Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Перу >> Перу 2003. Инка оптом и в розницу. Часть 2


Забронируй отель в Перу по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Перу 2003. Инка оптом и в розницу. Часть 2

Перу

День уже близился к концу, когда мы подъехали к воротам национального парка Паракас (Paracas). Билет на день стоит 7 солей. Можно сразу заплатить за посещение с ночевкой на территории парка. Оставалось всего 3 часа светлого времени, но мы все же решили ехать сегодня.
Территория парка огромна и включает в себя большей частью необитаемую пустыню, а охраняют здесь птиц, гнездящихся по берегам океана, и морских львов.
Маршрут, предлагаемый туристам, охватывает лишь небольшую часть полуострова Паракас. По нему, конечно, можно ходить пешком, но лучше кататься на джипе. Есть организованные экскурсии, но они уже откатались, и нам повезло — удалось побыть в одиночестве. Берега пустынны.
Дождь здесь случается крайне редко — примерно раз в столетие. Растительности нет, и проехать можно, где хочется. Пологие горы заканчиваются обрывистым берегом. В лучах заката, среди облаков морского тумана скалы и море выглядели очень необычно.

При въезде в парк выдается брошюрка с перечнем красот, которые можно смотреть. Вначале дорога выходит к небольшой рыбачьей деревне Лагунила (Langunillas). Рядом с ней есть пляж, на котором удобно встать на ночь. К сожалению, пляж маленький, и одна палатка уже стояла. Не желая толкаться, купаться мы не пошли. Наверно, это единственное место, где можно подойти к морю. Остальные берега обрывисты и обращены к открытому океану. Огромные волны разбиваются о камни, и искупаться на них весьма затруднительно, но это помеха только человеку. Многочисленные морские львы лежат на скалах, не испытывая затруднений. Для их наблюдения на краях обрыва сделаны наблюдательные площадки. На этих скалах можно даже встретить пингвинов Гумбольдта, но это бывает очень редко. Их колония живет подальше от берега на необитаемых Балестских островах (Islas Ballestas). Попасть туда можно за 35 солей с экскурсией. Видимо, можно нанять независимую лодку, но мы искать не пробовали и воспользовались экскурсией. Организовывает их Zarcillo Connections. Их офис расположен на Плаза де Армас в городе Писко (Pisco). Туда мы и поехали ночевать. Остановились в хостеле Posada Hispana за 40 солей.

С утра на автобусе народ собрали по гостиницам и отвезли на причал в город Паракас. Оттуда на быстроходном катере до островов около часа.
Экскурсию начинают с осмотра канделябры. Эта такая штука, выкопанная на склоне горы, размером в несколько десятков метров.
Происхождение ее неизвестно, как неизвестно и то, что этот рисунок означает. Может, канделябру, может, кактус, а может, и нечто третье.
Почти наверняка это дело рук испанцев. Первоначально рисунок был выкопан в прибрежном холме на 2 метра глубины. Постепенно ветер засыпал канавы пылью. Сейчас остались только 60 сантиметров, но рисунок по-прежнему четко виден. К нему можно проехать по берегу от деревни Puerto San Martin. Никто его, в отличие от линий Наска, не охраняет, и можно беспрепятственно по нему полазать.

После канделябры туристов везут на острова. Раньше на них был огромный слой знаменитой чилийской селитры. Образуется она из помета птиц. Во всех остальных местах птичий помет смывается дождем, благо селитра отлично растворима в воде, но на скалистых островах у западного побережья Латинской Америки дождя не бывает никогда. В результате образовались огромные залежи. Это был просто подарок для экономики Перу. В прошлом веке больше половины экспорта страны составляла селитра. Ее возили даже в Европу. Все было здорово, но за несколько десятилетий запасы кончились.
Теперь все эти острова объявлены национальными парками и прочими заповедниками. Птичек охраняют, и то, что они успевают нагадить, тщательно собирают, вот только мало получается. Некоторые виды гнездились, роя норы в толстом слое гуано, и вымерли вместе с его исчезновением.

Считается, что на острова высаживаться нельзя, но это не касается добытчиков селитры.
Птиц на островах действительно много. В основном пеликаны, но они гадят мало. Больше всего продукта производит небольшая по размерам разновидность чайки.
На одном их островов гнездится колония пингвинов, но их осталось совсем немного. В годы Эль Ниньо к островам подходит теплая вода, а в ней нет рыбы, зато есть акулы. Для пингвинов это катастрофа, и после нескольких лет с Эль Ниньо они почти целиком вымерли. Теперь морские львы занимают все прибрежные скалы и пляжи. Увидеть такое количество можно только на далеких и труднодоступных арктических — антарктических островах, и так просто попасть на птичий базар можно только в Чили и Перу.

Стандартная экскурсия длится с 8 до 11 часов. У нас еще весь день впереди. Вчерашняя поездка по пустынным берегам парка Паракас нам так понравилась, что было решено прокатиться по южной самой дикой его части. В путеводителе сказано, что это — хорошее место порезвиться на внедорожнике, при этом полезно прихватить с собой побольше воды и проводника, знающего местность.
Мы гидов не любим, и поехали одни. Карты у нас тоже нормальной нет. Около небольшой деревушки на пути от Писко к Ике нашли подходящую дорогу, уходящую в пустыню. Через 40 км она должна выйти к морю. Проехали 50, а моря нет, вместо этого дорога практически исчезла. Вокруг песчаные барханы. Катаясь по Сахаре, я привык, что на круизере они проходимы, и застрять практически невозможно, но здесь песок другой, и можно мертво сесть прямо на дороге. Хорошо, что хоть заметил это вовремя и теперь сторонюсь песчаных дюн. Но вот мы заехали в песчаный район, и они всюду вокруг нас.

Моря нет. Пора доставать GPS. Он где-то зарыт в глубине рюкзака, и раньше это делать было лениво. Оказывается, мы посреди пустыни, в той части, которая совсем не имеет дорог и считается военным полигоном. Приходится возвращаться назад. Это всегда неприятно, и при виде небольшой дорожки, идущей в сторону моря, мы рискнули поехать по ней. Выбрались к берегу в районе островов Независимости (Independencia Isla). На берегу посреди красной пятиконечной звезды стоит обелиск. Как его сюда занесло? Красная армия до этой пустыни не добиралась, звезда в символике Перу не числится. Вокруг ни души.
Неплохой пляж. Наконец, попалось подходящее место искупаться в Тихом океане, не перерывая все рюкзаки в поисках неуловимых купальников.

Еще долго мы скитались по пустыне, прежде чем успешно выехали в Паракас. Все вещи в пыли. Теперь долго предстоит от нее отчищаться.
Уже в темноте пришлось ехать по Панамериканскому шоссе дальше на юг. На завтра запланирован полет над пустыней Наска.
Шоссе большей частью идет по пустыне, дорога прямая, деревень мало, поэтому 200 километров удалось преодолеть за 2 с половиной часа. На ночь встали в очень приятном отеле Hotel Internacional. Несмотря на столь солидное название, номер на троих стоит 60 солей, к тому же во дворе отеля есть своя парковка, что позволяет сэкономить десяток солей и не таскать далеко вещи.

Пройдя по многочисленным турфирмам, выяснили ситуацию с полетами. Дешевле всего, да и интереснее, летать на маленьком 4-местном самолете. На одном месте водитель, на трех — пассажиры. Нас как раз трое.
Договориться можно на любое время с 8 утра до 5 вечера. Лучше летать утром. Низкое солнце подчеркивает рельеф, фигуры видны лучше, да и небо почти наверняка будет ясным.
Цена — 27 US$ с человека, включая трансферт с отеля до аэропорта и не включая аэропортного сбора 5 солей. Полет проходит на высоте 300 метров. По программе положено облететь 12 фигур. Видно все отлично. Мне очень понравилось. По отзывам других туристов известно, что пилот иногда предлагает порулить самолетом. Я так этого ждал, но мне не дали.
Фигуры в пустыне Наска стали широко известны после фильма Деникена «Воспоминание о будущем». Там доказывалась их внеземное происхождение, а мужик на склоне холма был объявлен рисунком астронавта. По мне — мужик мужиком. А уж если строить дурные теории, то готов заявить, что там есть рисунок пахиподиума — эндемика Мадагаскара. Пусть это кто-нибудь объяснит. Кстати, на плане этот рисунок не имеет названия.
Если честно, то небольшие рисунки различных животных и растений я могу понять, но многокилометровые треугольники понять существенно труднее. Вся эта роспись выполнена на каменистой пустыне, по которой ветер гонит белый песок. Стоит убрать темные камни — и участок станет белым. Так сделаны большие треугольники.
Мелкие картинки вблизи представляют из себя борозду глубиной несколько сантиметров и шириной в несколько десятков сантиметров.
Что значат эти фигуры, не знает никто. Неизвестен и их возраст. Очевидно, они возникли раньше прихода испанцев. Считается, что они были нарисованы с 900 года до Н.Э по 600 год НЭ. Археологи точно могут датировать события по органическим остаткам, но в пустыне их нет.
Фигуры эти практически уникальны. Нигде в мире аналогов нет. В Боливии недавно нашли аналогичные, но я пока не видел их фотографий, и не исключено, что это открытие придумано с большой натяжкой. Удивляет уровень стилизации картинок. Во всем, что я видел в Латинской Америке, такого нет, разве что в картинках на стенах Сечина.

Вопреки распространенному мнению, про существование фигур знали еще в 16 веке. Канделябра в Паракасе — скорее всего плагиат. Особого внимания на линии не обращали, до тех пор пока в сороковых годах их не увидели с самолета и не сделали им широкую рекламу. В начале века их не считали ценностью и проложили по ним Панамериканское шоссе. Совсем недавно гоняли по пустыне на джипах, но теперь все трясутся за их сохранность. Туристам не дают сходить с шоссе. Говорят: «не будет фигур — не будет денег». Человек идет по пустыне, не оставляя видимых следов, и я хотел добраться пешком до знаменитой картинки колибри, но оказалось, что это достаточно далеко от дороги, а местное население не дремлет и туриста гоняет. Удалось с земли посмотреть лишь ближайшее к дороге «дерево». Его, кстати, можно посмотреть, забравшись за 1 соль на смотровую вышку, что много дешевле самолета.
Жалко, что не удалось погулять. Пожалуй, резон не пускать народ есть только один. Всегда найдется художник, который пожелает нечто добавить, нарисовать компьютер или что еще в доказательство инопланетной версии. Местное население, кстати, идею восприняло, и множество гор по всей стране украшено рекламой, надписями типа «Вася был здесь», «10а класс 1974 года выпуска» или «Покупайте рыбу только у нас».

Кроме пустынных рисунков, в окрестностях города Наска есть еще испанский виадук и раскопанное кладбище доинкских времен.
Поскольку эти края — одна из самых сухих в мире пустынь, то гнить здесь ничто не может и хранится вечно. Это относится в том числе и к захоронениям. Даже если тело специально не мумифицировать, то оно сохраняется не хуже египетской мумии. Возраст местных захоронений порядка 700—1000 лет. Этот период непосредственно примыкает к воцарению империи Инков.
Кладбище раскопали, и сделали музей. Хоронить было принято семьями, в сидячем положении. В могилу клали множество полезных вещей и припасов в глиняной посуде. Для просмотра подготовлено несколько захоронений, но огромная территория вокруг усыпана костями, черепами и множеством черепков. При желании можно погулять по этим просторам, отковырять осколок какого-нибудь горшка.
Как и многие другие доинковские археологические объекты, кладбище южнее Наска не привлекает больших толп туристов. Большинство литературы по древней Латинской Америке посвящено империи Инков. Видимо потому, что с ней сражались испанцы, потому, что она подмяла под себя полконтинента и актуальна в 20 веке по аналогии с фашизмом-большевизмом, но если подумать, то на период империи приходится всего 200 лет. За это время она успела развиться и успешно сгнить, приведя в упадок экономику племен, которые успешно существовали тысячелетиями до нее.

Первые поселенцы на территории Перу появились примерно 25000 лет назад. По происхождению они были жителями Чукотки, преодолевшими Берингов пролив и занявшими весь американский континент.
Примерно 2500 лет назад начали появляться весьма высокоразвитые цивилизации, сменявшие друг друга. На очень высоком уровне было развито ткачество и гончарное дело. Строились города и пирамиды. Воцарение инков с их уравниловкой, бесправием и прочими атрибутами социалистического общества можно скорее объявить крахом и катастрофой, чем расцветом цивилизации.

Южнее Наска дорога идет вдоль побережья по безжизненной прибрежной пустыне. Это — одно из самых сухих мест на земле. Дожди здесь случаются раз в несколько столетий. Это недостаточно для растений, пустыня полностью лишена растительного покрова. Населенные пункты редки. Лишь в местах впадения рек, стекающих с гор, по берегам зеленеют огороды, которые способны снабдить жителей витаминами, а основную пищу все равно приходится добывать в море.

Инки предпочитали жить в горах, но есть одно исключение. Чуть севернее современного поселка Chala они построили порт Puerto Inca. Достоверно не известно, куда и зачем они плавали, но развалины однозначно доказывают, что судоходство они освоили. Желание стать великой морской державой лишь ускорило их конец. Однажды испанцы перехватили бальсовый плот, на котором нашли золото. Это дало основания для поиска страны, в которой можно основательно поживиться. Не будь такой находки, испанцы, может быть, еще столетие не добрались бы до высокогорных холодных степей, заселенных туземцами.
Сейчас рядом с развалинами порта построен отличный туристический комплекс с отелем и рестораном. (http://www.puertoinka.com.pe/adventure.htm) Поскольку по дороге он нам попался посредине дня, то воспользоваться удалось только рестораном, обед в котором на троих обошелся в 70 солей. Это вполне приемлемо, с ночевкой хуже — номер на троих стоит 49 US$. Это, конечно, дорого, но вполне соответствует сервису. Для экономии денег можно остановиться с палаткой. За постой берут 2US$ с человека.

Развалины порта ничем особенным не отличаются, разве что все они усыпаны многочисленными человеческими костями. Большую часть строений составляют складские помещения. Для хранения зерна и прочей провизии инки строили большие цилиндрические емкости, похожие на современный элеватор.
Нагулявшись по останкам порта, решили искупаться. Отель построен рядом с отличным пляжем из черного песка, но многометровые океанские волны мешают. Только мне удалось пробиться сквозь прибой и выплыть в открытое море, предварительно наглотавшись воды и получив не раз камнями по голове.

Сразу после деревни Ocona горы подступают к океану, и Панамериканское шоссе превращается в узкий горный серпантин. Поверх гор ветер носит песок. Если чуть севернее прибрежная перуанская пустыня имеет каменное основание с редкими барханами метровой высоты, то по мере продвижения к Арекипе песку становится больше, и он образует огромные горы высотою до километра. Говорят, что самые высокие барханы в мире именно здесь, и действительно, прямо с дороги видны километровые горы песка. Выглядит это внушительно, но песок, конечно, не лежит здесь километровым слоем. В основании такого бархана лежит обычная каменная гора. В этом легко убедиться. Недавно Панамериканское шоссе было реконструировано. Первоначальную трассу, проложенную еще по дороге, построенной инками, спрямили, и в нескольких местах прошли барханы насквозь, сделав выемки. На таких разрезах видно, что тело бархана сложено из обкатанных морским приливом валунов. Песок лишь покрывает гору. На подъездах к Арекипе горы становятся скалистее, и песок не удерживается на отвесных склонах, в результате получается очень интересная картина — черные горы торчат из белого песка. Все это похоже на высокогорный хребет, покрытый снегом.

Если на побережье дождей нет, то всего в сотне километров от берега в горах почти каждый день бывает гроза. Горные потоки за миллионы лет прорезали Анды самыми глубокими в мире каньонами. Туристов обычно возят в каньон реки Колки, но рядом расположенный Котауаси (Canon del Cotahuasi) глубже — до 4 км. Скалы не позволяют проложить дорогу вдоль реки, и попасть в него можно только по 200 км дороге, которая на большей части своей протяженности не асфальтирована и проходит на высоте более 5 км. Путь в один конец занимает около 12 часов. Это пока сдерживает массовый туризм. Раз нет толпы народу, значит, нам как раз туда стоит податься.
Дорога в Котауаси отходит от панамериканы около  п. Tambillo. До развилки мы добрались уже в темноте, и встали на дикую ночевку прямо в пустыне, отъехав на несколько сотен метров от дороги (16o25.675`S 072o22.822`W h=979). Абсолютно безжизненное плато. Каменистое основание покрыто серой пылью толщиной в несколько сантиметров, как на Луне. Все хорошо, только все моментально пачкается. Для стоянки пришлось подняться на небольшое возвышение, где пыли практически нет. Только поставили палатку, как вдруг неожиданно пошел дождь.
Этого просто не может быть. Здесь его не бывает. Ладно — пришлось тент на палатку накинуть. Пока накидывали, дождь кончился. Поужинав, мы с Таней пошли погулять вдвоем. Луна освещала неземной пейзаж, не жарко, дышится легко. Далеко в горах сверкают молнии. Здорово!

Где-то там зима и морозное утро, а мы тут лежим на песке.
Утром встали еще до рассвета. Впереди у нас большая дорога, но тут выяснилось, что джип не заводится, и что делать, непонятно — дизель, и крутить-чистить нечего. Через несколько минут неприятность рассосалась сама собой и, проплевавшись, движок затарахтел. Вот только страшновато с таким ехать в дикие горы.
До Aplao проложен асфальт, до Chuquibamba его кладут, ну а дальше — узкая разъезженная грунтовка серпантином взбирается по отвесному склону. Здесь дожди уже бывают, и обочины дороги поросли многочисленными кактусами. Набрав 4 километра высоты и преодолев стенку каньона, выехали на высокогорную долину. Холодно, дует ветер. Дорога идет на перевал около заснеженных вершин Nevada Coropuna высотой 6613 метров. Вот уже и вокруг нас появились сугробы. На перевале встали пообедать. После долгого обитания в горах в Боливии мы с Таней легко адаптировались к высоте — даже дышится как-то легко и приятно, после влажного и вязкого воздуха побережья. А вот Лене плохо. Горная болезнь добралась до нее. На 5 км она впервые, и ей все хуже.

К 4 часам вечера открылся вид на каньон Котауаси. Смешное название. Мы его котом Васей прозвали. Где-то там, на 3 км вниз, видна речка и город Котауаси. Картинка как с самолета, но я ждал большего. Это, конечно, не отвесные стенки, это просто долина, края которой выше основания на 3 км. Склоны большей частью достаточно пологие, и лишь на некоторых участках переходят в скалистые обрывы. До Котауаси всего несколько километров, но это по прямой, а по дороге еще полтора часа крутились по серпантину, прежде чем не попали на узкие булыжные мостовые.
Улицы такие узкие, что парковаться можно только на центральной площади, а если там мест нет, то только на окраинах. Город тихий и колоритный. Явление иностранца здесь редкость, и местное население пытается рассказать, что еще интересного можно увидеть.
Надвигалась гроза. Решили дальше не ехать и остановиться в городе в отеле. По книжке здесь их множество, но на практике половина закрыта, а в остальных предлагается комната с удобствами на улице. Выбрали комнату побольше в Hostal Villa. Сказано, что парковка включена в цену, и действительно, нам открыли въезд во двор. Вот только как въехать? Ширина ворот сантиметров на 10 больше джипа, а заезд с узкой улицы, по центру которой проложен канал для стока воды. Колесом заедешь — сядешь мертво. Пришлось долго маневрировать взад-вперед по несколько сантиметров, прежде чем окончательно встать на положенное место. На главной площади выбрали ресторанчик. Собственно, работал он один, а в остальных предлагали поискать хозяев.

В меню суп и курица с рисом. Вернее, меню нет, а есть хозяйка, которая, окинув взглядом имеющиеся припасы и увидев не по делу попавшуюся под руку курицу, предложила нам сей набор. Сели ждать. Стены развешаны плакатами о развитии туризма в этих местах. Пещеры, водопады, горячие источники, сплав на плотах к океану. Все очень красиво. Здесь можно провести месяц.
Плакаты только вот старые. Похоже, идея провалилась, было решено бросить эту затею и возить народ исключительно в Колку.
Даже хозяйка кафе не смогла нам объяснить, как добраться до нарисованных чудес природы.
Во дворе бегает кролик и ест цветы с клумбы, чуть выше порхает колибри. Хозяйка растапливает печь. Так тут живут день ото дня.
Спрашиваем, сколько денег с нас. Говорят, 9.50. В голове совсем другие цифры. Совсем недавно мы кормились за 95 на троих. Переспрашиваю, не веря в свой испанский — нет, даже не 59, и не 19—50, а именно 9.50.
Лена совсем разболелась и пошла сдаваться в госпиталь. Здесь его организовали миссионеры, они же и работают. Выписали Лене рецепт на термометр, этим и ограничились для начала. Намеряли 39. Лена слегла в кровать, съев пачку таблеток. Если это от высокогорья, то за ночь должно пройти. Котуаси стоит на дне каньона, на высоте всего 2680 м.

Во всем Перу отель в Котуаси оказался единственным с электрическими розетками под американский стандарт. Не зря мы везли с собой переходник. Это был единственный шанс им воспользоваться. Напряжение всюду 220В.
С утра выглянуло солнце. Лене полегчало, и мы поехали дальше верх по долине до деревни Алка (Alca). Дорога хорошая, ущелье почти по всей долине заселено.
Алка и Томепампа (Tomepempa) — вполне приличные городки с непременной площадью Де Армас и собором на ней. На рекламной картинке показано, как парочка купается в теплом источнике среди скал. Мы тоже хотим. Источники рядом с дорогой, не доезжая Алка. Увы, мы опоздали. На благо туриста их перестраивают в культурный вид, и теперь уже не полежать в дикой луже. Через год — другой все это превратится в банно-прачечный комплекс с бассейном. Вода в нем будет из источника, но какая разница, если вокруг кафельная плитка. Вот в Боливии все хорошо… Лена уже не может слышать этой фразы и на нас обижается, а что поделать, ведь там действительно хорошо.

Один из источников окультурен уже давно. В нем и пришлось купаться среди многочисленных детей из соседней деревни. Даже денег за вход не берут.
Утреннее солнце быстро сменили темные тучи, начался дождь. Нам пора возвращаться. В Котауаси есть автозаправка, а вернее, даже две конкурирующих. Бензин здесь существенно дороже — дизтопливо 8.60 за галлон. Наливают его вручную с помощью мерных черпаков и канистр.

Земледелие в горах Перу террасовое. Построили их еще инки. Большая часть используется до сих пор. В результате Котуаси тянется вдоль дороги далеко в горы. Местное население на выходе из центра стопит машины. Мы решились взять с собой нескольких человек и подняли их на пару километров вверх. Денег они не предлагали, из чего можно сделать вывод, что в горных районах Перу хоть и мало машин, но передвигаться автостопом вполне реально.

Весь день опять ушел на преодоление перевала, и уже только в темноте удалось выбраться на панамериканское шоссе. До Арекипы оставалось 200 км, первая сотня из которых промчалась незаметно, благо дорога идет по ровной ненаселенной пустыне, ну а дальше пришлось основательно порулить. Основное Панамериканское шоссе идет вдоль моря к чилийской границе, а для того, чтобы попасть в Арекипу, надо преодолеть скалистый горный хребет. Движение интенсивное, и то и дело приходится обгонять вереницы тяжелых грузовиков, еле ползущих в гору.
Арекипа — огромный городом с миллионным населением, и, более того, очень нерегулярной застройкой. Больше часа мы катались, пытаясь найти центр города, выслушивая путаные объяснения в ответ на вопрос, как проехать. «Прямо, направо, потом по кругу направо, а вернее налево, а уже потом немного назад, и до поворота направо надо повернуть по 4 или 5 повороту налево и мимо…»

Рано или поздно Плазу де Армас найти удалось, и даже подходящий отель рядом с ней.
Все парковки в Перу называются кочерами, но в Арекипе это playa. Видимо, так солидней, и цена немалая — 2 соля в час. В результате стояночка получается по цене сравнима с ночлегом.
После небольшой прогулки по вечернему городу, поужинали в турецком ресторане. Лена учит турецкий, и была очень рада случаю применить свои знания, да вот незадача — перуанские турки родились уже в Америке, и по-турецки не знают ни слова.

День выдался тяжелый, и очень хотелось спать, но выполнить это желание оказалось совсем не просто. Окна нашего номера на втором этаже выходили на улицу, а там кипела жизнь вечернего города. Место оказалось злачным. Мы так и не поняли, почему возмущенная толпа кричала, махала руками, а полиция пыталась их побить дубинками. С переменным успехом битва продолжалась до часа ночи, потом на улицу вывалили пьяные посетители кабачков.Они, конечно, громко пели и кричали, но это все цветочки, по сравнению с такси, которые, в попытках развести всех по домам, образовали бесконечную пробку и безжалостно непрерывно давили на клаксон. Когда все улеглось, то настало время утренних автобусов, которые долго, а главное — громко были заняты поисками пассажиров. Уехали они к 5 часам утра, но тут оживились будильник и Лена, которая решила встать пораньше.
Я обещал запустить на несколько часов женщин в магазины, и они, не веря, что настал этот светлый миг, торопились вырваться в город.
Магазины, правда, не ответили взаимностью и открылись не раньше 10 утра.
Пришлось дожидаться в кафе, под топот солдат и звуки перуанского гимна, ведь это опять было воскресенье, и на площади Армас положено было поднимать флаг.

Одно полезное дело, правда, удалось сделать — в фотомастерской переписать на CD многочисленные фотографии из цифрового фотоаппарата.
Четыре флэшки влезли на 2 диска. Заплатить пришлось 105 солей.
Когда магазины, наконец, открылись и стали продавать всевозможные шкуры альпаки, пончо и прочие очень нужные вещи, без которых женское сердце не может обойтись, за считанные часы наш багаж удвоился. Теперь это не страшно, прямо на джипе мы вернемся в аэропорт и погрузимся в самолет. Джип только маловат оказался. Лену на заднем сидении периодически заваливало тюками, и она, ругаясь, кидала их куда подальше.

Кроме магазинов, в Арекипе есть женский монастырь Святой Катерины (Monasterio de Santa Catalina) http://www.santacatalina.org.pe/. Он существует уже много веков. Богатые испанцы отправляли сюда младших дочерей. Монастырь славился свободой. Девушки имели здесь прислугу, играли на арфах, приглашали гостей — художников и музыкантов. Все это больше походило на светский салон, нежели на скромную божью обитель, но до Ватикана было далеко, и прошли многие десятилетия, пока строгая комиссия не выявила это гнездо разврата и не приняла меры. Вольность кончилась, а монастырь работает до сих пор. От старых времен остался огромный квартал с множеством внутренних улочек, с названиями испанских городов, красивые кельи и цветники.

Для туристов открыта только часть помещений, но их можно осматривать несколько часов.
Входной билет стоит 25 солей, и это — не зря потраченные деньги.
Закончив с магазинами и с десятой попытки заведя джип, наконец, выезжаем из шумного города и едем в каньон реки Колки. Он поменьше, чем каньон Котауаси, но более раскручен как туристический объект.
Дорога туда почти целиком асфальтирована, но тоже идет через высокогорный перевал. В горах шел дождь вперемешку со снегом. На перевале взяли в кузов семью индейцев. Стало жалко их, стоящих на ледяном ветру. В главный город ущелья Чивей (Chivay) приехали под проливным дождем. Вокруг полно туристов и, соответственно, ресторанов. Поужинали мясом альпаки. Обошлось это ровно в 10 раз дороже, чем в соседнем Котауаси. Недалеко от Чивей, вверх по течению, из гор бьют горячие ключи. Теплые источники давно окультурены, и на них построены бассейны. По расписанию они должны закрываться в 18 часов. Мы уже было расстроились, что опоздали, но на практике — все работает до последнего посетителя. Вход 2US$. Берут именно доллары, а в случае их отсутствия готовы взять 10 солей, что по курсу скорее 3 доллара.
Бассейнов много, но в каждый конкретный день работают только два или три, а остальные закрыты на мойку. Купальные принадлежности надо иметь свои. Вещи положено сдать в камеру хранения, и ключик на резиночке привесить к руке и с ним купаться.
Один бассейн был под крышей, другой на улице. Интереснее, конечно, лежать под открытым небом и смотреть, как последние лучики солнца покидают вершины гор, и на темнеющем небе появляются первые звезды. Купались, пока не стемнело окончательно. Ночевать у нас запланировано в ущелье, на знаменитой смотровой площадке, где с утра положено смотреть кондоров. Увидеть этих огромных птиц можно довольно часто, но, как правило, где-то вдали в вышине. Площадка расположена на краю обрыва, выше их гнездовья. Утром с первыми лучами солнца птицы вылетают и начинают набор высоты. Этот момент и привозят смотреть туристов. Во многих рассказах пишут, что самые красивые кадры можно увидеть еще в предрассветной мгле. В. Динец предлагал ночевать и наблюдать птичек около 5 утра. Мы так и сделали. Смотровая площадка расположена на краю обрыва в 60 км вниз по течению от Чивея. Дорога грунтовая, идет по краю пропасти, более того, к вечеру сгустился туман, не говоря уже о кромешной темноте. В результате на этот небольшой кусочек ушли 2 часа. Ехать было тяжело, зато шлагбаум с надписью Control Turistico удалось проехать без остановки, ибо никто из местных стражников и подумать не мог, что в такое время им что-то светит. Зачем этот шлагбаум поставлен, остается только догадываться, но, скорее всего, это обычный сбор денег.

На смотровой площадке ущелья кондоров (15o36.677`S 071o54.345`W h=3786), учитывая популярность места, я рассчитывал увидеть шумную компанию, которая, как и мы, встала на ночевку, но выяснилось, что мы одни. Быстро сварили ужин и легли спать, ведь завтра так рано вставать.
Будильник сработал в 5 утра. За окном едва светает. Холодно, пожалуй, ниже нуля. В небе сияет южный крест. Прыгаем, греемся, варим кашу.
Птичек нет, как, впрочем, и первых лучей солнца, да и чего тут удивительного — можно было и раньше нажать кнопочку GPS и узнать, что восход солнца в 6.37.
Ущелье действительно красивое. Под нами — почти отвесный обрыв. До речки 1200 метров вниз, до противоположной стенки 3200. Наверное, здесь эхо красивое может быть. Пытаемся кричать, но нет, ничего не слышно.
Вскоре, после того как, наконец, стало светлеть, выяснилось, что наша палатка стоит под огромным плакатом NO CAMPING. Вот так — свобода кончилась. Хорошо, что мы приехали сюда ночью, плаката не увидели, и дело уже сделано. Приходится быстренько складывать палатку, пока нас не застукали зоркие местные смотрители, кстати, смотрители непонятно чего. Ущелье вроде не имеет статуса национального парка, и запреты, весьма вероятно, не имеют под собой никакого законного основания.

Ладно, сидим, ждем. Солнце встало, птичек нет, как, впрочем, и многочисленных туристов. Только в 8 утра появился первый рейсовый автобус. Из него вывалила толпа торговцев сувенирами со своими тюками, несколько самостоятельных туристов и, самое главное, несколько билетеров, которые сильно удивились нашему присутствию, а особенно тому, что у нас до сих пор нет билетов. Спрашиваем цену — говорят 6 US$ с человека. Мы, конечно, не обеднеем от такой суммы, но в душе стало противно. Сказали, что это перебор, грабеж, и вообще, мы посмотрим птичек с соседнего обрыва.
Садимся в джип. Тут бы и уехать с гордым видом, только вот не заводится он. Чем выше в горы, тем хуже. То ли воздуху мало, то ли холодно, кто его дизельную душу поймет. Для меня вообще загадка, что в таких случаях с движком надо делать. Одно радует, что стоим мы на склоне горы. Стоит только протолкать машину десяток метров — и впереди многокилометровый спуск. Так и делаем. Катиться пришлось долго. Только через несколько километров двигатель прогрелся и начал неровно тарахтеть половиной своих горшков. Ура, до вечера проблем не будет.

Встаем на соседнем обрыве. (15o36.585`S 071o53.796`W h=3726) Тут просто здорово. Зеленая травка, народу нет, зато зайцы вискачи по соседним кустам шныряют. В отличие от боливийских, они пугливы, но увидеть их все же можно. Пожалуй, если хочется заночевать, то стоит делать это именно здесь. Раньше здесь была дорога, но потом ее спрямили, и образовалось отличное ровное место, к которому можно подъехать на машине.
Солнце все выше. На смотровую площадку подвезли десяток автобусов с туристами. Вот уже отогрелись и вылетели колибри, а кондоров все нет.

Мы уже начали варить второй завтрак, переходящий в обед, как вдруг один за другим со скалы прямо под площадкой слетели 5 настоящих кондоров. Да, от нас они далеко — на положенном месте их смотреть лучше. Это печально, но что нам мешает подъехать поближе. Заводим машину, на этот раз без проблем, и подъезжаем как раз к тому месту, над которым кружат кондоры. Мы даже ближе к ним, чем все организованные туристы. Один раз эта трехметровая, 50 килограммовая птица пролетела всего в десятке метров прямо над нами. Эх, жаль, не удалось сфотографировать. Цифровой фотоаппарат штука неповоротливая, пока загрузится, пока сфокусируется. А момент уже упущен.
Покружив около стартовой площадки, птицы набрали высоту и ушли высоко в горы.
Одно меня настораживает — почему они вылетели в 10 утра, через десяток минут после того, как привезли массового туриста. Закрадывается в душу крамольная мысль, что работают кондоры в турфирме, вылетают, когда положено. Так и хочется спуститься по скале и посмотреть — нет ли там клетки с кондороводом.
Довольные, что нам все-таки удалось посмотреть кондоров, и более того — не заплатить 6 баксов, мы поехали дальше. На сегодня у нас запланирован поход на гору Nevado Hualca Hualca. Там находится термальная зона и гейзер. В Lonely Planet, правда, написано, что, по свидетельствам отдельных туристов, после землетрясения 1998 года он не работает, но другие говорят, что все в порядке.

В гору мы пошли с Таней вдвоем. Лена вот уже третий день болеет. Горная болезнь у нее перешла в стойкий бронхит с температурой 39, с признаками воспаления легких. Мы даже прочитали раздел про болезни в Lonely Planet. По описанию подходит под многое. Большинством голосов решили, что если это уж не бронхит, то по крайней мере тиф.
К гейзеру ведет заброшенная дорога, отходящая от основного шоссе в километре ниже по течению от деревни Pinchollo. (15o37.156`S 71o51.245`W h=3711) На хорошем джипе по ней можно проехать большую часть пути, но мы, не зная этого, пошли пешком. По книжке дорога к гейзеру занимает 4 часа, но мы уложились в один конец за 2 часа 10 минут. Гейзер, к сожалению, действительно не работает. В большой термальной зоне (15о40.440`S 71o51.735`W h=4379m) остались лишь несколько грязевых вулканчиков, теплых источников и фумарол. По размерам размытого грунта видно, что раньше все работало куда как более активно. Убедившись, что смотреть особо нечего, а время еще есть — пробежались еще немного в гору до снежного покрова. Вот мы и на высоте Эльбруса. Здорово. Мы уже как-то не ждали от себя такой прыти. В итоге в среднем мы поднимались, набирая в час по 500 метров вверх.

Вершина вулкана поднимается до высоты 6025 м, но времени у нас уже нет, да и кошек с ледорубом тоже. Пока мы бегали по горам, Лена отогрелась на солнце и отправилась кататься по горным склонам на джипе, съездила за провизией в соседнюю деревню, но, как выяснилось, в магазинах тут можно купить только минимальный набор продуктов.
 В горах собиралась гроза, и мы вернулись очень вовремя. Через несколько минут после того, как мы сели в джип, начался ливень.

Кроме кондоров, в ущелье стоит посмотреть несколько колоритных деревушек со старинными церквушками 17 века. К сожалению, они очень сильно пострадали от землетрясения 1998 года, когда в этих краях разрушились почти все постройки. Непонятно, какой силы оно было, но о силе можно судить по тому, что при нас случилось землетрясение в 6 баллов, так вот о нем местные газеты даже не удосужились упомянуть, и узнали мы о нем только от взволнованных родственников из России. Здесь вообще ко всему спокойно относятся. При нас около Куско упал метеорит, образовав огромную воронку, так и о нем узнали только через Россию. Уже опять в темноте мы покинули ущелье и поехали назад, в сторону Арекипы. К северу от города находится долина Вулканов. Сейчас ее территория объявлена национальным парком Salinas-Aquada Blanca. Место для ночевки удалось найти не доезжая до трассы Арекипа- Пуно, но GPS показал высоту 4000 метров. Лена болеет, говорит, что на такой высоте к утру точно помрет. Машина завтра наверняка не заведется, а место дикое, и как ее отсюда вытаскивать — непонятно. В результате решили ехать дальше. Выбрались на новое шоссе до Пуно. Его сделали совсем недавно. Отличный асфальт. Даже на карты его еще не успели нанести. В Перу почти в любом городке можно найти ночевку, и мы понадеялись на небольшую деревушку Imata. Как выяснилось, зря. Вот уже 11 вечера. За бортом мороз. После бессонной ночи еду невнимательно. Я вообще не люблю кататься по ночам. Всегда лучше раньше встать. Темнота обычно длится 10 часов, и это как раз подходящее время — 8 часов поспать и два раза поесть по часу. Все бы хорошо, но Лена хочет ночевать на высоте не выше 3 км, а вокруг все никак не ниже 4 с половиной. В полночь принимаю окончательное решение: стоим здесь, в безжизненной высокогорной пустыне на высоте 4429 метров (15o52.788`S 071o08.897`W ). Машину надолго не глушим и топим. Лена ночует в джипе и отвечает за его прогрев, мы в палатке. Ночка выдалась на редкость холодная, к утру выпал снег. Машину топили по 15 минут каждый час.

Проснулись рано от страшного шума. Выяснилось, что ночью мы и не заметили, что встали в десятке метров от железной дороги, по которой ранним утром прошел поезд.
Когда тропическое солнце, наконец, согрело эти ледяные скалы, поехали дальше кататься по национальному парку. Множество птиц сидят по придорожным лужам. Изредка попадаются зайцы вискачи и какие-то небольшие грызуны. Множество викуний и альпак пасутся по бескрайним равнинам. Удалось увидеть роды маленького альпаченка. Мамаша его старательно вылизывала, а он пытался впервые встать на ноги. Гордая мать при виде нас пыталась изобразить нечто страшное и опасное, копытом для верности стукнула. Реально она атаковать человека не решится, но стоит отметить, что лягаться, а особенно кусаться, она умеет, и пытаться ее погладить — весьма небезопасное занятие.

Главная достопримечательность национального парка — соленое озеро Лагуна Салинас (Laguna Salinas) со стаями фламинго. Здесь в соляном растворе они, опустив голову под воду, процеживают ее и питаются попавшимися креветками.
При нас паслись несколько сотен особей, но, как и вискачи, в отличие от Боливии, они здесь пугливые и не подпустили нас ближе, чем на 300 метров.
Озеро окружают семь конусов вулканов. Их вершины поднимаются выше 6 километров и покрыты вечными снегами. Увы, мы здесь оказались посреди мокрого сезона, и лишь изредка вершины по очереди показывались из-за грозовых облаков.

Всю дорогу из высокогорной долины в Арекипу пришлось ехать в полном тумане под проливным дождем. Грязный, с многочисленными лужами серпантин. Даже туннели встречаются. По бокам множество крестиков. Наверное, это одна из самых тяжелых горных дорог в мире. В Перу по обочинам всюду крестов много. Объясняется это не только крайней опасностью дорог, но и давностью традиции. Иногда удается увидеть могилки полувековой давности.
Скинув 2 километра высоты, мы, наконец, оказались ниже облаков. А в Арекипе дождя уже не было, город стоит на границе пустыни.
Наконец, стало тепло. На выезде из Арекипы пообедали. Заказали марискас. Это такая смесь из различных морских моллюсков и рыб. Порцию нам дали просто фантастическую. Наверно, она рассчитана на водилу-дальнобойщика, который не ел несколько дней, а мне пришлось еще доедать за двоих женщин. Давно так не объедался.
Еще несколько часов, и дорога вышла к морю. Совсем недавно мы ехали среди заснеженных просторов, а теперь вокруг влажная тропическая жара.

Надо проехать как можно дальше в сторону Лимы. У нас осталось еще три дня, а хочется так много успеть. На ночевку стали на берегу океана (16o15.631`S 073o31.677`W h=4). Здесь к морю можно съехать по крутой каменистой дорожке и встать на небольшом каменистом пляже прямо у линии прибоя. Раньше здесь была деревня, но теперь она полностью разрушена то ли землетрясением, то ли коммунистическими идеями прошлых правителей.
Ночевка получилась просто великолепная. Полная луна висит в зените, море, в котором можно купаться, а главное — тепло. Еще вчера мы перед тем, как залезть в спальник, надевали на себя все вещи, а теперь голые лежим поверх всех тряпок, и все равно жарко. Даже тент не ставили.
Дождя здесь быть не может в принципе. Через сеточку в потолке палатки видны южные звезды и, главное, он — южный крест. Я так мечтал его увидеть все детство. Он мне столько снился по ночам, а теперь стоит только открыть глаза, и он виден наяву. В такую ночь просто обидно спать, особенно если вспомнить, что это наша последняя в этой поездке ночь в палатке, и когда еще мы сможем так переночевать, никто не знает. Так мы и лежали, обнявшись, смотря на звезды.

Утром пошли купаться. Даже Лена поправилась и полезла в холодную воду.
Потом мы долго гуляли по берегу, собирая ракушки и останки прочей морской живности. Джип успешно завелся, правда, я тут же застрял на прибрежной гальке, и выехать удалось с большим трудом. Правильно говорят, что джип — это такая машина, которая застревает там, куда другие просто не проедут.
Впереди длинная дорога. Первую остановку сделали около линий Наска, где посмотрели на них не с самолета, а вблизи, потом заехали в оазис Оакачина (Huacachina) около города Ика (Ica). В 5 км к югу от Панамериканского шоссе, среди стометровых барханов, расположено небольшое озеро с пальмами на берегах.
Совершенно нетипичная картинка для Южной Америки. Такое, скорее, можно увидеть в северной Африке. В озере принято купаться, вода считается даже целебной. Может, так оно и есть, но я бы сказал, что она просто грязная, взбаламученная множеством детей, плескающихся в этой луже с утра до ночи. В общем, мы походили кругами и поехали дальше, в том числе и потому, что хозяин одного из прилежащих кафе указал нам на место парковки у своего входа и теперь настойчиво требовал, чтобы мы у него пообедали.

Следующий переезд оказался долгим. Вначале мы хотели пообедать не доезжая Лимы, но потом как-то незаметно въехали в город, заблудились и попали на вечно запруженные улицы десятимиллионного города, долго искали дорогу обратно на автостраду, с долгожданной вывеской «Панамерикана норд», а когда нашли, еще долго катились вдоль многочисленных пригородов. Озверев от голода, встал у Мак-Дональдса, в коем мы и отобедали тремя бигмакакми. Лена, правда, блюдя свои антиглобалистские принципы, есть отказалась.
На ночь встали в придорожной гостинице в городке Huaral, проехав за день больше тысячи километров. Номер попался с балконом. Рядом заправка с круглосуточным кафе.

Следующий день начали с национального парка Lomas de Lachay. Находится он посреди пустыни, но дожди в нем все же бывают, поэтому здесь растет трава, кусты и даже деревья. Парк надо посещать в октябре, когда цветут многочисленные цветы, но у нас выбора нет. Въезд в парк платный — 5 солей, но еще до сторожки смотрителя начинается это чудо. Неожиданно в мертвой каменистой пустыне появляются то тут, то там стрелки оранжевых лилий. Ни единого листика, только несколько цветков на тонкой палочке. Просто глазам не веришь, когда это видишь.
Парочку уже отцветших луковиц я выкопал, и теперь они успешно растут в питерском горшке, рядом с пахиподиумом, у моей мамы.

Чуть выше в горы растительность становится богаче. Появляются многочисленные птицы, особенно колибри. Встретили лису. По парку проложены тропинки разной сложности и длительности. Ходить можно только по ним, всюду загородки и надписи «сюда нельзя, туда нельзя».
Наверно, это оправдано — до огромной столицы всего 100 километров.
Севернее Лимы дождей в пустыне становится больше, и появляется хоть какая-то растительность, а вместе с ней и человеческое жилье. Города идут один за другим. Нормальных окружных дорог нет, и приходится долго продираться по их узким улочкам. Люди жили здесь очень давно.

Самые ранние археологические слои возникли 10 тысяч лет назад. Это были примитивные культуры, но на смену им пришли более развитые цивилизации. От них уже остались существенно более внушительные памятники истории. Про их назначения зачастую ничего неизвестно, и путеводители лишь пересказывают практически ничем не подтвержденные гипотезы.
Одним из таких загадочных мест является Сечин. (Sechin). Находится он в 5 километрах от Панамериканского шоссе к востоку от города Casma около дороги на Huaraz. Его возраст 3600 лет. Все окрестные скалы покрыты следами строений той эпохи. Многие из них видны только с самолета, по поднятию рельефа. Большинство из них не раскопаны. Динец пишет, что здесь в пещерах можно найти нетронутых мумий, правда, не говорит, что видел их сам, но я готов поверить, что если хорошо полазать, то многое можно найти. Во всяком случае, тарелку двухтысячелетней давности откопать можно запросто.
Развалин много, но туристам показывают самую загадочную — храм с изображением отрубленных голов, конечностей, выдавленных глаз, вспоротых кишок и выпущенных мозгов. Рядом с жертвами изображения палачей с топорами. Что это было: храм с жертвоприношениями, тюрьма — до конца не ясно. Известно только, что это не просто картинки для устрашения. При раскопках были найдены многочисленные скелеты, приведенные в соответствие с нарисованным.
Рядом есть музей, в котором выставлены лучшие находки, в том числе, лежит отлично сохранившаяся мумия молодой девушки, зерно из сосудов.
Сами развалины положено рассматривать, гуляя строго по дорожкам, но Динец писал про туннели с мумиями и я, пригнувшись, перелез через ограду и залез в центр сооружения. По пыли видно, что нога человека здесь не ступала давно. Особых туннелей не встретил, так — неглубоко, да и ничего интересного, только осиные гнезда повсюду. Мумий не нашел, зато осы меня покусали. Пришлось выбираться на проторенную туристическую тропу.

Cевернее Сечина сохранилась пирамида Панамарка (Panamarca). Принадлежит она еще более древней культуре мочей. Название это условное, и сами они себя так никогда не называли. По форме она похожа на мексиканские пирамиды ацтеков. Сложена из необожженного кирпича.
Дожди здесь бывают так редко, что ими можно пренебречь и приравнять к стихийным бедствиям, а размытые водой постройки проще раз в 100 лет восстанавливать.
Увы, за тысячи лет пирамиду размыло основательно, так что издалека ее не сразу отличишь от холма. Рядом с пирамидой живет смотритель — студент исторического факультета. Он же выступает в роли гида и кассира. Вход 3 соля, вопреки Lonely Planet, билеты из Сечина недействительны. Посетители бывают тут не каждый день, и он рад провести экскурсию. Английского он, правда, не знает совершенно, и пришлось слушать все на испанском. Отказаться от его услуг, видимо, невозможно. Хоть мы гидов не любим, но в данном конкретном случае он не сильно помешал, и пирамида нам понравилась.

Остаток дня ушел на дорогу до большого города Трухильо (Trujillo), в центре которого после долгих поисков тихого места мы остановились в отеле на улице Junin.
Помня печальный опыт в Арекипе, мы перебрали десяток мест, прежде чем нашли тихую комнату с окнами во двор.
Ночевка обошлась нам в 150 солей. Это дорого, но в цену была включена парковка на ночь, не говоря о том, что машину нам помыли. Номер достался весьма приличный. За эти деньги нам даже были выделены два номера, и Лене было положено ночевать в отдельном номере, а в один нас не селили. Место, правда, было, и Лена решила ночевать вмести с нами. Это произвело на персонал неизгладимое впечатление. Они раз за разом приходили и пытались объяснить, что мадам положен отдельный номер, все думали, что мы не понимаем. Рано или поздно мне удалось сказать, что мадам останется здесь, что ей уже хорошо, она в душе и в другой номер не пойдет. Мужик сильно смутился, но больше не приходил.

Утром следующего, последнего нашего дня поехали смотреть еще один город Чан-Чан (Chan Chan), еще одной культуры Чиму. Построен он примерно в 1000—1200 годах нашей эры. Это как раз те люди, которые поклонялись белым богам, пришедшим из моря и принесшим кучу знаний. Весьма вероятно, что это были европейцы, корабль которых морским течением занесло в Америку. Стилизованные орнаменты, правильная архитектура городов делает эту версию правдоподобной. К сожалению, все постройки тоже из необожженной глины, и за прошедшие тысячелетия успешно были смыты дождями. Несмотря на это, город поражает своими размерами. Входной билет стоит 10 солей и действителен для посещения еще нескольких развалин той эпохи. Единственное, что портит впечатление от этого действительно интересного и уникального сооружения — множество загородок и веревочек, преграждающих путь. Здравого смысла в этих ограничениях не просматривается, разве что укорачивается путь организованных групп, и соответственно время, на них затраченное.

С другой стороны Трухильо сохранились две пирамиды — храмы Луны и Солнца. Особенно здорово сохранился храм Луны. Обусловлено это тем, что вскоре после постройки он был заброшен и засыпан песком.Сейчас его потихоньку откапывают, а стены восстанавливают, укладывая новый кирпич взамен смытого. Даже дату — 2004 год — на кирпичах не стесняются писать. Скоро пирамида будет как новенькая.
Южноамериканские пирамиды совершенно не похожи на египетские. Просто непонятно, как у Тура Хейердала поворачивался язык говорить, что они похожи. Главное отличие, что в Америке это — храм, а не гробница, и внутри множество помещений с росписью, предназначенных для посетителей храма. Я уже молчу о том, что основание — квадрат, а не треугольник. Если уж сравнивать, то, скорее, с Вавилонской башней.

В 4 часа вечера, отгуляв по последней пирамиде, пришлось заканчивать нашу программу. Через 12 часов у нас билеты на самолет из Лимы, а до нее еще 700 километров. Придется ехать почти всю дорогу в темноте, ну а пока солнце на небе, мы смотрим по сторонам, пытаясь насладиться последними часами нашей поездки. Солнце садится в океан. Его вечерние красные лучи освещают пустыню. Здесь она выглядит очень необычно. На каменистом основании располагаются небольшие барханчики в форме полумесяца. Вышли отдохнуть и погулять. На удивление, тут растут, и даже цветут, какие-то пустынные растения. Дожди тут изредка бывают, и вскоре нам удалось в этом убедиться. В сотне километров к северу от Лимы мы попали в сильный ливень. Вокруг вроде по-прежнему пустынный пейзаж, но дождь такой, что мы все промокли, пока покупали на местном рынке всевозможные экзотические фрукты, которые возьмем с собой в Питер.

В аэропорт Лимы приехали за 3 часа до самолета. Пошли сдавать джип. За 11 дней мы проехали на нем 5000 км, и это не прошло даром.
Во-первых, отвалился чехол одной фары, во-вторых, мы потеряли два пыльника, и самое главное — джип был укреплен мощным металлическим каркасом из сварных труб, так вот в результате тряски сварка в 3 местах лопнула. Теперь весь каркас живет своей жизнью, болтается туда-сюда и страшно гремит на ухабах. Конечно, джип еще и не заводится по утрам, но этого сейчас не заметят, а что будет на следующее утро — нас не касается.
Представитель рентовочной компании очень внимательно осмотрел машину, проверил все, в том числе, не сперли ли мы какую-нибудь из лампочек, нормально ли работает радиоприемник. Обнаружил потерю колпака фары, признал, что отвалившаяся рама — это не наша вина, и все было бы уже хорошо, как вдруг выяснилось, что отдавать пустые, без вписанной суммы, подписанные при взятии машины чеки Visa, он нам не хочет. Такой, видите ли, у них порядок, мол, завтра машину осмотрит механик, он и решит, что мы такого нехорошего с ней сделали, и сколько это будет нам стоить. Фактически, он может вписать любую сумму, и банк ее с нас взыщет. Мы страшно возмутились, и целый час ругались, но, увы, толку в этом мало. Чеки у него в сейфе, силой не отнимешь, а в самолет уже пора садиться. Пришлось уступить и лететь домой с неспокойным сердцем, надеясь, что фирма National все-таки большая, международная, и прямого кидалова не будет. Так, впрочем, и получилось. С нас сняли на 100 $ больше, чем за аренду было положено, заблокированные на счету деньги вернулись через положенные полтора месяца.
Для Перу остается сказать, что все обошлось. Я не хочу этим сказать, что Перу — плохая страна, просто здесь слишком много туристов, которые намного богаче местных жителей. Я не готов никого обвинять, что этим пользуются и делают деньги. Так и надо. Более того, то, что туристам так часто вешают лапшу на уши, определяется спросом на таковую. Спрос рождает кучу легенд и торговлю явными подделками. Сюда едут потому, что здесь были инки, и получают требуемое в приторном количестве, адекватно собственным вкусам.

Перу — отличная страна для тех, кто хочет посмотреть экзотику, но при этом сам пальцем об палец не хочет ударить для достижения этой цели.
Вас привезут, покажут, накормят, уложат спать, и при этом можно действительно увидеть много интересного, обеспечив себе безопасность и комфорт в меру возможного. Увы, любителям путешествовать совершенно самостоятельно эта излишняя опека может помешать, а огромные толпы заслонят красоту. Тут уж ничего не поделаешь, и мой совет — езжайте в соседнюю Боливию или, по крайней мере, посещайте дикие места, коих в Перу предостаточно, ибо страна большая, и 90 процентов территории дики и колоритны.
 В оставшиеся несколько свободных минут перед посадкой потратили неизрасходованную мелочь на несколько бутылок пива Cusquena

Первый перелет на самолете DC-9 венесуэльской компании Aeropostal.
Трасса полета проходила вдоль океана, прямо над Панамериканским шоссе, по которому мы только что ехали. На экране GPS видно, как мы пролетаем над местами, где совсем недавно гуляли, ехали, смотрели пирамиды. Лететь только получается в 15 раз быстрее, чем ехать. За Трухильо я не выдержал и уснул. Первая посадка в портовом эквадорском городе Гуаякиль. В Эквадоре прибрежные пустыни кончаются, и климат тут уже тропический. Обусловлено это тем, что холодное течение Гумбольдта, определяющее климат южнее, отходит в сторону, и океан становится теплым.

Страницы: 1 2 Следующая

| 30.03.2005 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий