Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Намибия >> Химба Берега Скелетов


Забронируй отель в Намибии по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Химба Берега Скелетов

Намибия

«Лучшее путешествие — то, которое никогда не заканчивается».
Макс Фрай.

- Город! — радостно заорал Михалыч. На горизонте показались несколько (а именно две) выбеленных солнцем крыш и лопасти ветряного насоса с рекламой «Пепси» на флюгере. Позади осталось около 700 километров грунтовых и песчаных дорог, ведущих через пустыню Намиб к закрытому для посещения Бриллиантовому берегу.

«…если вы за день пути встретите более, чем три встречных машины и несколько попутных, то это значит, что вы едете по трассе В1 — главной дороге Намибии, тянущейся от парка Этоша до самой границы с ЮАР. Если вы встретите только одну встречную и одну попутную машину — это значит, что вы двигаетесь по населенной местности и покрытие у дороги скорее всего асфальтовое, во всех остальных случаях (а именно — ни одной попутной и встречной машины на всей протяженности трассы, которую можно преодолеть за день пути) вы просто передвигаетесь по Намибии…» Аксиоматическое утверждение, выведенное эмпирическим путем за 10 дней езды по Намибии. Впрочем, в любом правиле имеются исключения: если вам попалось пару десятков машин и, в дополнение, 1 полицейский, проверяющий вашу благонадежность методом фейс-контроля (белые проезжают с улыбкой, черных могут обшманать), то на календаре явно неподалеку присутствуют рождественские праздники.

Стоя в супермаркете в Виндуке (вообще то, конечно, Виндхук, но среди местных это название как-то не прижилось) мы спорили — брать 30 литров воды или достаточно 20… Победила логика, круто замешанная на эвклидовой геометрии — 2 лишние канистры с водой явно не помещались в наш и так до верху забитый джип. Впоследствии нам не пришлось пожалеть об этом, чаще пришлось сожалеть о том, что только одна канистра с бензином поместилась в багажник, в следующий раз мы обязательно утроим это количество. Декабрь в Москве — жуткое время, созданное специально для депрессии, усиливаемой приближающимися праздниками, безумными пробками, непролазной грязью и эпидемиями гриппа, накатывающими на этот многострадальный город с завидным постоянством. Единственная страна, которая была привлекательна и при этом не требовала повышенного внимания как к консулу, так и ко всему персоналу посольства оказалась Намибией. Всего сутки в самолете и два градуса мороза сменяются 26 градусами тепла в 12 часов ночи и бескрайним звездным небом.

Представитель Avis в аэропорту Виндука печально вздохнул, узрев наши краснокожие паспорта с неизменным гербом, но таки выдал нам ключи от вожделенного «тазика» 4х4 типа «УАЗ», который при ближайшем рассмотрении оказался Nissan ом с большим крытым багажником и блокировкой дифференциалов. По дороге из аэропорта до Виндука мы до смерти перепугали стаю бабуинов, т.к. я думаю, что гоняться за ними через забор из колючей проволоки глубокой ночью из типичных посетителей Намибии вряд ли кто способен, а уж предлагать при этом полбуханки черного хлеба «Бородинский» при помощи пантомимы… Глубокой субботней ночью найти пропитание в Виндуке равносильно поискам грамма кокаина в зауральской деревне Малые Запупинки, но уснуть голодным оказалось еще сложнее. Результат рысканий материализовался в маленькой негритянской забегаловке под видом курицы с карри и риса (все исключительно на деревянных тарелках из красного дерева). Вкусно до безобразия.

Утро ознаменовалось обменом денег на локальные фантики (только в банке, только с паспортом, процесс занимает минимум полчаса… ), заправкой бака, забивом холодильника и прочими мелкими хлопотами. На заправке вид негра в колпаке Санта-Клауса с мигающими звездочками на 35-градусной жаре порадовал (Рождество должно было наступить буквально через неделю), в банке же вид кассирш с большими серебристыми рожками уже раздражал. К обеду мы уже наслаждались видами настоящей Африки, бескрайними пейзажами и полным безлюдьем. Еще в Москве, найдя единственного человека, который побывал в Намибии не только в Этоше и, помучив его на предмет интересных мест, а также скрестив его впечатления с Lonely Planet, был выработан маршрут: вначале Свакопмунд, затем Берег Скелетов, потом водопад Виктория, а там, если удастся быстро получить визу Ботсваны и Анголы в Виндуке, то и далее… Планам этим сбыться было не суждено, т. к. несмотря на смешную цену в 5 долларов, визу ботсванцы ставят в течение 3 дней, что было совершенно недопустимо, ангольцы же вообще отнимают паспорт на 2 недели, гравийные дороги при этом пугали тряской и пылью, посему для начала и акклиматизации был выбран путь в «самый немецкий» город Намибии — Людериц. Да и дюны Сосуфлея было интересно посмотреть, тем более что они в этом случае были практически по дороге. Посему все брони, заботливо осуществленные через Интернет заранее были забыты, спать было решено там, где ночь застанет и вообще, планировать подобную поездку заранее оказалось бесполезным делом…

Дюны мы увидали под вечер. Вечером же, приткнувшись на ночевку в местном «лодже» (смысл этого слова мне был непонятен, но суть свелась к тому, что это нечто вроде хорошего отеля, выполненного в стиле «эко» с обязательно освещенным водопоем, расположенном невдалеке от ресторана самого лоджа, посему вечером, во время ужина, можно запросто наблюдать местную живность, ломящуюся попить водички), раздвинув 3 стены и свернув брезентовую крышу нашего жилища, мы полночи наслаждались видом звездного неба и оглушающей тишиной. Зрелище Млечного пути было потрясающим. Но и спать после всех перелетов и треволнений хотелось нещадно. В Сосуфлее завтрак накрывают к 5.30 утра. Потому что в 6.00 открываются ворота национального парка (если вы в нем не ночевали то встретить рассвет на Дюне № 45 (самой большой и красивой) практически невозможно) и 60 километров дороги стоят того, чтобы прокатиться ранним утром вдоль долины, окруженную со всех сторон крупнейшими дюнами пустыни Намиб. Национальный парк поразил поутру не только видом дюн (красиво, но быстро приедаются), а видом бэкпэкеров, экономящих 10 долларов, и идущих пешком последние 8 километров дороги, которую можно преодолеть только на полноприводном внедорожнике, задействовав его возможности полностью, либо на специальном фургончике, сделанном опять же на базе старого джипа. Лица у всех повстречавшихся были не столь изможденные, сколь ярко-оранжевые — солнце палило нещадно.

Осмелев (стоит только свернуть с основной дороги на ЮАР и трасса становится грунтовкой, так что до Сосуфлея наш внедорожный опыт стал почти огромным), мы решили прокатиться по самой маленькой дороге, обозначенной на карте — D707, ведущей через пустыню Намиб в сторону Людерица. Вначале чуть смущало отсутствие свежих следов. Часа через 2 мы уткнулись в забор, перекрывающий дорогу наглухо. Подошедший местный житель, вежливо уточнив, знаемы ли мы, куда едем, открыл ворота и мы покатили далее. Вот именно на этой трассе впервые за 3 дня пришло осознание того, где именно мы находимся и что 65 литров бензина — это ничтожно мало, как и 2 запасных колеса. За 400 километров мы не встретили ни одного живого существа (сторож у забора и страусы не в счет), пейзаж разнообразили песчаные заносы дороги (пару раз пришлось даже выкапывать колеса и подкладывать прихваченные заранее санд-траки), миражи, разноцветные дюны и заборы из проволоки на всем протяжении пути. Ощущая себя первопроходцами и окончательно уверовав в собственные возможности и невообразимую крутость на исходе дня мы увидали в долине крыши нескольких домиков и .. Ford Fiesta, неспешно ползущий навстречу нам с 4-х метровой антенной, почему-то приделанной к переднему бамперу.

- Добрый вечер, ребята! У вас все нормально? Может, помочь чем?

У нас было не все нормально. У нас были очень удивленные выражения физиономий и желание отговорить пожилого человека, явно не понимающего, что он делает (турист, наверное) от дальнейшей дороги. Надо отдать должное, мужик не удивился:

- Я домой еду после рыбалки. Ну и друга отвозил, он в соседнем городе живет…

По карте выходило, что до соседнего города километров 140, да и то по прямой. Приглядевшись, я обнаружил, что у антенны наличествует неслабая мультипликаторная катушка. Минут 10 до меня доходило, что антенна — совсем даже удочка для океанской рыбалки с берега, причем неразборная, посему возят ее, воткнув в специальный стакан, приваренный к кенгурятнику (хотя в Намибии этот кусок железа было бы правильнее называть антилопником). Угостив человека пивом, купленным в Виндуке, оказавшимся на вкус жуткой гадостью, мы покатили далее.

Выбравшись на трассу Виндук-Людериц и ощутив прилив эмоций, связанных с забытым ощущением езды по асфальту, да еще и под горку, мы начали любоваться окружающим пейзажем, который суровел с каждым километром. Вначале показались погребенные под дюной железнодорожные пути, затем знак «Wind» и «Sand» ввели нас в легкое недоумение — ветер и песок в этой части пустыни Намиб не являются чем-то из ряда вон выходящим. И тут, повернув за ближайшую дюну, мне пришлось ловить рулем машину, так как порывом меня чуть не сбросило с дороги. Это было что-то…. До Людерица мы тихо удивлялись мужеству людей, живущих тут постоянно. По дороге навстречу нам неслись со скоростью встречной машины перекати-поле и я поневоле пытался увернуться от самых крупных из них. В Рождество Людериц представляет собой маленький уютный город (один ресторан, одно кафе, один банк, один вокзал и т.д.), продуваемый со всех сторон (чаще со стороны океана) сильнейшими ветрами с запахом йода и привкусом песка. Когда я утром, по привычке, решил выпить кофе на свежем воздухе и вышел на балкончик пансиона, то через минуту мне пришлось сначала сталкивать в сторону мельчайшие песчинки, попавшие в чашку, а уж потом делать глоток кофе. Из-за ветра, дующего из пустыни, днем в городе нечем дышать в буквальном смысле. На въезде в Людериц расположен брошенный город-призрак Колманскоп — бывший город алмазных старателей, место, где бриллианты буквально валялись под ногами. Но после того как их собрали все, город вымер. Теперь можно любоваться почти целыми домами, комнаты которых до самых окон занесены песком. На меня город-призрак произвел не очень большое впечатление, просто не видали авторы путеводителей заброшенных колхозов в Подмосковье…

Рядом с Людерицом находится национальный парк, тянущийся до Большой бухты, в который входит мыс Диаса (Dias Point), названный в честь первого европейца, высадившегося тут в 1438 году. На скале рядом с мысом небольшое лежбище морских котиков. Именно тут ощущается вся мощь Атлантики, а изрезанный бухтами берег позволяет вплотную подобраться к океану. Лунный пейзаж высохшего залива перемежается черными скалами. Ветер дул такой, что на ногах стоять было невозможно — сдувало. Казалось, что еще чуть-чуть и можно будет взлететь. Хорошо обозначенные и размеченные дороги ведут до самой Гросс-бухты, дальше дороги нет, ржавый проволочный забор из колючей проволоки перекрывает все дороги, на заборе вывески: «Diamond Area». Когда на второй вечер в единственном ресторанчике города, где можно было поесть почти с европейским шиком (морепродукты, белое вино, приборы, салфетки, вид из окна) мы вдруг внезапно поняли, что все меню уже перепробовано, да и ветер с песком уже порядком поднадоел, было решено двигаться далее. С легкостью, выбирая еще не опробованные дороги, мы легко проскочили к обеду поворот на Сосуфлей и направились в сторону Валвис-бей. И тут началось… Если вам приходилось когда-нибудь проехать по большой стиральной доске более 2 сотен километров — вы поймете меня. Грунтовка была настолько ужасной, что я всерьез начал опасаться за машину уже после первой полусотни километров. В самом конце участка нам повстречался прокатный маленький «Мерседес» с сопровождением в виде большого джипа «Тойота», эдакая типичная московская картинка. Повеселившись по поводу отсутствия мигалок, мы бы проскочили мимо, но если в Намибии голосуют, то только по необходимости. Мы остановились и стали сдавать задним ходом…

- Пацаны, а такой дороги еще до хера или чуть?- водитель «Мерседеса», приоткрыв окно, пытливо глядел в нашу строну.

- До хера! — сказали мы радостно и хором…
Валвис-бей

Первое, что ощущаешь — запах моря. Построенный по флоридскому стилю ресторанчик на сваях в заливе очаровал мгновенно. Лишь через пару часов стало понятно, что запах моря — это запах гниющего ила. Ночью ветер дул со стороны залива и мне снилось, будто я работаю в израильском кибуце скотником и мои рабочие обязанности связаны исключительно с навозом. Помнится, я даже успел во сне попросить писца изложить мою жалобу на идиш относительно условий работы, но тут я проснулся. По привычке. За несколько дней, проведенных в Намибии, я привык к солнцу, безоблачному небу и красивейшему рассвету. В Валвис-бей было темно и очень сыро. Часы показывали 10 утра с небольшим. Тут стал понятен странный негр-мойщик, назвав вчерашнюю ветреную, но солнечную погоду очень хорошей… Из-за холодного течения над Валвис-беем и Свакопмундом (просто Свакоп) почти всегда туманно. Стоит отъехать всего пару десятков километров в сторону пустыни, как небо опять становится пронзительно синим и солнце сияет по-прежнему ярко. Но не на побережье…. Между этими двумя поселками идет отличное асфальтовое шоссе, с одной стороны находится океан, с другой — песчаные дюны. На всем протяжении дороги в океане удят рыбу, по дюнам гоняют на 4-колесных мотоциклах. Причем, войдя во вкус, можно попробовать и попрыгать между дюнами, но надо учитывать что мощных моделей в прокате нет, все имеющееся наделено полуавтоматической коробкой передач, так что детей покатать вы сможете, а вот удивить местных жителей умением водить мотоцикл — вряд ли…

Свакоп.

Город туристов. Фаст-фуд, магазинчики, отели, кемпинги. Ничего интересного. В рыбном ресторане на набережной исхитрились отравить одного из нас недожаренной рыбой. Мы рвались из города. Берег Скелетов манил, суля одиночество (к которому мы уже успели привыкнуть за время путешествия по югу Намибии), тишину и прочее… Решив, что переночевать в Рождество в спальнике на Берегу Скелетов — очень романтично и интересно, часа три мы пытались взять напрокат спальники и палатку. Место в кемпинге было забронировано заранее. То ли сыграли роль грядущие праздники, то ли прокат подобного оборудования так вот запросто не практикуется, но в Свакопе наши попытки успехом не увенчались. Но так легко отказываться от задуманного не хотелось, посему, подбадривая друг друга воспоминаниями, как славно спалось в машине в глубоком детстве по дороге в Крым и обратно, мы все-таки выехали в сторону Hentis Bay, до которого идет отличное асфальтовое шоссе (что для Намибии все-таки исключение, чем правило. Тут, кроме прочего, расположены последние перед Берегом Скелетов заправки. Залившись под завязку и подкачав колеса (дальний путь и все такое), без малейшего трепета мы подъехали к хорошо известным по фотографиям воротам с черепом и костями на створках.

Берег Скелетов.

Показав листок бронирования кемпинга и уплатив символическую сумму за въезд, покатили далее, с любопытством оглядываясь по сторонам. Впереди показался длинный караван из минивэнов с туристами. Гравийная дорога достаточно пыльна, камни от машин, идущих впереди летят часто, посему, увлекшись обгоном, первый указатель с надписью «wreck» мы проскочили на очень приличной скорости…

- Ну ведь тут такого полно! — изрек Михалыч, — Не разворачиваться же теперь, потом опять обгонами заниматься придется.

Обгонами нам больше в этот день заниматься и впрямь не пришлось. Дорога постепенно становилась из песчаной все более каменистой, но при этом на повороте машину как-то слишком сильно заносило. Через пару секунд выяснилось, что мы не только пробили оба (!) задних колеса, но еще и проехали на них на скорости километров 150 с километр. Резину можно было выбрасывать. Вот тут мы и порадовались 2 запасным колесам в сборе. Одно сумели переставить сразу. За вторым Михалыч полез под днище, так как стандартными методами оно не снималось.

- Тут датчик какой-то… нет, не датчик, болт… видать, чтобы не украли… а снимать как? — дальше пошло пыхтение, перемежаемое всем знакомыми, но при этом все еще непечатными словами… Мне лезть под машину не хотелось, ветер усиливался, у самой земли босые ноги прилично секло песком, посему было решено, что проще остановить проезжающую мимо машину и попросить у них помощи, а остановку использовать для перекуса. Надо сказать, что движение по Берегу Скелетов даже в последний день перед Рождеством не очень оживленное — в среднем одна машина в 2 часа. Мы успели неплохо перекусить и даже перейти к фруктам и диджестиву, когда на дороге показался старенький фургончик. Пока два явных африканера шли к нам, все было ничего. Но когда один из них, выслушав нашу жалобу, затолкал открытую бутылку пива в карман рубашки на манер авторучки и полез под машину — стало понятно — оба хороши до невозможности. Льющееся пиво, тем не менее, не помешало добровольному помощнику пояснить, что болт — это замок, и если снять пластиковый чехол, то при помощи специального ключа, который у нас должен быть, все очень легко снимается. Очень легко все снималось минут 20. По интонациям было понятно, что из под машины цитируют явно не Гете, хотя и было очень похоже. А может это все из-за диджестива, кто знает… Прощались мы долго. Вначале мы угощали их, затем они угощали нас. Поздравляли друг друга с Рождеством. Кажется, даже обменялись телефонами.

- Вы в Торра-бей на шиномонтаж заскочите, а то следующий только в Сесфонтейне, можете не дотянуть, — напутствовали нас наши спасители.

- Конечно, — радостно отвечали мы, — ведь мы не дураки по таким дорогам без запаски кататься!

В радужном настроении покатили далее. Время шло к обеду. На дороге показался указатель на Cape Cross. Решено было посмотреть на самую крупную колонию морских котиков. Тем более, что на протяжении километров 50 ничего достойного внимания, кроме ржавой рамы грузовика, о которой дорожные указатели предупреждали на протяжении целых 5 километров, не было. Подкатив почти к самому бортику, за которым вольготно расположились эти дивные животные и выпрыгнув из машины я с трудом удержал рвотный позыв. Пахло так, как может пахнуть неубираемый общественный сортир в разгар лета, только гораздо въедливее и экзотичнее. Блевать хотелось непрерывно. Ветер с Атлантики нагонял новые волны удушливого запаха. Выдержать это «развлечение» и наблюдать за животными достаточно долгое время можно либо с хроническом гайморитом, либо испытывая профессиональный интерес к происходящему. Ничего из перечисленного под рукой не оказалось. Попав в машину и включив кондиционер на максимум, минут 10 мы дышали ртом. Затем попробовали дышать носом. Запах оставался.

- Это психологически мы его воспринимаем, — произнес Михалыч, — надо перенастроить себя новым впечатлением!

Новое впечатление не заставило себя долго ждать. Уже привычный занос задней оси и некий опыт позволили спасти от полного разрушения заднее пробитое колесо, но двигаться далее было не на чем. До ближайшего населенного пункта порядка 70 километров в любую сторону. Да и можно ли назвать населенным пунктом кемпинг на самом безлюдном побережье самой малонаселенной страны мира? Инструментов никаких — машина прокатная. Разбортировать колесо нечем, Натолкать внутрь травы — где же ее взять? Была мысль насыпать песка, но опять же бортировать нечем. Поставили уже убитое и спущенное колесо, которое выдержало еще километр. Вечерело. Рождественская ночь обещала быть увлекательной… И тут на дороге показался «Шевроле». На поднятую руку он остановился сразу же, из машины высыпало человек 10 негров, потом двое не говоря ни слова, взглянув на три дырявых колеса, стали домкратить машину, один — отвинчивать многострадальное колесо, а самый опытный уверенно сказал :

- Резина у вас — говно, — пальцем он подцепил край покрышки, из которой был вырван кусок размером с пол-ладони, — камни совсем не выдерживает, мягкая очень…

Нам пришлось молча согласиться.

-Нельзя на шоссейной резине по этой дороге ездить, — он достал из кузова здоровенное колесо, — вот это должно быть получше!

На пальцах пересчитал количество дырок в диске у себя и у нас, кивнул и через пару минут, перекособочившись, наш джип опять стоял на всех колесах. Плевать, что одно колесо было сантиметров на 20 выше, чем остальные — мы могли двигаться далее!

- Меня Оскар зовут. Оставите колесо на шиномонтаже, я заберу!
— А на каком шиномонтаже оставить?
-А тут один он, через 120 километров, в Торра-бей

Излишне упоминать, что эти километры мы ползли со скоростью бодрой, но очень пьяной черепахи, так как я объезжал все встреченные камни — переставлять колеса за последнее время мне порядком поднадоело. В Торра-бей мы прибыли на закате. По дороге мы не видели ни одного затонувшего корабля, ни одного скелета и вообще, единственной достопримечательностью, помимо лежбища котиков и уже упомянутого грузовика, оказался старый проржавевший остов камнедробилки, гордо называемый в путеводителях «Mining Town».

Торра-бей

Торра-бей представляет из себя три домика. В одном — магазин, он же администрация кемпинга, он же шиномонтаж, телефонная станция, рыболовный магазин и все остальное. В двух остальных живет обслуживающий персонал в виде совершенно рассредоточившихся негров. По крайней мере, один из них, в ответ на нашу горячую просьбу срочно отремонтировать нам колеса лениво махнул рукой в сторону океана и сказал сакраментальное:

- Завтра! — затем, чуть подумав, добавил: — или через пару дней, праздники, компрессор чинить повезли, качать колеса нечем… Крыть нам тоже было нечем. Спать негде. Хотя, допив коньяк, мы начали как бы в шутку обсуждать возможность пожить несколько дней на берегу океана, но всерьез воспринимать подобное не хотелось. Через пару часов, совместными усилиями перебортировав все три колеса, залатав кое-как одно и прикупив 2 запасных (да, колеса, даже той же марки и размера в шиномонтаже были, но я никогда еще не платил за пару обычных колес чуть меньше тысячи долларов, причем не намибийских, а обычных).

Накачать колеса было по-прежнему нечем. Компрессор был у каждого из живущих в кемпинге, Но обычно его устанавливают на машину и предназначен он не для создания высокого давления, которое необходимо, дабы посадить резину на диск, а для обычной подкачки колес. Резина, естественно, на диск не садилась, потому как была новой. Африканеры (а в кемпинге были исключительно они, местные белые жители из Ботсваны, ЮАР, Намибии и прочих близлежащих государств) смотрели на нас с легким недоумением. И тут из-за ближайшей дюны показался велосипедист с неизменным пивом в руке. Велосипед у него был исключительно как символ, потому как отталкивался он ногам, иначе педали вязли в песке сразу же. Он подъехал к нам, что-то спросил у окружающих, хмыкнул и сказал уже нам:

- Вы внутрь покрышки бензина налейте, грамм 100…

Мне уже было все равно, что делать с покрышками, мылить мы их уже пробовали, мазать солидолом тоже, чуть бензина уже ничему не могло помешать. Я молча принес канистру. Влив по полстакана бензина в каждое колесо, мужик разложил их на песке, отошел на полметра, зажег спичку и бросил ее внутрь покрышки. Раздался хлопок, резина встала на место мгновенно. То же самое он повторил с остальными.

- В них уже не меньше 1 атмосферы, а больше 1.5 и качать не надо, камнями иначе все порвет.

Первая мысль, которая у меня возникла — сколько пива взять мужику — хватит упаковки или лучше все-таки взять две? Дабы избежать спора с собой — взял три. Он с достоинством поблагодарил меня, причем у меня возникла уверенность, что если бы я его просто поблагодарил, он воспринял бы это как должное. Ровно за 5 минут до начала Рождества, преодолев «красную линию» и безуспешно попытавшись заправиться, мы вломились в одиноко стоящий лодж, состоящий всего из 4 домиков и кемпинга. Управляющей оказалась немка, год назад переехавшая в Намибию из Баварии, мы оказались первыми русскими, которых она встретила в Намибии, выяснилось, что когда-то она путешествовала по России и у нее есть случайно почти целая бутылка водки «Столичная». Рождество удалось. Идилию нарушили слоны, пришедшие на рассвете на водопой, находящийся в метрах ста от места нашего празднования. Да и спать хотелось порядком.

Спустя сутки, вечером, мы въехали в Опуво. Место известно тем, что тут можно совершить экскурсию в «последние настоящие племена кочевников» — химба и хереро. Экскурсия совершается просто — покупаете подарки — вазелин, кетчуп, муку, сахар. Долларов на 20—30. Далее либо самостоятельно пытаетесь найти деревню, в которой кто-нибудь живет, либо просите местного жителя проводить вас и выступить переводчиком.Надо отметить, что кочевники настолько привыкли в ведению «туристического» бизнеса, что терпеливо ждут, когда вы их сфотографируете, затем вываливают различные бусы и браслеты и пытаются не очень назойливо весь этот хлам вам продать. Кто при этом чувствует себя большим дикарем — еще вопрос… В разгар нашего «тура к настоящим дикарям 21 века» по тропинке подошел человек в шортах и майке и сел на землю под навесом… Дикарские дети с воплями по-английски -«Здравствуйте, учитель» переместились под навес и начался школьный урок. Оказывается, существует программа образования, которая называется «мобильная школа». Учителя учат детей английскому языку, чтению, счету и письму…. В городе единственный ресторан и одноименный кемпинг, не обозначенный ни в одном путеводителе, где можно перекусить и переночевать без опасений за последствия этого шага. Стейк из орикса вполне съедобен и даже был сделан с кровью. А еще, поговорив с местными в локальном «battlestore» (название скопировано с оригинала, внутри биллиард, негры всех оттенков цветов (от красного — химба, до угольно-черного) мы прикупили неплохой травы по 1 намибийскому доллару за хороший косяк (около 5 рублей по курсу). Негритянки прилагались за выпивку….

Вечер в Опуво начинается рано, спать не хочется — хижина с вентилятором, в которой нам предстояло ночевать, за день прогревается так, что часов до 2—3 ночи напоминает только что выключенную сауну. Посему, расположившись на веранде ресторанчика за одним из трех столиков (надо понимать масштабность происходящего), в ожидании куска жареного орикса мы вдумчиво начали дегустировать джин с тоником, нашедшийся в баре. Причем экспериментальным путем были выведены пропорции — две тройных порции джина на одну баночку тоника (запивка градус крадет). На пятой баночке мы были чудо как хороши — вокруг шастали исключительно негры, белое лицо мы последний раз видели километров за 300 отсюда, душ не работал, спешить было явно некуда. Когда барменша, прихватив пиво, присела за наш столик, а мы, предварительно выяснив, что о России никто не имеет ни малейшего понятия, вслух начали обсуждать животрепещущую тему — хватит ли в баре джина для того, чтобы барменша показалась нам соблазнительной, невдалеке притормозил Ниссан-седан с номерами ЮАР и оттуда, слегка крадучись, вышел тип почти европейской наружности.

- Гляди, Михалыч, как они только на этом говне сюда добрались! — искренне удивился  я.

- А у него в машине, кажись, белые бабы есть! — оживился Михалыч — Может того, попользуем? — он допил джин из стакана: — Кто его тут искать будет?

Тип, направлявшийся явно в нашу сторону, притормозил, но было уже совсем близко, посему деваться ему было некуда:

-Ребята, добрый вечер! А не подскажете, где тут переночевать можно? Мимо едем, устали, а до водопада Виктория еще 2000 километров — не выдержим. — на явном одесском языке с отчетливым фрикативным «г» произнес тип, косясь на Михалыча. Михалыч закашлялся раскуриваемым косяком и мне пришлось брать инициативу в свои руки. Когда выяснилось, что мы тоже не местные, мужик чуть успокоился. Когда понял, что мы такие же туристы — вытащил бутылку водки с перцем и вывел из машины дочь и жену. Через полчаса мы, как истинные джентльмены, уступили дамам свою хижину, а сами привычно улеглись спать на свежем воздухе прямо на палатке мужика, забыв, что ее вначале надо поставить. Чем глубже на север страны, тем более зеленым и населенным становится пейзаж. В Руакане, куда мы заскочили посмотреть на водопад, даже влажно — пришлось даже первый раз за все путешествие по-настоящему вспотеть, поднимаясь по дороге от подножия водопада к машине. Водопад расположен прямо на границе с Анголой, посему перед тем, как пропустить вас в погранзону, местный полицейский спросит ваши намерения, может попросить показать билеты, проверит визу. Перехода через границу в этом месте нет. Ангольский пограничник лениво дремлет в тени в 20 метрах от своего намибийского коллеги.

По собственному опыту (Таджикистан и Афганистан) я очень хорошо знал, что не рекомендуется в подобных странах ходить в военной форме или в чем-либо, хотя бы отдаленно напоминающем оную. Когда в Джобурге (Йоханесбург) выяснилось, что багаж наш находится где-то в Южной Америке (ох уж этот Air France), пришлось срочно покупать дорожные сувенирные штаны цвета хаки (иных нужной длины не оказалось) и некое подобие армейской майки. Эта одежда оказалась столь удобна, что я так ни разу и не переоделся. В сочетании со 120 кг веса и налысо бритой головой мне мой вид позволял выпендриваться перед малочисленными туристками и полицейскими, которых вдоль ангольской границы было предостаточно — на выезде из каждого городка обязательно стоит пост, который просит либо паспорт либо права, но не более… Мне льстило, что меня принимают за военного советника проездом из Анголы и вообще…. Намибия ведь, не Сомали, никакой опасности и военных никто не боится… К чему эти отступления — на пограничном посту Руаканы у нас долго выспрашивали цель поездки, затем пропустили. Дорога на водопад идет прямо мимо ангольского поста. До водопада мы проехали без приключений. На обратной дороге я решил сфотографироваться в обнимку с ангольским погранцом (когда еще доведется), вышел из машины и направился прямо к шлагбауму. Через пару секунд заорала сирена, потом еще одна. Анголец передернул затвор «калашникова» и дал очередь в воздух поверх моей головы. Из здания намибийской полиции выскочил отряд военных и занял боевую позицию. Я увлеченно валялся в пыли и материл себя за идиотизм. Все обошлось, часа через полтора намибийцы нас отпустили, но впечатлений хватило надолго. Чуть придя в себя, мы решили, что цивилизации с рас предостаточно и пора возвращаться в безлюдные места — там хотя бы никто не пытается в тебя выстрелить — тем более, что намибийский полицейский в качестве назидания рассказал, что дорога на водопад Викторию идет прямо вдоль ангольской границы и от Ондангвы до Конголы (около 200 километров) все проезжающие машины формируются в колонну, сопровождаемую военными, т. к. ангольцы любят пошалить и поохотиться со своей территории как на коров, так и на людей. Конвой двигается дважды в сутки — в 9 утра и в 3 часа дня. Мы решили опять пересечь «красную линию», так как передвигаться за ней было явно удобнее — хотя бы заправки встречаются несравнимо чаще.

Чуть подробнее о пресловутой «красной линии». Это буквально забор из проволоки, делящий Намибию на 2 зоны ветеринарного контроля, через который нельзя перемещать плоды, растения и мясо животных. Туристов это не касается никак. Но, помимо ветеринарии, эти зоны различаются населением — в южной части Намибии европейцы встречаются регулярно, в северной же превалирует местное население. Животноводство процветает. Потрясает количество халуп вдоль дороги, сосредоточенные группами по 5—10 хижин, на каждой из которых красуется надпись «BAR». Далее идет собственно название. Ни одного повторения. Но какой полет фантазии — от «Поцелуй дважды» до «Босния». При этом ни в одном из них нет ни одного посетителя. Судя по всему, это некий вид местного хобби для мужчин. Очень показателен в этом плане диалог с парочкой подошедших «братьев»:

- Как дела? Я голоден и нет ли пару долларов на еду у тебя, брат?
— А почему у тебя нет денег? Ты чем занимаешься вообще?
— Занимаюсь? Я же мужчина. А мужчины не должны чем-либо заниматься.

За день негры, писающие гордо вдоль обочины не хуже ослов, причем в тех же самых позах порядком поднадоели и мы свернули в сторону Этоши, решив оставить визит на водопад Викторию на потом.

Этоша встретила зебрами, ориксами, жирафами и белками. Причем приходилось долго и тщательно выбирать заплутанные тропки, чтобы узреть всю эту живность. На ночь остановиться в Этоше оказалось сложно. Переночевав в близлежащем лодже и проскочив Этошу целиком за следующий день, мы решили вернуться и попытать счастья на Берегу Скелетов, точнее в его северной части, которая по слухам, закрыта для передвижения, является частной территорией и фактически недоступна, т. к. единственный вариант попадания туда — в единственный лодж Skeleton Coast Camp, исключительно самолетом на 3, 4 или 7 дней. Цена за три дня — $2580. За 4 — на 20 долларов дороже. За эти деньги вас будут кормить три раза в день, показывать уникальных пустынных слонов, близлежащие скалы и прочую экзотику. Но такого количества времени у нас не было, поэтому решено было пробираться по Берегу Скелетов вглубь настолько, насколько это будет возможно. Либо пока нас не остановит что-либо. Прихватив с собой 4 запасных колеса и 8 канистр с бензином, мы стартовали в сторону Террас-бея, последнего оплота цивилизации с заправкой, по сути представляющий из себя опять же несколько домиков и кемпинг, в котором можно переночевать в домике и на кровати.

Ранним утром мы двинулись в сторону Муви-бей. Через 17 километров после Терасс-бей начинается частная территория, въезд на которую запрещен. Наверное. Потому как никаких знаков и надписей не существует. Дорога становится не столь наезженной и скорее интуитивной, т. к. единой дороги нет, есть следы от колес в разных направлениях. Заблудиться, впрочем, проблематично — слева все время виден океан, пейзаж неизменен. Муви-бей мы проскочили, не найдя его. Точнее, по GPS было видно, что мы находимся в самом центре поселка, но кроме остатков водонапорной башни больше ничего в округе видно не было. Проскочив еще километров 150 на север и добравшись до устья реки Хорасиб, мы сумели найти парочку остовов выброшенных на берег кораблей. И только. Дорога становилась все хуже. Часть пути была преодолена по песчаному океанскому пляжу. Но средняя скорость передвижения была не более 20 километров в час. Основательно завязнув при попытке преодолеть галечный пляж, столь безобидный с виду, откопавшись и отдохнув, решено было переночевать и вернуться обратно — уж очень однообразно все выглядело и не радовало глаз. Обратный путь был преодолен за день — непрекращающийся туман и облачность вдоль всего побережья напрягали, хотелось привычного уже солнца, синего неба и … бензина. На обратном пути нашелся пресловутый Террас-бей — вначале мы нашли посадочную полосу, приняв ее за кусок дороги, затем увидали небольшой сарайчик, где можно было залиться бензином (но только этилированным) из пластиковых канистр по почти двойной цене. В Торра-бей нас встретили как родных.

Обратный путь через плато Брандберга с самой высокой горой в Намибии (2720 метров, очень напоминает пресловутые эфиопские амбы — плоская вершина, где можно переночевать при желании, т. к. наверх ведет вполне преодолеваемая дорога) в Виндук уже не дарил свежих ощущений — Намибия слегка приелась, да еще и весь запас сигар закончился (не без помощи Михалыча, который внезапно втянулся в сей немудреный процесс убивания времени после ужина). Слегка удивленно наблюдая огромное количество белых людей в транзитной зоне Джобурга, мы привыкали к цивилизации. Европа показалась вообще практически родиной. Вот только привыкнуть к серому небу над Москвой и грязи на улице пока не получается.

Практическая часть.
Когда?

Лучшее время посещения Намибии — апрель и август (судя по высоким ценам на отели именно в этот период). Т.е. в местную весну и осень. Впрочем, попав в разгар лета, я не ощутил никакого дискомфорта. В пустыне было жарко, но так сухо, что жара практически не ощущалась и была даже приятна. Вдоль побережья (Свакопмунд) и над Берегом Скелетов погода всегда отличается туманами, сыростью и облачностью. Сезон значения почти не имеет. Вода в океане колеблется от 8 до 19 градусов и я не видал ни одного купающегося в самую жару — только если в гидрокостюме и с кайтом.

Виза

Выдается по прилету. Вы заполняете анкету, где указываете ваш срок пребывания. И хотя максимальный срок обычной визы — 90 дней, скорее всего вам поставят именно тот срок, на который вы рассчитываете — 15—30 дней. Продлевается очень просто — достаточно подойти в аэропорту к пограничникам и попросить поставить дополнительный штамп. Виза абсолютно бесплатна. Только по дороге до Намибии вам придется часто объяснять на каждой пересадке с показом билетов куда именно вы летите. Иначе в Париже пытаются найти визу ЮАР и могут затереть паспорт до дыр, не понимая, куда же она подевалась.

Как?

В «мертвый» сезон можно купить задешево (порядка 900 долларов) билет до Джобурга через Германию, далее местными авиалиниями (2—3 раза в сутки) за 300 долларов до Виндука и обратно. Если повезет, то за 1100 долларов бывает почти прямой рейс Москва-Франкфурт-Виндук. Дешевле не получится. В Рождественские праздники рейсы в ЮАР перегружены, посему цена возрастает почти непомерно.

Передвижение

Существует громадное количество контор, предлагающих взять машину в аренду. Почему-то удобнее всего и дешевле оказалось воспользоваться Avis — во-первых можно взять машину прямо в аэропорту и там же вернуть, во-вторых можно договориться о нелимитированном пробеге. Остальные конторы процентов на 20 дороже. Те, что в городе, дешевле (не оплачивается аэропортовский 7% налог), но до города еще 40 километров, да и обратно столько же… А так в Виндук можно даже и не заезжать. По большинству дорог Намибии можно в принципе передвигаться и на обычной легковушке (они гораздо дешевле в прокате), но лично я без джипа не рискну повторить свое путешествие. Если же, долетев до Виндука, поставить своей целью только лишь посещение Этоши — Фольксвагена Гольф будет предостаточно. Но для того, чтобы спокойно посмотреть страну, не выбирая дороги и не сожалея ни о чем в процессе — арендуйте джип. Обязательно с 2—3 запасными колесами (обычно входит в комплект). При минимальных навыках имеет смысл взять пару спальников с собой и бивуачное оборудование в аренду прямо в Виндуке — очень пригодится, хотя таскать за собой прицеп и готовить еду на газовой плитке развлечение на любителя. Но только это позволит побывать всюду, где только захочется, не платя за ночевку в лоджах (которые также не часты) по 200—300 долларов за место в сезон. Расчетный час по всем отелям Намибии — 10 утра. Заправляться надо так же часто, как вы встречаете заправку — обычно три четверти бака достаточно, чтобы добраться до самых отдаленных мест и вернуться обратно, но пару канистр с бензином не помешают. Полиция встречается часто на севере Намибии (всегда можно успеть пристегнуть ремни безопасности, дабы не отвечать на вежливые вопросы полицейского), никогда — на юге. Понятие «превышение скорости» не существует, равно как и «обгон» — скорость измерять некому, обгонять на большинстве дорого опять же некого. Посему правое расположение руля не напрягает. При вождении можно пить все, что горит, курить все, что дымится, но надо помнить, что Намибия — самая малонаселенная страна, и банальная поломка машины может вылиться в несколько суток ожидания попутки (особенно на второстепенных дорогах) на 40-градусной жаре. Страховать машину от кражи — наверное бессмысленно. В аварию еще надо исхитриться попасть — при такой плотности движения шанс будет только в крупном городе. Но при страховке повреждения автомашины надо учитывать, что существует 20% франшиза — что бы вы не сломали — от зеркала или стекла фары до рамы и кузова — вам придется оплатить 20% от стоимости ущерба. При полной кончине машины при имеющейся страховке с вас сдерут в среднем 8—10 тысяч за обычный джип стоимостью в 30К долларов.

Вождение по ночам — средняя скорость 50—60 километров. В лучшем случае. Хотя все дороги (именно все, даже в самых отдаленных местах) огорожены неким подобием забора — натянутая в несколько рядов проволока на высоту до 1 метра с вставленными вертикальными палочками (чтобы зверям видно было), звери на подобную преграду внимания не обращают. А уж зайцы, гиены и небольшие антилопы вовсе этот забор не замечают. При ночной езде возникает ощущение, что на фары сбегается вся округа. Антилопы очень любят остановиться на обочине, дождаться, когда дистанция будет минимальна и внезапно ломануться прямо перед машиной на другую сторону. В целом была дважды погнута защита (кенгурятник), разбита одна фара, умерщвлено пару десятков кроликов и прочих мелких грызунов (сами под колеса бросаются). Кабан-бородавочник был выпотрошен, натерт специями, завернут в фольгу и запечен 2 частями на костре. Правда, это была кабаниха. И это всего лишь за несколько часов ночной езды по транскалахарскому шоссе. На знаки рекомендуется обращать внимание. И если большинство русел рек пересыхают сразу после дождей на юге, то на севере можно неожиданно влететь на хорошей скорости в полуметровый брод, который никак не ожидаем.

Еда

Либо вы готовите самостоятельно, либо вы питаетесь в отелях. В самых крупных городах можно найти подобие ресторанчиков, еду в которых можно употреблять без опасения за собственный желудок. Но время их работы чаще всего с 16.00 до 20.00. Реже до 22.00. Впрочем, фаст-фуд в виде пиццы на вынос встречается часто, но за еду это принять лично я не могу. Вина преимущественно южноафриканские. Чаще всего по одному наименованию каждого (красное, белое, розовое, шампанское, виски) даже в крупных лоджах и ресторанах. Мы поступили иначе — за 25 долларов в Виндуке был куплен термоящик. Его можно набить вином, соком, продуктами и льдом. Потом только надо менять лед или запастись специальными брикетами, которые на ночь укладываются в морозильную камеру. При работающем кондиционере в машине сутки ящик держит холод весьма прилично. Из консервов повсеместно встречается только фасоль и тунец. Остальное найти практически невозможно даже в столице. Учитывая, что в стране мода на кемпинги, газовые плиты и отпуска под открытым небом, все необходимое для приготовления пищи в пути можно прикупить в ближайшем туристическом магазинчике.

Информация

Для бронирования отеля, ближайшего к вам, можно просто позвонить туда по дороге — обойдутся и без факсов и без номеров кредитной карточки. В нескольких крупных городах имеются туристические информационные центры — за пару долларов для вас забронируют все необходимое на всем пути следования, особенно, если вы его четко себе представляете. Телефон работает только в 3-мильной зоне крупных городов, но даже в самых глухих местах у заправок всегда можно найти телефон-автомат, где при помощи карточки или монеток можно звонить куда-угодно. Особенно любопытно было найти такие телефоны-автоматы на Берегу Скелетов, неподалеку от пляжа, одиноко стоящие просто в пустыне. При этом работающие. Предоплаченный местный GSM-номер стоит 25 долларов, пополнять его можно при помощи карточек, звонок в Россию за минуту обойдется около 2,5 долларов, местные звонки — менее доллара, в зависимости от региона. Стандартный путеводитель Namibia от LP чуть неточен (некоторые места для ночевок закрыты, некоторые еще не вошли в список), но в целом пользоваться им вполне можно. А вот карту лучше купить самую дорогую — Globetrotter Namibia. Стоит 15 долларов, продается в аэропорту Виндука. На ней обозначены большинство лоджей, которые открыты недавно и еще не вошли в LP. Деление дорог по классу покрытия весьма условно. Есть асфальтовые дороги. Это B1 и ее ближайшие ответвления. Остальные, несмотря на различные градации, просто грунтовки. Приблизительно одинакового качества на всем протяжении. Различающиеся только оформлением заборов вдоль них и количеством заправок. В столице 2 радиостанции. 1 национальный канал телевидения. Радио вне столицы на УКВ не работает. На этом вся подача информации заканчивается. Причем телевидение напоминает какой-нибудь кабельный канал небольшого спального района конца прошлого века. Особенно запомнилась передача, посвященная будням президентского фонда поддержки неимущих слоев — после поцелуев с директором фонда президент Намибии вытащил из кармана пачку местных денег, обернутых в газету и тихонько стал заталкивать эту «куклу» директору в карман брюк. Пачка туда не лезла, журналисты тщательно наезжали зумами на эту сцену, прославляя доброту и щедрость президента….

Деньги

Намибийский доллар. Курс обмена лучше всего в аэропорту — 6.7N$ за 1$. И происходит быстрее всего. Далее банки — от 6.5 до 5.9 N$. В отдаленных лоджах примут и доллары и евро, но курс будет уже 5.6 — 5.4 N$. Кредитные карточки берут в самых отдаленных местах, но не на заправках. Там только наличными. При том, что магазинчик на заправке возьмет карточку с удовольствием. Часты ATM, без проблем выдающие наличность. Но курс обмена неизвестен. Удобно в Йоханнесбурге в аэропорту поменять нужную сумму на ранды ЮАР (они принимаются повсеместно 1:1 с N$), в этом случае будет обеспечен самый высокий курс. Стоимость бензина — 0.5$ за литр 95 неэтилированного, самый дорогой обед обойдется в среднем по 10 $ за блюдо и 10$ за бутылку приличного вина. На побережье дороги только омары — до 50$ за приличную порцию. Впрочем, готовить их там не умеют — к сожалению, привитый туристами из Европы стереотип «fish and chips» отражается на всем — омар будет скорее всего зажарен во фритюре и сервирован картошкой-фри под кетчупом. Прокат джипа в сутки без ограничения пробега — 120$. Переночевать в кемпинге — 2—7$, в хижине — 20—30$, в бунгало с душем — 50—60$, далее идут лоджи — очень комфортабельно, завтрак и ужин включен — от 100 до 400$ в зависимости от места и красот неподалеку.

Менталитет

На юге Намибии просто встретить человека — повод для того, чтобы приветствовать его. Ни одна машина не проедет мимо, если вы голосуете, никто не откажет в помощи (по крайней мере нам очень везло). Местное цветное население образовано (говорит на жутком но вполне понятном английском со словарным запасом десятиклассника средней школы), доброжелательно и весьма богато — до выклянчивая денег не дошло ни разу. В том числе и детьми. В целом очень ненавязчивые люди и огромные просторы весьма комфортны.

Комментарий автора:Вначале показались погребенные под дюной железнодорожные пути, затем знак «Wind» и «Sand» ввели нас в легкое недоумение — ветер и песок в этой части пустыни Намиб не являются чем-то из ряда вон выходящим. И тут, повернув за ближайшую дюну, мне пришлось ловить рулем машину, так как порывом меня чуть не сбросило с дороги. Это было что-то!

| 18.04.2005 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий