Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Италия >> Рим >> Субъективные заметки об Италии — часть 1


Забронируй отель в Риме по лучшей цене!

Дата заезда Дата отъезда  

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Субъективные заметки об Италии — часть 1

ИталияРим

Италия — это страна, где никогда не бывает непогоды. Под моим окном мокрый клен размахивает полуголыми ветками, а перед моими глазами — солнце, синее небо, кипарисы, пальмы, неповторимые города Италии. И это надолго, а скорее всего навсегда. В Италии я была с 14 по 21 сентября 2003 года. Готовиться к поездке стала сразу же после возвращения из Парижа в сентябре прошлого года; точнее, после Парижа сам бог велел ехать в Италию, а уж мне оставалось его только послушаться и настроиться на Италию, думать про Италию, копить в голове информацию, а ближе к лету начать конкретную подготовку, а именно, поиски в интернете подходящего тура. Надо сказать, что ехать мы собрались втроем: я, еще одна женщина и мужчина. Все мы познакомились в Париже, случайно оказавшись там в одном отеле, и продолжили знакомство в Москве, при этом настолько понравились друг другу, или точнее, настолько устраивали друг друга как компаньоны по путешествию, что решили вместе поехать в Италию. Таким образом, нужно было найти тур, который подошел бы всем троим, и что интересно, мы такой тур нашли. Видимо, не зря судьба свела нас в одном отеле в Париже. Перелопатив уйму информации по турам, мы поняли, что все они за исключением некоторых экзотических сводятся к треугольнику Венеция-Флоренция-Рим, захватывая при этом те или иные города из сферы притяжения этих трех главных. Но тут еще существуют нюансы с аэропортом прибытия и возвращения: можно прибыть, например, в Римини чартерным рейсом и потом долго ехать в Венецию, а можно регулярным рейсом прибыть непосредственно в Венецию, сэкономив в одном случае деньги и потеряв время и силы, а в другом — наоборот. Мы были склонны экономить время и силы, поэтому выбирали такой тур, где будет меньше переездов и больше полезного туристического времени. Некоторые подходящие туры отпали по организационным причинам и в конце концов мы остановились на туре «Венецианская классика». Почему его так назвали, неизвестно, поскольку в нем Венеции не отдавалось особого предпочтения, но дело не в названии, а в сути, суть же оказалась прекрасной. Забегая вперед, скажу: мы не пожалели, что выбрали именно этот тур.

Немного про нашу троицу. Женщину зовут Наташа, мужчину Николай. Называю их имена для удобства изложения, поскольку иногда они будут появляться в моем рассказе. Союз наш был успешным еще и по той причине, что мы признавали право каждого на самоопределение, то есть, при желании любой из нас мог отделиться от остальных, что часто и происходило, особенно со стороны Николая. Мы встречались утром за завтраком и вечером за ужином, а в остальное время как получится. Правда, с Наташей мы были почти неразлучны, но иногда тоже расставались, если была в том нужда. Опишу по порядку все дни нашего путешествия.

День первый — в Лидо ди Езоло.
Мы приземлились в ближайшем к Венеции аэропорту под названием Марко Поло. Он небольшой, в нем нет никакого туристического или иного ажиотажа; таможенные процедуры были пройдены буквально за минуты, и вот мы уже в автобусе. Москва проводила нас сереньким утром, а Венеция встретила синим безоблачным небом и мягко обволакивающим теплом, заставившим немедленно скинуть лишние одежки, которые были крайне необходимы в Москве. Вокруг здания аэропорта много зелени и чего-то цветущего, что вместе с синим небом сразу настроило на оптимистический лад. То ли еще будет! Забегая вперед, скажу, что во все дни нашего пребывания в Италии небо было просто на удивление синим и безоблачным, и на нем разве что иногда появлялось как росчерк божьего пера небольшое перистое облачко. Лишь однажды при выезде из Флоренции мы увидели несколько облаков, одно из которых посмело на пару минут прикрыть солнце, но скоро все они убежали куда-то, оставив солнце единолично царствовать в синем небе Италии. И если кто-то скажет мне, что в Италии бывает дождь, непогода и слякоть, я ему ни за что не поверю! Такого просто не может быть! Кстати, для фотографирования небо без облаков — это не самый лучший вариант, облака делают снимок выразительнее. Но ничего не поделаешь, не было их и все тут! Но я отвлеклась. В автобусе мы познакомились

с нашим сопровождающим. Это был интересный мужчина лет 30—35 по имени Владимир. У него историческое образование, что выяснилось позднее, и вдобавок специализация по древнему Риму, что нам было весьма кстати по понятным причинам. Уже семь лет он живет в Риме. Он сопровождал нас всю поездку и был нашим пастухом и нянькой: решал возникающие проблемы, объяснял всевозможные нюансы; заботился о том, чтобы телефон разбудил нас в нужное время; в ресторане был связующим звеном между нами и официантами, когда мы заказывали вино; советовал, какое вино выбрать. Не счесть, сколько раз он делал перекличку либо пересчитывал наше поголовье, поскольку это происходило всегда, когда мы в очередной раз усаживались в автобус, а также по другим важным случаям. Его усилия не пропали даром, да и группа была достаточно организованной, так что никто нигде ни разу не потерялся и не опоздал. Группа наша оказалась небольшой: всего 38 человек из возможных 58, на которых был рассчитан автобус, и это тоже было неплохо, поскольку меньше времени затрачивалось на всякие организационные дела. Состав группы был достаточно сложным: несколько пар из США, успевших до Италии уже поколесить по Европе и собирающихся после Италии колесить дальше; две женщины из Армении, приплывшие на теплоходе; но в основном, конечно, туристы из России, преимущественно из Москвы и Питера. В общем, наш автобус представлял собой этакий ноев ковчег, только говорящий по-русски в отличие от того ноева ковчега.

Разместили нас в курортном местечке Лидо ди Езоло, которое является то ли береговой частью Венеции (в отличие от островной), то ли самостоятельным городком. Было бы очень соблазнительно поселиться в островной Венеции, но там очень дорогие отели, поэтому организаторы тура выбрали компромисс в виде этого местечка. Нам с Наташей достался отель «Марко Поло» на главной улице городка, на которой расположены одни отели вперемешку с магазинами и ресторанами. Вдоль улицы растут итальянские сосны, называемые, как известно, пиньями. Всюду чисто, красиво, ухожено, на улице валяются только сухие иголки от пиньи и более никакого мусора. В нашем распоряжении оказался хороший номер с миленьким балкончиком, с которого можно было рассматривать улицу и пиньи хоть до бесконечности, получая от этого эстетическое удовольствие, но мы решили получить другое удовольствие, а именно немедленно пошли втроем на пляж, который был в ста метрах от нашего отеля. Ряд отелей вдоль линии пляжа, приятный песок под ногами, лежаки, зонты и прочие радости курортника, Венецианский залив в половину горизонта — одним словом, полная идиллия, но вот вода… ощутимый ветер гнал к берегу волны, пенящиеся сверху барашками. Мои спутники немедленно разделись и залезли в воду, правда, ненадолго, а я не решилась, но в заливе все-таки отметилась: постояла в воде почти по колено; можно сказать, омыла ноги. Потом мы долго гуляли по главной улице, разглядывая товары, сувениры и местные красоты, заключающиеся в основном в архитектурных нюансах отелей и развесистых пиньях, про которые мне впоследствии сказал Володя, что это их адриатическая разновидность в отличие от средиземноморской, растущей южнее.

 В восемь вечера автобус повез нас на ужин в ресторан. Надо сказать, что ужины в ресторане были заложены в программу тура. Завтрак, как водится, в отеле, обед где придется, а ужин в ресторане. Для нашего тура такая организация питания имела серьезные резоны: при многочисленных переездах из города в город и насыщенной экскурсионной программе хорошо пообедать среди дня не представлялось возможным, а вот вечером мы всегда оказывались в том или ином городе, где должны были заночевать, так что хороший ужин предусмотреть нетрудно, да и туристам можно расслабиться после напряженного «трудового дня», сидя в ресторане. Меню, конечно, было одинаково для всех, этакий комплексный обед в вечернем исполнении. Свою индивидуальность можно было проявить при заказывании напитков, за которые надо было платить отдельно. Мы сразу же решили, что пиво нужно пить в Чехии или в Германии, а в Италии нужно пить вино, поэтому всегда заказывали бутылку вина на троих. И разумеется, в первый же вечер мы имели счастье познакомиться с итальянскими макаронами. Как известно, блюдо из макаронов, называемое пастой, в Италии считается первым блюдом, вот его нам и подали после салата. Это были макароны, обвалянные в протертых помидорах — именно протертых помидорах, а не в кетчупе, не в томатной пасте или в чем-то подобном. Что ж, попробовали, имеем представление. Чтобы это представление хорошо закрепилось, пасту нам подавали пять раз из семи. В остальных двух случаях, по специальной просьбе Володи, как я подозреваю, нас вместо пасты покормили овощным супом. В последний день, ужиная в Риме, мы сильно обрадовались уже тому, что макароны были другой формы. Другой, более существенной радости в этом макаронном изобилии нам не представилось. Но ничего, где наша не пропадала! Любопытно все-таки отведать любимое блюдо другого народа. Пока мы не спеша ужинали, стемнело, так что мы отправились в отель. На улице, где он был расположен, с 8 вечера до 6 утра заботливо запрещено движение всякого транспорта, а чтобы запрещение никому не приходило в голову нарушать, посреди улицы ставились заграждения. Уж не знаю, в этом была причина или в чем-то другом, но на улице всю ночь была полнейшая тишина, не раздавалось ни звука, ни шороха, что просто удивительно для курортного места, поэтому две ночи, проведенные в этом отеле, оставили у меня очень приятное воспоминание.

День второй — с утра до вечера в Венеции.
Незадолго до поездки я нашла в интернете сайт с любительскими фотографиями Венеции и долго их рассматривала. Не могу отказать себе в удовольствии дать ссылку на этот сайт. Человек, сделавший снимки, был в Венеции целых пять дней в один из зимних месяцев, жил в островной части и много снимал. На его снимках предстает туманная загадочная совсем не туристическая Венеция с фонарями, отражающимися в каналах. Эти снимки и комментарии к ним навеяли мне слегка грустное романтическое настроение и сожаление, что такой Венеции мне не увидеть. Зимой город остается наедине сам с собой и его душу легче понять. Венеция существует как данность и почему-то никогда не возникает вопрос: а отчего кому-то вздумалось строить дома и жить на воде, что за блажь такая? Оказывается, вовсе не блажь, а насущная необходимость. Когда с севера пришли варвары, от них не было никакого спасения, разве что укрыться на прибрежных островах, что и сделали те, у кого была возможность добраться до этих островов. Они и основали Венецию. На Венецию нам, увы, был отведен всего один день. В программе была обзорная экскурсия по городу с посещением Дворца дожей (Palazzo Ducale) и дополнительная экскурсия — на катере по Большому каналу (Canal Grande). Кроме того, в свободное время желающие могли прокатиться на гондоле.

До Венеции из Лидо ди Езоло надо было добираться на перекладных: сначала около часа на автобусе, а потом на рейсовом катере до пристани, расположенной неподалеку от площади Сан-Марко (Piazza San Marco) — главной площади Венеции. Володя предложил совместить два дела — доехать до нужного места по Большому каналу, проведя экскурсию. Кто не хотел быть на этой экскурсии, имел полное право сесть на рейсовый катер и доехать по заливу куда надо в обход Большого канала. Почему в обход? Потому что рейсовый катер ходит именно так, а не иначе. Потом Володя нам сказал, что по Большому каналу имеют право ходить только суда не более определенного тоннажа и размера; а кроме того, на плавание по нему нужна лицензия. Не знаю, был ли кто-то, кто захотел плыть на рейсовом катере в обход; мне таковые остались неизвестны. Большинство сочло очень выгодной такую постановку вопроса, так как убивалось по крайней мере два зайца. Во-первых, экономилось время, которое для нас было на вес золота; во-вторых, экономилась некоторая сумма, равная стоимости билета на рейсовый катер. Все желающие разместились в трех небольших катерах, оборудованных радиосвязью, так что голос Володи должен был распространяться на все три катера. На самом деле оказалось не так. Впоследствии выяснилось, что на каком-то из трех катеров его было слышно очень хорошо, на другом — то было, то не было слышно, а на том, где находился Володя, слышно не было вообще. Возможно, его слышали те, кто стоял с ним рядом, но вот я, стоявшая на корме, не слышала ничего. Но, по правде говоря, мне было не до того, чтобы слушать или не слушать, потому что я во все глаза смотрела по сторонам и беспрерывно снимала все, что видела. Большой канал — самый широкий из всех венецианских каналов, он имеет среднюю ширину 50 метров и, как раньше у нас было модно говорить про какой-нибудь канал имени Москвы, это канал-труженик, водная артерия Венеции. На канале было интенсивное движение. Пока мы плыли, я видела какие-то посудины непонятного назначения с потеками ржавчины на боках, видела катера, нагруженные коробками с товаром, и конечно же, видела гондолы. Гондолы стайкой стояли на привязи либо плыли по каналу и выглядели среди прочих средств водного передвижения красивыми экзотическими птицами, по странной прихоти севшими на пруд среди домашних уток и гусей.

Большой канал, как известно, имеет форму перевернутой буквы  S. Мы проплыли по нему от начала до конца. Странно было видеть дома… нет, язык не поворачивается называть их домами… дворцы изысканной средневековой архитектуры, стоящие прямо в воде. Фасады некоторых домов словно сделаны из кружева. Но описывать это бесполезно, поэтому умолкаю. Выйдя из Большого канала, проплыли мимо Дворца дожей, который я узнала по снимкам с того сайта. Наконец наш маленький катер лихо причалил между двух рядов палок, и мы оказались на набережной. Кстати, непременный атрибут всех венецианских каналов — это высокие палки, а порой даже не палки, а бревна, торчащие из воды в местах причаливания. К ним привязывают лодки, и в сильно оживленных местах эти палки составляют настоящий частокол. Вдали возвышался белой громадой океанский теплоход, привезший в Венецию за раз не менее трех тысяч туристов. Он был несоразмерно велик и казался выше всех близлежащих домов. А если отвернуться от теплохода и посмотреть в другую сторону, то сразу же увидишь колокольню Сан-Марко, которая возвышается над всем городом. Вот туда мы и направились, но по дороге зашли на мини-экскурсию, посвященную изготовлению изделий из стекла. Венецианское стекло, как известно, высоко ценится, а мы получили возможность увидеть, как оно изготавливается. Мастер вынул из горящей печи на конце длинной трубки стеклянную каплю и стал производить с ней какие-то манипуляции, в том числе несколько раз дул в трубку, отчего прямо на наших глазах капля превратилась в вазу. Он поставил вазу на стол, после чего положил на нее листок бумаги, который вспыхнул и сгорел. Ваза была еще горячая, хотя по ее виду и не скажешь. Действо сопровождалось рассказом экскурсовода, а потом мы прошли в зал, где тот же экскурсовод рассказал технологию изготовления разных видов стекла, и дело закономерно кончилось тем, что нас провели в магазин, где можно было купить что душе угодно, при этом можно было сделать для сохранности покупки вакуумную упаковку. Мне очень понравились некоторые изделия, но я ничего не купила по двум причинам: во-первых, цены были несколько кусачие, а во-вторых, не могла себе представить, как я смогу довезти их целыми до дома при стольких переездах. А очень было заманчиво.

 В настоящее время все стекольное производство находится на острове Мурано, составной части Венеции, поэтому на изделиях из стекла часто написано «Мурано», что должно означать то же самое, что «Венецианское стекло». Перенесли его туда из соображений пожарной безопасности. Кстати уж про венецианские сувениры. Если стекло считать сувениром, то есть два вида именно венецианских сувениров: стекло и карнавальные маски. Кто хочет купить венецианское стекло, ему лучше всего сделать это в Венеции: там больше выбор и они дешевле. Я видела потом кое-что в Риме, но там ассортимент был гораздо беднее, да и цены были выше. Что касается масок, то поначалу они произвели на меня впечатление как нечто оригинальное, и это неудивительно, поскольку я нигде их до того не видела, но потом стала встречать на каждом шагу повторение нескольких их вариаций и поняла, что это банальная штамповка, отчего покупать их расхотелось. Правда, Володя сказал, что где-то есть магазин масок, сделанных чуть ли не вручную, но за неимением времени я до этого магазина не добралась. Увы! Кому-то, может быть, повезет больше, чем мне.

Но надо вернуться на наш туристический маршрут, а он привел нас на площадь Сан-Марко — главную и самую большую площадь Венеции. До начала экскурсии было немного времени, и мы обошли ее и так, и сяк. Все наслышаны, что на ней обитает несметное количество голубей. Я ожидала большего, чем увидела, но их количество все равно впечатляет. Впрочем, кого там больше — туристов или голубей — сказать трудно. По площади ходят полчища туристов, а под их ногами ходят полчища голубей, причем, одни другим, кажется, нисколько не мешают. Идя по площади, в какой-то момент я засмотрелась по сторонам и почувствовала при очередном шаге, что нога встает на что-то непредусмотренное. Посмотрев вниз, увидела голубя, который пешком уходил из-под моей ноги, даже и не подумав взмахнуть крыльями. Любители экстремальных ощущений могут тут же на площади купить голубиный корм и дать его голубям. Что при этом будет, я предугадать не могу; скажу только, что видела человека, всего облепленного голубями и при этом почему-то улыбающегося довольной улыбкой. Как он этого достиг, я не представляю; разве что обсыпал себя этим кормом. Гуляя по площади, я обратила внимание на какие-то предметы, уложенные в аккуратные штабеля. Предметы были похожи то ли на скамейки, то ли на табуретки; по крайней мере, у них были ноги, торчащие сверху из штабелей. Я долго не могла понять, зачем тут оставлены какие-то непонятные посторонние предметы, портящие вид площади, но потом до меня дошло, что это и есть те мостки, которые держат наготове на случай наводнений и которые ставят во время наводнений для того, чтобы люди могли ходить по площади. А наводнения в осенне-зимне-весеннее время тут не редкость, потому что площадь всего на 80 сантиметров выше уровня моря.

Площадь Сан-Марко имеет форму буквы Г, поперечная палка которой выходит на набережную, а нога с боков окружена одинаковыми по архитектуре зданиями, называемыми Прокурациями, где когда-то дислоцировалось венецианское правосудие, а сейчас находятся музеи. В верхней части буквы Г находится самое интересное — собор святого Марка и одна сторона Дворца дожей. На границе площади и набережной стоят две колонны, на одной из них находится крылатый лев — символ Венеции, а на второй — статуя святого Феодора, бывшего покровителя Венеции, почему-то в компании с крокодилом. В какой-то момент венецианской истории святого Феодора сменил на своем посту святой Марк, оказавшийся, видимо, более надежным покровителем, чем Феодор, но венецианцы все-таки не забыли Феодора насовсем, о чем говорит эта статуя. Все остальное на площади говорит только о святом Марке. Экскурсия, громко названная в программе обзорной экскурсией по городу, на самом деле была экскурсией по площади и ее окрестностям. Вела экскурсию «русскоговорящий гид» — экспансивная дама по имени Нада, явно местная жительница. По-русски она говорила сносно, хотя и с ошибками, но рассказывала бессистемно, отчего в моей голове от ее рассказа почти ничего не осталось. Часть сведений, почерпнутых из экскурсии, я в вольном изложении привела абзацем выше. Помимо экскурсии по площади Нада провела нас в собор — через отдельный вход, минуя длинную очередь. Как и во многих соборах, которые мы посетили позднее, его внутреннее содержание никак не соответствует внешнему. Нарядный пышный фасад, архитектурный стиль которого выпадает из стиля площади, и приглушенное, в золотых тонах внутреннее убранство, представляющее собой мозаику. Видно, что над ним поработали века, что золото мозаики потускнело, хотя от этого мозаика не стала хуже.

 В этом соборе находится уникальный алтарный иконостас, украшенный золотом и большим количеством драгоценных камней. Количество их таково, что второго такого иконостаса больше нет нигде. Когда его делали, драгоценных камней не хватило и некоторые прихожанки пожертвовали для него своими личными драгоценностями. Зачем надо было делать иконостас непременно с таким количеством драгоценностей, я так и не поняла. Нада сказала, что желающие могут к нему пройти, но проход туда платный. Что делать, мы вынули кошельки. Как же побывать совсем рядом, в соборе и не увидеть уникальный иконостас! К иконостасу после уплаты положенной суммы прошли через турникет, точь-в-точь такой же, какой был в туалете, который мы перед тем посетили. Руководил турникетом специальный мужчина, он же принял от нас деньги за проход к иконостасу. Этот турникет подействовал на меня нехорошим образом: он свел на нет все впечатления от собора. Осталось ощущение торговли в храме, а торговцев из храма, как известно, выгнал еще Иисус Христос. Ладно бы брать деньги за вход в храм, что и делают многие известные соборы, но еще деньги внутри… Неприятное впечатление. Но про иконостас. Бог его знает, почему, но он не произвел на меня особого впечатления. Рассказ Нады про иконы, в нем находящиеся, в одно ухо влетел и в другое вылетел. Драгоценности не сверкали; видимо, было не то освещение. Но была, отметилась.

После собора Нада повела нас во Дворец дожей. Надо сказать, что плата за вход во все дворцы и музеи, предусмотренные программой тура, не входит в стоимость тура, то есть, всякий раз надо платить при входе. Володя объяснил, по какой причине так сделано: плату за вход часто меняют, поэтому заранее неизвестно, какую сумму за это брать. Поэтому туристу надо закладывать в бюджет поездки некую сумму на вход в музеи, и сумма эта существенна, поскольку Италия свои музеи ценит высоко. В конце рассказа я приведу цены на все платные входы, в которые мы входили. Итак, Дворец дожей. Как известно, в средние века Венеция была центром Венецианской республики, в которой всем заправляли купцы, а дожи были чем-то вроде исполнительной власти. Их выбирали из самых старых и самых богатых, причем свое богатство они должны были почему-то тратить на благо города. Вдобавок ко всему дожей, которые проштрафились или покидали свой пост по каким-либо другим причинам, ссылали на ближайший остров, где они жили, имея возможность только раз в году повидаться со своими близкими. Черт-те что! Странно, что кто-то соглашался быть дожем. За всю историю Венеции дожей было около 120, и ни одного из них сейчас не помнят. Так и говорят: дожи — все скопом 120 штук. Дворец очень красив снаружи — как нарядная шкатулка из слоновой кости с кружевным узором по нижнему и верхнему краю. Ничего лишнего, все просто вроде бы, но как притягивает взгляд! Нада провела нас по какой-то части дворца; видимо, другие части не представляют интереса для туристов. Картины на стенах и потолке, много тяжелой позолоты. Из уст Нады то и дело звучали имена Тинторетто и Веронезе. Зашли в Оружейную палату (Sala d Armi), где посмотрели разнообразное оружие, затем в тюрьму. Удобно: всякого преступника можно было без лишних забот провести в тюрьму прямо из Дворца Дожей. Экскурсия закончилась как-то неожиданно: мы шли за Надой как цыплята за курицей, она вывела нас во внутренний дворик, а там вдруг стала говорить по сотовому телефону. Мы посмотрели-посмотрели на нее и поняли, что можно расходиться. И разошлись. Было около 2 часов дня, далее начиналось свободное время, очень приятное время в любых туристических поездках. Первым делом всем желающим предстояло катание на гондолах. Володя и тут не оставил нас своей заботой: он провел нас к месту причаливания гондол, объяснил некоторые вопросы техники безопасности; когда пришла очередь нашей группы, рассадил по шесть человек и… мы поплыли, а он остался на берегу.

Пора рассказать про гондолы и все, что с ними связано. Я уже сказала, что гондола среди прочих плавательных средств выглядит как экзотическая птица среди домашних уток и гусей. У нее нет никакого утилитарного предназначения, она служит только для лирически-романтического катания туристов по каналам Венеции, и сохранилась она, наверно, только благодаря туристам. У нее высоко подняты нос и корма, поэтому создается впечатление, что она почти не касается воды, а скользит поверх ее. Она украшена резьбой и другими штучками, красива и стройна; в общем, гондола — это праздник! В гондоле шесть мест, причем, гондольер сам рассаживает пассажиров, видимо, из соображений соответствия их комплекции тому или иному месту в гондоле.Места расположены асимметрично: два места на корме непосредственно перед гондольером — лицом по ходу движения, два по правому краю, одно по левому и одно на носу — лицом против хода движения. Асимметричность нужна для того, чтобы уравновесить гондольера, который стоит на корме ближе к левому краю, не имея никаких точек опоры кроме своих ног. Гондола управляется одним веслом, которое расположено справа от гондольера. Помимо весла для управления лодкой гондольер порой приводил в действие одну из своих ног, с непринужденным спокойствием отталкиваясь ею от стены, когда гондола собиралась войти со стеной в непосредственное соприкосновение.

Все гондольеры одеты почти одинаково во что-то типа униформы: аккуратные черные брюки, черные ботинки, футболка-тельняшка с синими или красными полосами, поверх футболки (если заставляет погода) надета белая… не знаю, как назвать… куртка, наверно. На голове у них шляпа-канотье с широкой лентой. Володя сказал, что количество гондол и соответственно гондольеров строго определено и на каждое освободившееся место претендует не один человек, потому что гондольеры хорошо зарабатывают. Гондола стоит дорого, как хороший автомобиль, но окупает себя очень быстро. Нас в лодке тоже было шестеро: наша неизменная троица и еще три человека. Гондольер нас не рассаживал; видимо, наша комплекция не вызывала у него никаких опасений. Проплыли мы по какому-то каналу, выплыли в Большой канал, затем вплыли в другой канал и скоро причалили там же, откуда отплыли. Я смотрела по сторонам и пыталась фотографировать, хотя это было неудобно, поскольку нельзя было ни вставать, ни делать резких движений, наблюдала, как работает гондольер, что тоже было интересно. Плавание заняло около получаса. В этих каналах толклось видимо-невидимо гондол, однажды с какой-то гондолы раздались музыка и пение; жаль, что это продолжалось недолго. В одном месте сразу три гондолы одновременно плыли по каналу и заняли всю ширину канала. Двустороннего движения по такому каналу точно не получится. И вообще все каналы, которые я видела, за исключением Большого, очень узкие, так что по ним могут ходить лодки и более ничего. Насчет запахов, которые источаются каналами. Свидетельствую: никаких запахов нет. И вообще каналы не оставили никаких отрицательных эмоций. Трудно представить, как с ними уживаются венецианцы — привыкли, наверно — но для туристов тут уйма романтических впечатлений. Ощущение чего-то ирреально-загадочного и уж во всяком случае не обыденного.

Выполнив добровольно-обязательную программу плавания на гондоле, мы стали думать, что делать в оставшееся время, и решили, что надо идти к мосту Риальто (Ponte di Rialto) — самому знаменитому и самому красивому мосту Венеции, переброшенному через Большой канал. По карте определили приблизительно азимут движения и пошли. Почему-то я думала, что в Венеции вообще все улицы — это каналы, но оказалось, что это не так. Есть много сухопутных улиц, а в местах их пересечения с каналами сделаны мостики. Азимут движения к мосту мы выбрали правильно, о чем свидетельствовали указатели «К Риальто», которые с некоторого места стали появляться на нашем пути. Мы воодушевились и бодро зашагали по узким улочкам. Вот и мост! Очень просто и быстро! Вблизи он меня несколько разочаровал: то, что издали выглядело как красивые арки с полукруглым верхом, оказалось банальными ставнями, которые что-то там закрывали — видимо, лавки. Мост Риальто вовсю занимался торговлей. Как известно, во всяком средневековом городе очень рачительно использовали возможности мостов: на них строили дома, вели торговлю, и этот мост продолжал средневековую традицию. Каждая арка моста означала лавку, посреди моста тоже был размещен товар — торговый оазис да и только! Судя по всему, мост и его окрестности — это самое сувенирное место Венеции, такого обилия и разнообразия сувениров я не видела нигде, в том числе и на набережной.

Немного прозы жизни. Любителям говорить по телефону в Венеции придется туго. Сложилось впечатление, что во всей Венеции есть только один общедоступный телефон. Моим спутникам в этот день нужно было обязательно позвонить в Москву и они целенаправленно выискивали телефонную будку на всех путях нашего следования, но тщетно! Их просто не было. Лишь перейдя через мост Риальто, углубившись в торговые улочки на другой стороне Большого канала и на каждом шагу спрашивая про телефон, наконец-то обнаружили его, вожделенного, прижавшегося к одному из домов на набережной. Мост Риальто с того места на набережной, где мы нашли телефон, меня снова очаровал. Ушли ненужные подробности, осталось целое — красивое и выразительное. С таким впечатлением от моста я и осталась на веки веков. Обратный путь был тоже прост: теперь все указатели вели к площади Сан-Марко, куда мы и вернулись. Оставалось еще немного времени, которое мы потратили, чтобы дойти до ближайшей церкви, которая была обозначена на карте. Мчались уже почти на курьерских скоростях, но я все-таки умудрялась задерживаться, чтобы мимолетно схватить взглядом какой-нибудь кусочек улицы или канала и оставить его на фотопленке. К сожалению, день уже клонился к вечеру, и солнце почти ушло из этих узеньких улочек, все было в тени. Но кое-что все-таки получилось. Эх, еще хотя бы полдня! Ходить не торопясь куда глаза глядят; не бояться заблудиться, потому что времени достаточно, чтобы найтись; выходить на что-то неожиданное и интересное… Попробовать почувствовать дух этого уникального города… Общее впечатление: Венеция меня не разочаровала; я не открою Америки, если скажу, что Венеция уникальна и неповторима. Поэтичный и романтичный город. Правда, в это время года она безраздельно принадлежит туристам. Туристы на набережной, туристы на площади Сан-Марко, туристы на всем пути следования от площади до Риальто, во всех ресторанах, кафе, на всех улицах. Их сразу можно узнать по праздности, написанной на лицах, и по чему-то неуловимому в облике. Где местные жители и есть ли они вообще? Ну да, они есть. Кто-то ведь продает нам сувениры, воду, пиво и пиццу, обслуживает нас в кафе и ресторанах. А есть ли другие венецианцы? Бог их знает… В каком-то месте я увидела на уровне последнего этажа на протянутой меж домами веревке бельишко, повешенное сушиться, но фотографировать эту пастораль не стала. В другом месте на маленькой площади нам путь преградил пододеяльник, небрежно повешенный на веревке поперек площади… что ж, признаки жизни в этом городе есть. Но более всего меня в этом убедили дети, игравшие во что-то свое, детское, на другой маленькой площади. Там действительно шла настоящая венецианская жизнь, и я эту площадь с удовольствием сфотографировала.

Все когда-то кончается, кончился и наш день в Венеции. Мы плывем на катере, Володя уже приступил к своим обязанностям, начав рассказывать о том, о чем не успел сказать по пути сюда. Я достаю монетку и бросаю ее в Венецианский залив. Монетка навсегда ляжет на дно залива, если только ее не проглотит какая-нибудь глупая рыба. Может быть, эта монетка поможет мне еще раз здесь побывать. Надежда, хотя и призрачная…

Лирическое отступление про языки.
Поскольку я не знаю английского языка, этой обычной надежды и палочки-выручалочки туристов, я заранее купила русско-итальянский разговорник и перед поездкой постаралась заучить какое-то минимально необходимое количество слов и выражений. Оказалось, что немало итальянских слов у нас на слуху благодаря неустанной заботе радио, ТВ и других СМИ. Откуда-то я уже знала «арриведэрчи» (до свидания), «буона сэра» (добрый вечер), «грацие» (спасибо), числительное «уно» — немалый запас на первый случай. Судя по этим фактам, итальянизация нашей страны идет полным ходом. К этим словам я добавила еще кое-что и, вооруженная этим немалым багажом, смело смотрела в свое туристическое итальянское будущее. Вдобавок Наташа сносно знает английский для объяснений на бытовом уровне, так что у нас не было больших оснований беспокоиться о взаимопонимании с итальянцами. Кстати говоря, часто встречающиеся в интернете утверждения о том, что итальянцы не знают и не хотят знать никаких языков кроме итальянского, по-моему, не вполне соответствует действительности. По крайней мере, на оживленных туристских тропах у них в ходу английский, и многие начинали объяснения со мной (в кафе, магазинах и пр.) с вопроса, говорю ли я по-английски. Но на английский не всегда приходится рассчитывать, разумеется, и, по правде говоря, мне непонятны претензии тех, кто хочет, чтобы их английский непременно везде и всюду был востребован. Интересно, что Италия учит не только английский язык, но и другие, в том числе и русский. В Лидо ди Езоло уличные указатели на четырех языках, и в этих указателях на втором почетном месте стоит английский, а на третьем немецкий. А в отеле «Марко Поло» я столкнулась с портье, который оказался сущим полиглотом. Получилось так, что я одна пришла с прогулки, и у меня вышло небольшое недоразумение из-за ключа от номера, отчего пришлось вступить в объяснения с портье. Портье спросил меня, говорю ли я по-английски? а по-французски? Выяснилось, что я «sehr schlecht» (очень плохо) говорю по-немецки, после чего он заговорил со мной по-немецки, и я его сносно понимала, да и сама что-то отвечала, что для меня оказалось крайне удивительно, поскольку у меня не было практики в немецком со времени окончания вуза. Когда я его не понимала, я объявляла ему, что «non capisco» (не понимаю). Сказать то же самое по-немецки мне почему-то совсем не хотелось. Тем не менее мы с ним худо-бедно объяснились, недоразумение разрешилось, и я на радостях сказала ему «спасибо» на трех языках: итальянском, русском и немецком.

 В Венеции на мосту Риальто я покупала сувенир и сказала продавцу «грацие», а он мне по-русски «спасибо». Попутно замечу, что в магазинах Венеции, где продается стекло, часто бывают надписи с просьбой ничего не трогать. Обычно эти надписи на четырех языках, а в одном магазине были даже на пяти: пятой строчкой крупными буквами красовалось «Пожалуйста, не трогайте!» Учит, учит Италия иностранные языки, в том числе приступила к изучению русского. А у меня в голове уже образовалась смесь ходовых слов из нескольких языков, и иногда я совершенно машинально могла сказать «yes» вместо «si» невзирая на декларируемое незнание английского. Здесь еще будут рассказаны случаи, когда во благо понимания у меня происходило и более замысловатое употребление разных иностранных слов. А вообще я пришла к выводу: было бы желание, а понять друг друга всегда можно, даже говоря на разных языках.

День третий — города Пиза и Сиена по пути во Флоренцию.
Весь день мы провели в пути. Выехали очень рано, так так впереди был долгий путь до Флоренции с заездом в города Пиза и Сиена. Предстояло пересечь Италию по диагонали от одного морского побережья до другого, преодолев Апеннинские горы. Часа два ехали по ровной, как стол, привенецианской низменности (не знаю, как она именуется у географов). Володя обращал наше внимание на то, что вот здесь мы едем по дамбе, а вот тут есть то-то и то-то, но местность все равно была скучная. На третьем часу пути рельеф местности изменился: вокруг дороги появились уютные поросшие лесом холмы, похожие на спины спящих медвежат. Холмы все подрастали, и вот мы уже в горах, где два-три раза встретились красивые виды с живописными деревушками из домов с белыми стенами и красными крышами. Мы проехали эти виды без остановки; остановка была сделана только один раз высоко в горах на автозаправочной станции, где можно было удовлетворить кое-какие материальные нужды: купить чего-нибудь поесть-попить и наоборот. Несмотря на свою длительность дорога не показалась мне утомительной. Было интересно смотреть в окно, и Володя не давал скучать, все время о чем-нибудь рассказывая. К приезду в Пизу мы уже много узнали о том, что нам предстояло увидеть. При приближении к ней он дал нам еще кучу конкретных напутствий и рекомендаций, так что при выходе из автобуса мы были до зубов вооружены знаниями о том, что нас ждало в Пизе — в самом широком смысле.

Пиза — это в настоящее время ничем не примечательный провинциальный итальянский город, когда-то знавший лучшие времена, а сейчас имеющий всемирную известность из-за своей падающей башни. Помимо башни в ней есть баптистерий и собор XI века — первый итальянский храм, построенный по крестообразному плану. Все это находится в одном месте — на площади, называемой Площадью чудес. Пизанская башня строилась как обыкновенная колокольня при соборе, но уже при построении первых трех ярусов у нее обнаружился наклон. Потом по разным причинам пизанцам стало не до строительства, и ее строительство законсервировали на срок более 90 лет, а затем продолжили невзирая на обнаруженный наклон, что мне кажется очень странным. При дальнейшем строительстве наклон пытались исправить, но из этого ничего путного не вышло, башня продолжала наклоняться и сейчас имеет вверху отклонение от вертикали более 4 метров при высоте 56 метров. Много больше того, что я тут сказала, нам рассказал Володя, но я не буду углубляться в эту историю, потому что о Пизанской башне написано очень много и нет никакого труда найти о ней самую подробную информацию. Одним словом, ближе к делу, то есть, к собственно нашему путешествию. На подходе к площади была невообразимая толчея, в этой толчее кого только не было, в том числе были негры, которые ходили взад и вперед, нося перед собой выставку ручных часов — естественно, на продажу. Зачем часов, почему часов, кому они тут нужны — непонятно. Но кто-то их покупал, наверно, иначе бы их не предлагали.

Пробравшись через эту толчею, мы вошли в ворота, и мой взгляд сразу невольно обратился влево: там одно за другим ярко освещенные солнцем стояли все три сооружения, составляющие гордость Пизы и Площади чудес — ближе всего баптистерий, вслед за ним собор, а затем башня, немного заслоненная краем собора в той точке, где мы стояли. Наклон башни бросался в глаза. Все три сооружения в ярком свете солнца выглядели нарядно-белоснежными, что их объединяло в одно целое невзирая на различия в архитектуре и от этого они производили очень сильное впечатление. Я была покорена увиденным сразу и насовсем. Оставалось использовать отведенное время — один час — с максимально возможной производительностью. Знакомиться с достопримечательностями предлагалось самостоятельно, эскурсии тут не было предусмотрено. Баптистерий, как известно, — это крестильня. Во времена первоначального распространения христианства считалось, что некрещенный человек (язычник) не может заходить в христианский храм, поэтому для крещения строились отдельные сооружения. В баптистерий я не пошла, а вот собор (вход платный) посетила. Внутреннее убранство собора заслуживает того, чтобы его посмотреть, но смотреть пришлось бегло, так как время сильно поджимало. В основном я потратила время на внешний осмотр со всех сторон всех трех сооружений, уделив подобающее внимание падающей башне. Башня вблизи производит довольно-таки сильное впечатление, она безо всяких оговорок просто красива. Все ее изображения, виденные мною до той поры, не передают ее красоты, на них почему-то не получается отразить все изящество ее архитектуры. И чего ей вздумалось падать? Правда, ее фундамент недавно сильно укрепили и надеются, что она простоит еще лет 200—300. На нее после некоторого перерыва даже стали вновь пускать посетителей, и желающих взобраться наверх так много, что билеты надо заказывать заранее.

После осмотра чудес чудесной площади настала пора обратить внимание на ее другую сторону, которая в это время суток скромно пряталась в тени и очень правильно делала. На этой стороне находился длинный ряд сувенирных лавок. Площадь чудес очень резко и зримо разделена на две части — левую и правую, если смотреть от входных ворот. Граница подчеркивается символическим ограждением — рядом каменных столбиков с протянутыми меж ними цепями, но даже и не будь их, все равно можно было мысленно провести такую границу: налево свет и чистота, направо темно и… как бы лучше сказать?.. не то чтобы нечисто, но суетно и неинтересно. Одним словом, разительный контраст. Тем не менее надо было зайти в эту тень, чтобы посмотреть сувениры. Кстати, в Пизе довольно-таки ощутимо припекало: 33 градуса, так что тень сама по себе никаких отрицательных эмоций не вызывала, но вот сувениры, к сожалению, только усугубили возникшее впечатление: полный отстой или даже отстой в квадрате. Разумеется, там были всевозможные изображения башни, безвкусные и аляповатые, много других изделий, тоже безвкусных и аляповатых, и немало подивившее меня ноу-хау пизанцев: кружка со скошенными на манер пизанской башни боками. Если кому-то захочется пить чай из кружки такой интересной формы, ему придется съездить за ней в Пизу, в других местах таких кружек не существует. Я купила там пару значков со словом «Piza» — единственный приемлемый сувенир. В общем, если судить по сувенирам, всемирная достопримечательность — падающая башня — оказалась не по чину провинциальному городу Пизе. Но бог с ней, с Пизой; башня все равно хороша и хороши собор и баптистерий, их надо было увидеть. Торговля всякой всячиной шла и за пределами площади. Помимо всего прочего еще одни негры (не те, что с часами) продавали фигурки африканских животных, неплохо (по крайней мере, реалистично) сделанных из чего-то черного — то ли дерева, то ли пластика. Будь это в Африке, я бы, пожалуй, соблазнилась на покупку какого-нибудь жирафа или носорога, а в Пизе почему-то покупать их не было никакого желания. А Пизу как таковую мы, собственно говоря, даже и не увидели. В этот день нас ждала еще Сиена и скоро мы уже мчались по направлению к ней. Если посмотреть на карту, то видно, что Пиза и Сиена вовсе не лежат на пути от Венеции к Флоренции, а к Сиене так и вообще надо сделать изрядный крюк. Но я понимаю организаторов тура, которые провели маршрут так, а не иначе. Благодаря этому мы целый день провели во Флоренции, а это минимум, который следует на нее отвести.

Путь от Пизы до Сиены лежит по живописной местности, которая известна своими виноградниками и винами. Эти города, как и Флоренция, находятся в области Италии, называемой Тосканой. По пути следования Володя как обычно непрестанно потчевал нас разнообразной информацией сначала про Тоскану и в частности про долину Кьянти, где зреет самый лучший виноград, из которого получаются самые лучшие вина Италии, а ближе к Сиене — про Сиену. В частности, он рассказал, что близлежащие города ревнуют Пизу к ее мировой известности и мечтают о том, чтобы Пизанская башня поскорее упала. И не дай бог сиенцу или флорентийцу похвалить Пизу — сразу же потеряешь их благорасположение или как минимум испортишь им настроение. Еще не приехав в Сиену, мы узнали о ней от Володи много интересного. Этот город полностью сохранил свой средневековый облик в своей исторической части, в которой живет 19 тысяч человек при общем числе населения 60 тысяч. Невзирая на свою малость, город со средних веков имеет собственный университет, но что более всего делает его неповторимым помимо прекрасно сохранившейся средневековой архитектуры, так это обычай, идущий из средних веков и сохранившийся неизменным с той поры (это специально отмечено в анналах ЮНЕСКО): ежегодный праздник, так называемый Палио контрад. Контрады — это районы города (в настоящее время числом 17), каждый со своей администрацией, залом для собраний, собственной церковью, знаменем и гербом, а кроме того, со своим животным-символом. Каждый контрад — это нечто вроде большой семьи, а меж собой они соперничают или соревнуются, говоря современным языком, и пик этого соревнования — лошадиные скачки, происходящие на главной площади города два раза в году — в июле и в августе. Скачки эти имеют мало общего с банальными ипподромными скачками, распространенными по всему миру. Главная задача каждого контрада — незадолго до скачек заполучить себе самую лучшую лошадь и самого лучшего наездника, желательно тех, кто выиграл прежние скачки. В ход идут интриги, подкупы, переманивания — в общем, бездна специфического удовольствия и андреналина в крови. Перед скачками лошадь берегут и лелеют как драгоценность вплоть до того, что вводят ее в церковь, где ее то ли освящают, то ли благословляют — одним словом, относятся к ней со всей серьезностью. Потом в конюшне с ней проводят разного рода подготовку: помимо кормления и другого ублажения еще и говорят с ней по-серьезному, чтобы она не подкачала… этакая моральная подготовка. В общем, носятся они с этой лошадью как с писаной торбой… говорю это безо всякого пренебрежения к сиенцам; наоборот, приятно даже, что где-то есть такие взрослые дети в наше рациональное прозаическое время. Для скачек главную площадь специально оборудуют. Победитель скачек — лошадь пришедшая первой, причем, не обязательно со всадником. Она и становится героем (героиней?) города до следующих скачек, а вовсе не всадник, которому достается только материальное вознаграждение и ни капли почета. Контрад же, которому она принадлежит, может потом целый год задирать нос перед другими контрадами.

Часа в четыре пополудни мы прибыли в Сиену. Володя, еще в пути созвонившись по сотовому телефону с Сиеной, обрадовал нас известием, что экскурсию по городу у нас будет вести самый лучший сиенский гид, которого зовут Верой. Имя Вера радостно подействовало на наш слух, предвещая соотечественницу и хороший русский язык. Так оно и оказалось. Вера была родом из России и так давно жила в Сиене, что стала ее ярой патриоткой, о чем нас тоже предупредил Володя. Мы немного опоздали, Вера уже ждала нас. Первым делом мы дружно заверили ее, что Пиза нам ну нисколечки не понравилась, отчего она, кажется, даже немного растерялась, но потом сразу взяла бразды правления в свои руки и решительно повела нас через ворота в город. Как и венецианская Нада, Вера оказалась весьма экспансивной дамой. В России экспансивные дамы тоже не редкость; а может, набралась у итальянцев. Она вела экскурсию с редкостным воодушевлением, рассказав нам про Сиену миллион подробностей. Сразу же после ворот нужная нам улица круто пошла в гору, а Вера помчалась по ней так быстро, что наша группа, не успевая за ней, растянулась по всей ее длине. Надо сказать, что все улицы Сиены, по которым нам пришлось идти, шли либо круто вверх, либо круто вниз — без иных вариантов. Средневековая Сиена стояла на одних холмах. Остановилась Вера только у первой достопримечательности, которой оказался средневековый колодец, и подождав, когда все к нему подтянутся, приступила к экскурсии. Показав на фасад довольно-таки интересного здания позади колодца, имеющего всякие красивости и даже намек на колонны, она сказала: «Наверно, вы думаете: какая симпатичная церковь! Это вовсе не церковь, это конюшня!» Мы дружно удивились и сразу все поняли, уже подготовленные рассказом Володи про культ праздника Палио, царящий в Сиене. Далее последовал рассказ про этот праздник. Здесь же Вера обратила наше внимание на камни, которыми была вымощена улица: каждый камень был изборожден насечками, сделанными специально для того, чтобы по улицам было легче ходить в непогоду и особенно зимой, когда бывают заморозки. Забота небесполезная, особенно если учесть крутизну улиц. Все улицы исторической части Сиены были уложены таким камнем, причем, очень хорошо и ровно пригнанным друг к другу. Это вовсе не булыжник, на котором легко вывихнуть лодыжку. Ходить по таким камням можно не глядя под ноги, как по асфальту. Я прониклась уважением к средневековым мастерам по мощению сиенских улиц. Потом я увижу такое же мощение во Флоренции, но об этом речь впереди.

Вела-вела нас Вера по Сиене и привела к кафедральному собору. Кафедральный собор, как известно, — это главный собор города. В Сиене он расположен на таком маленьком пятачке, что я так и не смогла найти место, с которого его можно было снять целиком. Стоять бы ему горделиво в центре большой площади, чтоб можно было издалека его увидеть и оценить, но что поделаешь с этими средневековыми городами! Земля у них ценилась на вес золота. А собор красивый! Я совсем не разбираюсь в архитектурных стилях, так что сравнить могу только с чем-то из другой сферы, как вот Дворец дожей сравнила со шкатулкой. Этот собор рискнула бы сравнить с тульским пряником, если бы не опасение, что меня тут же разотрут в порошок те, кто будет категорически с этим не согласен. Да и я, пожалуй, поразмыслив немного, беру назад это сравнение. А с чем еще сравнить, даже и не знаю. Это можно только видеть, причем, не за те пять минут свободного времени, которые дала нам Вера, чтобы полюбоваться на этот собор. Солнце ярко освещало фасад собора и давало возможность оценить его красоту. Остальные его стороны ничем не привлекали взгляд: стены и только. Но вот колокольня у этого собора весьма занимательна.Надо сказать, что все колокольни, которые мне пришлось увидеть в Италии, в отличие колоколен православных соборов в России — это просто высокие стройные прямоугольные башни с теми или иными нюансами в архитектуре и украшениях. Этакие карандаши, только не круглые и не шестигранные. Сиенская кафедральная колокольня этим ничем не отличалась от других колоколен, я лишь отметила себе одну ее забавную особенность: она была покрыта чередующимися полосами черного и белого мрамора, то есть была поперечно-полосатой, как голландский чулок. Немножко смешно, словно бы кто-то поозоровал. Поперечные полосы продолжались также на боковых стенах собора, так что все это было явно не случайно. Только фасад собора был совсем из другой жизни: ни единой полоски, все другое, свое собственное.

Вера сообщила нам, что в соборе очень красивый пол, сделанный из мраморной мозаики, и его по этой причине сильно берегут, держа пол под покрытием все 356 дней в году. Лишь раз в три года мозаику на некоторое время открывают для обозрения и вход в собор в честь этого события делают платным, и вот как раз вышло такое совпадение, что теперь мозаика открыта и кто желает, может на нее взглянуть. Желающих заплатить за пять минут смотрения на мозаику не нашлось и по этой ли причине либо потому, что так было запланировано, но Вера завела нас в собор через какой-то боковой вход — через капеллу. Мы оказались за перегородкой высотой чуть больше человеческого роста, откуда можно было достаточно хорошо рассмотреть интерьер собора — все, что выше перегородки. Я с удивлением обнаружила, что поперечная полосатость была основным мотивом также и в интерьере собора: колонны в нем мало того, что были весьма своеобразной формы, так еще и в черно-белую полоску! Я была сильно озадачена этим и смотрела на них во все глаза, мало внимая Вере, рассказывавшей про собор что-то интересное. Ну надо же! Додумались же! В голове зашевелились смутные ассоциации с чем-то египетским, хотя в Египте я ни разу не была. Но тем не менее интерьер собора еще более величествен, чем у собора в Пизе. Полутьма только, да и перегородка… Жаль, что нет времени рассмотреть все это с чувством, толком, расстановкой, заплатив положенное за вход.

После собора Вера вновь повела нас по сиенским улочкам, которые в какой-то момент превратились в узкий проход с крутыми ступеньками вниз. Спустились мы по этим ступенькам, и перед нами открылась площадь (Пьяцца дель Кампо или просто Кампо), глядя на которую, мы все невольно ахнули! Нет, вовсе не из-за какой-то ее выдающейся красоты, просто она была необыкновенной. Взглянув на нее, я сразу подумала, что в Сиене стоило побывать хотя бы для того, чтобы увидеть эту площадь. Начать с того, что она была не горизонтальной, а имела наклон, который сходился в какой-то точке ближе к одной ее стороне. В средние века (а возможно, и сейчас) она решала дренажные проблемы: во время дождей с трех близлежащих холмов сюда стекала вода и далее с нее куда-то уходила. Везде сравнивают ее форму с формой раскрытой створки раковины; пожалуй, да. С трех сторон стоит ряд домов, окружающих ее ровной стеной, в центре четвертой стороны — Палаццо Пубблико, общественное здание с высокой башней. Именно у него находится самая нижняя точка площади. Площадь уложена камнем-кирпичом «в елочку» и состоит из 9 секторов, меж которыми пролегает граница, обозначенная белым цветом. Площадь и здания вокруг него имеют преимущественно теплый красно-коричневый цвет, и все вместе создает ощущение полной гармонии — гармонии формы, цвета и содержания. Более гармоничного места, чем эта площадь, было бы трудно отыскать. Прямо на камнях площади сидят люди. Посидела и я в отведенное нам свободное время; камни теплые, нагретые солнцем, которое на тот момент уже ушло с площади, погрузив ее в тень. Площадь Кампо — это сердце Сиены. Именно здесь происходят знаменитые скачки Палио, и Вера рассказала, как готовят эту площадь к скачкам и как все это происходит. На этой площади мы с ней распрощались, дружно поаплодировав на прощанье, потому что ее экскурсия нам понравилась.

Страницы: 1 2 Следующая

Статья разбита на нескольких частей. Читайте следующую часть

| 27.10.2003 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий