Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Перу >> Как мы смотрели кондоров.


Забронируй отель в Перу по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Как мы смотрели кондоров.

Перу

Цитата: «Андский кондор. Самая тяжелая из современных летающих птиц. Масса самок 8—11 кг, самцов — 11—15 кг. Несколько уступающий в средней длине тела калифорнийскому кондору, андский кондор может на полметра превосходить его в размахе крыльев (до 320 см).
Оперение черное, второстепенные маховые перья сверху и два ряда кроющих крыла с обширными белыми полями, имеется белый пуховый воротник. Кожа головы красновато-фиолетовая с многочисленными складками, у самца над беловатым клювом развит мясистый гребень, у самки гребень отсутствует, кожа имеет бурый оттенок.
Обитает в Андах Южной Америки от севера до крайнего юга, поднимается до высоты 6000 м, но встречается и на равнинах юга Патагонии на западных морских побережьях, где питается выбросами моря, собирает яйца и птенцов морских колониальных птиц.
Гнездится на скалах, очень чувствителен к фактору беспокойства у гнезда. Из-за длительного срока размножения кондоры гнездятся через год.
К настоящему времени сохранилось свыше 1000 особей андских кондоров, распространение становится спорадичным. Лишь в Патагонии и на юге Чили кондоры еще обычны и собираются на падали группами, достигающими 40 птиц».

Вообще то я не орнитолог. И спутница моя тоже в особых пристрастиях к летающим не замечена. Да и кондора мы видели уже в московском зоопарке. Несчастный он там какой-то, затюканный. Может ему падали не хватает, не знаю. Или высокогорья. Но, коли нас занесло в Перу, решили мы ритуальное смотрение на этих птичек не пропустить. Тем более, что развлечение это специально под туристов заточено, прописано во всех путеводителях и усиленно рекомендуется всем, прибывшим в район Арекипы. К тому же, мы уже насладились великолепием перуанской девственной природы побережья (пустыня, песок, мусор) и были охвачены желанием посмотреть на что-нибудь зеленое, хотя бы приблизительно напоминающее траву или лес. А посему посетить край каньонов и погулять там маленько, было вполне удачной идеей, хотя и не вполне оправдавшей наши надежды в ботаническом аспекте.

Только прибыв в Арекипу, мы из нее и отчалили на первом же автобусе в сторону каньона Колка. Дорога так себе. Ничего интересного. Сначала холмы и горки с редкорастущими кактусами. Потом равнина с замшелыми лужами, потом опять холмы. В паре мест — лед. В какой-то момент стало трудно дышать — перевал, 5000 метров. Не то, чтобы совсем трудно, но какая-то нехватка кислорода чувствуется. Вокруг ламы пасутся. Иногда. Или альпаки. Кто их там разберет, мы не только не орнитологи, но и не зоологи тоже. Смотрю в путеводитель. Ага. По пути можно встретить еще оставшиеся в этих краях дикие стада викуний. О'кей, пусть будут дикие викуньи. Вон и дикие пастухи мелькают, которые пасут этих самых диких викуний. Еще туда прилетают стаи фламинго… Одну мы видели — на постаменте она из бетона отлита. Наверное, для указания места посадки другим фламинго, которые не из бетона. Очевидно, сезон был не фламинговый.

Некоторое разнообразие внес очередной коробейник, выбравший наш автобус для продажи очень необходимых нам биологических добавок для оптимизации работы всего организма. Как хорошо, что я не знаю испанский. По крайней мере, текст для меня остался за кадром. Визуально же нам пришлось около получаса любоваться великолепными фотографиями формата А3, на которых были представлены почти все известные мне внутренние органы — вид нормальный, вид органа, изуродованного какой-нибудь ужасной болезнью. Наглядная агитация. Некоторые местные после такого просмотра даже купили эти самые добавки. Практика эта в перуанских автобусах распространена. Мы уже попадали на вынужденную лекцию на стоматологические темы (продавали что-то для зубов), и тоже с фотографиями патологий. Бррр…

Потом въехали в каньоны. Тут красиво. Горы, террасы, долины. Есть на что поглазеть из автобуса. Остановились в Чивае, часть народу вышло. Еще два-три часа пилили вдоль каньона по извилистой дороге, местами довольно узкой, два автобуса не разъедутся. В Чивае в автобус сел редкий для Перу тип работника туристического бизнеса — человек, нацеленный на продажу своих услуг.

Лирическое отступление о работниках перуанского турбизнеса и гринго. Перу — это вам не Юго-Восточная Азия. Тут с туристом никто особо не носится. Включая работников туристической сферы — отели, агенства, транспорт и тому подобное. Я не имею в виду ту верхушку турбизнеса, где предлагают индивидуальные туры за баснословные деньги, обеспечивают очередным тупаком — гидом, единственное достоинство которого в том, что он когда-то выучился в Лумумбе на какого-нибудь инженера-строителя, попутно обзаведясь базовыми навыками русского разговорного. Или свободных художников, прыгающих вокруг потенциального туристического кошелька в надежде впарить хоть что-нибудь и получить свою копеечку агентских. Я про ситуацию в целом. Давненько нам не приходилось видеть работников этой сферы с такими кислыми лицами и таким пофигистическим отношением к процессу. Создается впечатление, что все они делают из-под палки, только потому, что дядя наверху велел развивать туристический бизнес. Вроде и слова правильные произносят, и телодвижения правильные, но что-то не так. Появляется желание побыстрее попрощаться и больше с ними не связываться. Основной принцип — зашел турист, ладно, вот наши цены. Не зашел — еще лучше. Стараться тут никто не будет. А скорее всего, что-нибудь напутает в силу природной тупости и еще попытается денег выклянчить. Вообщем — что-то забытое родное, только на низшей стадии интеллектуального развития. Поэтому каждый заинтересованный или просто улыбающийся оппонент воспринимается как чудо.

Ну, это мой личный взгляд, я кое-какие страны повидал, есть с чем сравнивать. Кому не нравится — вот вам другая формулировка. Местное население — в основном гордые потомки индейцев, которые не опускаются до такой ерунды, как услужение этим гринго, или, скажем, изучение их языка… Гринго должны быть просто счастливы, что им позволено поглядеть на наследие великолепной цивилизации инков, доинков и всех прочих. Поскольку наследие часто не дотягивает до объекта, достойного осмотра, то нет ничего зазорного в том, чтобы сляпать это наследие на скорую руку в местных мастерских. Музей Золота в Лиме — пару лет назад выяснилось, что большая часть экспонатов являются наглыми подделками. Не в смысле, что не из золота, а в смысле, что сделано недавно. Храм Изобилия, забыл в какой дыре… Его как бы откопали археологи. Построен лет 15 назад по указанию местной администрации с целью привлечения туристов. Это тот, где во дворе фаллосы торчат в большом количестве. В местных агентствах почему-то любят вывешивать фотографии этого произведения искусства. Гринго должны не выпендриваться и платить бабки за осмотр всего этого великолепия.

Отвлекся. Итак, перуанский товарищ, нацеленный на бизнес, предложил нам отель прямо на площади городка Кабанаконде, куда мы и едем. Заглянули в путеводитель. Отель там не значился. Это хорошо, можно посмотреть.

Лирическое отступление о путеводителях. Lonely Planet — путеводитель хороший. Только его надо уметь читать. Вот, скажем, имеется небольшой городок с пятью указанными отелями. Четыре хвалят, один ругают. Означает это примерно следующее — в похваленных отелях будет наблюдаться постоянный аншлаг туристов, которые тоже читают путеводитель. Такая популярность развращает персонал, которому и делать ничего не надо — приток клиентов обеспечен. В результате сервис так себе, только цены надо держать в точности по путеводителю, и дело с концом. Поэтому если есть шанс начать с неупоминаемого отеля, то так и надо сделать. Скорее всего, он будет получше и подешевле в своем классе. Практика показывает, что в LP упомянуто только около половины отелей, так что шанс есть всегда.

Отель нормальный. Селимся. Кстати, мужик — не агент, а просто работник отеля. Нужно же как-то клиентов привлекать, раз австралийские издатели LP об этом не позаботились. Номер хороший, маленький, два окна. Значит, днем прогреется, и ночью теплее будет. Отопления то нет. А ночью до нуля. Смотрю в одно окно. Четвертый этаж. Вид — дрянь. Мусор, крыши, провода. Только фон — горы. Открываю другое окно. В окно запрыгивает собака. Большая белая и лохматая. В диком восторге, что номер наконец-то заселен, и теперь будет с кем пообщаться. Ну, не совсем запрыгивает, так, до половины и сразу обратно. Я что угодно ожидал увидеть из окна четвертого этажа, хоть кондора. Но на собаку как-то не рассчитывал. Просто под окном крыша третьего этажа оказалась, а на ней поселена собака. Мы с собачкой немножко пообщались, дали ей печенья и шторку занавеской закрыли обратно, а то псина бесконечно долго была готова общаться, уж больно дружелюбная. Городок — захолустье. Центральная площадь со слабоработающим фонтаном в виде бетонного кондора (для посадки небетонных?) и храм, довольно внушительный для такого городка. Все остальное — глинобитные одно-двухэтажные постройки. Но все-таки городок.

Лирическое отступление о перуанских братьях наших меньших. Я люблю домашних животных. У меня есть кошка Кусюха. Ей 16 лет, и она считает себя главнее меня. Пусть считает, откуда ей знать правду? На самом деле я главнее. В Перу, а потом и в Боливии мы видели кошку один раз. По секрету нам сказали местные товарищи, что перуанцы кошек съели. У меня нет причин им не верить. К тому же, если не съели, то куда, собственно, они делись, эти самые кошки? Полагаю, что кошки для перуанцев похожи на морских свинок. А морская свинка для перуанца — это куй, национальное блюдо, и не более. Подается в жареном виде с картошкой. Я сначала хотел его попробовать, а потом про судьбу кошек вспомнил, и не стал пробовать. Потому что у нас есть друзья, которые любят и держат дома морских свинок. Они бы обиделись. Таким образом, перуанцам осталось только одно массовое домашнее животное — собака. Зато собак они не едят, а ужасно любят. Собаки щеголяют в ошейничках, помпонах, шапочках и тому подобных украшениях. Даже на вид бездомные псины могут быть утеплены какой-нибудь тряпочкой, или, на худой конец, подстилкой. А небольшие собачки и щеночки, те и вообще перебрались в дамские сумочки и за пазухи. Так и живут там, всеми обожаемые. Замечена еще одна особенность местных дворняг — они не прочь залезть куда повыше. На забор, на крышу. Валяются там, греясь на солнышке.

Кстати, мы уже знали, откуда надо смотреть кондоров, ибо проехали это место на автобусе. Назад по дороге минут сорок езды. Дорожки, беседки и прочая оборудованная тоска. Уточнили, что первый автобус отваливает в семь утра, и спокойно легли спать. Смотреть кондоров надо примерно с 9 до 11 утра, когда они, окоченевшие за ночь, слазят со своих гнезд и парят в небе, прогревая промерзшее тело в теплых лучах утреннего солнца и высматривая, какой бы падали поесть на завтрак.

Утром плотно позавтракали, так как еда и кипятильник у нас есть. Никаких едален, открытых в это время, замечено не было, хотя, может быть, и просмотрели. Мы на них не очень то и рассчитывали, так как в основные принципы сервиса по перуански уже вникли. Вышли на площадь. Имеется четыре автобуса. Один отваливает в семь, остальные в восемь. К семичасовому длинная очередь из местных теток с огромными полосатыми узлами за спиной, местных дядек без багажа и туристов. Очередь неторопливо втекает в автобус. Встали в хвост и стали гадать, сумеем ли влезть внутрь. Все сидячие места уже заняты и идет процесс заполнения всего остального пустого пространства. Поняли, что не влезем, так как к каждой местной тетке перед самым входом пристраивается несколько товарок, с такими же узлами, типа, мы здесь стояли. Е-мое, они куда едут то, с утра пораньше? Идет вялое переругивание между туристами и местными. Вялое, потому что на разных языках. А местных все больше и больше, и они активно отталкивают вежливых туристов в сторону. Французов, там, немцев… Взрывается группа французов прямо перед нами. «Что за наглость!!! Вас здесь не стояло!!! Это возмутительно!!! Мы стояли перед вами!!!» Это мне потом спутница моя перевела, я французскому не обучен. Но смысл ясен. Французы отказываются садиться в автобус, потому что их человек десять, и они не могут поместиться там все вместе. Это дает шанс нам. Влезаем последними, решительно надавав пинков местным теткам, которые, войдя в автобус, не желают ужиматься. Потом еще даже пара местных мужиков влезла. Один сел на шею водителю, больше некуда было. Мы тоже в кабине оказались. Чем-то все это час пик в Москве напоминало.

Теперь самое интересное. Все эти тетки, оказывается, ехали тоже к смотровой площадке и везли туда в своих баулах всевозможное барахло на продажу тем самым туристам, которых они только что так энергично не пустили в автобус! Где тут логика? Логика была. Самостоятельные туристы — не их клиенты. С грехом пополам тронулись, выехали из поселка и запетляли вдоль каньона. Справа стена вверх, слева обрыв вниз. Минут через двадцать по левому борту что-то бабахнуло и тетки заголосили. Взорвалось правое заднее колесо. Ясное дело, автобус перегружен раз в пять. Водила впал в задумчивость. Сначала он хотел ехать дальше (на заднем мосту стояло по два колеса с каждой стороны), но потом передумал и остановился, чтобы поменять колесо. Точнее, это я подумал, что поменять. К моему изумлению колесо было разбортировано и на место поставлен только диск. Оказывается, дальше мы будем ехать так, потому что запаски все равно нет. А покрышку сняли, чтобы ее не испортить окончательно. Залезли обратно, по пути раздумывая, должно ли теперь взорваться единственное оставшееся колесо. Автобус легче не стал. Хорошо, что справа. Там стена, а не пропасть.

Тут автобус вдруг начал разгоняться и помчался уже совсем с безумной скоростью для горной дороги. Он что, время догнать хочет, потерянное на возню с колесом? Пока я смотрел через лобовое стекло на мелькающие кактусы и формулировал по-испански фразу «ты, идиот, можно помедленнее?» (испанского я тоже не знаю, поэтому процесс затянулся), тетки заголосили опять. Они ездили здесь каждый день и поняли, что что-то не так. Я уже готов был выложить свою замечательную фразу по-русски, но тут с некоторым удивлением увидел, что водила отчаянно борется с рукояткой коробки передач, пытаясь ее переключить. Тут до меня дошло, что ее просто заклинило и мы продолжаем разгоняться все быстрее и быстрее. Я не уверен, но наверное на автобусе нельзя просто выжать сцепление и тормозить. А может и педаль заклинило… Вообщем, мы не улетели в пропасть только по той причине, что метров пятьсот не было поворотов. Тут рычаг был побежден и мы остановились. По лицу водилы ручьями лился пот, очевидно, он перепугался не на шутку. Я перепугаться не успел, потому что просто до конца не успел все это оценить. До меня только теперь дошло, что мы чуть было не пополнили перуанскую статистику улетевших в пропасть автобусов. Обернувшись к пассажирам туристам, с некоторыми из которых мы успели перекинуться парой слов во время снятия колеса, я поделился своим открытием причины такой гонки. Они стояли в салоне и всей этой возни с передачей не видели. Их и без того квадратные глаза стали еще квадратнее, в той мере, насколько это возможно. «Да я хрен поеду дальше на этом дерьме» — заявил стоявший недалеко студент мексиканец. Этот простой выход мне как-то не пришел в голову. Действительно, мы уже почти приехали, можно и пешком прогуляться, а не мчаться по краю каньона на лопающихся колесах с заклинившей передачей. Мы вышли, посмотрели на водилу, задумчиво тыкавшего монтировкой в то место, где по его мнению скрывалась коробка передач, и потопали прочь от перуанского чуда техники. Все остальные туристы потянулись за нами. Местные проорали что-то, что идти больше часа, и остались в автобусе. Я даже не сразу сообразил, что мы не заплатили за проезд. А сообразив, удивился, что кассир нас просто так отпустил. Поделился своим открытием с мексиканцем и выяснил, что часть туристов была с гидом, который остался в автобусе и должен за всех своих заплатить. Очевидно, нас посчитали в той же куче. Так и не узнали мы, заставили ли гида за нас платить, или нет, мы больше их не видели. По пути нас догнали восьмичасовые автобусы, на которых подъехали до места. Кстати, идти там оставалось минут пятнадцать, а не час. Перуанцы довольно плохо оценивают расстояния, проверено не раз. Или просто врут.

Добрались живые, и на том спасибо. Через пару дней, когда мы выезжали из Арекипы в Куско, в автобус вошли перуанские полицейские и сфотографировали каждого пассажира на цифровую камеру. Может для некролога? Шутка…. Однако, зачем, так и не знаю. Наверное наши физиономии теперь красуется в местном полицейском участке.

Приехали мы на смотровую площадку и обалдели. Вот он высокий сезон! Из Арекипы подвалили организованные туристы на автобусах, микроавтобусах, легковушках. Все пространство залеплено машинами, а смотровые точки туристами. Их не меньше нескольких сотен, яблоку негде упасть. Ну, мы вначале в эту толпу вклинились, потом смотрим, народ расползся по всему участку, в том числе и на ближайшие скалы. И мы туда же подались. Кондоров нет, надо пока поприличнее точку найти, чтобы потом фотографировать. У меня цифромыльница достаточно достойная, с режимом спортивной съемки. Может и получится что. Я ее купил недавно, так что точно не знаю. Ждем.

Вот и появились первые кондоры. Неторопливо они пролетают внизу под смотровой площадкой и уходят за боковые скалы. Далеко для фото. И вообще, плохо видно. Правда у меня есть бинокль, в который я и смотрю… Но если это все, то мы полные идиоты, что сюда приехали. Нет, не все, вот они поближе, еще поближе…. Достаю фотоаппарат, и тут нам на голову сваливается перуанец официального зеленого вида с желтыми нашивками и в шляпе. Ага, здесь, оказывается, нельзя сидеть, надо стоять там, в толпе. И наслаждаться. А тут наслаждаться нельзя. А кто тогда протоптал эти широкие тропинки, по которым мы сюда пришли? Никто. Это мираж, нет тут тропинок. Здесь нельзя. Там можно. Валите туда. Вот прицепился. Делаю пару кадров и валю. Хрен с тобой, потом сюда схожу, когда все уедут. Мы же не при гиде и расписании. Что хотим, то и делаем… По пути замечаю кондора, который присел как раз под смотровой площадкой. Сверху его не видно, а ко мне он сидит задом. Вот и славненько, сейчас обойду по кругу, залезу с другой стороны и сфотографирую его спереди. Обхожу, пролезаю и прячусь в кустах. Пока обходил, мерзавец повернулся наоборот, опять задом. Остаюсь ждать, может снова повернется. Метрах в десяти в кусты прилетела колибри. Фотографирую. Сам удивился потом, что получилось хорошо. Колибри эти беспокойные, снуют туда-сюда, фотографировать трудно. Прилетел еще один кондор, оба сидят задами.

Тут меня опять застукал зеленый перуанец. Что приятно, тот же самый. Теперь он похож от возмущения на закипающий чайник. Я, видите ли, опять не там сижу. Мне нужно сидеть в толпе на площадке. Ладно, кондоры поворачиваться не желают, пойду на площадку. Но сначала на разборки к перуанскому чайнику. Он — само возмущение. Поток испанских слов. Руками машет. Ну-ну. Пусть пар выпустит и успокоится. Тем более, что ему все равно не понять, куда я его посылаю… Возвращаюсь на площадку. Тут за мое воспитание принимаются какие-то европейцы. Этих я понимаю, так как излагают по-английски. Они тоже возмущены. Как я посмел нарушить правила? Я мог побеспокоить кондоров! Я человек терпеливый, но когда меня пытаются воспитывать три раза подряд, могу и ответить. Обещаю европейцам, что если они не заткнутся, то я обеспечу кондоров падалью на три дня вперед. Кто первый? Затыкаются мгновенно. Отходят в сторону и опять начинают вякать. Но так, потихоньку, промеж себя. Связываться не хотят. Я тоже. Полный паритет. Официально заявляю, что кондорам было на меня начихать. Какое беспокойство может причинять отдельный человек, который на десять метров отошел от галдящей толпы в пятьсот человек? Чушь.

Тем временем кондоры что-то разлетались. Они уже проходят и выше, и сбоку, и ниже. В какие-то моменты их в воздухе не меньше десяти — пятнадцати. Можно фотографировать и с площадки. Следующие час — полтора ничего не нарушаем, глазеем, фотографируем. Тут же на площадке встречаем соотечественников. Единственный раз, кстати, за всю поездку. Они при русскоговорящем гиде, гид с камерой, вылез туда же, откуда меня гоняли, но его не трогают, потому что он местный. Оттуда он комментирует поведение кондоров. Комментарии правильные, но уж больно очевидные. «Кондоры летают, потому что их держит воздух. У них есть гнезда». И зачем деньги платить, чтобы это слушать? Ну, каждому свое…

Постепенно народу все это надоедает, и он начинает отваливать. Кондоры явно в ударе и могут тут хоть весь день крутиться, что же теперь, поселиться здесь, что ли? Уходим, рассматривая выставленные на продажу тряпки, фрукты и прочую дребедень, из-за которой мы утром не могли влезть в автобус. Тут натыкаемся на того самого зеленого перуанца, работника площадки. Народу уже почти совсем нет, следить не за кем, и он откровенно скучает. Однако, увидев нас, решает поработать в направлении пополнения своего кармана. Или государственного, я уж не знаю.

 — А есть ли у вас билеты?
 — Билеты на что?
 — На посещение этой площадки.
 — Нет, а ты что, продать их нам можешь?

Я где-то читал, что мероприятие это платное. Ну ладно, я готов заплатить пару солей, раз положено. Впрочем, что-то не вижу я ни кассы, ни плакатов с информацией. Я не помнил, сколько надо платить, но общее представление о масштабе цен на перуанские достопримечательности у нас было. Хотя, собственно, за что? Это же не национальный парк. Любой может остановиться по пути по дороге и смотреть на кондоров. Как-то это все малоубедительно.

 — Да, надо купить билет.
 — Ну давай, по быстрому, нам некогда.
 — Сейчас, сейчас.

Ждем. Второй служащий куда-то упилил, вроде, за билетами. Минут пять ждем, и я начинаю все больше понимать, что предстоит какое-то разводилово. Если бы эти красавцы с такой скоростью обилечивали всех остальных туристов, коих было несколько сотен, то они бы работали в поте лица до сих пор. Наконец красавец появляется обратно и тащит какие-то цветные бумажки, из которых следует, что мы должны отвалить за кондоров сумму, примерно в десять раз больше того, что я считал разумным. Зато взамен имеем право осмотреть целую кучу достопримечательностей местного масштаба, которые мы смотреть не собираемся и не соберемся, даже если нам доплатят.

 — Вот, давайте деньги.
 — Так, сколько?… Да ты что, охренел?
 — Вам надо купить эти билеты. Других нет.

Ну все, достали. Чистый развод, да еще в исполнении индивидуума, который час назад мешал мне фотографировать и брызгал слюной. Моя спутница понимает, что сейчас будет взрыв и берет инициативу в свои руки.

 — Сейчас посмотрим, что мы тут должны.

Достает путеводитель. Там ничего толком не написано, но путеводитель производит неожиданное действие на представителей власти. Они затыкаются и больше не настаивают на продаже билетов. Успех развивается.

 — Вот, тут написано, что мы ничего не должны покупать.

Блеф. Но перуанские вымогатели молча поворачиваются и уходят. Вот что в них хорошо, если послать, то идут, не особо сопротивляясь. И правильно, что тратить время на препирательство с презренными гринго? Уже предвижу камни в наш огород на тему, что платить все-таки надо было. Если это и не было разводилово со стороны зеленых работников площадки, то это надувательство со стороны официальных властей. Почему нам навязывают билет сразу на десяток достопримечательностей и лишают возможности посетить только одно-два из них? Кстати, в Куско такая же история с билетами, но там хоть есть на что смотреть. По крайней мере половина из включенного в билет какой-то интерес представляет… Впрочем, чего уж тут, в Перу очень многое по туристической части устроено, мягко говоря, через задний проход.

Вот, собственно, и все. И мы ушли. Кондоры, конечно, ничего были… Обратно пешком шли, прогулялись. Я влез в кактусы, когда сунулся их фотографировать. Полчаса мы выдергивали из меня колючки на месте, потом еще вечером. А дня через три оставшиеся колючки вызвали воспаление, мы их нашли и выдернули все до конца. В кактусы лазать не рекомендуется. Все хорошо, только вверх тяжело двигаться. Все-таки около 3500 — 4000 метров, а мы на этой высоте всего второй день. Хотя особых проблем с высотой не было. Спиртного только пить не надо. Почему-то часто каньон Колка сравнивают с Великим Американским каньоном, мол Колка глубже на сколько-то там метров, а значит неимоверно круче (обычно в перуанских источниках).Американский я видел только на фото, должен сказать, что сравнивать тут нечего, они просто выглядят абсолютно по-разному. Оба хороши по-своему. Колка — довольно симпатичное место, особенно в сравнении с остальными частями Перу вдоль побережья и в горах. Можно еще спуститься вниз в долину и провести там денек. Только подниматься обратно придется пешком, фуникулеров там нет. Так что взвешивать свои силы надо трезво, в зависимости от уже имеющегося срока пребывания на высоте.

Комментарий автора:…Храм Изобилия, забыл в какой дыре… Его как бы откопали археологи. Построен лет 15 назад по указанию местной администрации с целью привлечения туристов. Это тот, где во дворе фаллосы торчат в большом количестве. В местных агентствах почему-то любят вывешивать фотографии этого произведения искусства. Гринго должны не выпендриваться и платить бабки за осмотр всего этого великолепия…

| 13.09.2005 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий