Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Непал >> Гималайские каникулы. Непал. Часть 5.


Забронируй отель в Непале по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Гималайские каникулы. Непал. Часть 5.

Непал

Дорога в Читван.
Наверное, самой неприятной и самой утомительной частью нашего непальского путешествия были именно длительные переезды. Впоследствии, в других странах, например в Египте, когда наши туристы начинали квохтать по поводу того, что ах, как долго ехать из Хургады в Каир, целых 7 часов, — у меня это неизменно вызывало только глухое раздражение.
Вот ехать из Покхары в Читван — этой действительно крайне долго, муторно и утомительно. Потому как преодолевать 250 км в течении 8 часов — это просто тихий ужас. Проблема заключается в том, что как власти Непала не пытаются привести в порядок дорогу — летние муссоны все равно смывают ее к чертовой бабушке. Практически повсеместно дорога разрушается обвалами и оползнями. Пыль на этих участках стоит столбом, а автобус прыгает и дребезжит на крупной щебенке, двигаясь при этом с черепашьей скоростью.
Пейзажи, конечно, радуют, но все равно путь этот не из приятных.
Когда мы только планировали нашу поездку в Читван, то наша фантазия рисовала себе сам Читван, как непролазные, дикие джунгли, посреди которых, прямо под пальмами и лианами, стоят крохотные бунгало. Поэтому, когда по нашему представлению, дорога наша уже подходила к концу, мы стали усиленно крутить головами по сторонам и высматривать эти самые непролазные джунгли.
Вокруг же был пейзаж наподобие африканской саванны. Появилось легкое разочарование, которое усилилось многократно, как только мы въехали в очень большой и многолюдный город.
Близость Индии, ее дыхание, чувствовалось здесь повсеместно. Здесь мало что напоминало Непал. Город, который мы увидели, своим шумом, гамом, улицами и людьми на этих улицах напоминал Калькутту или Бомбей.
Сопровождающий автобус гид подошел к европейской паре средних лет, сидевшей рядом с нами.
«У вас в какой отель ваучер?» — спросил он. «В такой-то». — «Тогда вам здесь выходить».
Пара была высажена прямо посреди многолюдной площади.
Мы, мягко говоря, обалдели. Что за бред? Где джунгли? Где Читван?
Автобус проехал еще минут тридцать и остановился на маленькой пыльной площади небольшого поселка. Это и есть Читван. Приехали. Никаких джунглей нет и в помине. Все та же чахлая растительность вокруг.
На площади стоит больше десятка разнокалиберных джипов. Туристов из нашего автобуса разбирают по отелям гиды с табличками в руках. Крик, шум, гам, беготня — ни дать, ни взять птичий базар. Мы никак не можем найти нашего гида — что ни отель, то в названии Jungle, Safari или Lodge, поэтому начинаем немного паниковать, а тут еще со всех сторон лезут какие-то зазывалы, приглашают в свои отели, уверяют, что у них гораздо, гораздо лучше, чем в нашем Safari Lodge. Наконец, к нам подбегает маленький, не выше 160 см молодой человек, по виду — стопроцентный бенгали. Уфф, слава богу, это и есть наш гид!
Садимся в джип-пикап и едем в отель.
Дорога занимает минут 10, все бы неплохо, но вот джунгли все не наступают.
И это кажется мне очень странным.

Читван, день 1. 
 В отель мы приезжаем часа в 4 дня.
«Мы вас селим в корпусе, без доплаты», — говорит наш гид.
Так как разум у нас замутнен дорогой, то мы раздражены и взвинчены, в придачу ко всему чертовски хочется пить, есть, и еще принять душ. Поэтому мы начинаем пререкаться: «Как в корпус? Почему в корпус? Мы заказывали бунгало!»
«Но в корпусе вам будет гораздо лучше!» — уверяет нас он и ведет смотреть номер.
Корпус отеля, красивое двухэтажное здание, напоминает богатый колониальный дом. Террасы, арки, колонны, мраморные полы. И — ни души. Нигде.
Номер — очень просторный, с ванной, двумя кроватями кинг-сайз, окна выходят в сад.
«Смотрите, как здесь хорошо», — нашему гиду самому здесь нравится, это заметно.
Но я продолжаю упрямиться — бунгало, и все тут.
По сравнению с корпусом бунгало выглядят, как домик Робинзона Крузо.
«Они дешевле, чем номера. Но отель пустой. Поэтому, вы можете жить, где хотите», — поясняет наш бенгальский друг.
Соглашаемся на корпус, тут и выбирать нечего.
После горячего душа и горячего, очень вкусного, обеда мы становимся заметно спокойнее и добрее. И наконец-то начинаем смотреть по сторонам.
Территория нашего отеля небольшая, но очень красивая и ухоженная. Так же, как сам дом похож на виллу богатого колониального полковника в отставке, так и территория напоминает английский парк, только на южный манер. Идеального цвета газоны тщательно подстрижены, вместо заборов — живые изгороди, везде цветы, разбиты альпийские горки, много декоративных деревьев, газоны пересекают нарядные гаревые дорожки. Отдельно стоящее здание ресторана скрыто под шапкой из буйно вьющегося плюща. Невооруженным глазом видно, что за всей этой красотой ухаживают с душой и любовью.
Нам уже все здесь нравится, усталость и пыль дороги смыты и забыты, вокруг щебечут птички, жарко светит закатное солнце — что и говорить, просто рай. Словно в дополнение к охватившим нас приятным эмоциям, на лужайку перед рестораном неожиданно выходит…слон. Самый настоящий, огромный, живой и серый слон, весьма веселый и игривый — он срывает травку, обсыпает себя гравием с дорожки и вообще всячески наслаждается жизнью.
Меня охватывает поросячий, дикий восторг. Я готова бежать к слону немедленно, но Андрей удерживает меня: «Насмотримся мы еще слонов за три дня!»
К нам опять приходит наш гид. Представляется, его зовут Кедар. Говорит, что он проведет с нами все три дня.
Честно говоря, я никогда не ожидала, что досуг и отдых могут быть настолько великолепно организованы, как это делают в Читване вообще, и в нашем отеле в частности. Кедар принес нам подробнейшее расписание на три дня, где буквально почасово были расписаны вся наша деятельность и все ожидающие нас развлечения. Мы были просто изумлены таким подходом к делу.
«Как вы?» — интересуется Кедар, — «Отдохнули? Тогда можем начинать нашу программу на сегодня. А на сегодня у нас запланировано посещение деревни народности тару, потом — слоновья ферма и концерт народной музыки после ужина».
Мы готовы бежать немедленно. Что и делаем, то есть, похватав камеры, прыгаем в джип, где уже сидит Кедар. Не хочется терять ни минуты драгоценного времени, ведь столько предстоит увидеть!
Наш гид принадлежит к редкой породе людей, располагающих к себе сразу и бесповоротно. Как я уже говорила, он очень маленького роста, худенький, как подросток, мы рядом с ним кажемся настоящими великанами. Кедар совершенно не похож на тех людей, которые живут в долине Катманду, и уж тем более на монголоидных тибетцев. Но и на индуса он не похож. Скорее всего, он и есть бенгали — очень смуглый, с живыми черными глазами в пол лица, с тонким, изящным лицом и обаятельнейшей улыбкой. Милый, спокойный, добрый, он готов ответить абсолютно на все вопросы и выполнить любую просьбу. Говорит Кедар на английском, весьма специфическом по акценту, но зато с совершенно блестящим словарным запасом, что мы имели возможность выяснить немного позже. Так как с нами он на работе, а к работе он относится очень серьезно, то даже для прогулки на слоновью ферму он одет в белоснежную рубашку с длинным рукавом и строгие черные брюки.
Джип едет грунтовой дорогой, вдоль полноводной и довольно широкой реки. На другом берегу, прямо от кромки воды, начинается лес. Это и есть те самые джунгли, о которых мы так страстно мечтали, и которые наконец-то увидели. Поход в эти джунгли нам предстоит завтра, а пока мы, открыв рот, слушаем рассказ нашего Кедара.
Когда-то в этих местах, на берегах реки Рапти, были роскошные королевские охотничьи угодья. Махараджа вместе со своими английскими гостями мог убить до сотни тигров за одну охоту, не говоря уже о другом зверье. А зверья здесь водилось множество, самого что ни на есть индийского, прямо как в «Книге джунглей» Редьярда Киплинга. Слоны, носороги, медведи, волки, олени, обезьяны, огромное количество птиц, змеи, и украшение любого леса — огромные тигры. Река Рапти кишела рыбой и крокодилами двух видов — кориалами и гавиалами. Несмотря на разнообразие животного мира, места эти были для людей гиблыми, и в пойме Рапти никто не жил. На многие километры здесь не было ни одного селения. А все потому, что в этих краях нещадно свирепствовала малярия.
Никто не знает, когда здесь появились люди народности тару. И вообще, откуда они пришли, кто были их предки. Но именно они смогли здесь выжить, мало того — вполне неплохо обосноваться, построить поселки, начать разводить скот и выращивать культурные растения. А все потому, что люди тару были самым невероятным образом устойчивы к малярии. Они просто ею не болели.
Шли годы. Нещадно истребляемых тигров становилось все меньше, равно как и других зверей. И тогда было решено сделать здесь национальный парк, предварительно вытравив дустом всех малярийных комаров. По джунглям, как напалмом по Вьетнаму, прошлись ДДТ. Подозреваю, что с точки зрения экологии, ничего хорошего это местным лесам не добавило. Но, тем не менее, парк был построен. Когда Непал стал доступен для западных туристов, здесь выросло огромное количество отелей (около двух сотен), а местные люди смогли работать не только на полях, но и в турбизнесе. Деньги хлынули в регион. Стало ли от этого хорошо джунглям — неизвестно. Но то, что там уже давным-давно никто не охотится, и все зверюшки находятся под охраной государства — это несомненный плюс.
Все отели построены в селениях тару, на этом берегу Рапти. В джунглях отелей нет. Мало того, находиться на «дикой» стороне реки можно только в течение светового дня. С наступлением сумерек джунгли следует немедленно покинуть.
Кедар успел поведать нам все это, пока мы ехали до деревни тару.
Деревня стала настоящим сюрпризом для нас. У меня появилось стойкое ощущение того, что мы никак не в Азии, а в самом центре настоящей экваториальной Африки. Дома — круглые строения из красной глины, точь-в-точь, как у африканских племен. Под ногами — все та же красная глина. Людей не видно — кто-то ужинает, кто-то еще на поле, но зато в изобилии бегают черные гладкошерстные козы — тоже самые что ни на есть африканские. Посадок или огородов у домов нет, только кое-где растут небольшие саженцы манго.
Я обращаю внимание на странную вещь — все собаки в деревне носят на шее венки из ярких цветов, а на пыльных лбах местных шариков и жучек нарисованы ярко-красные точки-тикки. Ту же картину мы наблюдали и на протяжении нашей всей сегодняшней дороги до Читвана.
«А почему собаки так странно наряжены?», — интересуемся мы у Кедара.
«Потому как праздник, Дивали! Каждый день в течение этого праздника оказывают почести разным животным. Собакам, воронам, быкам, коровам, и в последний день праздника, в воскресенье — человеку», — отвечает нам наш гид, — «Завтра будет апофеоз праздника, день богини Лаксми. Посмотрите».
Занятная традиция оказывать почести домашним животным нам очень даже нравится.
Мы проходим через деревню, выходим на небольшое, свежевспаханное поле.
«Видите?» — спрашивает Кедар.
 В самом центре поля лежит большая куча, пардон, навоза.
«Ну и что?» — смеемся мы. 
«Это носорог приходил», — поясняет нам наш гид. — «Носорогов хлебом не корми, дай по посевам потоптаться».
Ничего себе! Он так спокойно говорит о носорогах, как будто это какие-то коровы заурядные. Озадаченные, входим в небольшую рощу. Кедар показывает нам разные интересные растения, типа ананаса.
И в этот момент воздух сотрясается диким, громким, как сто паровозов, ревом.
Мы с Андреем цепенеем от ужаса.
«Вы чего?» — оглядывается на нас наш маленький сопровождающий, — «Это слон на ферме. Большой самец. А вы что подумали?»
«Тигр», — честно признаюсь я, чем повергаю его в бурю смеха.
За рощей начинается просторный зеленый луг, на краю которого растут огромные «баобабоподобные» деревья. Ну, ни дать, ни взять — Африка!
Луг прорезает небольшая речушка, приток Рапти. А на том берегу речушки уже видна слоновья ферма!
Кедар усаживает нас в утлую лодчонку, борта которой под нашим весом едва выступают из воды.
«Как насчет крокодилов?» — интересуюсь я, напряженно вглядываясь в мутную, красную от ила и глины воду.
«Крокодилов здесь много. Но они людей не трогают. Хотя, — Кедар делает паузу и лукаво улыбается, — Если я им скажу, что к нам пожаловал невиданный деликатес в виде украинских туристов — крокодилы могут передумать и изменить своим привычкам».
Конечно же, он шутит. Без приключений преодолеваем водное препятствие и попадаем на ферму.
Наш поросячий восторг от Читвана переходит в разряд восторженного поросячьего визга.
Дело в том, что я просто обожаю слонов. Пообщавшись с этими удивительными животными в Таиланде, я просто влюбилась в них. Жаль, что дома нельзя завести ни одного, даже самого малюсенького слоника.
А здесь перед нашими глазами открывается настоящее слоновье царство.
Слонихи и слонята стоят в просторных двориках отдельно, огромный слон-самец — отдельно. Мало того, всех слоних на ночь привязывают и тщательно бдят, потому как дикие слоны периодически предпринимают рейды на ферму с целью…ну, понятно, поджениться.
Слонихи ужинают огромными, скатанными из сочной травы «мячами», и не обращают на нас ни малейшего внимания. А вот слонят мы заинтересовали. Они, со свойственным всей ребятне любопытством, немедленно бегут познакомиться.
Трехнедельные и полуторамесячные слонята — это полное очарование. Ничего, кроме уси-пуси-умиления эти мохнатые (да-да, маленькие слонята мохнатые, некоторые даже с чубчиками, как у мамонтенка из мультика) детишки не вызывают. Тянут хоботы, хватают за ладони. Смешно хватают, щекотно. И весьма ощутимо. У меня не остается никаких слов, кроме восторженного визга.
Набаловавшись со слонятами, оглядываемся. Территория очень чистая. И, как и все в Читване, очень ухоженная. Служители фермы поливают из ведра ровненькие, в линеечку, клумбы, между которыми ходят павлины.
Солнце садится. Пора прощаться со слониками, возвращаться в отель. Огромный слон провожает нас громогласным ревом, к которому мы уже почти привыкли.
По дороге в наш временный дом мы захлебываемся от восторга. Кедар польщен и доволен. У самого входа на территорию отеля он неожиданно предлагает: «А хотите посмотреть закат? Пойдемте».
Мы проходим через парк отеля напротив и выходим на берег Рапти. Над водой, на невысоком песчаном обрыве, стоит скамеечка. Кедар присаживается на ее краешек, не отвлекая нас никакими разговорами. Потому как не до разговоров, когда твоим глазам открывается такое зрелище.
Закаты в тропиках короткие, стремительные. Как будто кто-то выключил свет: ррррраз — и темно! Солнце садится практически мгновенно. Вот его огромный раскаленный диск еще стоит над горизонтом, окрашивая все вокруг — деревья, небо, воду, людей — в нежнейший розовый цвет. А в следующее мгновение диск уже закатывается за черные верхушки джунглей на другом берегу реки, розовый цвет становится все прозрачнее, все пастельнее, пока не исчезает вовсе.
И в этом сказочном, словно специально подкрашенном фотошопом, свете несет свои воды полноводная, стремительная Рапти. И в ней, с какой-то трагической обреченностью бредет, волоча за собой сети, высокий, изможденный рыбак в белой чалме. Его кожа черна, щеки ввалились, но он идет по грудь в воде, думает о чем-то своем, пока не исчезает в вечерних красках вовсе. Подруга дала мне с собой в Непал книгу индийской писательницы Арундати Рой «Бог мелочей», чудесную книгу о великой реке, южной Индии, трагической любви и о рыбаке по имени Парван Велютта. И вот тут, на берегу Рапти, я просто потеряла ощущение реальности, потому как перед моими глазами внезапно очутилась живая иллюстрация к страницам этой книги.
Как описать все наши эмоции? Не знаю. Но то, что эта картина была одной из самых врезающихся в память за всю мою жизнь — могу сказать с полной уверенностью.
 В полной тишине, накрытые увиденным, мы вернулись в отель.
Поужинали — вкусно, обильно. Еда нам здесь очень нравилась (но пиво и другие напитки надо было покупать за дополнительные деньги).
Впечатлений на сегодня было более, чем достаточно, хотелось спать, и немедленно.
Но спать нас не отпустили.
Потому как по программе нас ждали «танцы народностей».
По этому поводу, нас с Андреем усадили в кресла на лужайке и попросили немного подождать. Кроме нас, на лужайке распивала виски в ожидании «шоу» компания из трех тайских журналистов. Других постояльцев в отеле не было.
Это в нашей стране легко могли бы забить на такое дело — для кого показывать шоу? Для пяти человек? Но в Непале народ другой. Ответственность у них в крови. Поэтому перед нами пришло петь-плясать чуть ли не пол деревни. С бубнами, барабанами, дудками, в каких-то национальных блузах-шароварах и даже с игрушечной обезьяной на шарнирах. Пели весело, задорно, с огоньком.
Мы с Андрюшкой чувствовали себя какими-то белыми колонизаторами: сидим себе вечерком на лужайке перед виллой, а нас туча аборигенов развлекает. Даже неловкость какая-то нас, бывших советских пионеров, охватила.
Надо сказать, что местная самодеятельность нам понравилась. И даже очень. Под конец выступления они предложили нам сплясать с ними. И я бы сплясала, если бы не в лоскуты пьяные тайцы, которые рвались танцевать не то что с танцорами, а даже вместо них.
Несмотря на то, что наш первый день в Читване начался около 4х часов дня — впечатлений мы получили море. А ведь самые главные наши читванские приключения были впереди.

Читван, день 2. 
Встаем мы очень рано, на рассвете. Андрей говорит, что ночью в номер приходила мышка. Она украла яблоко с тумбочки и катала его по всей комнате. Яблоко мы находим в углу, немного надгрызенное.
 В утренней программе у нас прогулка на каноэ и посещение джунглей. Одеваемся так, как написано в путеводителе — длинные брюки, рубашки с длинным рукавом, ботинки. Все нейтрального цвета — в джунгли яркие цвета никто не надевает. Но я на всякий случай натягиваю ярко-красные носки, которые видны над ботинками. Где-то я прочитала, что красные шнурки и носки отпугивают змей, вот и решила обезопаситься.
Кедар уже ждет нас.
Идем через поселок к берегу Рапти. По дороге Кедар показывает нам разрушенный деревянный сарайчик: «Это дикий слон нахулиганил». Мы киваем и стараемся не наступить на гигантских, с мой кулак, улиток, ползающих по тропинке.
Выходим на реку. Туристов море, все ждут посадки в каноэ. Над Рапти висит густой, теплый, как молоко туман, такой сильный, что силуэты людей и строений едва различимы.
Вдруг в толпе туристов начинается какое-то оживление, все достают фотоаппараты и бегут к крохотной протоке Рапти, по сути — к маленькому болотцу. Бежим и мы. Ничего себе! Совсем недалеко от берега, прямо в болотце, отдыхает огромный носорог.
Старый, мощный самец с надломанным рогом не обращает на толпу никакого внимания, он продолжает лежать в теплой грязи, а на его кочковатой голове сидит небольшая птица. Ему нет никакого дела до того ажиотажа, который он вызвал среди людей. Его силуэт четко вырисовывается на фоне розового тумана, и нас опять охватывает прямо-таки детский восторг. Не каждый день по утрам носорогов встречаешь!
А вот и наше каноэ. Длинная лодка выдолблена из цельного ствола дерева, сидеть в ней надо прямо на дне. Плавсредство выглядит весьма неустойчивым, но мы садимся и отправляемся в наш маленький круиз.
Каноэ неслышно скользит по просыпающейся реке. Мы, подобно каким-то вьетнамским партизанам, тихонько сидим и вглядываемся в туман. У берега замечаем крокодилов-гавиалов, вокруг очень много птиц. Причем, не тропических — перелетных. Мы уже знаем от Кедара, что Читван — излюбленное место зимовки многих птиц. В подтверждение его слов, мы сейчас наблюдаем красноголовых казарок и сибирских гусей.
Ощущения непередаваемы. «В мире животных» и «Клуб путешественников», два в одном, мы разом оказались в мечтах нашего детства.
 В медленно рассеивающемся тумане видны силуэты двух больших слонов и двух слонят — вся эта компания переходит реку вброд.
«Это ваши знакомые, с фермы», — поясняет Кедар, — «Они ходили в джунгли за травой».
И вправду, замечаем огромные снопы травы на спинах слонов, а на голове одного из животных сидит погонщик.
Каноэ утыкается в песчаный берег. Вот и джунгли. Наша остановка.
Выходим на берег. Кедар начинает инструктаж: не шуметь, не кричать, не теряться, руками особо ничего не трогать, если выйдет носорог, то лезть на дерево, если выйдет слон, то лезть на дерево, если выйдет медведь — о, медведь, это вообще  ж..а, это очень опасно, он полезет на дерево тоже, его надо отгонять криками, но как повезет…
Мы с Андреем теряем энтузиазм на глазах. Я по деревьям сроду не лазила, и боюсь, что не залезу, даже если мне будут угрожать все обитатели джунглей одновременно. А группа у нас, мягко говоря, небольшая — нас двое, маленький Кедар и еще один местный паренек, ростом ниже Кедара. Вооружены наши сопровождающие двумя палками. Мда…
Роняю что-то типа: «Поручик Голицын, а может, вернемся?» — но меня никто не слушает. Мы углубляемся в лес.
Ходить по этим джунглям очень занимательно. Они совершенно не похожи на душные, заросшие кокосовыми пальмами леса Юго-Восточной Азии. Здесь джунгли другие. Растительный мир — это какая-то странная смесь деревьев знакомых с деревьями диковинными. Местами попадаются заросли высоченной, двухметровой слоновьей травы. Эта трава — основа рациона слонов, да и вообще — важнейшее звено в местной экосистеме, ее не только едят, в ней еще и прячутся — почти все обитатели джунглей. Но особенно — носороги. Поэтому Кедар не дает нам и шагу сделать в эту траву — от греха подальше.
Ходили мы часа три. Никого, кроме пауков и жуков не встретили. Кедар был расстроен не на шутку: «У зверей сегодня выходной. Даже обезьян — и тех не видели».
Мы же, наоборот, были рады до чертиков. Потому как лезть на дерево нам совершенно не улыбалось.
Поэтому мы шли себе по джунглям, болтали с нашими проводниками, рассказывали, какие зверюшки водятся в нашей стране.
«Скажи, а ты получал какое-то специальное образование?» — спросила я Кедара. Меня поразило то, что он знает названия каждого встреченного нами жучка, каждого цветочка.
«Нет, я местный, родился в этих краях. Окончил курсы гидов, сдал экзамен, теперь вожу туристов», — ответил он, — «А вообще, я — счастливый человек. Мне не надо пахать землю, не надо тяжело работать. Я просто делаю то, что люблю — гуляю по лесу и болтаю дни напролет».
Не можем не согласиться с ним.
Мы выходим из лесу как раз напротив того места, где утром садились на каноэ. Здесь можно спокойно перейти реку вброд, по песчаной косе, но наши проводники не дают нам этого сделать и перевозят нас в лодке. Жаль, на улице так жарко, а вода такая теплая, что я бы искупалась. Даже несмотря на крокодилов.
Когда мы возвращаемся в отель, Кедар говорит: «В 12 часов дня все отели купают своих слонов в Рапти. Мы тоже будем купать своего. Приходите посмотреть».
Предложение более чем заманчивое. Немного отдыхаем и бежим на берег реки.
А там уже не меньше десятка слонов! Их моют, купают, укладывают в воду на бочок и трут специальными камнями. Дым коромыслом, веселье и визг неописуемые! Рады все — и слоны, и их погонщики, и туристы на берегу.
«Вон наш слон», — говорит Кедар и, заметив безумное выражение моих глаз, добавляет: «Хочешь покупаться вместе с ним?»
Он еще спрашивает! Стаскиваю с себя майку (а купальник я надела еще с утра! Я предусмотрительная!) и в джинсах забегаю в воду. Почему в джинсах? По тайскому опыту знаю, что голой попой на слоне не посидишь — взрослый слоник весьма колюч.
А дальше начинается такое шоу, которое все наблюдавшие, наверное, помнят по сегодняшний день. Шоу под названием: «Как я взбиралась на слона». Весь берег по песку катался от смеха.
Представьте себе огромного слона. Который стоит в воде. И на него надо залезть. На берегу для того, чтобы влезть на слона повсеместно есть специальные лесенки-площадки. Но в реке их нет! Погонщик укладывает слона на бок. Но, даже, когда слон лежит на боку — он огромен! Как только я не пыталась вскарабкаться — и с разбегу, и наскоком, и заползая — нулевой эффект. Потому как этот огромный слонище еще и мокрый, и скользкий! Андрей выл от смеха на берегу, снимая все это на камеру, и помочь мне не мог. Тогда мне решил помочь погонщик — паренек, ростом мне по грудь. Без особого, эффекта, естественно.За попу меня подержал — только и всего.
Умнее всех нас оказался, собственно, слон. Ему надоели мои потуги, и он вдруг сложил заднюю ногу в подобие ступеньки. И тогда я смогла взобраться на его бок. На шею не успела. Слон встал, и я с жутким плеском опять грохнулась в воду. У зрителей началась истерика. Но мы же не привыкли отступать! Слон опять был уложен в воду, я опять с двадцать пятой попытки влезла ему на бок, оттуда на четвереньках переползла на шею, а там схватила его за веревку на шее и — ап! Смертельный номер — слон встал, а я с него не упала! Счастливы были все — включая слона. По этому поводу он набрал полный хобот воды и окатил меня. Скажу честно — такого восторга и такой полноты эмоций я не испытывала никогда в жизни. Тонны позитива — вот что это было!
Когда я вернулась на берег, то чувствовала себя не больше, не меньше Гагариным.
Самое интересное, что в этот день с утра у меня обострилась старая неприятная хворь, от которой мало что спасает — прихватили почки. Но после купания со слоном эта напасть испарилась в неизвестном направлении. Любой здравомыслящий человек сказал бы, что мне категорически нельзя было лезть в воду в таком состоянии. Нельзя. Но вылезла я совершенно здоровой. И ни секунды не сомневаюсь в том, что это именно позитивная энергетика добрейшего слона меня вылечила.
А после обеда этот слоник уже поджидал нас у входа в отель — нам предстояла поездка в джунгли на слоне. И опять мне показалось, что я попала в кадр какого-то фильма из колониальной жизни. Мы выходим из холла, а на гаревой дорожке прямо у дверей нас приветствует-кивает слон. Кстати, оказалось, что это не слон, а слониха, по имени Шурадж.
Шурадж немедленно обследовала хоботом наши карманы — мы вынесли ей несколько яблок. Яблоки она слопала в мгновение ока.
Забираемся ей на спину — уже с помощью площадки и лестницы. Ну что, в путь! Сердце подпрыгивает от предвкушения — носороги, носороги! Неужели мы их увидим?
По дороге подбираем нашу попутчицу — разговорчивую и приветливую девушку из Швейцарии. Отчаянная девчонка путешествует по Азии самостоятельно. Даже на Транссибирском экспрессе ездила. Мы ее спросили — не страшно ли одной. Она засмеялась и сказала, что нет, вот только ее бабушка в далекой Лозанне очень переживает.
Слон медленно топает через поселок. Местные улыбаются нам, машут руками.
Видно, что все вокруг, даже самые бедные, готовятся к празднику. Мазаные хатки чисто выбелены, двери и крыши украшены гирляндами из цветной фольги, а стены разрисованы ярко-розовой краской. Козы, коровы, телята и даже утки вымазаны-украшены такой же розовой краской и цветами.
«Сегодня праздник богини Лаксми, — объясняет Кедар, — Лаксми — это богиня благополучия и домашнего уюта. Сегодня вечером она будет летать над Землей. Если какой-то дом ей понравится, то она залетит туда и останется на весь год. Поэтому все так и украшают свои дома, чтобы Лаксми понравилось».
Красивая легенда, что и говорить!
Пересекаем какое-то поле и попадаем в джунгли. И здесь начинается самое интересное!
Мы уже катались на слоне, в Таиланде. Но там слоник просто покатал нас по тропе в джунглях. Здесь же слон идет прямо через лес, без всякой дороги. Ветки хлещут нас, мы то и дело пригибаемся. Под сводом леса царят сумерки. Самое смешное, что эти джунгли кажутся нам гораздо интереснее утренних, «заповедных». И это ощущение нас не подводит. Мы то и дело начинаем замечать разнообразных зверюшек: вот огромная стая зеленых мартышек скачет по деревьям, а вот в кустах мелькнул пятнистый бочок — в тени на подстилке из листьев отдыхает олень, да не один, а несколько! На отмели небольшой речушки наблюдаем крокодилов и опять сворачиваем в джунгли. Носорог, вот цель нашей «охоты». И он не заставляет нас ждать. Через несколько минут мы слышим его рев. Где-то в зарослях. Мы кружим по лесу, а носорог все время ревет где-то рядом, пыхтит, вздыхает. А мы его не видим! Процесс захватывает нас, мы чувствуем себя настоящими звероловами. Слон выходит на небольшую, со всех сторон окруженную лесом, полянку. «Вау!» — в унисон выдыхаем мы, потому как на полянке не один, а целых три носорога! Две самки и молодой носорожек. Они подпускают нас довольно близко, и мы разглядываем животных с высоты слоновьей спины. Азиатские носороги не такие крупные, как их африканские собратья, но тоже весьма внушительны. Их кожа напоминает латы средневековых рыцарей, я бы не удивилась даже, увидев на этом панцире металлические клепки. Анфас носорог выглядит очень грозно и пугающе, а вот со спины — скорее потешно, потому как кажется, что он наряжен в смешные шортики.
Вволю фотографируем носорогов, потом замечаем еще одного, скучающего в кустах неподалеку.
И тут на лужайке разыгрывается сценка, комичная и опасная одновременно. Со стороны леса на лужайку вдруг выходит дедуля, местный крестьянин, с большим мешком травы на спине. Он видит носорогов на полянке, но не замечает того, который спрятался в кустах. Поэтому и идет себе по краешку леса, прямо на носорога. Наши проводники взволновались, мы тоже — с носорогами шутить не стоит! Поэтому мы все начинаем кричать и махать руками. Дед останавливается, смекает, в чем дело, и пускается наутек со скоростью хорошего спринтера. Не выпуская при этом мешка. Со стороны это выглядит очень смешно, так как ножки у дедули — кривые и тонкие, а мешок — огромен.
Мы еще немного гоняем носорогов по кустам, потом находим еще одну мамашу с носорожком в маленьком болотце. Носорогов на сегодня более, чем достаточно. Пора возвращаться в отель.
По дороге я говорю Кедару: «А можно опять сходить на берег посмотреть закат?»
«Конечно», — говорит он. 
Прямо на слоне подъезжаем к Рапти. Как раз вовремя, как раз на самый яркий момент заката.
Шурадж опускается на колени, мы кубарем скатываемся с ее огромной спины.
И волшебство повторяется снова: опять прозрачный розовый свет, опять стремительно исчезающий за верхушками черных деревьев алый диск, опять неземная красота…
Впечатлений за сегодня — у некоторых людей за всю жизнь столько не бывает.
Оглушенные всем увиденным, возвращаемся через поселок в отель. Во всех домах уже потихоньку празднуют. Нас потрясает обилие горящих свечей. Свечи, лампадки, масляные лампы буквально везде — вдоль внешних стен, у порога, на окнах.
«Что это?», — изумляемся мы. 
«Чтобы Лаксми получше видела, в какой дом прилететь», — улыбается Кедар.
Мы сворачиваем в ворота отеля — и столбенеем. На лужайке, у самых бунгало мирно пасется…носорог. Куда бежать, на какое дерево залазить?
«Не волнуйтесь, это наша Бьюти. Ручной носорог. Она еще маленькая. Ее мать задрал тигр, и люди забрали ее из джунглей в деревню. Теперь она везде гуляет», — поясняет нам Кедар.
«И что, можно погладить?»
«Конечно»
Очевидно, сегодня день, когда богиня Лаксми решила разом исполнить все мечты бывшего юного натуралиста, то есть меня — и каноэ, и крокодилы, и непролазные джунгли, и «купание красного слона», и дикие носороги, и теперь вот… Я глажу твердую спину Бьюти, трогаю ее смешные ушки — и сама не верю своему счастью.
Далее следует продолжительная фотосессия под названием «Мы и носорог» — фотографируемся с Бьюти во всех ракурсах.
За ужином Кедар прощается с нами.
«Мне пора идти. Моя семья ждет меня», — немного смущенно говорит он, — «Завтра встречаемся в 6 утра, у нас по плану наблюдение за птицами».
Из деревни уже доносится нестройное хоровое пение, там уже, очевидно, празднуют по полной программе.
«Слушай», — говорим мы, — «Какие птицы в 6 утра после праздника? Празднуй себе на здоровье, а мы без птиц обойдемся. Ну что мы — не люди, не понимаем?»
Он в ужасе машет на нас руками — работа важнее всех праздников!
Кедар уходит, мы остаемся одни.
Все вокруг украшено свечами. Они горят, подрагивая на ночном ветерке, освещая неярким теплым светом все вокруг. Свечи на балконах, у входа, вдоль стен, вдоль всех дорожек… Красиво, что и говорить!
Пора спать. Но… не тут-то было. К нам подходит один из работников отеля, вкрадчивый дядя в очках и говорит: «У вас по плану презентация».
Ясно, каждый вечер здесь заканчивается культурной программой.
Нас с Андреем усаживают в холле отеля в удобные кресла. За нашей спиной собирается весь персонал. Вкрадчивый дядя выключает свет и начинает показывать слайды. Это и есть презентация. Немного наивно, но трогательно и очень от души. И познавательно, безусловно, очень познавательно! За полчаса нам рассказали всю историю парка Читван, его структуру, подробно прошлись по всем видам птиц и зверей.
 В конце мероприятия мы от чистого сердца пожали нашему презентатору руку и поблагодарили его.
«Какие вы все-таки молодцы!», — сказала я, — «Я просто в восхищении от Читвана, от всего, что вы сумели здесь сделать!»
«Будет здорово, если вы расскажете об этом своим друзьям, и они тоже решат сюда приехать», — грустно ответил он, — «В связи с войной поток туристов сократился на 60%, нам очень тяжело сейчас и очень нужна ваша поддержка».
Я заверила его, что обязательно расскажу всем о Читване (как видите, я сдержала слово).
Перед тем как лечь спать, мы оставили для нашей знакомой мышки угощение — положили на соседнюю кровать сухарики.
И только после этого, очень довольные собой, уснули.




Читван, день 3. Дорога в Катманду.
Добросовестный Кедар был точен, как экспресс из Женевы. Ровно в 6 утра он постучался к нам в номер. В руках у него была огромная энциклопедия «Птицы Непала» и два больших армейских бинокля.
Следующие несколько часов мы бродили по окрестностям и рассматривали в бинокли птиц. Видели мы их и вправду огромное количество, самых разных, от совсем крохотных до весьма крупных. Названий всех я, к сожалению, не вспомню. Потому как, несмотря на свое юннатское прошлое — в птицах я не особо сильна. Скажу только, что в Читване тусуется множество цапель, целые стаи уже упомянутых мною больших перелетных птиц — гусей, казарок, и не менее десятка разновидностей очень симпатичной птицы по имени kingfisher, т.е зимородок. Мне приходилось видеть зимородков в Карпатах — там они размером с кулачок. В Читване зимородки гораздо крупнее и окрашены в самые разные цвета: от ярко-бирюзового до медно-красного.
Мероприятие это носит как познавательный, так и развлекательный характер. Просто надо на время абстрагироваться от того, что ты — взрослый, представить себя опять в роли любопытного восьмилетнего юнната (или Николая Дроздова, как пожелаете), открыть пошире глаза и уши — и вперед, навстречу приключениям. Уж если я находила удовольствие от наблюдения за скудным животным миром лесов под Киевом, то можете себе представить, как меня порадовал Читван.
Эта утренняя прогулка, наше финальное читванское мероприятие, была спокойной, веселой и очень умиротворяющей, как и все в Читване. Река, джунгли, слоники, птицы, яркое солнце и влажный воздух — мы понимали, что это наши последние часы в Читване и получали настоящий кайф от всего, что нас окружало.
По дороге в отель мы зашли в маленький музей истории Читвана, отметились в гостевой книге, купили несколько симпатичных батиков с носорогами в сувенирной лавке и пообнимались с ручной носорожкой Бьюти.
Уезжать не хотелось, честно. Читван, маленький, уютный, искренний и трогательный мирок в бушующем океане цивилизации, запал нам в душу очень сильно.
Я хочу сразу сказать, что не стоит питать огромных иллюзий по поводу этого национального парка. Это не Кения и не Танзания, толп редких животных здесь нет, особой «дикости» тоже. Но здесь есть нечто другое — атмосфера, способная вернуть давно утраченный в суете покой и вернуть в состояние восторженного детства. Тех же друзей-знакомых-приятелей, которые дальше Анталии и Парижа в жизни не выезжали, ваши фото с носорогами и слонами сразят наповал, гарантирую.
Забегая наперед, скажу, что по возвращении из Непала я прослыла самым смелым и отчаянным человеком в своей организации (а работает в ней почти 600 сотрудников), не в последнюю очередь из-за ручной носорожки Бьюти.
Мы очень тепло простились и с Кедаром, и со всеми работниками отеля. У меня было чувство, что я прощаюсь с настоящими друзьями.
О дорогах я уже писала достаточно много, не отличалась особым разнообразием и дорога из Читвана в Катманду — все та же пыль, все те же черепашьи скорости, да еще и на подъезде к столице мы попали в гигантскую, многокилометровую пробку. Единственным запоминающимся моментом за весь 8-часовый путь был здоровенный лангур, который сидел на дереве у дороги и задумчиво смотрел на наш автобус.
Путешествовать на автобусе по Непалу действительно крайне утомительно. Но мы все равно остались довольны. Не в последнюю очередь из-за того, что никаких дорожных неприятностей с нами не произошло — бог миловал.
Хозяин нашего гест-хауза в Катманду принял нас, как родных, даже скидку дал на номер.
После многодневных скитаний по всему Непалу Катманду казался нам почти родным домом.
А домой хотелось, и очень сильно. Мы многое узнали, многое посмотрели, многому научились, впечатлений у нас было — выше крыши. Собственно, мы уже были готовы ехать домой прямо сейчас.
Программа-максимум была выполнена. Как долго, как тщательно я составляла ее в Киеве, и вот она завершена.
Остался финальный аккорд. Приятный и утомительный одновременно. Шоппинг!





Шоппинг в Катманду.
Не знаю, как у кого, но у меня это настоящая страсть — национальные безделушки. В этом плане Катманду — просто рай, поверьте мне. Сколько бы денег не отвел на сувениры — потратишь все, до последней рупии.
Магазинчики здесь весьма самобытные и, что особенно радует — все сделано в Непале. То есть не так, как, например, в других странах, made in China — нет! Все настоящее, непальское.
Покупкам мы посвятили весь вечер и все следующее утро — как раз уложились до самолета.
Нам повезло: делать покупки в последний день праздника Дивали — это настоящее удовольствие. Во многих лавках продавцы были уже навеселе, легко торговались, повсеместно угощали фруктами и сладостями (и выпить тоже предлагали, а как же!), дарили всякую мелочевку — и вообще, превращали процесс покупки в нечто яркое и веселое.
Итак, что же мы накупили себе и в подарок многочисленным друзьям-коллегам? Наверное, то же самое, что и все туристы.
 В первую очередь — изделия из ячьей шерсти. Одних шапочек с косичками мы купили не меньше десятка, ведь это прекрасный подарок другу всего за 2 доллара!
Текстильные изделия. Тут у любителей всевозможных подушек, покрывал, ковриков просто глаза разбегаются. Вышитые чехлы на подушки — 5—10 долларов, большое покрывало в слоники я выторговала за 7 долларов. Кстати, сюжеты вышивок — просто чума! Тут вам и яки, и йети, и какие-то коты с дольками арбузов в лапах, и слоны, и что угодно! Шитые шелком ковры, конечно, дороже. Но на порядок дешевле, чем у нас. Хорошее изделие средних размеров обойдется не дороже 150 долларов.
Тибетская икона-танка. Конечно, купили. С запавшим в душу колесом сансары. Покупка танка — это целый ритуал. Тебя приглашают в мастерскую, усаживают на пол и начинают разворачивать перед тобой настоящие рукописные шедевры. Наш, весьма скромный по размерам, но удивительно тонкий по исполнению, обошелся в 40 долларов.
Одежда. Много пестрых национальных рубах по 3 доллара, национальных курток с деревянными пуговицами. Настоящее изобилие всевозможных шарфиков и платочков — просто голова кругом, отличный подарок подружкам, кстати. Мне очень понравились хлопковые майки с длинным рукавом, расписанные всякими Кришнами-Ганешами. Они отличного качества (таскаю уже два года, а она как новая), выглядят очень экзотично, а стоят всего 8—10 долларов.
Чай. Ему посвящены, как отдельные лавки, так и целые ряды супермаркетов. Десятки разновидностей чая отменных сортов очень красиво упакованы в разные коробочки-плетеночки. Цены самые разные, стартуют от 5 долларов.
Специи. Знаменитая масала в сотнях вариантов. Я бы очень рекомендовала купить — так греет душу на родине! Бросил в чай щепотку — и по кухне разливается аромат Непала.
Фигурки и маски. Мегатонны на каждом углу. Тут уж кто что любит. Мы разжились маской Ганеши и фигурками яка, носорога и…опять Ганеши. При покупке этого добра следует учесть то, что на прилавке все это изобилие смотрится не очень — и совсем другое дело дома! Дома, в единичном экземпляре, выглядит ну очень красиво и экзотично!
Отдельно хочу порекомендовать большой книжный магазин в центре Тамеля. Потрясающее место! Во-первых, там фиксированные цены. Во-вторых, там самый широкий выбор открыток и потрясающих книг. В третьих, там есть большой отдел национальной непальской игрушки (я такого не видела больше нигде в Непале). А в четвертых, там работает охранником самый красивый мужчина Катманду :) Я даже специально приходила его сфотографировать в последний вечер, но, увы, была не его смена :) Ладно, я ведь не об этом хотела сказать. Я о национальных игрушках — это потрясающие, вручную расписанные фигурки людей и животных, крохотные шкатулки, елочные шары — все очень красивое и тонко исполненное. Если любите нечто подобное — вам сюда!
Естественно, надо обязательно купить пару дисков с национальной музыкой. Стоят они недорого, а удовольствия потом принесут очень много.
Я перечислила только малую толику всего, что продается на улицах Катманду, то, что интересовало меня лично. Каждый найдет там что-то для себя, я уверена.
Андрей хотел купить нож-кухри. Но то, что продают на развалах — выглядит очень убого, это жалкие подделки для слепых туристов. Настоящие кухри продаются только в специальных магазинах и стоят столько, сколько мы потратили на все сувениры вместе взятые. Так что, кухри мы так и не купили.
Но у нас и без кухри уже рюкзаки не закрывались.
Как мы ухитрились упаковать и довезти до Киева все в целости и сохранности — до сих пор удивляюсь.

Долгая дорога домой. Конец каникул.
Отъезд из Катманду вызвал у меня противоречивые чувства. Хотелось домой и, одновременно, не хотелось уезжать.
Мы очень долго паковались-собирались (еще бы! Половина содержимого лавок Тамеля перекочевала в наш багаж!). Приехали в аэропорт очень заранее — и опять не зря. Нас поджидал сюрприз — долгий и тщательный досмотр всей ручной клади.
Представьте себе наше негодование: Андрей только-только с ловкостью Игоря Кио позапихивал килограммы сувениров в рюкзаки, — и на тебе! Распаковывайся! И не просто распаковывайся — таможенник заставил нас развернуть все газетные свертки (а все хрупкое было в свертках). Но делать нечего — в конце концов, все ради нашей же безопасности. Распаковались.
-А это что? — недоуменно спросил таможенник.
 В куче свертков лежал…огромный ключ с цифрой 9 от нашей комнаты в гест-хаузе.
Мы просто покатились со смеху. Ну, надо же, украли у милейшего Хита ключ от комнаты! И, главное, как мы могли его не заметить? Ключ действительно огромный, да еще с гигантским деревянным брелком!
(ключ, кстати, мы храним до сих пор. Обязательно вернем его хозяину в наш следующий приезд в Катманду.)
Зал отлета в Катманду — крохотный и душный. Дьюти-фри там нет, да нам и не до дьюти-фри после всех треволнений с досмотром.
Час полета до Дели я провожу, не отрываясь от иллюминатора. Цепь Гималаев тает, становится все меньше, все незаметней, пока не исчезает вовсе. Приедем ли мы сюда еще? Увидим ли самые прекрасные и самые высокие горы опять? Не знаю. Я еще не отошла от трека, у меня еще болят ноги, мне кажется, что больше на горные дороги меня не заманят никакими калачами — но в глубине души я знаю, что частичка моего сердца осталась там, в этих горах.
У меня нет никакого настроения возвращаться в Индию. Я согласна ночевать в аэропорту, но только не выходить на улицы Дели опять. Это глупо — виза есть, отель есть, трансфер заказан. Но я настолько накрыта Непалом, что не хочу портить это впечатление индийской столицей.
Андрею все-таки удается переубедить меня.
Мы проходим паспортный контроль. И снова здравствуйте, смог, пыль, гарь и миллиард индусов!
Нас встречают и опять везут в «Аджанта Отель». Я уже не рада, что заказала этот клоповник и на обратном пути. Но нас ждет очень приятный сюрприз! Портье отводит нас в номер на третьем этаже, открывает дверь…и мы глазам своим не верим!
Номер — просторный, чистый, с прекрасной ванной, мраморным умывальником, новой красивой мебелью, мини-баром и телевизором. Чудеса, честное слово! Мне до сих пор непонятно, почему за одни и те же деньги, мы жили в настолько разных номерах.
Выходим на балкон. На Дели опускаются сумерки. Миллиард индусов бродит в смоге, ужинает, занимается ежевечерними делами. В маленьком спортзале напротив нашего отеля меленькие индийские мужчины самоотверженно накачивают мускулы на примитивных, как из каменного века тренажерах.
По телевизору — MTV Индия. Это зрелище завораживает — от МТВ там только название, на деле что ни клип — так песни-танцы в стиле Миттхуна Чакраборти и Болливуда.
Я нахожу в номере занятный женский журнальчик на английском языке — что-то вроде индийского Cosmopolitan. От первой же статьи у меня начинается полная истерика: индийские мужчины призывают своих женщин немедленно завязать с похудением и диетами! Индийские мужчины не довольны тем, что их женщины теряют аппетитные формы и бьют тревогу по этому поводу!
От чтения и просмотра индийских плясок меня отвлекает Андрюшка: «Может, погуляем?»
Гулять мне не хочется категорически, не хочу я выходить на улицы Дели, хоть убейте меня! Но я соглашаюсь проехаться на такси к Ред Форту.
Едва мы выходим из отеля, как таксисты обступают нас плотным кольцом. Я торгуюсь не из-за того, что торгуюсь, а из-за того, чтобы они отцепились. Сбиваем цену до 10 долларов туда-обратно.
Оказывается, что от нашего района до Старого Дели и Красного Форта довольно далеко.
Жизнь на улицах мегаполиса не то что кипит, она бушует и бьет через край. Машины, рикши, коровы, мотоциклы, ослики, тук-туки — все это плотным потоком движется по широким улицам. Все это непрерывно издает какие-то звуки (и жуткую вонь). На тротуарах спят бродяги, укладываются на ночлег все те же ослики и коровы. Меня потрясают многочисленные туалеты в самых оживленных местах. Дизайн этих туалетов весьма занятен — у них есть только стеночка, отгораживающая справляющего нужду камрада от тротуара. От проезжей части туалет не скрывает ничего. И вправду, чего стесняться, здесь все свои…
Выходим у Ред Форта. Строение и вправду эффектное, пафосное, красиво подсвеченное. Но, майн готт, что творится рядом! Грохот, шум, крики, запахи — я сейчас упаду в обморок! У меня начинает раскалываться голова! Верните меня в Катманду, пожалуйста, я не могу находиться в этом адском котле под названием Дели!
Спасаюсь бегством на заднее сидение такси. Нет, это не мой город, однозначно…
По дороге в отель мое внимание привлекает площадь, до отказа забитая людьми. Это похоже на революцию, первомайскую демонстрацию и воскресную ярмарку одновременно. Приглядевшись, замечаю, что все эти люди, плотно сомкнув ряды, пытаются проникнуть в какое-то здание. «Что это?» — спрашиваю у водителя. «Кино», — спокойно отвечает он. «Премьера? Хороший фильм?» — в крайнем изумлении наивно интересуюсь  я. Водитель смотрит на меня, как на чукотскую девочку: «Нет, просто кино. В вашей стране что, в кино не ходят?»
Ходят, конечно…Но не так. Теперь я точно знаю, для кого в мире важнейшим из искусств является кино — для индусов, конечно.
Ужинаем в отельном ресторане масала чикен с лепешками. Блюдо настолько дрянное и так отличается от того, что мы ели в Непале, что Андрею приходится сбегать в номер за остатками джина. Выливаем джин в стаканы со спрайтом и только так ухитряемся протолкнуть в себя густое варево коричневого цвета.
Остаток времени до самолета проводим в тревожном сне под звуки МТВ Индия.
А дальше…Дальше и вовсе начинается самое грустное. Пустой ночной аэропорт, сильный запах хлорки, полный туалет пакистанских женщин… Какого-то индуса сильно тошнит прямо в урну… По мрамору пола шныряют крысы…
На память об индийской столице у меня осталась только маленькая тряпичная птичка, расшитая бисером, которую я купила в местном дьюти-фри.
Самолет на Киев практически пустой. Можно занять целый ряд и поспать.
«У вас потрясающие свитера», — замечает девушка, сидящая за нами, — «Откуда такие?Я в Индии таких не встречала«.
«Это не из Индии, это из Непала», — устало отвечаем мы. 
Мы чувствуем себя настоящими крутыми путешественниками, на наших ботинках — пыль гималайских дорог, наши носы сожжены под гималайским солнцем, а наши уставшие тела греют пестрые свитера из шерсти настоящих добрых гималайских яков…
Нам кажется, что мы знаем нечто такое, чего не знают остальные пассажиры этого самолета, ведь они, в отличие от нас, не ходили по самым великим горам нашей планеты.
«Андрюшка», — шепчу я, прежде чем заснуть, — «Больше мы в горы ни ногой, правда? Никогда».
Он согласно кивает.
Наивные.
По прошествии времени мы поймем, что Гималаи накрывают не сразу. Осознание того, что ты увидел, прочувствовал, прошел, — приходит позже, гораздо позже. И только тогда сваливается настоящий, фантастический восторг, которого ты не чувствовал во время путешествия, потому как был слишком уставшим для того, чтобы остро чувствовать что-либо.
Мы захотим обратно в Непал ровно через месяц после нашего возвращения. Захотим с такой страшной, с такой невиданной силой, будто нас и вправду зовут обратно частицы наших сердец, оставшихся где-то на пыльных дорогах Мустанга.
Сейчас мы твердо знаем, что вернемся туда. Обязательно. А кто не верит, пусть ровно через год ждет новых отчетов по Непалу-Тибету.


Бухгалтерия, куда без нее:
Перелет Киев-Дели-Катманду-Дели-Киев — 850 долларов/чел
Виза Индия — 30 долларов/чел
Виза Непал — 15 долларов/чел
Перелет Покхара-Джомсом — 65 долларов/чел
Автобус Катманду-Покхара — 3 доллара/чел
Отель в Дели — 25 долларов/дабл без завтрака, бесплатный трансфер из аэропорта
Такси по Дели — 5—10 долларов за поездку (надо торговаться)
Такси по Катманду — 2—3 доллара за поездку
Проживание в Катманду и Покхаре — 10 долларов/дабл без завтрака
Проживание в лоджах на маршруте трека — 5 долларов/дабл с удобствами в номере и горячей водой
Пермит для трека — 30долларов/чел
Услуги портера — 5 долларов/сутки
Питание на треке — 10 -12 долларов в день за двоих (скромный обед и хороший ужин, больше не хотелось)
Питание в Катманду и Покхаре — в зависимости от аппетита и меню, мы укладывались в 20 долларов/день вдвоем (с пивом), но вообще — все очень недорого
Интернет — 1 доллар/час
Телефон — 2 доллара в Катманду, 5 долларов на треке
Читван, полный пакет 3 дня/2 ночи — 80 долларов/чел
Входные билеты в храмы — 3—5 долларов/чел
Аэропортовый сбор при вылете из Катманду — 15 долларов/чел
Сувениры — все очень недорого, но надо торговаться. На 100 долларов можно купить мешок всякой всячины.

Если резюмировать, то главное насобирать денег на билет до Катманду. Сам Непал — страна более чем бюджетная.

Комментарий автора:

Статья разбита на нескольких частей. Читайте предыдущую часть

| 24.10.2006 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий