Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Индия >> Жаркий сезон в Азии. Часть первая — Гималайская весна.


Самые низкие цены и специальные предложения на отели Индии!

Жаркий сезон в Азии. Часть первая — Гималайская весна.

Индия

backpacker — (Словарь: Общ. лексика англ.) — сущ. человек с рюкзаком.

Майские праздники — святое время для путешественника, а ещё точнее, для человека, одержимого странствиями, но вынужденного пока по ряду причин отдавать большую и лучшую часть своей жизни исполнению неких социальных обязательств. Спасибо богатой истории нашей страны — в это время уже несколько десятилетий подряд наблюдается естественный спад бизнес-активности и, согласно устоявшейся традиции, принято ходить в мини-отпуска… Важным был вопрос выбора — куда ехать? Попеременно появились и, после некоторого изучения вопроса, отпали такие замечательные страны, как Марокко, Словения, Сирия. И я решил не зацикливаться на новых для меня государствах — гораздо более прикольно было бы закрыть манящие «белые пятна» в тех странах, где я уже бывал. А это значит — Индия и Мьянма!!! Поехали вдвоем с подругой, на две недели. Визы обеих стран в наши свежеполученные паспорта мы проставили заранее в московском агентстве «Астравел», по весьма приемлемой цене. Улетали из Ростова «Узбекскими авиалиниями» — они, по моему устоявшемуся мнению, лучшие по соотношению «цена/качество» на азиатском направлении. Мы взяли билет через Ташкент до Дели, а обратно — из Бангкока, обреченно бьющегося уже к тому времени в смертоносных тисках атипичной пневмонии, любимого детища мировых СМИ. Но билет нам всё-таки продали (560$), рейсы оттуда еще летали…
И вот он, наконец — день отлёта, завтра мы уже будем в жаркой Индии!!! Переночевав в хорошо знакомом мне транзитном зале ташкентского аэропорта под журчащие звуки установленного там недавно фонтана — полный фэн-шуй, как сказала подруга — мы рано утром вылетели в Дели на полупустом Ил-62. Посмотрели на горы, как водится — Гиндукуш, восточный Афганистан и вскоре сели на дрожащую в зыбком жарком мареве взлетную полосу делийского аэропорта. Встретили нас там неприветливо, с подозрением — все местные аэропортовые чуваки парились в ватно-марлевых повязках, а нас заставили заполнить обширные опросники про здоровье. А что ж еще делать, ведь Азия-мать в опасности!!! Но вот все беды позади, необходимые на ближайшие дни авиабилеты куплены, рюкзаки сданы в камеру хранения аэропорта и мы мчим на авторикше по раскаленным дорогам в сторону храма Лакшминараян, где впоследствии нам поставили точки на лбу «на счастье» и где мы видели в парке настоящего зимородка, яркого, как голубая молния — неплохое начало!
 В Дели, собственно, мы задерживаться не собирались, так что еще в аэропорту купили билеты третьего класса на вечерний поезд до Агры, знаменитой своим Тадж-Махалом, символом индийской архитектуры. Я-то его уже видел, а вот подруга еще не сподобилась и это единственное отклонение от гималайского, в принципе, маршрута как раз и должно было восполнить сей досадный пробел. Единственное, что нас смущало — так это жара, в Дели было около +38—40 градусов, а вот в Агре — до +43 градусов в тени и термоядерное солнышко в безоблачном зените… Поэтому мы запланировали визит в Тадж-Махал на самое раннее утро — он открывается в шесть утра, вот тогда и надо туда идти! Я лично не люблю Агру — такое чувство осталось у меня с прошлого визита и сейчас оно только укрепилось — поганенький город, и не будь там Тадж-Махала и Агра-Форта, ни за что бы туда не попёрся. Вот и в этот раз мы вышли в полной темноте из поезда и, после долгих мытарств с рикшей, которого мы застопили уже вдали от железнодорожного вокзала (на вокзале они вообще звери), кое-как добрались до района Тадж-Гандж, где и заселились после некоторых поисков в чудовищно душный пятидолларовый номер со скудной меблировкой. Ночь не принесла радости отдохновения и с утра еще затемно мы встали хоть и разбитые, но зато с некоторым облегчением — ведь больше уже не надо пытаться заснуть, обливаясь горячим потом! Подруга даже горько расплакалась ночью от отчаяния — что поделаешь, акклиматизация…
Тадж-Махал, как всегда, не подкачал! «Памятник Бессмертной Любви», как его частенько называют — мавзолей любимой жены шаха — прекрасен во все времена года. Трудно передать словами очарование его чёткого ажурно-округлого силуэта со стройными белоснежными минаретами на фоне жемчужного рассветного неба, затянутого легкой розоватой дымкой. И всё это великолепие еще и так здорово отражается в зеркальной глади прямоугольного прудика, тянущегося через парк, разбитый у фасада здания! В этом парке можно спокойно посидеть на уединенной скамейке, когда уже набегался по огромным беломраморным лестницам, балконам и площадкам — там прохладно, все деревья усыпаны роскошными цветами, никто тебя не достаёт и вид оттуда обалденный; Тадж-Махал в ста метрах от тебя, на его лестницах и террасах суетятся крохотные на фоне белой махины мавзолея люди, а вокруг летают и щебечут птицы — сотни птиц!!! Каких там только нет — и тучи зеленых крикливых попугаев, и всякие мелкие пеночки, поползни да мухоловки, и некие чёрные цаплеподобные птицы с длинной головой и шеей, и зависающие на месте в воздухе коршуны с канюками — короче, просто суперместо для birdwatching'a… После Тадж-Махала мы пешочком прошли вдоль реки два километра до Агра-Форта, по дороге встретив пятерых местных пацанов, едущих куда-то верхом на слоне — в школу, наверное. Они махали нам руками, приглашая присоединиться, но мы отказались — надо спешить, иначе скоро станет так жарко, что про Агра-Форт придется забыть. Хотя слон, причем не «туристический» — это круто. Но вот мой лучший друг видел этой зимой слона прямо в толчее Пахар Ганджа, на Мэйн Базаре — а это ведь еще круче! Кто был в тамошней паутине узких, запруженных народом улочек — тот поймёт. Ну да ладно — Бог с ними, со слонами!
Едва ли не самое интересное в Агра-Форте, помимо того, что это самый большой и впечатляющий форт в Индии — тамошние обезьяны. Их там много и они тусуются везде, прикольно бьются между собой и скачут по крышам. Они даже сумели напугать мою видавшую уже виды спутницу, как-то двинувшись на нее сомкнутым строем с угрюмыми лицами и непонятной целью. А еще подруга нашла в укромном уголке форта огромное осиное гнездо — круглое, сильно сплющенное с боков, с открытыми сотами и размером с колесо от «Лады», оно прилепилось к низкому потолку одного из залов и до него можно было теоретически дотянуться рукой. Но делать этого не хотелось — гнездо было сплошь облеплено огромными, больше наших раза в два-три, осами или пчёлами очень злобного вида, издававшими басовитое гудение. Они выглядели весьма внушительно — такие, чего и гляди, закусают насмерть!
На выходе из форта я еле увернулся от парочки ринувшихся ко мне на четвереньках калек — в Агре вообще вопрос попрошайничества очень полно раскрыт и поставлен на широкую ногу, как настоящий бизнес. Похоже, достойных уродов свозят сюда со всех окрестных областей, дабы сшибить деньгу с жалостливых туристов — ведь здесь бывает очень много щедрых цивильных европейцев, приехавших организованно посмотреть на «классическую Индию» (с вездесущих белых бэкпэкеров много не возьмешь — они пробитые и слезу у них вышибить очень трудно). Кстати, я в начале своего знакомства с Индией считал, что все обделенные судьбой и здоровьем индусы не прочь заработать на своем уродстве — но это не так!!! Однажды в Дели, года два назад, я шастал по району Мэйн Базара и забрел в самую что ни на есть гиблую дыру — узкие, шириной не больше метра, мрачные улочки между пятиэтажными хаотично построенными халупами, картонные коробки с бледными полудохлыми курицами, дерьмо и помои на склизкой земле под ногами, роящаяся мухами затхлая вонь и даже днём не видно неба, солнечного света… В проеме одной из полусгнивших дверей на грязном коврике сидел парень примерно моего возраста с усохшими до толщины донышка гранёного стакана ногами, бессильно свисающими с порога. Парень, похоже, был еще и не в себе — он все время покачивался и тихонько что-то подвывал. Я прошел было мимо, но вдруг острая волна сострадания моему безвестному сверстнику накатила на меня — и я вернулся, достал из кошелька пятьдесят рупий (больше доллара, целый капитал!) и положил перед ним. Он вроде бы заметил это, но как-то не осмысленно — посмотрел, несвязно промычал, но тут сверху спустилась женщина, по виду его мать… Так вот, она подбежала к нам, схватила деньги, сунула мне их обратно и, с плохо сдерживаемым гневом пополам с уязвленной гордостью, стала мне что-то выговаривать — видимо, насчет того, что они тут подачек не берут! Тут же ко мне подскочил ставший невольным свидетелем этой сцены мужичок с тележкой и жадным взглядом: «-Дай мне эти деньги!!!». Но его я послал подальше, сунул деньги в карман и двинул прямо в отель переваривать очередное столкновение с неожиданностью, которыми столь богато одаривает нас Индия…
Обратно в Дели мы уехали на автобусе — на автостанции удачно вскочили в проходящий раджастанский бус, который был поприличнее в плане скорости и комфорта и через четыре часа уже были в столице. Интересное наблюдение — я в последнее время весьма увлечен теорией Секацкого насчёт относительности воспринимаемого нами времени, согласно которой Дорога выступает одним из мощнейших средств изменения хода внутренних биологических часов, способом трансцендироваться из калиброванного Общественного Времени Циферблатов, продукта соглашения между людьми. И вот по дороге из Агры в Дели я внезапно спросил подругу — сколько мы уже в Индии, по твоим ощущениям? (предварительно я прислушался к своим чувствам и вынес свой вердикт — два с половиной дня) Она сказала — третьи сутки, а на самом деле мы к тому времени провели на индийской земле 23 часа «по циферблату», но каких насыщенных… Значит, теория работает и вполне можно за пятьдесят Калиброванных Лет «по циферблату» прожить на самом деле несколько стандартных жизней — главное, вырвать свою жизнь из-под пресса Времени Циферблатов и бросить её на полотно Бесконечной Дороги, обретя нулевую массу покоя!
На подъезде к Дели пошел легкий дождь, чуть сбивший жару, потом про него даже в газетах писали: дескать, случилось чудо — хлынул дождь среди жаркого сухого сезона! Но нам он был очень кстати — мы по холодку (+36 С) еще съездили в комплекс Кутаб Минар, где подруга посмотрела некие живописные развалины, высоченный минарет и нержавеющую колонну из метеоритного железа. Я не пошёл — билет стоит больше 5 баксов, а у меня рупии кончались, да и что я там не видел? Тем более, что я там уже был два года назад!
Вечерело, пора было устраиваться ночевать. Духота с непривычки уже порядком достала, воспоминания о прошлой ночи мёртвой жабой холодили память, поэтому мы решили взять номер с кондиционером и по приезду на Мэйн Базар удачно нашли очень милый отельчик «Kashish» за 13 баксов. Правда, он еще строился, но зато хозяин одарил нас парой русских слов, выделил новый, с иголочки, номер с мощным кондиционером и послал мальца за пивом для дорогих гостей — бара у них не было. Кстати, в номере был и холодильник, поэтому пивко весь вечер пребывало в идеальном состоянии! Нам оставалось перекантоваться одну ночь в жарком Дели — завтра утром мы улетали в Гималаи, в сторону Дарджилинга и Сиккима!!! Вечером еще накупили целую тучу всякой трихомуди на подарки и сувениры друзьям, родным и знакомым — это лучше всего делать именно в Дели, а Мэйн Базар — лучшее место сувенирного шоппинга в городе, с моей точки зрения. Там же, в близлежащем турагентстве, мы закрыли все свои оставшиеся потребности в предстоящих авиаперелетах — причем билеты получились ощутимо дешевле, чем при покупке непосредственно у авиакомпаний.
Наутро перед аэропортом мы еще заехали на авторикше посмотреть древнюю обсерваторию Джантар Мантар — я лично к обсерваториям спокойно отношусь, без фанатизма, а вот подруга на неё что-то очень запала ещё по описанию в путеводителе и весь вечер вчера упрашивала меня туда заглянуть. Прикольно там, только жарко — даже утром. Огромные такие, размером с пятиэтажный дом, каменные приборы для определения всякой фигни типа солнечного склонения и угла звезды над горизонтом, а между ними высоченные пальмы растут — смотрится монументально, короче. Подруга не разочаровалась. Улетали мы в Багдогру (аэропорт в предгималайской зоне) рейсом Indian Airlines на полупустом А320 (150$). Гималаи в окошко посмотреть не получилось, их закрывала дымка с угадывающимися в ней очертаниями тяжелых грозовых туч. К моему удивлению, через два часа самолет сел на равнине, никаких гор не было видно и в помине — зато везде вокруг взлётной полосы было полно камуфлированных вертолётов и истребителей, в том числе и наших Ми-8 и МиГ-21, ведь этот аэропорт больше военный, чем гражданский. Как, впрочем, и все приграничные и предгорные аэропорты Индии… Автобуса в Дарджилинг, обещанного путеводителем, в аэропорту не оказалось и нам пришлось брать такси за 11 баксов, но не до Дарджилинга, а до Курсеонга — городка на высоте 1500 метров, вытянувшегося вдоль гребня хребтика, сбегающего боковым ответвлением с Гималаев на равнины.
 В городишке, до которого мы доехали за полтора часа по очень узкой и крутой горной дороге (все-таки горы были близко!), мы сразу поселились в один из немногочисленных здесь отелей — место тут совсем не туристическое! Делать было особо нечего, кроме как наслаждаться вкусной и недорогой индийской пищей, да видами гор. Но горы все оказались затянуты полуоблаками-полутуманом, который поднимался вдоль долин с лежащих внизу влажных равнин и мышино-серыми лохмотьями переваливал через хребты на своем пути вверх — да, облака летели именно вверх и только чуть-чуть в сторону! Обломавшись с далекими заснеженными вершинами, мы выиграли в другом… в прохладных сгущающихся сумерках поднялись сквозь лабиринт извилистых улочек на безымянный холмик чуть в стороне от поселка, где стараниями локалов был разбит мини-парк, и оказались на обрывистом скалистом мысу, своим острым концом взрезающем море облаков под ногами! Еще один неплотный слой облаков висел рваным одеялом в полукилометре над головой, а на Западе, в просвете между клубящимися сверху облаками и наползающим с Юга туманом, полыхал сиренево-фиолетовый горный закат в рериховских тонах. Узкая тропка вилась вдоль поросшей травой обрывистой скалы и уходила серпантином вниз, в километровой глубины океан тумана под ногами. Вид был совсем неземной — я много раз был в облаках, но так необычно впервые! Где-то полчаса сохранялось это удивительное сочетание заката и двухслойных облаков, потом нижние облака попёрли вверх, закат догорел, совсем похолодало и… всё смешалось в доме Облонских. Ну а мы пошли спать — завтра рано утром надо было вставать, нас ждала самая главная техническая аттракция Восточных Гималаев, знаменитый toy-train.
Поезд уходил в 6:40 утра, поэтому мы наспех собрались и даже не успели толком умыться-причесаться, не то что поесть! Но я сам вчера выбрал именно этот рейс — он самый аутентичный!!! Фишка в том, что каждый день из Курсеонга на Дарджилинг уходит два махоньких узкоколейных состава — но утренний стартует прямо отсюда и все два его допотопных вагончика тащит настоящий паровоз, а дневной — проходящий с Равнин, там много современных вагонов первого и второго класса с кондиционером, да и везёт его тепловоз. Народу было немного — мы, по праву единственных белых в поезде, заняли два обтянутых старинным дермантином сиденья у окна сразу за стенкой от предполагаемого места сцепки с паровозом и осмотрелись… Вагоны древние — маленькие, обшарпанные, все засыпанные угольной пылью, с обычными оконными, хоть и поднимающимися, стеклами в рамах и жесткими деревянными скамейками. Вскоре с шумом, дымом, скрипом, паром, свистом подъехал паровоз… Ну что сказать — у нас по улицам вовсю ездят джипы, которые смотрятся намного больше этого малютки! Колея между рельсами шириной ровно в две моих ступни 46 размера, на ней стоят четыре небольших колесика, а сам паровозик не выше двух метров, но всё у него честь по чести, как у больших — тендер с настоящим углем, бак с водой, очень громкий и пронзительный гудок, шипящие клубы белоснежного пара из под колёс, труба с густющим чёрным дымом и специальный чувак, шурующий кочергой в пылающей топке! Я посмотрел потом на шильдике в кабине — паровоз в этом году справил свое 75-летие, то есть он был выпущен еще при англичанах! Собственно, они же сто с лишним лет назад эту железную дорогу и построили… Ну вот поехали… Конечно, как средство передвижения в наш XXI век это железное чудовище уже совсем не катит — 30 километров с набором высоты 600 метров мы ехали четыре часа (за 7 рублей с человека), при этом раз пять останавливаясь на пятнадцать минут, чтобы долить в бак воды и выгрести на землю золу из топки. Да плюс еще сиденья жесткие, вагоны тряские, угольная пыль в глаза летит и гудок почти непрерывно воет так, что закладывает уши! Местные пользуются паровозом только для поездок на короткие расстояния, заскакивая и спрыгивая прямо на ходу безо всяких билетов, благо едет он небыстро — максимум 10—15 км/ч. На самом деле железнодорожная колея вьется то по склону, то по гребню хребта вдоль нормальной асфальтовой дороги, по которой постоянно ходят рейсовые автобусы и маршрутки, причём ходят раза в три быстрее. Но в них нет такого ощущения Духа Времени — ведь в вагоне, глядя в окно на вечные горы, аккуратные чайные плантации и туманные джунгли под тобой, можно порою совершенно выпасть из нашего безумного XXI века в то время, когда людям еще некуда было спешить и они просто ехали в поезде, а не торопились прибыть в место назначения…
Дарджилинг — полностью детище англичан, горный курорт, на котором они скрывались от изматывающего влажного зноя индийского равнинного лета. Расположен он на гребне хребта на высоте 2100 метров над уровнем моря, поэтому там всегда прохладно. Городок весьма необычно смотрится — очень английские по виду здания соседствуют здесь с желто-красно-белыми тибетскими монастырями и типично индийскими деревянными халупами. Мы заселились в симпатичный, хоть и недешевый (12,5$) тибетский отель, богато декорированный в национальном стиле и пошли в магистратуру оформлять пермит — разрешение на въезд в Сикким, гималайский штат, куда мы собирались попасть послезавтра. Дело это несложное, только муторное — но через четыре часа беготни по городу из конца в конец мы стали обладателем заветной бумажки и соответствующих штампов в паспортах. Ура!!! Кстати, никого там не шокировали наши диковинные российские паспорта — более того, я даже стал опасаться за судьбу наших пермитов после того, как прочитал висевшее на видном месте письмо из сиккимского МВД, призывающее «пермитных офицеров» не давать разрешения на въезд в Сикким нескольким российским учёным-энтомологам, которые ловят на продажу редчайших горных бабочек в национальном парке Канченджанга (именно об этих людях упоминал на своем сайте В.Динец). Но специалистов по бабочкам в нас не заподозрили — возможно потому, что мы пришли без сачков и панамок…
 В Дарджилинге нет особых достопримечательностей — просто сам город очень милый, обладает такой расслабленной атмосферой. Но вечером мы все же пошли в местный зоопарк, где вдоволь насмотрелись на тибетских волков, снежных леопардов, красных панд, пантер, тигров и прикольных гималайских медведей. Была там и здоровенная птица-носорог, которая одиноко сидела на дереве в огромной клетке, запрокинув назад голову — иначе её огромный клюв перевесил бы и она гробанулась бы вниз! Меня она почему-то особенно зацепила и я долго ходил вокруг да около, а птица косила на меня мутным глазом. Рядом с зоопарком есть еще Институт Альпинизма с неплохим музеем — в наличии трехмерная модель Гималаев с подписанными вершинами, мумифицированные части тела снежного человека-йети и масса подлинных альпинистских принадлежностей, в том числе принадлежащих той экспедиции, которая первой покорила Эверест, высочайшую гору нашей планеты. Кстати, один из двоих участников этой экспедиции, Тенциг Норгэй, долгое время был директором этого музея. По пути обратно в отель мы забрели еще на священный холм, на вершине которого сгруппированы небольшие индуистские и буддийские храмы-часовни, украшенные ленточками, молитвенными флагами, гирляндами цветов и свечками — очень приятное место с умиротворённой атмосферой. Хотя обезьян там умиротворёнными не назовёшь — они вовсю гоняли двух поджавших хвосты несчастных собак, злобно скаля зубы и угрожающе рыча и взвизгивая. Но на обезьян, видимо, благодать не распространяется… Такая уж у них карма!
Возвращаясь обратно домой в наступившей темноте, попали под сильный дождь и поспешили укрыться в кафе-кондитерской, сохранившейся еще с колониальных времен. Английский антураж, вкусные пирожные, знаменитый дарджилингский чай — было круто и очень аутентично! А когда рано утром я проснулся — едва светало, но от ночной грозы не осталось и следа. Самое время лицезреть горные виды! Еще вчера мы разведали классное место на одном из склонов священного холма — судя по компасу, оттуда должно было быть видно Канченджангу, но вчера она вся была затянута облаками. Оставив подругу поспать «ещё полчасика…», я по утренней прохладе быстро добежал до заветной террасы и… о, чудо!!! Канченджангу было видно шикарно, я её сразу же узнал по очертаниям! У меня дома над кроватью висит репродукция картины Рериха с её изображением, ведь это одна из самых красивых вершин мира, да и третья по высоте (8598м) после Джомолунгмы и Чогори. Целый час я протусовался вместе с немногими ранними пташками-индусами, любуясь её ослепительно-белыми ледниками, а потом серая змея облаков из долин Сиккима, причудливо изогнувшись, перерезала гору пополам, оставив над собой только сияющий белизной клык самого пика… Капризная тут погода — за неделю в горах я так больше ни разу толком и не увидел Канченджангу! В восемь утра у нас уходил автобус на Калимпонг — еще один горный курорт того времени. Автобус оказался маленьким и ужасно тесным — с нашими недетскими габаритами вдвоем на двух сиденьях было никак не уместиться, поэтому я ушёл вперед и сел один прямо перед лобовым стеклом с панорамным видом. Впоследствии это сослужило мне хорошую службу — дорога оказалась необыкновенно живописной! Сначала мы сбросили почти два километра высоты, пробираясь по проложенной вдоль многосотметрового обрыва узенькой, но асфальтированной дорожке через лиственные горные леса, а потом и необъятные чайные плантации (причём на некоторых тётки с корзинами за плечами собирали чай!). Спустившись в долину, мы полчаса ехали сквозь джунгли вдоль бурной речки, а затем — снова серпантин, на этот раз с набором высоты свыше километра. Фишка состояла в том, что виражи серпантина на спуске были очень крутыми, а я сидел впереди по отношению к управляемым передним колесам автобуса и поэтому частенько оказывался нависающим над обрывом, когда колеса проходили впритирку к невысокой отбортовке дороги! Впечатления обалденные — дух захватывало!!! Вообще, перегон Дарджилинг-Калимпонг показался мне самым впечатляющим из всех горных путей, виденных мною к настоящему моменту…
 В Калимпонге мы сразу вписались в самый шикарный местный отель. Я его нашел по Lonely Planet, где он проходил отдельной строкой в числе отелей группы «Гималайское Наследие», объединяющей старинные дома английских плантаторов и дворцы местных махараджей, оборудованные для приема гостей, ищущих духа того утраченного уже времени. В прошлый раз мы уже останавливались в двух бывших дворцах махараджей (за 23$ и 9$ за номер) и у нас остались самые приятные впечатления. В этой части Гималаев отели подобного класса заметно дороже — в раскрученных Дарджилинге и Гангтоке они стоят по 100—150 баксов, а вот в тихом Калимпонге номер на двоих с ужином и завтраком обошелся нам всего в 75 долларов, что, без сомнения, стоило своих денег! Отель, представляющий собой несколько белоснежных двухэтажных домиков с темными деревянными балками в английском стиле, утопал в цветущем и благоухающем саду, соединяющем в себе знаменитое английское садово-парковое искусство и весеннее буйство тропической природы. Цветы были везде — цветущие лианы увивали резные балконы и декоративные башенки зданий, рододендроновые деревья широко простирали свои алые и сиреневые кроны, с их стволов свисали гроздья орхидей, а всё остальное пространство двора занимали густые кусты роз и бугенвиллий, между которыми были проложены мощёные разноцветным камнем дорожки… А внизу маргаритки, анютины глазки и прочая мелочь! И английский газон, конечно — с идеальной ярко-зеленой лужайки через прорубленное в окружающих бамбуково-сосновых зарослях окошко открывались захватывающие дух виды припудренного облаками массива Канченджанги. Уж на что я, циничный мужчина, равнодушно отношусь ко всем эти «цветочкам в горшочках», но тут и меня пробило. А уж о подруге и говорить нечего! Номер тоже не подкачал — без наворотов, но просторный и уютный, с огромным балконом за занавесочками, где стояла плетеная ротанговая мебель и можно было пить традиционный английский чай с молоком. В комнатах было всё нужное для жизни и никаких этих новомодных штучек типа телевизора, кондиционера, холодильника — всё как десятки лет назад, даже массивная деревянная мебель из той эпохи.Свечи на столах, старые книги на полке… А ужин! Это отдельная песня — его надо заказывать заранее, причем чувак сказал нам чопорно: «Сегодня у нас вечер индийской кухни, сэр!» Ужинают все в большом обеденном зале, но кроме нас там было только несколько старых английских клюшек, видимо, приехавших посмотреть на места своей молодости. Всё очень вкусно, много перемен блюд, но самое главное — это атмосфера!!! Столы и стулья убраны тяжелыми вышитыми скатертями-попонами и на столах стоит расписная фарфоровая посуда, деревянно-каменные стены увешаны старинными фотографиями каких-то суровых леди в чепцах и джентльменов в кепках, в древних тиковых шкафах выставлены коллекции восточных редкостей и тихо-тихо — только тикают на стене большие старинные часы. Такая вот очень торжественная атмосфера — я даже чавкать и рыгать за столом стеснялся!!!
Но сверхаутентичный отель — не единственное достоинство Калимпонга. Не зря Калимпонг долгое время был частью Бутана — самого загадочного государства Азии! Есть там знаменитый буддийский монастырь, куда мы и направились перед ужином. Идти туда вдоль гребня хребта больше часа, да еще в гору, но монастырь явно стоит того — удалось даже взглянуть одним глазком на уникальную трехмерную мандалу, аллегорическую модель мироздания. Их всего три в мире, одна здесь… И еще виды там шикарные — монастырь трехэтажный и расположен на последнем холме в конце горного хребта, то есть обзор вниз открывается на 320 градусов. Кстати, по пути в монастырь мы целый километр шли вдоль затянутого колючей проволокой стратегического военного объекта — генеральского поля для гольфа, расположенного в живописном месте на склоне хребта. Охранялся объект часовыми на вышках и по стриженной траве в ожидании генеральского вертолёта с важным видом бродили какие-то дятлы в камуфляже — вот нехило им тут служится!!! Это вам не в Кашмире на пяти тысячах метров через ледник с пакистанцами из миномётов перестреливаться …
Сколь бы круто не было в Калимпонге — пора было двигаться дальше! Еще вчера на автовокзале мы взяли билеты на утреннюю маршрутку до Гангтока, столицы Сиккима. Роль маршруток здесь выполняют джипы Mahindra Commander (типа нашего УАЗика), туда загружаются десять человек плюс водитель — и поехали! Даже места в салоне дают, на билетах пишут… Нам досталось два места на диване рядом с водилой, поэтому ехали весьма комфортно, хоть и около трёх часов. По пути прошли пост, где и отметили штампом в паспорте факт нашего въезда в «ограниченную для посещений территорию» — у нас был правильный пермит! А в журнале, куда записывали всех въезжающих в Сикким, я углядел, что за два человека перед нами въехала еще одна россиянка, Татьяна её звали. Но мы так и не пересеклись впоследствии. По пути мы проезжали через целые рощи цветущих рододендронов — как же они мне нравятся! На самом деле это огромные деревья, по своей структуре чуть похожие на наши дубы, с раскидистыми ветвями и мощными стволами — весной и в начале лета листьев на них вообще не видно, зато все ветви буквально усыпаны крупными цветами тёмно-алого или нежно-сиреневого цвета. Смотрится обалденно и очень богато!!! Гангток меня поначалу слегка ошарашил и разочаровал. Возможно, я поддался общему для всех белых путешественников заблуждению и ждал от него более романтичной атмосферы — ведь даже Lonely Planet пишет, что большинство приезжих чуваков ожидают, мол, увидеть в Гангтоке маленькую версию Катманду, а это, мол, не так… Это и вправду не так! Довольно большой и шумный город на высоте 1600 метров, лепящийся вдоль оживленной автомобильной трассы, проложенной по западному склону невысокого горного хребта… Уж никак он не походит на столицу «последней из затерянных жемчужин Азии, загадочной Шангри-Ла», как поэтично называют Сикким в рекламных проспектах. Ведь нынешний индийский штат Сикким еще недавно, какую-то четверть века назад был маленьким, независимым горным королевством, государством с древними буддийскими традициями, ревностно оберегаемыми от посторонних!
Ну да ладно — пора было вписываться в отель, ведь нам предстояло провести здесь несколько ночей, совершая радиальные вылазки в горы. Отели в Гангтоке оказались весьма дорогими — в итоге мы нашли приемлемое место возле автовокзала за 14 баксов, что дорого по индийским меркам. Зато в наличии были горячая вода и чистое бельё, а то моя подруга очень чувствительно реагирует на недостаток того или другого… После обеда, когда мы собрались пойти посмотреть город, хлынул тропический ливень. Здесь вообще очень влажная погода по сравнению с Западными Гималаями, я как-то недооценил это при планировании визита. Правда, это выливается в удивительное разнообразие растительного мира — он гораздо богаче и тропичнее на вид, чем в той же Долине Куллу, например. Одних только орхидей в Сиккиме растёт около пятисот видов, причем они реально свисают с деревьев прямо в городе! Но постоянные тучи наглухо загораживают все возможные горные виды… Дождь в итоге приутих и мы съездили-таки в городской парк на гребне хребта (почему во всех гималайских поселениях самые главные места всегда на гребнях хребтов?), посмотрели на орхидеи в закрытом садике. Круто, но я почему-то ждал от них большего — ну, типа, чтобы они были покрупнее или там поярче… А вот подруга впечатлилась и такими — не знаю, может, она просто лучше меня разбирается в цветах? Потом полезли еще выше в гору — решено было посмотреть гомпу (тибетский храм-монастырь), которая стояла на том же хребте, но на сотню метров повыше Гангтока. Гомпа показалась малоинтересной — картинки на стенах скучноватые, виды никакие, но зато возле её ворот суетилась целая туча народу с кинопричиндалами и снимала один из знаменитых индийских фильмов! Щёлкали этими кастаньетами с названием эпизода, кричали «Мотор!» и смазливый чувак, перегнувшись через руль мотоцикла, что-то втирал в камеру. Мы попытались затесаться в кадр, но шумные барыги нас оттеснили — ну и хрен с ними, обойдутся без белых суперзвёзд!!!
На следующий день с утра по разбитой дороге мы уехали на маршрутном джипе в Румтек — центровое место для последователей одной из ветвей тибетского буддизма, Кармапа. Там расположен головной монастырь секты, где должна, по идее, сидеть очередная инкарнация ламы Кармапа. Но сейчас тот парень, который признан этой инкарнацией, тусуется в Дели под охраной индийского правительства и трон его пустует, а монастырем и всей сектой управляет регент. Кстати, не так давно по этому поводу монахи даже бились насмерть друг с другом, несколько человек замочили и сейчас весь монастырь забит вооруженными ментами — вот тебе и peaceful monks! Но сам монастырь очень красивый — едва ли не самый красивый из виденных мною тибетских монастырей, да и страсти среди монахов тоже давно улеглись под бдительными дулами автоматов индийской полиции. Самое главное, что по монастырю и вокруг него можно полазить, порядки там не очень строгие. В роскошно расписанной главной зале, конечно, лазить нога не поднимается, так там красиво, особенно возле вышеупомянутого трона! Лучше вместо этого спокойно посидеть в тишине, посмотреть на росписи икон и на монахов, украшающих статуи марципановыми цветочками к какому-то празднику и тем самым заимпрувить карму… А снаружи можно выйти на крышу с шикарными видами как монастыря, так и Гангтока на другой стороне неширокой долины, или походить по прилегающим зданиям, посмотреть на золотую ступу с какой-то святыней внутри и на жизнь простых молодых монахов, занимающихся в свободное время тем же, что и обычные мальчишки по всему земному шару — играющих в прятки, салочки, крикет или просто валяющихся на траве.
Мы потом еще поднялись на лесистый холм позади монастыря, весь увешанный молитвенными флагами и там подруга, отделившись от меня, встретила в лесу медитирующего молодого монаха. Он при её появлении оживился, вышел из нирваны и, по его собственному выражению, «почистил ей карму», а потом рассказал о некоторых нюансах монастырского житья-бытья — оказывается, большинство чуваков только стажируется в монастыре на протяжении трех лет, трех месяцев и трех дней, типа учатся медитации и прочим практикам, необходимым на дальнейшем самостоятельном пути совершенствования! Во время этих теологических диспутов в горном лесу подруга, видимо, и подцепила сухопутную пиявку, которая незаметно, но смачно присосалась к ее ноге и, оторвавшись через пару часов, залила кровью из открывшейся ранки все её кроссовки и носки… Вот визгу-то было, когда всё обнаружилось!!!
На обратном пути приветливый водитель маршрутного джипа высадил нас возле Института Тибетологии, большого белого здания в тибетском стиле с загнутой на концах крышей, расположившегося в увешанной орхидеями рощице недалеко от центра Гангтока. Несомненными хитами расположенного здесь музея являлись упомянутые в Lonely Planet церемониальная чаша из человеческого черепа и магическая флейта из человеческой же берцовой кости, но мне больше понравилось другое — тут была обалденная серия из двенадцати тибетских икон-танка, на которых в мельчайших деталях была прорисована вся жизнь Будды Шакьямуни! Налицо были все этапы и все подвиги, все достижения и вехи его славного земного пути — начиная от его решения спуститься с небес на грешную землю через чрево земной женщины, коей он явился в образе белого слона и до многотрудного обретения Просветления под деревом боддхи и воспоследовавшего за тем ухода в Паранирвану, расцененного простодушными земными наблюдателями как смерть Светлейшего… Я реально засмотрелся на всё это великолепие — вот они, предшественники популярных комиксов по мотивам Библии! — и тут же по колено провалился сквозь треснувший пол, ступив на гнилую доску в углу. Взметнулась фейерверком пыль и труха, подскочил служитель: «-Всё ОК, сэр? А то вы такой тяжелый, а у нас тут всё такое старое, гнилое! Всё пожрал проклятый жучок!» Ха, дядя, сто двадцать пять килограмм живого веса — это тебе не шутка! В сумерках опять хлынул дождь и лил всю ночь — по улицам реально текли ручьи! Этим дождливым вечером я, сидя в Интернет-кафе, узнал на сайте Амадеуса, что наш обратный рейс из Бангкока узбеки всё-таки отменили и что всех будут отправлять через Дели… Я заметался — чего же делать, куда же теперь ехать, в Бангкок? В Дели? Но тут подруга, спасибо ей, проявила удивительную рассудительность и успокоила меня — не переживай, говорит, поехали, мол, в Бангкок, как и планировали! Придем на регистрацию или в представительство — ну не оставят же они нас там жить? Отправят, мол! Так всё впоследствии и получилось — страхи мои были иррациональны и беспочвенны.
Больше всего меня напрягал дождь — ещё вчера мы абонировали завтрашнюю экскурсию в горы, на священное ледниковое озеро Тсцомго. Джип для нас двоих на весь световой день стоил 27 баксов (с водителем), чуть дороже, чем за схожий трип в Западных Гималаях, но здесь турфирме надо было оформлять в местном МВД еще один пермит на въезд в погранзону — озеро находилось в десяти километрах от индийско-китайской границы. Утро выдалось безрадостным, густой туман окутал город и вообще было непонятно, где верх и где низ. В этом непроглядном дождящем тумане мы загрузились в джип, оказавшийся снятой с рейса маршруткой (даже табличку с названием маршрута не убрали) и поехали. Первые два часа вообще не было видно ничего, кроме узенькой ленты дороги перед нами и только высотомер в моих часах отсчитывал: 2000, 2500, 3000 метров… По пути проехали неплохой водопад с ледяной водой, а на высоте где-то 3500 метров проглянуло солнце и я повеселел — стало видно гранитные горы, покрытые белыми пятнами тающего снега и тёмными полосами хвойного леса в ложбинках, а также многочисленные военные лагеря в виде расположившихся вдоль трассы стаек камуфлированных (в том числе и в жёлто-бело-синие цвета!) жестяных ангаров. Наконец, приехали на само озеро, оказавшееся на высоте 3750 метров. Дальше белых людей не пускали, а индусы могли проехать аж на самый пограничный перевал! Но с виду там, дальше по дороге, было не очень интересно, всё было затянуто тёмными тучами. Над озером они тоже носились большими белыми лохмотьями, гонимые порывистым ветерком вдоль долины, но две трети времени всё-таки светило солнышко и весьма-весьма ощутимо припекало. Особого дубака не было, где-то +12—14 градусов и очень мощное солнце!
На озере стоял конкретный ледок, пусть и с проталинами, но за время нашего пребывания он заметно растаял под лучами жаркого горного светила. На одном из берегов — там, где проходила дорога — ютилась группа рубероидно-картонно-жестяных халуп, в которых местные тибетцы грели для усталых путешественников сладкий чай с молоком, продавали нехитрые поделки и предлагали прогулки на разукрашенных ленточками мохнатых яках. Естественно, я сюда припёрся не для того, чтобы пить под навесом чай и пялиться на придорожные лужи с масляными разводами и ячьим дерьмом!!! И, конечно же, сразу приглядел себе хребтик, отделяющий озеро от соседней долины, оставил подругу отдыхать на камушке внизу (но всё же чуть выше уродливых палаток!), а сам ломанулся вверх.
С непривычки, без акклиматизации на высоте, язык вываливался на плечо уже через двадцать-тридцать шагов, но за час я, порвав даже от усердия штаны в промежности во время прыжка с камня на камень, все же одолел этот подъём, выбрался на гребень и первым делом замерил высоту — есть, 4000 метров!!! Шикарное оказалось место, явно стоившее искалеченных штанов и затраченных усилий! — природа того бесснежного склона, по которому я поднимался, напоминает нашу северную тундру с маленькими цветочками, кустарником-стлаником и валунами, а на другом склоне того же хребта лежал полуметровым слоем снег и на нём тут и там высились небольшие, в рост человека, рододендроны, усыпанные огромными алыми цветами! Алое на белом — оказывается, это прекрасно!!! Под снежно-рододендроновым склоном раскинулась глубокая долина, совершенно не похожая на ту, из которой я поднялся — здесь росли довольно густые хвойные леса и вместо озера грохотала белой пеной бурная речушка. Дышалось на удивление легко и чисто, несмотря на высоту — видимо, сказался ускоренный курс акклиматизации «под нагрузкой» на подъёме. Я забрался на самый высокий местный валун и провёл, наверное, самые лучшие бесконечные минуты за весь этот трип, глядя на купающиеся в белоснежных облаках иззубренные вершины пяти-шеститысячников на соседних хребтах. Глухо шумела внизу речка, посвистывал в камнях ветер, а в голове вертелась подхваченная мною у друга песня БГ: 
…сидя на красивом холме,
я часто вижу сны и вот что кажется мне -
что дело не в деньгах и не в количестве женщин
и не в старом фольклоре, и не в Новой Волне …
Хотелось петь и я не обломался — во всё горло спел горам всё то, что само просилось наружу, несколько своих любимых песен. В таких местах и в такие минуты, как мне кажется, приотворяется дверь в Вечность (или приоткрываются глаза, способные её узреть?) и мельком увиденное там становится стержнем твоей жизни, целью всех твоих усилий — именно об этом, думается, в итоге и пел Гребенщиков. Вот и для меня эти минуты стали духовной кульминацией всей индийской части трипа… На обратном пути туман совсем рассеялся — ну ни фига же себе там пропасти!!! В одном месте машина долго идет по крутому внутреннему склону большой подковообразной долины — так вот, дорога вьется на высоте около 3000 метров, а дно долины (дырка подковы) лежит на высоте где-то 1500 метров! И уклон такой весьма нехилый — не отвесный, конечно, но впечатляющий! Очень впечатляющий — жаль, что мы утром такое великолепие пропустили! Но фотоаппарат это величие совсем не берет, скрадывает глубину, к которой на самом деле и подойти-то страшно! Как же все-таки индусы эти дороги тут строили? Спасибо индо-китайской войне 1962 года — не будь её, до сих пор люди из Большого Мира сюда бы только на яках да на военных вертолётах добирались…
Кое-что ещё смущало меня в утренних туманах — не только ведь утраченные виды! Дело в том, что обратно в аэропорт Багдогры мы решили не ехать на автобусе — это шесть-семь часов езды. Мы решили лететь на вертолёте! Правительство Сиккима, с целью привлечения в свой край капризных туристов, недавно купило вертолётик и запустило его в регулярный ежедневный рейс между Сиккимом и Багдогрой (30$). Я еще ни разу в жизни не летал на вертолёте, подруга тоже — и вот есть отличный шанс попробовать, тем более что вертолёт был той самой знаменитой модели Bell, воспетой Голливудом! Именно за его лыжу в головокружительном прыжке с горящего небоскреба обычно хватается левым мизинцем положительный герой, спасая себя и висящую на его правой штанине полуобнажённую томную красавицу от несправедливого гнева арабоколумбийских наркотеррористов! Но если бы наш утренний вертолётный рейс отменили из-за погодных условий, то мы бы никак уже не успели в аэропорт и потеряли бы все наши последующие авиастыковки вплоть до Бангкока общей стоимостью под 600 баксов. Хм-м-м… Поэтому на следующий день я с утречка полез на крышу и, углядев там недетские тучки, расстроился — улетать ведь сегодня, всего через три часа! Но звонок в хелипорт меня чуть-чуть успокоил, дядя-пилот там сказал: «-Не ссы, лягуха — болото будет наше! Помнишь, вчера какой туман был? А мы полетели! Мы ребята привычные, умеем между облаками лавировать!» Так в итоге и вышло — мы прошли настоящий, взрослый контроль в хелипорту, откуда улетает всего один пятиместный регулярный рейс в день и запрыгнули в стоящий под парами вертолет, только что прилетевший откуда-то еще. Соседкой нашей оказалась индианка с двумя малыми детьми — вот и все пять мест. Машина вздрогнула, заревела еще громче и земля поплыла вниз и вбок — страшно!!! Но потом оказалось очень прикольно — во-первых, с высоты семисот метров было видно все знакомые места — Гангток, Румтек, Калимпонг, во-вторых, в вертолете открываются боковые окна, как в машине, и можно высунуть наружу руку. Или морду… Через полчаса мы, аккуратно пролетев напоследок на высоте полуметра вдоль всех рулежных дорожек, сели в аэропорту Багдогры, откуда еще через три часа вылетели в Калькутту рейсом Jet Airways (70$) на полностью забитом людьми Боинге 737—800.
Калькутта — вынужденная транзитная остановка на нашем пути. Ничего особо хорошего в этом городе нет — это я подозревал и раньше, а сейчас практически уверен! Как только мы выползли из аэропорта, так сразу рубашка прилипла к телу — мало того, что здесь температура около +40 С, так здесь еще и влажность просто чудовищная!!! Невыносимо! Какими добрыми словами нам сразу вспомнился сухой жар Дели… Ну да ладно — сдали мы рюкзаки в аэропортовую камеру хранения и, скооперировавшись с молодой симпатичной голландкой по имени Фимка, взяли не без труда предоплатное такси до местного бэкпэкерского гетто, Саддер Стрит. Фимка уже была тут месяц назад и вышла возле непритязательно на вид отельчика, а мы доехали до центра района и решили поискать кое-чего получше. М-да-а-а… после получаса шатания по грязным душным халупам мы все-таки оценили фимкину мудрость и вернулись в тот самый отель «Биман», который она нам рекомендовала. Там за грабительские 9 баксов и вселились в маленькую комнату с вентилятором и душем, единственным достоинством которой было открытое угловое окно на две стены — так мы рассчитывали урвать хоть немного ночной прохлады. Сразу замечу, что мы жестоко обломались — в пять утра было +33 С…
Лишь только клонящееся к закату солнце зашло за тучки, вышли и мы из номера, влекомые желанием хоть что-то увидеть в Калькутте. Центром городской жизни здесь является огромная полупустая площадь вдоль реки, называемая Майдан — где-то это поле, где-то парк. На северном краю Майдана стоит Виктория Мемориал — построенное англичанами монументальное мраморное здание в духе европейских столиц, окружённое парком с прудами и фонтанами. В принципе, это и есть главная аттракция и символ Калькутты. Здание, однако, не убивает своей красотой, но вот небо над ним… Мы подошли туда как раз ко времени заката и небо, затянутое плотной белёсой дымкой, окрасилось в удивительные карамельно-жемчужные оттенки малинового, сиреневого и крем-брюле, при этом как будто светясь изнутри!!! На фоне такого неба даже исполком в глухом райцентре смотрелся бы памятником мировой архитектуры из списка ЮНЕСКО, что уж говорить о неплохом, в принципе, комплексе Мемориала! Короче, закатное небо да многочисленные цветущие рододендроны в парках — вот то лучшее, что есть в Калькутте… Обратно мы шли в полной темноте и к нам постоянно приставали какие-то мрачные личности — даже я чувствовал себя не очень уютно, что уж говорить о подруге, которая попросту испугалась и шла, крепко вцепившись в мою руку. Всё это явно не добавило романтического очарования сложившемуся у нас образу Колькаты, как зовут ее индусы. Да плюс еще всю ночь в открытое окно залетали разные насекомые и ходили по нашим потным обнажённым телам, а утром в ванной на кафельном полу я обнаружил дохлого усатого таракана размером с приличную домовую мышь. Тысяча-другая муравьев суетилась вокруг него, уже доедая самое вкусненькое… С каким же удовольствием мы, даже не торгуясь, доехали утром на первом же такси до международного аэропорта, вошли в его кондиционированную прохладу и зарегистрировались на рейс до Янгона, столицы Мьянмы!

Статья разбита на нескольких частей. Читайте следующую часть

| 03.06.2003 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий