Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Польша >> День добрэ, пан, или путь в Польшу… >> Страница 2


Забронируй отель в Польше по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

День добрэ, пан, или путь в Польшу…

Польша

 — Узбекские сумы, они самые конвертируемые в мире, — пояснил  я. – Их только в качестве конвертов использовать, а вообще они представляют только нумизматическую ценность. В моей стране предпочитают баксы.
Так же поразился узбекской банкноте уличный… точнее, трамвайный певец. Как-то днем, когда появилось «окно» между лекциями, мы с коллегами (Дина из Еревана и Наташа из Бишкека) решили посетить гипермаркет «Каррифур». На остановке «Рондо Вашингтона» сели на 25 трамвай, но поехали, как потом выяснилось, в другую сторону. Так вот, по дороге в вагон влез элегантно одетый мужчина, который, брынча на гитаре, затянул аж громовым голосом
 — Бес ам-мо… бес ам-мо муче!..
И что-то подобное и в том же заморском духе дальше. Пока мы ехали, он все пел и пел, а потом стал ходить по салону с протянутой шапкой. Ему мало кто кидал, хотя мужик старался от души. Я же решил подарить ему узбекские зверобаксы (это банкнота номиналом в 200 сум зеленого цвета, на котором изображен тигр – рисунок с древнего портала Регистан, поэтому мы такую деньгу зовем зверобаксами). Мужик кивнул в знак благодарности, а потом его глаза расширились от изумления. Объяснять ему долго не пришлось, так как в это время мои коллеги наконец-то заметили, что мы приехали не туда, и стали выскакивать из вагона, дергая меня за рукав, мол, пошли. Я прыгнул вслед за ним, успев сообщить певцу, что это национальная валюта Узбекистана. Думаю, он приклеил ее на гитару… Как-то днем мы нарвались на демонстрацию. Не менее сотни тысяч человек с транспарантами и плакатами шли по центральным дорогам к Дому правительства, что-то выкрикивая в мегафоны. Они парализовали все транспортное движение на улицах. Однако, никто из жителей Варшавы не выразил негодования. Они просто смотрели на демонстрантов и терпеливо ждали, когда их трамвай, автобус или такси пропустят дальше. Полицейские охраняли демонстрантов, они боялись только того, чтобы не произошло какой-нибудь провокации: сами понимаете, кто-то бросит бутылку с зажигательной смесью, булыжник и начнется потасовка…
Говорят, это были фермеры, которые выражали протест в связи с ухудшением их положения после интеграции польской экономики в европейскую хозяйственную систему. Я и Сергей Ободовский – коллега-диссидент из Беларуси – присоединились к ним из чисто политическо-дружеских позиций, прошагав не менее трехсот метров. Демонстранты нам что-то одобрительно кивали, благодарили за понимание, а мы в ответ по-русски кричали:
 — Привет от наших демонстрантов – вашим! Солидарность!..
 — «Солидарность», «Солидарность»! – в ответ соглашались они.
Да, я совсем забыл, что поляки несли плакат от движения «Солидарность», и видимо, наши слова признали, как нашу любовь к этой организации. Да-а… Если бы меня в Ташкенте поймали рядом с демонстрантами… Даже трудно себе представить последствия, не говоря о том, что невозможно представить себе вообще демонстрацию в Узбекистане.У нас митингующих в количестве трех человек загоняют в милицию, всем участникам навешиваются ярлыки «ваххабитов»… Зато почувствовал себя свободным человеком в Польше…
Прикольным я бы назвал и польский праздник – День пончика, который отмечается в конце февраля. Полагается есть – мням-мням! — печенное, хлебобулочное, в общем, все, что производится из теста. Я, например, в тот день отъелся сладких булочек, пирожных, что сам стал похож на пончик. Говорят, что в России есть похожий праздник – Масленница. Я поддерживаю такие традиции. Неплохо бы и у нас ввести такие праздники, типа День самсы, День лепешки, День чебурека и пр. Мне кажется, многие бы меня поддержали…

…ЛЕЖИТ ЧЕРЕЗ ОБРАТНУЮ ДОРОГУ ДОМОЙ!

Эх, обратно я добирался тяжелее, чем летел в Варшаву. 10 марта: подъем в шесть часов утра. Завтрак. В семь-пятнадцать подали автобус. Нас – человек двадцать, которые вылетали утренним рейсом во Львов и Москву, погрузили в салон и отправили в аэропорт. В этот день стоял туман. Машины с включенными фарами еле-еле двигались по дорогам, казалось, пехом можно быстрее добраться до места назначения. Путь, на который обычно затрачивалось не более получаса, мы преодолели за два часа.
Наконец-то нас выбросили в аэропорту. Галдящая толпа собралась в центре зала и стала искать стойку регистрации. Тут зажглось табло «Москва, Аэрофлот-ЛОТ. 11.20». Мы устремились туда. Вначале прошли таможню (или пограничников, я не понял, кто они были, эти люди в коричневой форме), где меня остановили и попросили открыть чемодан. Им подозрительным показался утюг, который я купил к 8 Марту (не смейтесь, но в Узбекистане это хороший подарок). Видимо, до офицеров тоже не доходило, зачем покупать эту вещицу. Им бы один раз съездить в нашу страну, чтобы больше таких глупых мыслей не появлялось…
Потом – контрольно-пропускной пункт. Я проскочил без вопросов, а вот Нурика из Таджикистана долго мучили вопросами, мол, зачем прилетали, где учились, кто директор… И его выпустили на свободу. Я имею ввиду зону свободной, беспошлинной торговли. Бутиков здесь было предостаточно, но вот цены… Не пойму, почему в Дьюти Фри считаются товары дешевле? Они в 3—4 раза выше, чем в городе. Может, только спиртное… хотя, нет, цены почти что одинаковые. Поэтому мы только пошатались по бутикам, поразевали рты над ценниками. Тут позвали в следующую зону – зал вылета. Прошли металлодетектор, полицейский контроль (меня слегка полапали, но потом поняли, что звенит пряжка ремня). И там мы надолго засели. Оказывается, нелетная погода. Туман стоял такой, что отменили практически все рейсы на посадку. То есть взлететь еще могли, а вот совершить посадку… Наш самолет посадили в Праге. И мы оказались замурованными в аэропорту.
Прошло несколько часов утомительного ожидания. Из области желудка стали раздаваться позывные сигналы. Тут нам сообщили, что можно за счет авиакомпании пообедать. Мы выхватили у дежурного талоны и устремились в ресторан, мысленно представляя, какие блюда закажем. Ха, как бы не так! Раскатали губу! Нам полагалось совсем немного. Дали кусочки мяса, картофель-пюре, булочку, чай. Салаты, мороженное, сладкое – это за свой счет. Но ничего, отобедали, и вернулись обратно в зал. Теперь нас в страну не пустят и в случае чего будем проживать в аэропорту (я сразу вспомнил фильм «Приключения итальянцев в России», где герой летал из России в Италию и обратно, но его нигде не принимали, так как он потерял паспорт).
Чем больше стрелки часов делали круг, тем больше тревожились я и мои коллеги – у всех были стыковочные рейсы – у кого в Алматы, у кого во Владивосток, у меня, например, в Ташкент. Слава богу, туман вскоре рассеялся, аэропорт стал принимать воздушные суда.
Российский «Боинг» взял нас на борт, когда по местному времени было четыре часа дня. За два часа нас доставили в Москву. Там в это время было уже восемь часов вечера. Мой ташкентский самолет улетал из «Шереметьево-1» в 11.50. Я не особенно торопился. Но когда увидел огромные очереди китайцев возле пограничных пунктов, то чуть не взвыл. Нужно было потерять не меньше двух часов, чтобы выйти из этой зоны. Не знаю, как я выдержал эти часы (легче было вернуться в Варшаву). Жителей страны Поднебесной российские пограничницы проверяли долго и упорно. Мне показалось, что я опоздаю на свой рейс.
Все-таки прошел. Очутившись возле дежурной, которая осуществляла трансфер до «Шереметьева-один», я заметил своих коллег – они метались по аэропорту. Успел выяснить, что они опоздали на свои самолеты (некоторые вылетали из «Домодедово»), а теперь требовали компенсировать убытки. Будучи юристами, слушатели Школы собирали все документы, чтобы потом предъявить их суду. Им обещали только ночлег и питание, а вот возвращение стоимости билета… «Погода – это не форс-мажорные обстоятельства», — кипятился Стас, который, как я знал, уже судился с «Аэрофлотом» один раз. Уверен, что они внесли его в «черные списки».
Я успел на свой ташкентский рейс. Сотрудница выдала мне посадочный, на что я автоматически ответил:
 — Джанкуе!
 — Чего-чего? – удивилась та.
Тут я сообразил, что поблагодарил ее по-польски. Пришлось переводить.
Потом опять погранично-милицейская проверка, посадка на борт. Три с половиной часа скучного полета, и я дома. Но все равно хотелось вновь вернуться в Польшу, дорога к которой лежит через…
(20 февраля – 11 марта 2003 года)

Страницы: Предыдущая 1 2

| 12.04.2005 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий