из-за этого салюта! Спасибо, что не фейерверк! Видимо, повар здесь куда бОльший вьетнамец, нежели в Сайгоне… Однако ж, все равно очень вкусно. И снова бюджетно: по 250 рублей с человека, включая наконец-то отыскавшийся «Арарат», правда, всего лишь ***. Хорошо во Вьетнаме!

ВСЕSEZONNОЕ ОТТШЕНЬ АППЕТИТНОЕ: КОКТЕЙЛЬЧИК ОТ ВАГРОН. Вечером надо устроить себе небольшой праздник, — подумал как-то я, разглядывая красивую бутылочку бальзама «Вагрон» в одном из магазинчиков близ гостиницы «Вологда». 24 травки и сразу: такого и в Амстердаме не сыщешь! А ещё эта вещица классно подойдет вон к тому йогуртовому тортику! 160 рублей выкладываю за бальзам (насколько я помню, наши «Поморский» и «Ломоносовский» подешевле будут), 150 — за веселого апельсинового «Фруктолино» и 16 — за бутылочку «Пепси». Но эмоции, кои они подарили, стоили гораздо больше! Помните старый дедовский рецептик: 1:1 бальзам и кола и немножечко льда?. И «вставляет» не по-детски, и головушка с утречка не бо-бо:-) Для чистоты эксперимента надо бы «Коку», но почему-то в Вологде засилье Пепси. Тоже неплохо, кстати.

Фруктолино же оказался легким с виду, но нелегким на вкус: бисквита в нем было процентов 20, а остальное — традиционные и фруктовые растительные сливки, украшенные сверху липесинками-шоколадками… Ням-ням, как вредно жить…

ВСЕSEZONNОЕ ОТТШЕНЬ НЕАППЕТИТНОЕ: МЯТАЯ ИКРА. Случился у нас в Вологде и неприятный эпизод. Ну, захотелось людям бутеров с красною икрою, побуржуйствовать так скромненько, даже без рябчиков с ананасами. Заветную баночку купили в супермаркете МАКСИ на ул.Мира. Цена — стандартная. Для себя отметили интересный факт: икра в «Макси» хранится, словно ювелирные изделия — в стеклянном шкафу под замком, а ключ — на шее у администратора магазина. Администратор нашелся, точнее, нашлась и выдала нам заветную баночку с предупреждением «икра не из Сахалина». Я, разумеется, спросил, а что, икра не лучшего качества? «Нет, просто есть люди, для которых принципиально, чтоб на Сахалине было расфасовано. А качество хорошее», — уверенно произнесла она. Придя в гостиницу, баночку открыли сразу. Поначалу смутил внешний вид натурпродукта — что-то липкое бордовое плавало в чем-то жидком того же цвета. Запах отвратил ещё больше: лыба сдохла:-( Ну, в общем, мы это есть и не стали. А когда принесли обратно в магазин, прежде любезная и улыбчивая администратор грозно посмотрела и говорит: «А что Вам не нравится? Цвет неестественный? Запах? Это же красная икра! Рыбой пахнет! А чем должна? Пончиками? Жидковата? Так, второй же сорт, а Вы чего ожидали?» И далее быстро-быстро, почти скороговоркой: «На баночке не написано, что икра соответствует ГОСТу, указаны лишь технические условия, которые предприятие может устанавливать само. Мы за это никакой ответственности не несем. Надо лучше читать надписи на банках! А, вообще, у нас никто ещё не жаловался!» (последний аргумент сразил меня наповал!)

Брр. Облейте меня холодной водой! Я не сплю? Ущипните… ущипните меня…

«Вас много, а я одна», — по-старинке ответила администратор. И щипать не пришлось!

Не денег жалко (я на них и не настаивал), а того факта, что наш родимый «совочек» исчо жив и даже весьма здоров, причем в кажущемся приличным супермаркете, кой готов испортить себе репутацию ради сбыта одной некачественной банки икры… Даа, есть у провинции свои плохие стороны:-)

А ЛЕТОМ В ВОЛОГДЕ…
Я ещё не был, пока. И вам пока! Ваш Рома.
© Стюфляев Р.С., 2005 г. Все права защищены.

Комментарий автора:Встрепенется купчиха, оглянется по сторонам и увидит Тебя, человека из другого времени, в странной одежде и с непонятным блеском в глазах. И никогда не придет ей в голову, откуда ты, такой чудной, будешь ли ты москвич, или петербуржец, архангелогородец или человек с какой-то другой планеты…

| 19.04.2005 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий