Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Кения >> Акуна матата Кения!


Забронируй отель в Кении по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Акуна матата Кения!

Кения

«…Не ходите дети в Африку гулять. В Африке акулы, в Африке гориллы, в Африке большие злые крокодилы …». Да, и акулы, и гориллы, и крокодилы там есть, а также слоны, жирафы, бегемоты, львы, зебры, страусы и носороги. Вот только с первой частью цитаты согласиться не могу. В Африку стоит поехать. Хотя бы раз. Это совершенно другой мир, — мир который откроет Вам ощущение первозданности, нереальности происходящего, мир в котором тесно переплетены убогая нищета населения, и блестящая роскошь природы. В Африке Вы откроете для себя разнообразный мир народностей и племен, с их самобытной, немного дикой, пугающей, но такой притягивающей и захватывающей совершенно не похожей на понятную нам, европейскую культурой. Некоторые вдруг откроют для себя, что жирафы и носороги живут не только в зоопарках. Что за ужином, в национальном парке, компанию Вам могут составить не только туристы, но и пара-тройка шустрых мартышек, которые так и норовят стащить у тебя еду из тарелки. Вы удивитесь, что в саванне растет «сосисочное» дерево и наверняка проснетесь среди ночи оттого, что прямо под окно Вашего номера пришли попастись десяток зебр. Ведь Африка — она именно такая.
Для русского человека «черный континент» всегда был «terra incognito». Даже те, немногие, наши соотечественники, которые в силу служебных обстоятельств бывали там, с теплой грустью вспоминают то время. Для остальных людей впечатления от Африки формировались из передач «В мире животных» и «Клуб путешественников». Сегодня «африканское направление» только начинает развиваться и относится к разряду «элитного отдыха». Поэтому африканское сафари пока не столь популярно у русских туристов, прежде всего, в силу своей дороговизны. Кто-то из великих путешественников современности сказал: «Побывав однажды в Африке, ты или начинаешь ненавидеть ее, или влюбляешься с первого взгляда. Третьего не дано». Это верно, третьего не дано.
Говорят, что путешествовать по Африке нужно начинать с Кении. Кения расположена на Восточном побережье африканского континента, точно на экваторе. У нас было всего 10 свободных дней и конечно хотелось получить максимальное количество впечатлений. Кения по праву считается визитной карточкой Африканского сафари. Страна национальных парков. Любителям пляжного отдыха предоставляется прекрасная возможность отдохнуть на побережье Индийского океана. Наш маршрут начинался в столице Кении — Найроби, далее на машине в старейший национальный парк «Амбосели», расположенный на границе с Танзанией. Потом, переезд в национальный парк «Накуру», в котором находится одноименное озеро с одной из самых больших колоний фламинго. И последний парк, который мы задумали посетить — это «Масаи-Мара» — один из самых известных национальных парков, «земля Масаев». На этом часть сафари заканчивается. Последняя точка нашего путешествия — Момбаса — курортный город на берегу Индийского океана. Но обо всем по порядку.

Найроби — город контрастов

Найроби — это столица Кении, своеобразные ворота в страну. Это первый пункт нашего большого кенийского турне. В Найроби мы прилетели рано утром. Пока «Боинг»-767—300 «Кенийских авиалиний» совершал посадку, мы наслаждались потрясающим рассветом. Огромный ярко-красный диск африканского солнца медленно поднимался из-за горизонта, окрашивая небо в яркие цвета. Уже у самой земли самолет нырнул в облака, как-то быстро исчезло солнце. Как только мы коснулись посадочной полосы, мы поняли, что идет сильный дождь. Не просто дождь — ливень. Вот тебе и Африка! Не верилось. Всего десять часов полета. И вот он, экватор!
Пока мы выходили из самолета и ждали свой багаж, прошло минут 25—30. На выходе нас встретил представитель принимающей стороны — молодой, худощавый африканец лет 25—30 с широченной улыбкой. «Я Джексон», — представился он. «Добро пожаловать в Кению». Машина стояла у входа, и мы обнаружили, что от недавнего дождя не осталось и следа. Ярко светило солнце, было жарко. Термометр показывал плюс 28. Джексон продолжал улыбаться, и казалось, что он родился с такой улыбкой. Уже в машине нас представили водителю. Он же должен был исполнять роль гида на всех сафари, помогать нам, если потребуется, а также быть нашим переводчиком с английского на суахили — местного языка.
Дорога из аэропорта в гостиницу заняла минут 40. Мы сразу же отметили отличное состояние местных дорог. Как выяснилось позже, хорошие дороги только в городской черте и на основных магистралях. В национальных парках дорог нет. Есть направления. Водитель куда-то показывает пальцем. «Это Марабу», — говорит он. Мы поднимаем глаза и видим, что на огромных зонтичных акациях, стоящих вдоль дороги сидят огромные птицы, по размеру напоминающие грифов, а по численности ворон, осенью в парке им. Горького в Москве. Огромные птицы с размахом крыльев до полутора метров на огромных деревьях. Добро пожаловать в Африку.
Все столицы одинаковы. Огромная территория, суета, автомобильные гудки. Жизнь кипит. Найроби не исключение. «В кенийской столице проживает более 5 миллионов человек», — поясняет Джексон. Много построек сохранившихся еще с колониальных времен. Как правило, они все сосредоточены в старой, исторической части города. Железнодорожный вокзал стоили еще англичане в прошлом веке, как, впрочем, и саму железнодорожную ветку. Все старое, но пока еще поддерживается в рабочем состоянии. Суперсовременные небоскребы, офисы международных банков и представительств известных европейских фирм смотрятся нелепо на фоне старых обветшалых домов и импровизированных рынков, где беднота продает фрукты и безделушки. Туда-сюда снуют микроавтобусы, переполненные людьми. Люди висят на подножках, переговариваются на ходу, активно машут руками, что-то кричат друг другу. Все это сливается в общий городской гул. Часто на небольших городских площадях можно увидеть, как толпа народа слушает какого-то проповедника-агитатора. Последний, темпераментно что-то рассказывает толпе на суахили, бесконечно повторяя в конце каждой фразы: «Аллилуйя!». И все улыбаются. Все счастливы. Потом немного африканских танцев. Кто хочет, тот и танцует. Больше это похоже на шоу. Весь город это большая площадка для грандиозного шоу. Очень много магазинов. Самых разных. Сувениры, продукты, одежда и обувь для сафари. Обувь и одежда для сафари высокого качества. И очень дешевая. Например, хорошие ботинки из верблюжьей кожи стоят 12$. Прочные, легкие и удобные.
Пока мы были в городе, я сделал два открытия, касающиеся своих ощущений. Во-первых, жив еще тот колониальный дух конца 19 столетия. Это чувствуешь и в учтивой обходительности африканцев, в их широких улыбках, особом отношении к белому человеку. Когда в ресторане гостиницы «Интерконтиненталь» после обеда пожилой негр в черном смокинге и белых перчатках и неизменной улыбкой от уха до уха спросил «Что-нибудь еще желаете, Сэр?», я понял, что за прошедшие сто с небольшим лет ничего не изменилось. Появилось достоинство и осознание собственной независимости.
Во-вторых, находясь в любой другой стране, даже самой традиционной «туристической» и знакомой ты все равно ощущаешь себя туристом. Ты гость. Любимый, но все же гость. Кения же захватывает тебя целиком, сразу же не делая тебе никаких поблажек, окуная тебя в свой колоритный водоворот жизни с головой. Наверное, в этом есть и своя прелесть, прелесть в том, что есть возможность за короткий срок почувствовать эту жизнь такой, какая она есть.

«Акуна матата, мама. Поле-поле»

 В Африке женщин называют «мама», мужчин «папа». Просто и понятно. Если Вы вдруг куда-то опаздываете и подбегаете к своему гиду, судорожно показывая на часы, он, скорее всего, улыбнется и скажет «Акуна матата, поле-поле», что на языке суахили означает: «спокойно, не спеши, жизнь прекрасна, все успеешь». Кенийцы неторопливы и спокойны. По крайне мере нам так показалось.
Вечером, после полученных впечатлений от поездки по городу, нас ждал еще один сюрприз. Гастрономический. В Найроби есть один известный ресторан. Называется «Карнивор». Там можно попробовать мясо африканских животных. Пусть нас простят вегетарианцы и борцы за права животных, но отказаться от такого соблазна мы просто не могли. Ведь не каждый день ты можешь поужинать жареной зеброй, съесть крокодила или страуса.
Часов в семь вечера мы со своим гидом отправились на ужин. По дороге для нас провели небольшой ликбез, на тему некоторых особенностей поведения в этом ресторане. Там есть такая традиция. До того, как официант начнет приносить Вам мясо животных, перед вами на стол ставят небольшой флажок. Мясо Вам будут подавать до тех пор, пока вы не положите его на стол. Это означает, что Вы наелись. Ужин заканчивается.
Посреди ресторана стоит огромная жаровня, на которой жарится африканская дичь. Мясо насаживается на большие шампуры, больше похожие на мечи с рукояткой. Перед ужином раздают горячие полотенца, для того, чтобы обтереть руки. Потом на стол ставится большая подставка в два яруса, на которой находятся небольшие тарелочки с разными соусами. Для каждого мяса свой соус. Затем приносят шпинатовый суп, больше похожий на изрядно разбавленное пюре зеленого цвета. На вид смотрится не аппетитно, но на вкус приятен. После Вам подают по одной плоской чугунной тарелке. Она очень горячая, для того чтобы мясо долго не остывало. И начинается праздник желудка. Сначала мы пытались распробовать каждый вновь принесенный кусок. Это газель, это зебра, это буйвол, это жираф, это… Но мясная река текла не останавливаясь. Через час все смешалось в один мясной калейдоскоп. Принесли мясо льва, и мы поняли какого приблизительно вкуса наш домашний кот, оставленный в московской квартире. Кто-то из нас спросил, а когда будет крокодил? «Акуна матата, мама, поле-поле», — сказал официант с неизменной улыбкой на лице, отрезая еще один увесистый кусок мяса. Ужин продолжался.

Земля «Большого Кили»

На следующий день нас разбудили в шесть утра. Впереди переезд в один из старейших национальных парков Кении «Амбосели». Этот парк находится на самой границе с Танзанией. Почти триста километров на автомобиле по стране. Погрузив наши вещи в микроавтобус, гид сказал, что в «Амбосели» мы сможем увидеть «Большого Кили». Мы почему-то подумали, что это какой-то большой слон по кличке Кили — местная достопримечательность для туристов. С это мыслью мы выехали из города. По дороге наш гид-водитель развлекал нас рассказами о стране и обычаях. За окном мелькала африканская земля кирпично-красного цвета, на которой возвышались гигантские термитники, высотой в два метра. Зонтичные акации повсюду. Надо сказать, что общение с туристами происходит на английском языке. Даже те, кто плохо знает язык, без труда поймут, что говорят кенийцы. Правда, они иногда коверкают слова. Но мы это объясняли влиянием местного диалекта.
По дороге мы останавливались в нескольких деревушках. Наш водитель кому-то что-то передавал. То письмо, то какой-то пакет, то кого-то подвезет. Складывалось впечатление, что здесь все у него родственники. Во время стоянок к машине подходили местные жители, предлагая свой нехитрый товар: сувениры, кокосы, фрукты. Дети выпрашивали денег, и просили подарить им шариковые ручки. Как оказалось в последствии ручки у бедноты в дефиците. Нечем писать в школе. По дороге попадаются очень много школ. Прямо в саванне стоят одноэтажные здания. Каждый день туда сбегаются ребятишки на учебу. Бегут несколько километров с окрестных деревень. Правительство старается поддержать программу всеобщего обучения населения. Вот только с бедностью справиться тяжеловато.
Через 250 километров закончился асфальт. Еще 100 км. грунтовой дороги. Жарко и пыльно. Хочется пить. Вода в бутылках. На вкус приятная. Холодная и освежающая. Еще через 20 км. дорога превращается в стиральную доску. Мы удивлены, что за все время нам не попалось еще ни одно животное. Задаем вопрос водителю. Он отвечает: «Поле-поле». Все впереди. Мы верим ему на слово и продолжаем движение.
На обочине дороги нам то и дело попадаются одинокие Масаи. Стоят и провожают машину безразличным взглядом. Их стройные фигуры растворяются в дорожной пыли. Так едем еще часа два. Наконец небольшие ворота. На табличке написано «Национальный парк «Амбосели». «Охота запрещена». После минутной стоянки продолжаем движение, но уже по территории заповедника. Коммерческая охота в Кении запрещена. За нарушение закона 20 лет тюрьмы или очень крупный денежный штраф. Кенийцы строго соблюдают закон. Ведь туризм, сафари — это основная статья дохода национальной экономики. Разрешено охотиться только Масаям — местным племенам. Водитель говорит, что мы можем расчехлить свою фотоаппаратуру. Сказано — сделано. Пытаюсь осторожно объяснить водителю, что нам бы посмотреть такие места, куда не возят туристов. Нам нужны места для хорошей съемки. Водитель качает головой, повторяя: «Big camera. Good camera». Он понял меня лишь тогда, когда 10$. из моего кармана оказались у него. Я еще раз убедился, что не надо путать дружбу с бизнесом.
Еще одно интересное наблюдение. В Африке совершенно неповторимое небо. Африканское небо не перепутаешь не с каким другим. Оно «плоское» до горизонта. Ровно на столько, на сколько хватает взгляда. Такое же плоское, как и саванна. Стоя в полдень в саванне, ощущаешь себя маленькой букашкой посреди огромной сковородки — раскаленной и плоской.
Начинают появляться зебры. Все больше и больше. Большие стада кочуют по саванне.
Останавливаемся. Быстро достаю фотоаппарат. Делаю серию снимков. Животные не боятся машины. Некоторые тоже остановились совсем близко от нас. Словно позируют. Парочка молодых животных начинает играть друг с другом. Мы очарованы их грациозностью. После съемки зебры продолжают движение.
К обеду мы прибываем на место нашего ночлега. Это небольшие гостиницы посреди саванны. В Африке их называют лоджиями. Портье с неизменными улыбками и горячими полотенцами. Словно из-под земли вырос официант с подносом, на котором стоят стаканы с холодным соком из маракуйи. Он весьма кстати. Мы немного устали от пыли, тряски и жары. Сок вернул нам чувство оптимизма. После обеда и небольшого отдыха вечернее сафари.
По уровню комфорта лоджии вполне тянут на пять звезд. Есть все удобства. Нет только телевизора. Да он там и не нужен. Телевизор вокруг нас. Круглосуточно. Режиссер этого кино отличался непредсказуемостью. Вокруг нас мартышки. Их так много, что не понятно, кого больше, туристов или обезьян. Они не боятся людей. Нас предупредили, чтобы мы были с ними осторожными, ведь мартышки редкостные воришки. Зазевался и с кошельком можно попрощаться. Двери и окна в бунгало тоже нужно держать закрытыми по этой же причине.
 В 16—00 мы выехали на вечернее сафари. Такого количества животных и птиц мы не видели нигде. Фотоаппаратура работает беспрерывно. Машина резко тормозит. Процессия из 20 слонов переходит дорогу. Впереди идет большой самец — вожак. Слонов сопровождают большие белые птицы. Слоновий помет служит им пищей, точнее семена растений, которые едят слоны. Натурально, наглядно, просто и разумно. Видим семейство львов. Но они слишком далеко, чтобы сделать снимки. Просто любуемся. Время летит незаметно. Уже 7 вечера. В Африке темнеет быстро. С глубокими сумерками возвращаемся в лоджию. Душ, ужин и спать. Надо переварить то, что увидели за день.
Посреди ночи мы проснулись от какой-то возни под окном. Как можно тише мы подошли к окну и увидели, как большой кабан (бородавочник) затеял возню в паре метрах от нашего бунгало, что-то жуя и громко чавкая. Мы наблюдали его около 15 минут. Закончив свои дела, он так же невозмутимо растворился в темноте. Жизнь вокруг нас кипела даже ночью.
Получив столько впечатлений, что мы забыли о «Большом Кили». Рано утром покидая «Амбосели» мы спросили нашего водителя: «А где же „Большой Кили“? В ответ он остановил машину и показал рукой на юго-запад. „Вот Большой Кили“. На горизонте выше облаков открыла свою ледяную шапку знаменитая гора Африка — Килиманджаро. Килиманджаро находится в Танзании. „Вершина Килиманджаро закрыта облаками“, — поясняет водитель. Обычно ее не видно. Вам повезло». Делаем несколько снимков и мчимся дальше. Впереди «Накуру».

Розовое облако

Снова дорога. Двигаемся в центр страны, в национальный парк «Накуру». Этот парк знаменит, прежде всего, своим озером с одноименным названием. Традиционно, озеро — место обитание больших колоний фламинго и розовых пеликанов. Располагается «Накуру» на территории «Великой рифтовой долины», а озеро «Накуру» входит в состав системы рифтовых озер.
Дорога от парка»Амбосели до парка «Накуру» занимает около 5 часов на машине по хорошей асфальтированной дороге. По пути мы проезжаем множество мелких поселений, а также небольших городков. Останавливаемся на обочине и покупаем местные фрукты. Нам предлагают попробовать какой-то фрукт. На вид выглядит аппетитно, но пробовать не рискуем. Вокруг жуткая антисанитария. Демонстрация нищеты особенно наглядна, когда проезжаешь около импровизированных рынков у обочин дорог. Полуголые и грязные дети копошатся на кучах мусора, торговцы здесь же заключают свои нехитрые сделки. А совсем рядом, в нескольких метрах от показательной бедности стоят дорогие особняки богатых кенийцев с высокими заборами с колючей проволокой в несколько рядов с табличкой на воротах: «Опасно! Частное владение. Дом охраняется». Страна контрастов.
Машина медленно ползет в гору. Дизель работает на пределе. Мы останавливаемся и меняем воздушный фильтр.
Заметно изменился ландшафт. Становится прохладно. Начался дождь. Мы закрываем окна. Еще один поворот и перед нами открывается потрясающая картина — «Великая рифтовая долина» в лучах утреннего солнца, как на ладони. Прекрасная панорама на содовое озеро «Наваша». В этом районе концентрация соды настолько велика, что местные жители ее добывают и продают тут же, у обочины автотрассы.
Дорога идет вниз и снова теплеет. Проезжаем цветочные плантации. Хозяева этих плантаций голландцы. Наш гид поясняет нам, что сегодня почти половина голландских цветов, которые идут на экспорт африканского происхождения. Верим ему на слово. Проезжаем животноводческие фермы. Останавливаемся на каком-то посту. Тут же с рук покупаем йогурт, местного производства. Он свеж, приятен на вкус. Вспомнили Москву. Машина повернула на проселочную дорогу и через 10 минут мы въехали на территорию парка «Накуру». Территория парка расположена вокруг озера «Накуру» и представляет собой тропический лес с несколькими заболоченными участками. Это рай для птиц, обезьян — бобуинов и носорогов. Здесь же большие стада буйволов и если повезет, то мы, может быть, увидим, леопарда. Короткий отдых, обед и быстрее на вечернее сафари. Усталости не чувствуем. С собой берем немного слив. Очень хочется посмотреть на носорогов и фламинго.
Не успели отъехать от лоджии километра два, как машину окружила небольшое семейство бабуинов. Бабуины не обращают на тебя никакого внимания, до тех пор, пока ты не угостишь их чем-нибудь. Сливы оказались весьма кстати. Как только первая слива оказалась в лапах у обезьяны, вся компания пришла в неистовый восторг. Откуда-то сверху с гигантских кактусов величиной с трехэтажный дом послышались обезьяньи крики и через несколько секунд, перед машиной оказалось штук сорок животных. Среди них выделялся крупный самец-вожак, который подошел почти вплотную к машине с явными намерениями выклянчить у нас немного слив.
Отданные ему три сливы моментально оказались во рту. Вожак не собирался останавливаться только на трех. Тоже повторилась и во второй раз. Мы посчитали, что это не справедливо, и бросили несколько слив подальше, к небольшой группе молодых обезьян. Это явно не понравилась вожаку, и в ответ он нам построил недовольную гримасу. Мы продолжили свой путь, а вожак еще долго сидел на лесной дороге, пока машина не скрылась за поворотом. По дороге к озеру, нам часто попадались стада буйволов. Их медлительность и лень обманчивы. Когда буйволы защищаются от хищников, они демонстрируют мгновенную реакцию. Если прибавить к этому еще и увесистые рога, то я бы не советовал встречаться с ним на одной тропе. Но вот, наконец, озеро. Вода совершенно не подвижна — парное молоко. Десятки тысяч фламинго в лучах вечернего солнца, отражаясь в воде, медленно передвигаются на своих тонких и длинных ногах вдоль берега, фильтруя планктон. Словно розовое облако парит над водной поверхностью. Останавливаемся в метрах 50 от берега. Открытое место. Птицы не обращают на нас никакого внимания. Выхожу из машины, держа фотокамеру в руках. Медленно, не делая резких движений, подхожу поближе. 40, 30, 20 метров… Птицы начинают нервничать. Держат дистанцию. Ближе 20 метров не подпускают. Делаю серию снимков. Совсем рядом колония пеликанов. Они более медлительные. Подхожу почти вплотную. Птицы сидят неподвижно.
Кажется, им нет до меня никакого дела. Хочется остаться здесь часа на два, чтобы птицы привыкли к моему присутствию и продолжить съемку. Но водитель жестами показывает, что надо ехать. Начинает смеркаться. А по ночам в парках находиться не рекомендуется.
На обратном пути попадается пара носорогов. Мамаша и детеныш. Еще совсем маленький. Мама недоверчиво держится подальше от машины, а дети остаются детьми даже среди животных. Малыш беспечно подбегает к машине, явно вызывая нас на игру. Мы не горим желанием принимать его вызов, глядя на огромную мамочку. С носорогами вообще шутки плохи. Нередки случаи, когда разъереные носороги легко переворачивали машину с туристами.
Возвращаемся в лоджию часам к восьми вечера. После ужина, около бара разожгли костер. Сидя у костра, слушаем ночной африканский лес. Только сейчас чувствуем, как мы устали за день. На тропинке к нашему бунгало натыкаемся на карликовых антилоп, величиной с маленькую комнатную собачку. Еще их называют «дик-дик». Сафари продолжается. Забавно.

«Масаи Мара»

Мы почти полностью выполнили свою программу. Остался один пункт. Последний в нашем плане национальный парк «Масаи Мара». Земля масаев. Визитная карточка кенийского сафари. Предстоит долгий и трудный переезд. Большая часть пути — это полное бездорожье.
Проехали последний более или менее цивилизованный населенный пункт. Заправились. К машине подбегают дети. Нас рассматривают с неподдельным интересом. Достаю фотокамеру и пытаюсь сделать снимки. Увидев у меня в руках фотоаппарат, дети стремительно куда-то исчезают. Да, цивилизация.
Мы уже три часа едем по пыльной дороге по территории национального парка. Машину трясет так, что вот-вот вытрясет наши души. Жарко и пыльно. Но «Тайота» держит дорогу. Попадаются масаи, пасущие свои нескончаемые стада коров под палящим солнцем. За сутки они перемещаются на огромные расстояния и возвращаются обратно в свои деревни. Масаи хорошие бегуны. Они могут пробежать очень большое расстояние и не устать. Это у них в крови. Коровы у масаев тоже необычные. В день эти коровы дают всего лишь по два литра молока. Но оно густое и жирное.
Когда-то масаи были грозными воинами, отличающиеся своей храбростью и жестокостью. Сейчас им не с кем воевать. Масаи занимаются скотоводством, охотой и показывают туристам свой быт, продавая сувениры, или охраняют по ночам лоджии с туристами. Не берусь утверждать, какое занятие более доходное. Но они как-то выживают в нашем мире. Никто лучше масая не сможет защитить белого человека от диких животных в диких условиях. Они прекрасно знают повадки животных и чувствуют опасность. Традиционный масайский длинный нож, похожий на мачете и заточенный с двух сторон, копье и специальная походная дубинка — вот нехитрая амуниция масая-воина. Некоторые используют лук и стрелы.
Через территорию парка протекает река «Мара». Рекой ее назвать трудно. В сезон дождей вода наполняет ее русло. Сейчас же в некоторых местах она пересыхает настолько сильно, что превращается в тоненький ручеек, который легко перешагнуть. В некоторых местах речка немного разливается, образуя небольшие запруды. Это излюбленные места обитания гиппопотамов и крокодилов. Река является источником питьевой воды для масаев и диких животных. Все пьют воду из одного источника. Перед природой все равны. Так живут сейчас, так жили тысячи лет, так будут жить и дальше.
Пока перемещаемся по парку в лоджию, попадаются много животных. Зебры, слоны, антилопы, газели. Нам эти животные уже не кажутся необычными. За время нашего сафари мы к ним уже успели привыкнуть, и вяло наблюдаем их из окна нашей машины. Наша цель жирафы, гиппопотамы и если повезет, то гепарды или львы. На следующий день мы запланировали посетить одну из многочисленных масайских деревень.
Быстро размещаемся. Немного отдыха. В холле нашей лоджии стоит огромный череп слона. Администрация добавляет туристам экзотики. Но ее хватает с лихвой. Традиционный стакан апельсинового сока и снова на сафари.
Жирафов искали недолго. Большое стадо этих необычных животных мы застали за поеданием листьев акации. Мы насчитали около 19 животных.Жирафы пугливы и осторожны. Гид поясняет, что жирафы добрые животные. Даже выяснение отношений между самцами происходит по особенному, «мягкому» сценарию. Оба самца становятся бок о бок и перекрещивают свои шеи. Иногда более активный самец как бы подталкивает другого, но делает это так деликатно, что трудно понять выясняют они отношения или просто любезничают.
Едем дальше, вдоль русла реки. Сделаем попытку найти гиппопотамов. По дороге попадается стая марабу. Марабу стоят на земле на одной ноге. Отдыхают. Водитель останавливает машину у самого края обрыва. Внизу небольшая запруда. Стадо гиппопотамов нежиться в грязной воде. Пытаюсь сделать снимки. Далековато. Уговариваем гида перейти на другую сторону запруды. Гид озадачен. Неохотно соглашается. Через несколько минут мы уже в каких-нибудь 20 метрах от гиппопотамов. Они медлительны. Нам хочется действий. Поднимаем с берега камень и бросаем в их сторону. Вода приходит в движение. Животные лезут друг на друга, нервничают, громко фыркают. Гид тоже нервничает. Он знает, что гиппопотамы быстро бегают, и наша беспечность может нам дорого стоить. Но съемка закончена. Довольные мы продолжаем движение. Останавливаемся рядом с попутной машиной. Водитель перебросился несколькими фразами с другим водителем на суахили. Поясняет нам, что недалеко видели пару гепардов. Уже через полчаса обнаруживаем и их. Гепарды сыты, лежат под кустом и, кажется, они к нам безразличны. Подъезжаем ближе. Делаем несколько кадров. Молодой самец показывает нам зубы. То ли зевает, то ли предупреждает нас о том, что мы подходим слишком близко. Жест нам понятен. Мы не настаиваем на продолжении знакомства.

Кого боятся масаи?

Масаи живут небольшими деревнями, которых множество в «Масаи Мара». Несколько низких домов расположенных по кругу. Территория деревни огорожена забором из веток деревьев и кустарников. Забор настолько плотный, что сквозь него трудно проникнуть леопарду. Внутри еще несколько загонов для скота и овец, огороженных таким же плотным забором. Как правило, молодые ягнята живут прямо в доме, за стенкой. Дома масаи строят из веток, обмазанных глиной и коровьим навозом. После постройки стены высыхают на солнце, его протапливают изнутри. После такой обработки запаха навоза практически не ощущаешь.
Быт масаев прост, если не сказать примитивен. Образ жизни размерен и не менялся уже многие сотни лет. Утром молодые мужчины уводят коров на пастбища. Старики и дети остаются в деревне. Женщины идут за водой. К вечеру, до темноты, все возвращаются. И так каждый день.
Мы приехали в одну из деревень уже к вечеру. Подошел вождь деревни — молодой масай, на вид 20 лет. С ним мы договаривались о цене. Как правило, 50 долларов достаточно, чтобы тебя пустили внутрь и показали быт. Мы не стали торговаться. Нам хотелось получить впечатлений по полной программе. Сначала женщины показали нам свой ритуальный танец. Потом мужчины. Затем нам показали, как масаи добывают огонь без спичек и огнива — старым, первобытным способом, при помощи двух дощечек. Мы спросили вождя, можем ли мы зайти к нему в дом. Он согласился. Показав свой нехитрый быт и познакомив нас со своими женами, которых у него две предложил нам попробовать выпить масайского пива. Как-то я читал, что пиво масаи делают из молока и крови коровы. Потом все это перемешивается и сбраживается. Это не совсем так. Масаи действительно пьют кровь с молоком, но только по праздникам. Но это не пиво. А вот пиво они делают, используя воду, маис, мед и плоды сосисочного дерева. Все это перемешивается и сбраживается. По вкусу напоминает чайный гриб, только немного слабее. После масайского пива вождь стал сговорчивее и раскованнее. Нам предложили метнуть копье на дальность. Масаи очень метко метают копья, а также метко метают небольшую деревянную дубинку, которую всегда носят за поясом. Удар такой дубинки способен отключить антилопу. Стало темнеть. Я спросил, есть ли место, откуда хорошо виден закат? Вождь согласился нас туда проводить. Взяв сумку с фотоаппаратурой, он повел нас не небольшую гору, заросшую густым высоким кустарником. Шли минут двадцать. Подъем был не тяжелым. Наконец мы вышли на небольшую каменистую площадку. Расположившись там, мы наблюдали за восхитительным закатом. У нас было еще полчаса до темноты. Вдруг масай вскакивает, хватает сумку с фотоаппаратурой и мчится прочь. Чувствуя неладное, мы бежим следом за нашим вождем. Отдышавшись и стряхивая колючки с одежды, я задаю вопрос моему проводнику: «От кого мы убегали?». Наш храбрый вождь тихо приложил палец к губам и показал рукой на то место, где мы были еще несколько секунд назад. Их кустарника вышел огромный слон — старый самец. «Очень опасно, очень опасно», — повторял наш масай. Было видно, что он испугался. Масаи храбрые и убить льва для них считается обычным поступком. Но вот кого они по настоящему боятся так это слонов. От них не убежишь и копья против них бессильны. Масаи обходят слонов стороной. Мы все же успели сделать несколько снимков африканского заката. Уже глубокими сумерками мы вернулись в деревню. Прощались всем племенем. Завтра дорога до Найроби. И четыре дня на океане. Сафари подошло к концу.

Комментарий автора:Вдруг масай вскакивает, хватает сумку с фотоаппаратурой и мчится прочь. Чувствуя неладное, мы бежим следом за нашим вождем. Отдышавшись и стряхивая колючки с одежды, я задаю вопрос моему проводнику: «От кого мы убегали?». Наш храбрый вождь тихо приложил палец к губам и показал рукой на то место, где мы были еще несколько секунд назад …

| 16.04.2005 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий