Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Норвегия >> Осло >> По странам викингов и троллей


Забронируй отель в Осло по лучшей цене!

Дата заезда Дата отъезда  

Система бесплатного бронирования гостиниц online

По странам викингов и троллей

ДанияКопенгагенНорвегияОслоФинляндияТуркуШвецияСтокгольм

Жду свело-серую волгу. Заедут. Холодно уже. Не по сезону, не по сезону… Ну, еще пара автобусов, и поеду сам. Это кто? Наши! Машут. Темно-синяя газель! Аэропорт. Сейчас-сейчас, полечу и усну. «… откладывается всвязи неприбытием по метео.» Неприбытием! Полетели СМС: задерживается вылет. А вот и СПб. Сухой асфальт! Пробки. Метро. «Октябрьская»! Завтра по заре двинем на запад.

Редкие авто, еще более редкие пешеходы… Сырой воздух. Желтые фонари. Все желтое. Хочется спать. Фиолетовый автобус!! Бодрит. Четыре каких-то буквы. Очень похоже на родное EWSD. Мы с вами? Миша… Миша… дизайнер… Часов шесть до Хельсинки? Спать уже не хочется. Город кончился. Показались звезды. Холодно. Мягко несется наш ЕВСД. Все спят. А? Санитарная остановка? А как же! Такс-фри? Возьму два. Фигня всякая! Поехали дальше. «А за этой кочкой начинается Евро-союз, Финляндия.» Оп! Ничего не изменилось. Финский дозор. Рушатся стереотипы. Улыбаются, шутят. А про кого анекдоты?

«Здесь последний обменник, где возьмут рубли» Будит надпись «телефоны б/у!» По-русски! В окошке появилась очаровательная блондинка. По умолчанию финка. Неожиданно! Опять не совпало. Меняю свои тышши на их фантики. Мало как-то получилось… На тысячу. На ту, мятую.

 — Вот, говорю, произошла ошибка, вероятно… Но я не совсем уверен в правоте своих, возможно необоснованных претензий…
Финка обрисовала ситуацию финансовой политики вцелом, и выдала еще евров, равных нашей тысяче.
 — А если я не прав?
 — Я Вам верю, — улыбнулась кассир.
А я, вот, в себе уже сомневаюсь…

Долгие, белые переезды. Торопимся в Хельсинки. Дороги утомляютс постоянством своего качества. Никаких потрясений. Патриархально. Не спит только водитель Володя. Привыкший.

И это Хельсинки?! Вспоминаются ГДР, ДЕФА… С дизайном среды они… Замерзли как-то. Во времени. Начало последней трети прошлого века. Добротно, но скучно. Маленькие кривые улицы. Как это Володя здесь вписывает эту громадину? Не едет — рисует! Пером по рисовой бумаге. Последние вензеля по свежему снегу центральной площади. 2 часа на самостоятельное изучение их образа жизни! Стесняюсь своего английского. Оказалось напрасно: они своего не стесняются! Странные улицы. Не разошелся с трамваем. Не заметил. Пришлось извиниться и уступить. Снимаю, снимаю, снимаю… Ничего не нравится. Зачем снимаю? Что бы не забыть.

Кто есть кто на улицах понятно только с неграми. Часто слышно русский. Снег с дорог у нас убирают лучше. Много велосипедов под сугробами. Вымок я и Кэнон. Уезжаем. В Турку. Там паромом в Швецию. В Турку, оказывается училась куча известностей! Маленький, уютный и просторный город. Академия… Это академия?! Крайне демократично. А вот наш громадина-автобус смотриться… Не смотриться! Велосипедный городок. Порт. Силья. Нифига себе!! Много людей, но, говорят, паром не полный. Теминал гудит, трансляция что-то булькнула по-фински… Красиво: жизнь идет, неслышно разговаривают люди — немое кино. Летает легкая музыка. В центре зала пингвин в белой бабочке раздает регтаймы. А вот не понятно: мы еще в терминале или уже на Силье?

Нет слов. И это еще и плавать может! Это — кусок города с магазинами, ресторанами, негром-саксофонистом, кинотеатрами, банями и бассейнами, который плывет с нами. Дека-6. Здесь наши каюты. Дека-8; там ресторан. Так. Телевизор. Три откидных кровати. Душ. Туалет. Забавно работает унитаз. На всасывание. С адским рычанием! Кстати, пора на ужин! Так и пойдем? Нормально… Это издевательство! Знал бы не елл в Хельсинки! Даже на понадкусывать все меня не хватит. Наша московская диаспора налегает на красную рыбу, икру, креветки. Как дети… Сыры замечательно сочетаются с вареньем из инжира! Пиво наливается с непреодолимой пеной. Приходится пользоваться двумя бокалами. Было б три руки!.. Меня бы в цирке показывали. Дивные маринованные зеленые помидорчики в сладком сиропе! Lapin Kulta. Другое у них совсем плохое. А к тем стойкам я еще не ходил!! Десерты. Позже. Вернемся к мясу. Наши уже жалуются на недостаток гастрономических сил. А там десерты с тортиками! Играем по олимпийской системе. Эпикурейство!! В баню! Забавное ощущение: вода вокруг тебя и еще восемью этажами ниже. Штормит. В джакузе явно не достает пузыриков! Три горсти шампуня в плавках. Пены не получилось. Ладошки маленькие!! Или плавки…

Мытые и сытые пошли в универсам. Уже ничего не хочется. Сидим под лесницей пьем пиво. Сейчас пойдем в каюту и будем пить водку. Брр! Пиво кончилось, обнаружился аппарат по приему аллюминиевой тары. Хлюп! Получите грвеник! Напротив — игральный автомат. Остались без гривеников. Пошли в каюту. Кромешную темноту прорезала трель мобильника Сергея. Ковер изысканно украшен лимончиками, стаканчиками, баночками… У бани лежит целый финн. Скоро Рождество! Еды все равно много, хотя и завтрак. На стойках с пивом — колпаки. Пива нет! Только теперь я понял что значит надпись «Kopelsjor» в коридоре. Это название города куда мы прибываем. Мы уже в городе?! Все впечатления в этом путешествии наматывались как нитка на катушку. Буду осторожно разматывать.

Уже Швеция! Говорят, вечером будет Норвегия… Странная эйфория: опять удивляюсь! По всему выходит Земля не велика. Темно. Едем в Стокгольм. Оказывается тут все друг другу родственники. Все сплошь викинги, и у всех в лесах живут тролли. Если покупать то только пару. Пожадничав и купив только одного обречены быть объектом издевательств этой сучковатой твари. Если пара — им не до вас. Еще лучше разнополую пару. А если размножаться начнут?

Не при деньгах мы! Нужен необходимый минимум наличности. Для туалетов! 5 крон — пропуск в нирвану. Гамла-стан. Густав Ваза. Альфред Нобиле. Тут. Здесь. Там. Два самых великих персонажа, вокруг которых крутится история Скандинавии. А вот с Карлсоном вышли разночтения! Оригинально он — приведение! И пропеллер ему уже наши умельцы приделали. Летает сам по себе. Как забытый пакетик на улице: то его по асфальту волочит, то по небу летает. Нет материалистического обоснования причин его полета! Самый неудобный остров. Тут селилось купечество. Чтобы показывать низ спины на Королевскую резиденцию на том берегу. Оп-позиция. Мчимся к городсклой ратуши. Новодел, но смотриться вполне реликтово. Выходим из автобуса. «Остерегайтесь велосипедистов! Задавят, а виноваты Вы будете!» Что-то в честь Нобиля. Деревянная лошадь. Золотые ангелы на черепичных крышах. Море травы. Она нагло зеленеет. Сказка! А еще какойто тропический кстарник, который растет везьде. Листья похожи на груши. Много-много груш. 18го декабря!!

Катаемся дальше. Меня чуть не потеряли. Королевский дворец. Свободное время. «Киса, сколько Вам потребуется на разграбление города?» Роскошный дворик с огромными пушками. Входит в ансамбль дворца. Десять пушек из дворца! Узкие улицы. Очень узкие. Просто: декорации. Но живут реальные люди. И звонки, и колокольчики. Мрачно.Толпа гудит, топчет историческую брусчатку. Суматоха качается в улицах-коридорах. Празник скоро. Обедать! На раздаче — азиаты. Спрашивают по-русски. Как в Иваново! Их там много. Полу-шведский стол или шведский полу-стол? Платишь только за горячее, а стартеры (закуски) набираешь сколько хочешь! Нравится. Много уксуса. Это не может не радовать. Вечером должны быть в Осло. Более подробно задержимся в Швеции на обратном пути. Бегом-бегом в Норвегию!

 В Осло не далеко. Но долго. Дороги сложные. Поздний вечер. Прибыли. Отель Рэйнбоу — Ослофьорд. Назови у нас гостиницу «Радугой» Не то. Попсово. ВИА «Радуга». Rainbow — по-рокерски! На входе две ведерные свечки. Чисто — костер. Разглядывал: фитиль квадратный в сечении 2х2 см. Мышиный мангал. «Вокруг нет ничего! Осло — завтра! Баня бесплатно» Как же нет ничего! Быть не может. Александр Сергеич решил испытать все бани на нашем бедуинском пути, а я здраво решил обежать окрестности. И, опять захотелось еды. Филин Сергей Иванович так же решил в пользу географии. Осталось добраться до номера. Вот это номер! Телек с выхом в нет! Мраморный столик. Окна выходят во внутренний двор. Дворик под крышей. Растут деревья. Спустился специально посмотреть настоящие ли. Не обманули. Все. Гулять!

Плотские удовольствия. Хочется есть. Ого! Хлеб больше 2х юров… Неожиданно. Остальное ценой не удивляет. Ну, на троих, по-холостяцки… Аскетично, но питательно. Визу возьмете? Не возьмете?! Только такие карты?! Кроны? Не те кроны?! Ах, да! Это швецкие… Это наши… Юры? Тоже нет. В карманах куча разных денег! Теряюсь. А банкомат есть? «В отеле через дорогу» Да мы оттуда! Портье рисует по карте нам путь как добраться до улицы с банкоматами. Желтые ворота, подземка… Желтые ворота. Оградка, скорее… Скала. Плоскогорье. Поздземка. Одинокие тени навстречу. Тролли!! Вот — огни большого города! Засыпающий Осло. Аллея Клода Моне. Названа в честь художника, и — ненорвежского! Потрясен. Я тоже очень люблю импрессионистов. И хотел бы жить на этой улице. Роскошные подъезды! Огромные светлые пространства за стеклянными дверями с кодом. Поначалу думали: офисы. Однако почтовые ящики и уютные окошки говорили обратное. Красиво. Тихо. Хотя нет, вот этот ресторанчик провонял улицу дешевым маслом метров на 50! Громко пахнет.

Где ж эти банкоматы? Стеклянная запертая дверь. Там мерцает экраном спаситель. Отсюда видно: визу берет! А как войти? Пошли другой искать? Пробежали 3 румяные с мороза норки. Ших картой — дверь открылась! Мистика. А моя? Ших — вошел! Откуда в Осло знают про далекий Менатеп?! Замечательные здесь квартиры! С балконами. Незастекленными! И занесенное снегом летнее кресло на балконе смотриться органично. Продолжаю изучать отель. Место для посидеть с друзьями… У норвежцев есть замечательная подробность: можно не придти на работу три раза в год без объяснений. Друзья, знаете ли… Устало пялимся в телек. Показывают карлсона. Что-то не так. И толстый. И рыжий. И клетчатый. Но — без пропеллера. Плохо ему так.

Утром Осло оказался приятным городом вообще. Замерзшая гавань, мостки… Внезапное «индастри»: зеркала, аллюминий, мы отражаемся, проезжая… Парк великого норвежского художника. Знаю только Грига. Но он — композитор. ..А Пер Гюнт — первый испольнитель его музыки! :) Начало внушает: ажурные ворота, парк в легком инее, огромные деревья, туман по пояс. Снегири? Видидимость короткая — ярко-красные таксофоны. «Эта скульптура присутствует во всех справочниках по искусству» Велосипедист проехал мимо и скрылся красным пятном в тумане. «Лошаааадь!..» Отвлеклись. «В Амстердаме Писающий мальчик, здесь — этот» Озябший!.. Чугунные колхозницы, авиаторы, шахтеры в московском метро много позитивнее. Хреново ему было по жизни, коли такие образы приходили! Анатомические изыски Босха и Дали более оправданы, чем его каменные младенцы. А Магритт — просто оптимист. Но пластика!.. Гранит кажется воском. Великолепно! С чем сравнить? Между Челинни и Роденом. Достал! Живописнейший ручеек в этом парке. Утки, дети с булками, розы под снегом, тропическая «груша»(?)…

Утром туман над рекой — яркое солнце днем. Работает. В конце года. Долго крутились по тесным улицам. Огромная крепость утопала в бескрайней траве и солнце. «Крепость действующая. Здесь проходят заседания НАТО» Мост в крепость. Туда-сюда мотается гвардеец. Устал от назойливых фотоаппаратов. Обозреваем. А эта лестница куда? Пушки, гвардеец… Снять? А по сопатке? Из подземелья выскочил генерал. Спрашивать больше не у кого:

 — Можно поснимать?
 — Только в моем присутствии, и очень быстро — я спешу.
Извинился. Генерал скрылся в ближайшем каземате. Ну их, агрессоров! Вслед промчалась разноцветная, бурлящая толпа других генералов.

Городская ратуша. Закавыристо звучит на местном диалекте:«ратъхус» «Крысиный дом» — ничего личного! Но я все равно забыл правильное произношение. Тихо. Свело. Сижу перезаряжаю камеру. Местных только два человека. Возятся с акустикой. Ощущение: готовятся к выборам или к пионерскому утренику. Сейчас скажут: «раз-два-три. Проба!» Музей современного искусства. Тенденция — много видео-арта. Много мелких зальчиков с зацикленными нетленками новежских феллиней. Предупреждения о наличии ненормативной лексике. Ненормативная!.. Дети!! Только одна ироничная вещь. Слишком уж серьезно все. Фигня в целом. А такой объект я придумал еще в школе! Огромная инсталяция из нержавейки. Узкий коридор — плечи касаются стен, лестница вверх. Идем на свет. Поворот, впереди циллиндрическая комната. Сетчатый пол, внизу мощьнейший светильник. Тепло. Возвращаюсь. Тесно. Выход в просторный зал музея. Что это было? Рождение? Вероятно.

 В мышкин дом пора. Поснимаю остывающий Осло. Red House? Rat House? Не так звучит… Ну, и они меня не понимают… Нашел!!! Пришлось спуститься к набережной, подняться: семь верст — не крюк! Масса магазинчиков. Первый опыт возвратов такс-фри. Приятно! Темнеет. Едем в терминал. Греемся. Завтра Копенгаген.

Паром датский. Ничуть не хуже Silja-Europa. Уже освоились. Привыкли. Сравниваем. Наша каюта. Первое, не разуваясь: «Зеркало или иллюминатор?» ИЛЛЮМИНАТОР! Но без телевизора! Вероятно все вместе не положено. :) Конфликт в ресторане: мест не хватило. Юля-переводчик просит, чтобы я вместо нее тут порулил, пока она разместит первую группу. Лестно. Вернули такс-фри! На пустом месте. Надо будет еще что-нибудь дорогое купить. Странный ресторан: вся выпивка за деньги! «Это не „Европа“!, да, это не „Европа“!» Привычка, знаете ли! Налопаюсь здесь, а в магазине напьюсь! Ослабевшие от гастрономических боев братья по скатерти вопрошают на каждое новое блюдо, что я приношу:«как?» Вот это вкуснее, чем те два.

 — Где?
 — Там…
Возвращаются с такими же трофеями. Брать надо много, но по-малу.
Есть другие соображения? Пиво! Берешь одну банку — 9 крон, а 6 банок в пачке уже по 5! Прошлый паром мы потеряли даром. Вот по-нашему: пак на 48 банок — термо-сумка на тележке! Покупки, то-се… Бутылки отзванивают трогательный марш, качка мешает ходить. Хочешь быть там, но оказываешься здесь.

 — Это шторм?
 — Шторм?! Свежий ветер! — браво ответила продавщица. Держит марку! Пытался взять чек такс-фри, чем ввел в ступор кассиров. Пытались найти блокнот с чеками. Осознал: здесь весь товар без пошлин.

Пойду в кино! Italian Job. Остальные пошли на дискотеку, благо шторм добавлял куража и легкости в движениях. Вышли на палубу. Жутко! Ветер, брызги, колбасит. Боролись с дверями:«Двери закрывай! Ветер! Быстрее! Девятый вал!! Берегись!» Оказалось: сильный доводчик! Линяем. На цыпочках. Пялимся в иллюминатор на черную бездну. Рассказываю кино… Уже надоевший будильник Сергея выбрасывает нас в утро.

Копенгаген. Kobenhavn. Кобен-гавань. Самая длинна ночь. Но выспаться удастся только дома. Аккуратно входим в порт. Рядом едут велосипедисты, в окнах, проплывающих мимо домов, зевают домохозяйки. Нас помыли!! Мы испугались. Ну машину на заправке вымыть, но корабль!.. Копенгаген замер и прилип к нашему борту. Бежим по Европе дальше. «Вот — русская церковь, вот — протестантская, там — то, здесь — другое. Все откроют через 2 часа. А теперь — свободное время» Вольно! Я тут же заблудился в соседнем переулке. Туда было невозможно не зайти — дворик магазина сувениров. С фонтаном! Дворцовая! Четыре дворца: мамин, папин, одного дитя, другого дитя. Это правильно: с родителями жить надо порознь, но недалеко. Опять же, воспитание самостоятельной жизнью! Ну и внуков, там, подбросить бывает надо — дворец напротив… Правильная монархия. Забыл, что они с гостями делают. Кажется, к маме селят. Мама принимает подданных раз в месяц. Очередь. Просят, в основном, жилье. Получают. Изучаю журнал «Чем занятся в Копенгагене?» Показывают обратную сторону капиталистического образа жизни. Выселки. Тут раньше жили хиппи. Денег, практически, хватало только на подрыв здоровья, по-этому за свет и газ они не платили. Кто выжил — уже не хиппи, но не платит все равно. Решили:«А фиг с ними! Пусть не платят. Объявим это социальным экспирементом!» «Кто хочет — едем на Туборг. 10 евро» А моем журнальчике написано русским языком написано «FREE». Читаю дальше. Не поеду я. Не жалко. Обидно. Московская диаспора настаивает на посещении Русалочки. Ради этой безбашенной фифы на улицу?! Читаю журнал дальше. Тиволи. Детский парк. Звучит не менее интригующе, чем Версаль. Какие уж тут дети! Хотя: Версаль, фаворитки, адюльтер, мушки, веера, балы, кружева — без детей никак! Наконец-то нас распускают! Времени мало. Журнал весь в «галках» — и за неделю не успеть…

От первой цыфры, пожалуйста… Датский Дизайн Центр. На той стороне улицы. Вы со мной? Идем втроем. Безумно-красный пожарный автомобиль! Старый. Сказал хозяину, что машина наряжена, что Санта. Посмеялись. Он мне значек «Датский Пожарный» подарил. Рассказал, как до Дизайн-Центра добраться. Рядом. Хороший человек! Сидячий памятник Андерсену Г-Х. Следов голубей нет. Не садятся. Я его тоже — не очень… Не люблю. Детей только пугать. Вот он Центр. Мимо не пройдешь! Платье-палатка, дом-аэростат, лужайка с зацветающими слуховыми аппаратами… Но самое интересное там, в лавке. От чашки до велосипеда. И посмотреть и купить. Это, это и вот то… Прозрачные игральные карты… Весело! Энтузиазм в лавке моих спутников не обрадовал. Я остался. Такс-Фрииииииииии!!! Мания какая-то!

Пешеходня улица. Туда и пойду. Если дойду — попаду в музей достижений эротического хозяйства. Оказалась улица магазинов. Сплошь распродажи! Учим языки по вывескам. Про распродажи — выдумки все. Цены валятся — факт. Но то, что распродают мне покупать не хочется, а что хочется под распродажу не попадает и стоит запредельно. Вот такая диалектическая борьба среди себя. Jingle Bells — их рождественская песенка? Не-а. We wish You a Marry Christmas! Вот, что поют на улицах. Да как складно! Не дошел я до того музея. Перепутал время: уже бегом, а оказалось есть еще час. В следующий раз. Темнеет. Шпили ратуши укутались в туман. Под елкой южные американцы поют родной ритм.

 — На си-ди есть чего из вашей национальной музыки?
 — Да, пожалуста: Енрике Иглесиас, его папа, Джо дассен, Синатра…
 — Нет, ваша музыка нужна: Чили, Боливия…
 — Вот, как раз следующая будет, послушайте.
Дети Анд грянули «El condor passa». В неузнаваемой обработке. Цыгане!!

Третий паром!! Как через пол-часа выходим? А как же то-се, баня? И кормить не будут?! Под покровом ночи высадились на юге Швеции. Чудный отель! Вокруг трава, теплый дождь, Пахнет весной. И деревней. .. а как называется отель — забыл. Раздали ключи. По одному на комнату. Возмутился: нас — трое, а интересы — разные. Нарезали еще два. Все разошлись. Я добавил барышне вопрос: а можно я его как сувенир заберу? Не устояла она перед обоянием русского акцента:

 — Возмите, но больше никому не говорите!
Очень дизайнерские решения в интерьерах. Проходной лифт. Открывается на две стороны сразу. В спину «Здрасссьте!» — незабываемые ощущения! Саня — в баню, я — вокруг. Ничего нет. Природа присутствует: флора, фауна, зайцы бегают — с голоду не пропадешь, но фасованой еды нету. Поздно.

Не в пример норгам бесплатный интернет. Хотел пару писем из Рэйнбоу послать… Беглая конвертация остудила: 200 рублей за пол-часа! Здесь: подходи, бери. Взял. Русские буквы! Как-то отвыкать стал… Что-то знакомое показывают по ТВ. «Последнего героя»! На шведский манер. Семьями. 4+4 — 4 семьи. Никакой интриги! Тропинки затоптанные насовсем! Цивилизация! И, сытые какие-то. Утро обозначилось полномасштабным солнцем. Здесь выращивают яблоки и пшеницу. Хватает на всю Швецию. Житница! Двинули на Север. В Стокгольм. Начинаем возвращаться. Весна кончилась через час пути.

К вечеру были в столице. Вверху все в тумане. Внизу все в снегу. Отель «Globen». Во дворе — озеро. В озере — Хлюпающий фонтан. Повод анекдотам. Метров на 15 вверх, и хлюпает вниз — озеро подснежное. На ресепшене пускают пузыри огромные, толстые, озерные рыбы. Кульминация композиции — физкультурная фантазия из ленивых черепах. И везьде — тихий, неуловимый Синатра с «Let it snow» Рождество…coming closer. Добрались-таки в номера. «Ого!!» Единогласно оценили раскрывшиеся за дверью просторы. Разноуровневый пол, холщевые шторы, в ванной жить можно. Какая вода! Кристально-чистая. У нас такая только водка бывает. Что часто вводило меня в заблуждения: вечно путал стаканы. Let it snow. Let it snow. Let it snow.

 — Эту баню, ребятишки, вы обязаны посетить! — настаивал представитель московской диаспоры. Возражать было бессмысленно.
 — Через 10 минут в нашем номере!
Собираемся.
 — Что-то Коля задерживается…
 — Позвони
Саня звонит:
 — Николая можно позвать?
Мы насторожились: Кольке был одноместный.
 — Сказали не туда попал. По-русски.

Let it snow. Let it snow. Let it snow. Прозрачными переходами мы попали в баню. Бане же принадлежали: велоэргометр, беговая дорожка, похожая больше на велосипед, солярий, уйма полотенец и стеклянная веранда с видом на спящий Стокгольм. Бассейна не было. Одинадцатый этаж все-таки! Зато бань было две: финская и турецкая. Я задержался в раздевалке. Своих искал уже на звук. Кто сомневался, что они будут в турецкой! «С легким паром!» — хлопнул я дверью. Легкий пар обрушился с потолка горячим ливнем. Турецкая — чистый ингалятор. Пар ощущается языком, руками; его можно потрогать! А потом в финскую! А потом — обратно! И еще раз. У еще… А теперь горячие русские парни в распахнутую веранду будут грозить шведам. Чем попало. Каждый год, мы с друзьями ходим в баню… Let it snow. Let it snow. Let it snow.

Соленое сливочное масло, апельсиновое варенье… При все своем разнообразии и обилии — кухня одинакова. «Принц сегодня позавтракал совершенно без аппетита» За этой дверью суть названия Globen — вход в огромный глоб. Холод и тишина — Хоккейная арена. Холодно. Поехали греться в Уп-Саллу. Метель. Спрятались в университете. Очень тихо. С галлереи смотрят лохматые, мрачные субъекты. Без одежд. Реплики античных скульптур. Богам мужского пола повезло меньше: их «полы» затроганы до африканского блеска. По винту спустились в средневековый студенческий туалет. Можно было и на лифте, но лифт был слишком уж средневековый. Средний такой…

Катастрофически не хватает пленки. Кончилась. Какие витражи! Мы плавно переместились в храм, напротив. Рассказывают все больше страсти и кошмары средневекового быта. Очень любопытна анатомия колон в храме! Сначала собирается массив из кирпичей. Затем обтесывается до заданого канона. Чрезмерно-глубокие конелюры дают изящество и воздушность колоннам. В сечении — цветок с длинными лепесками. Напрягают надгробия-саркофаги. В целом: северная традиция с легким римэйком Бизантии… У всех, поголовно, тапки размера 98-растоптанный. До степени: «не мой туфля!» Ощущение, что базилика уже лютеранская: чего-то не хватает! Много пустых ниш. Молитва как старый советский тост «За мир во всем мире!» Свеча — 3 шведских кроны. 2 — есть, 3 — нету. 10 евроцентов сверху. По курсу это даже больше!

Просто гуляю. Гололед скольже нашего! Импортный!! Заминка на дороге: «уазик» ехал-ехал, встал. Суета у кенгурятника. Водила сидит не шелохнется. Упала и валяется пожилая шведка. Из-за сугроба выпорхнула молодая. Я подлетел. Тянем-потянем — убрали с дороги бабушку, поставили. Умчался «уазик». Вудила буржуйский!!

Московские бабушки:
 — Миша, Вы несомненно пользуетесь успехом у нашей Юленьки (гид-переводчик).
Вам она не откажет. Можете ее попросить задержаться на пол-часа: в магазине перерыв. Гид пыталась не отказать, Володенька-водитель был непреклонен. Каждая бабушка осталась без третьей пары обуви.

Дырка посреди Стокгольма. Двухэтажная площадь. Дырка притягивает. Напоминает Главный насос господина ПЖ. Спустимся на столичное дно. Сверху заглядывают высотки. Базар. Азербайджанцы? Вроде того… На дно же и выходы (входы?) универмага, метро, центра какой-то культуры. В вестибюле центра этносы культурно устраивались на ночь. Все это жутко напоминало Тривокзальную площадь («… вокзалов созвездье!»), только без запаха. Ну занесет же меня! Одна радость — в универмаге затарился пленкой. Их Ройял-Пэлэйс тоже не так называется… Там я должен был настигнуть остальную группу. Вырисовывались жуткие картины невозвращения и опасных ночевок в Культурном центре. То был турист, наверно, а, вот, молодая мама с коляской, толково объяснила как правильно называется, то место, куда монарх ходит на работу, и как пройти. Недалеко. Через парк.

Король, между прочим, не живет во дворце, только работает. У него загородный дом. На работу — самовывоз. Патриотично ездит на БМВ. «Возьму Вольво — СААБ плохо думать будет!» Впоминается инициатива (как его дьявола?) Немцова! Через парк! Народу немного: для них это и холодно и поздно. Обилием света столица не блещет.Электричества на весь Стокгольм хватит от одной Тверской. Замерзшие кусты, замерзшие прохожие, дворцы… Каток! Несколько лун во льду — прожектора. Хиль из простывшего репродуктора: «Потолок ледяной…» — сам дорисовал.

Дворец царя-ампиратора. Наших еще нет. За углом торговая улица. Пора тратить остатки командировочных. Зашел и замер: магазин стекла. Цены ласково моргают нулями: «со слонами не входить!» Безумно красиво! Тот подсвечник в виде снежка, что Димка купил — мимо! Подарки, подарки, подарки… Фото, фото, фото… Самая узкая улица. Темно. Подвыпивший силуэт. Пьяное чучело боцмана!! Точка возврата — времени только на обратный путь. Фото, фото, фото… Автобус! Мороз растягивает улыбки на три гамбургера разом:

 — Камрад! Сколько лет! Сколько денег!
 — А Вы что купили? А Вы что? — табор пакуется в путь.
Сергей:
 — Чем займемся, состоятельные кроты? Давайте посчитаем!
Вычитаем, вычитаем — сколько ж там осталось?
 — Какой курс кроны?
 — 9 за евро…
 — А без такс-фри?

Терминал. «Silja». Тюлененок. Очень интересно: seal — по-английски «тюлень». «Сил», «Силья» — все понятно! Володя-водитель:
 — Этот паром попроще всех будет.
 В терминале по-родному тесно. Толпа стихийно генерит очереди то там, то здесь. Аборигенов на терминале только два мумми-тролля. Володя как в воду глядел! Наши каюты под транспортной палубой. Ниже нашего автобуса!! Ниже ватер-линии? Более умеренный уровень роскоши.

За что мы еще не пили? За возвращение!! В ресторан! Отовсюду слышны русские восклицания.
 — Саша, здесь халява!
Плотной очередью, бодро набрали стартеров и пива. Очередь кончилась. Повторим! Снова очередь. Первая смена блюд. Стройся! Бодрым шагом к горячему. Но! Можно получить выгоду из небольшого запаса английского. Маневрирую среди моря наших. Напористо, но деликатно «Pardone! Could You please… мля!» Еду я первым получал.
Ирина в слезах.
 — Грустно?
 — Лимоном в глаз брызнула-а-а
 — Могу предложить промыть пивом… — все что было в руках.

За спиной столы с мороженым. Становится тесно. «Пойдемте деньги тратить?» Картинки из Такс-Фри парома Силья-Фестиваль. Две девушки, один парень:
 — Ви-не-гар. Вино какое-то… Недорого. Берем!
Уксус купили.
Персонаж в летнем кителе под Хрущева:
 — Что тут у нас? Шериданс. (sheridan`s) Вишневый танец — значит!
У продуктового развала, уже набрали, но их душа еще просит:
 — А кипятильничек-то мы не взяли…
«Хрущев» у кассы. Обводит корзинки пальцем:
 — Хау мач?
Кассир весело протароторила число.
 — Нет-нет… ХА У МААЧ!
Кассир весело поворачивает ему дисплей. «Хрущев» расплачивается и на прощанье обалдевшей кассирше так пальчиками, игриво:
 — Хауу маааааач!..

Джакузи. Греемся после бани. Так себе паром. Сегодня самая короткая ночь. Проснулись в Хельсинки. Снега больше, дом ближе.
 — Стекольный завод. Будем?
 — Будем!
 — Если повезет — пустят в цех.
«И пыхнуть дадут?» Какая-то жутко известная марка. Красиво! Слева — условый брак, справа — полноценные вещи. Брак от вещи отличается количеством пузырьков, неравномерностью краев. Бывает, что брак интереснее вещи. Денег оставалось совсем чуть-чуть…

Утоновший в сугробах Хельсинки больше похож на средне-русскую провинцию. Подражания Питеру. Много наших работало. Огромная лестница к храму. Занесло так, что получилась веселая горка с елкой-финишем. Бабушка-дворник, увидев мой фотоаппарат, вежливо повернулась ко мне спиной. Одеты в зеленые «сигналки». Общая фото на мобилу, на фоне храма. Эти два пиксела — я! Церковь-камень. Лежал камень, мешал всем. Сделали церковь внутри. Купол — единственное инженерное решение. Много кресел, елка, орган — традиционный набор, но больше кинотеатр напоминает. Туалет условно-бесплатный: «оставьте денежку на богоугодное дело!» Это синагога?

Слишком много церквей видели. Паломники? Цыгане? Русские туристы!! Финский модерн все же северный, суровый. Чисто работают с гранитом. Материал капризный, сыпется. Сказывается национальный характер. Рядом с ж/д вокзалом типа главпочтампта. Место со всех сторон замечательное: слева — почта, справа — музей. Выпасть из жизни можно часа на два-три. Многое хочется купить. Практически все — можно. Фактически — денег почти не осталось… Последний бросок на Восток. Солнце закатилось за сугроб. Жуткий холод. Москвичи настояли заехать в финский рыбхоз. Семга, креветки — дикие люди! В полночь вышли у «Октябрьской». Приехали. Завтра вечером — самолет домой. Совсем домой.

Накопитель. Где тут наши? Пойду рому выпью.
 — Миша!
 — Андрей!
Друг хороший, тоже из европ возвращается. А вот и наши!
 — Мы тебя уже потеряли!
Слева по плечу:
 — Ходит, со всеми здоровается, меня не замечает!
Алексей Алексеевич из Хельсинки, тоже…

Самолет задержали до утра. Дружной компанией, на автобусе, мы двинули в гостиницу отмечать Рождество.

We wish You a Marry Christmas!
We wish You a Marry Christmas!
We wish Yo We`re here!
Веселого Рождества!

Комментарий автора:Наша московская диаспора налегает на красную рыбу, икру, креветки… Сыры замечательно сочетаются с вареньем из инжира! Пиво наливается с непреодолимой пеной. Приходится пользоваться двумя бокалами. Было б три руки!..

| 28.03.2005 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий