Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Индонезия >> Бали >> Райские сны царя Ханумана


Самые низкие цены и специальные предложения на отели Индонезии!

Райские сны царя Ханумана

ИндонезияБали

Почему-то принято считать, что на Бали жизнь течет по своим причудливым и незнакомым даже ближайшим соседям-островитянам канонам. Здесь витает какой-то особый дух, перемешавший единым круговоротом разные обряды и верования и создавший невероятную смесь культур. Этот дух устоял перед историческими и политическими катаклизмами последних столетий и сохранился практически в первозданном виде даже в эпоху новейшей истории, сделавшей Бали магнитом для тысяч туристов, олицетворением всего того, что принято вкладывать в понятие «райского острова» и от чего каждый раз так вздрагивает сердце при рекламе известных шоколадных батончиков… Сегодня трудно достоверно утверждать, откуда берет свои корни история Бали. Многие не прочь связать ее даже с древним индийским эпосом «Рамаяной», повествующем о легендарном герое Раме, который отправился на выручку своей похищенной демоном красавицы-жены Ситы. Согласно легенде, на помощь Раме пришло воинство обезьян. Его полководец Хануман или, как его называют, «белая обезьяна», послал полчища своих солдат на помощь благородному герою. Битва была такой жаркой, что небеса не выдержали и обрушились на землю. Вместе с ними свалились и слуги Ханумана из его обезьяньего воинства. Говорят, что упали они на остров Бали — едва заметную на карте точку суши, затерянную в архипелаге Зондских островов, что тянутся южнее экватора от Явы к Тимору, среди 13 с лишним тысяч других островов, образующих сегодня Индонезию.

Правда это, или — только красивая сказка, но к обезьянам на Бали относятся с почтением и пиететом до сих пор. А что если они и впрямь — потомки древних слуг Ханумана? Их часто можно видеть в индуистских храмах, например, в храме Пура Далем в обезьяньем лесу возле Убуда, города, словно ожившего с какой-то антикварной восточной миниатюры. Они будто догадываются о своем культе и по сему ведут себя весьма нахально: требуют у туристов угощенья; могут сорвать очки или кепку, если чуть-чуть зазеваешься, одним словом — наслаждаются полной вседозволенностью. Реальная история и эпос на Бали живут в одной и той же оси координат. Вырвать легенды о Ханумане или философские представления индуизма о реинкарнации из канвы балийской истории невозможно, как невозможно понять современное балийское общество без классических канонов индуизма, которым следуют почти 9 из каждых 10 жителей острова. Уклады индуизма, строжайшая кастовая система (сохранившаяся по сути дела и по сей день), строгое следование предписаниям, регламентирующим каждый шаг правоверного индуса, вероятно, определили силу того внутреннего стержня, который помог островитянам сохранить свою веру даже в практически стопроцентном мусульманском окружении. Ведь Индонезия сегодня — это страна, где доминирующей религией является ислам. Три с лишним миллиона жителей Бали на фоне более 212 миллионов населения Индонезии — мизерный процент…

Что же до реально документированной, а не эпической истории Бали, то считается, что берет она свое начало в 8—9 веках нашей эры, когда здесь стал укрепляться индуизм. Близость к Яве всегда определяла ориентиры для местных правящих монархических семей, а временами объясняла и прямое господство яванских правителей на острове. Династии местных царей сменяли друг друга, но когда в средние века на Яву и Суматру пришли мусульмане — купцы из северной Индии, обратившие в ислам большую часть населения, — Бали сумел сохранить свою самобытность, веру и традиции. Индуизм на Бали отличается от индуизма в Индии, перемешиваясь с местными корнями и древними языческими верованиями. Любопытно, что, признавая каноны индуизма, прежде всего тримурти — триаду верховных богов: Брахма (создатель), Вишну (хранитель) и Шива (разрушитель), — на Бали высшей силой и основным предметом поклонения считаются силы природы. А боги, согласно местным верованиям, являются порождением Солнца и являются его лучами. Кажется, что индуизм определил даже географию острова. Гора Агунг высотой в 3142 метра стоит примерно посередине острова (кстати, его протяженность с севера на юг составляет около 80 километров, а с запада на восток — примерно 150) и считается священной в балийских верованиях. Полагают, что Агунг — это часть горы Махамеру, своеобразного Олимпа, на котором проживают боги индуизма. Но Агунг — это еще и прибежище мертвых. После смерти именно сюда, в древнюю страну, отправляются усопшие души: этот культ предков свойствен только Бали и восходит еще к языческим временам.

Гора Агунг — вулкан, его охраняют стоящие рядом с вершиной священные храмы, в том числе Бесаких — главный храм на всем Бали. Примерно раз в столетие здесь проходит тщательно рассчитанная астрологами наиважнейшая церемония жертвоприношения Эка Даса Рудра. Во время последней такой церемонии — 17 марта 1963 года — молчавший до того 600 лет вулкан разразился потоками смертоносной лавы, которая смела на своем пути сотни домов и целые деревни, спустившись в океан на северном побережье Бали. Трагедию объяснили ошибкой астрологов и сочли наказанием, ниспосланным богами жителям острова за чрезмерную подверженность земным слабостям. Извержение оставило о себе память в виде черного вулканического песка и черно-серых камней, выброшенных вдоль северного побережья острова. А в борьбе с земными слабостями в конечном счете пала азартная балийская традиция петушиных боев, во время которых теперь запрещено (по крайней мере — формально) делать ставки на деньги. В таком, лишенном алчного азарта виде, петушиные бои сохранились и сегодня на радость туристам и любителям восточной экзотики. Но что за петушиный бой без азарта проиграться в пух и прах? Или, наоборот, сорвать банк?

Сегодня гора Агунг привлекает скорее интерес более искушенных путешественников, а также начинающих альпинистов (восхождение не потребует никакой особой сверх-подготовки, только — желания, терпения и немного физической выносливости). На вершине, утверждают они, словно приоткрывается полог тайны мироздания, за которым можно увидеть истинную красоту природы. Считается, что лучшее время для восхождения — август. А температура на вершине круглый год — около 15 градусов. Восхождение вполне реально одолеть за день, если, конечно, выехать пораньше из отеля. Машиной можно добраться вплоть до храма Бесаких. Кстати, интересно, что стоящий буквально в нескольких километрах от кратера, этот храм нисколько не пострадал при извержении 1963 года — у него только снесло ветром соломенную крышу. А отсюда — уже пешком наверх, на вершину. Впрочем, осмотреть кратер можно и с вертолета — это сэкономит немало времени и сил. Кроме горы Агунг в рельефе острова выделяются еще несколько вершин вулканического происхождения. Некогда бурлившие кратеры кое-где сегодня заполнены прозрачными и прохладными горными озерами, представляющими собой необыкновенно захватывающее зрелище. Спускаясь по склонам гор, чем ниже, тем отчетливее горная редкая растительность переходит в буйные краски тропических джунглей. Многие растения, знакомые нам лишь по их комнатным аналогам (драцена, бегония) произрастают здесь в естественном состоянии, а животный мир представлен 32 видами млекопитающих и 300 видами птиц. Сквозь влажные тропические леса протекает и река Аюнг — самая длинная на острове, протяженностью 11 километров. Сплав на плотах по ее бурному течению с десятками виражей и порогов не требует никакой специальной подготовки или навыков: вас сажают на резиновую лодку (идеально — вчетвером), дают инструктора, который сидит сзади и рулит. Вам остается только грести по его командам: вперед! назад! право! лево! и так далее. Самая понравившаяся нам команда звучит так: бум-бум!! Это значит, что надо пригнуться, если подплываем к какому-нибудь бамбуковому стволу, висящему горизонтально над рекой. Не пригнешься — получишь бум-бум по лбу. Очень весело, особенно учитывая тот факт, что инструктор проявляет врожденное чувство юмора и то и дело отдает ложные команды. Только и успевай кланяться.

На самом деле, конечно, главное удовольствие от такого сплава — ошеломляющие виды бурных водопадов, канатных мостиков, лиан и пальмовых зарослей. Это — самый легкий способ погрузиться в атмосферу настоящего тропического леса с его бурной растительностью, звуками и запахами. Наиболее продвинутая рафтинг компания на Бали — Sobek Rafting (www.sobekbali.com), она же предлагает проголодавшимся после сплава командам обед в самой настоящей тропической хижине на тарелках из пальмовых листьев. Неизменным атрибутом деревенского пейзажа и украшением каждого храма являются длинные бамбуковые шесты высотой метров 5—6 с загнутыми и висящими, словно кисточки, верхушками (они символизируют форму все той же горы Агунг). Их украшают нарядными желтыми лентами и пальмовыми листьями, а примерно на высоте поднятой руки навешивают обернутую серой клетчатой тканью корзину для подарков и подношений. Наряжать пенджоры — так называются эти веселые конструкции — для балийцев все равно, что нам — наряжать новогодние ёлки, с той только разницей, что делать это можно не раз в году, а по случаю любого праздника — благо их по местному календарю встречается немало. А если еще добавить и дни полнолуния (пурнама), или одаланы — дни рождения храмов (их отмечают каждый месяц тоже в полнолуние), то пенджоры можно и вовсе никуда не убирать (что, по-видимому, нередко и происходит).

Вообще побывать на деревенском празднике интересно любому приезжему. Праздник в храме — это неизменные толпы нарядно одетых людей, перекрытые для движения улицы, танцы. В деревнях на самом видном месте стоит нечто вроде нашей колокольни, даже название почему-то у этих сооружений созвучно нашему «колокол» — кулкул. Внутри висят полые стволы бамбука с отверстиями посередине. Это — своего рода висячий бамбуковый ксилофон. Звонарь оповещает деревню о собрании банджара (деревенской общины), о свадьбе или кремации, о наводнении или пожаре, о рождении ребенка и так далее. В праздничные дни балийцы одеваются в свои лучшие наряды. У мужчин — это расшитая золотыми нитками шелковая повязка на голове — уденг, шелковый саронг (длинная запахивающаяся юбка) и рубашка без ворота из хлопка, льна или шелка, которую здесь называют сафари. Поскольку храмовые праздники и церемонии проходят довольно часто, то и дело на узких деревенских улочках образуются пробки. Однако, до хаоса дело не доходит. На помощь приходят деревенские дружинники, своего рода добровольные помощники полиции — пекаланги. Выбирают (а это именно выборная общественная должность) на эту ответственную работу только женатых мужчин, в выборах участвуют все члены каждой деревенской общины. Добровольные балийские «гаишники» пользуются абсолютным авторитетом, их уважает и беспрекословно слушается каждый участник дорожного движения — от безалаберно снующих во все стороны велосипедистов до водителей автобусов или грузовиков. В дни праздников они регулируют движение транспорта и направляют машины на объездные пути.

И хотя храмы встречаются на Бали чуть ли не через каждые сто метров, главные среди них (после, конечно, храма Бесаких на горе Агунг) расположены в ключевых точках побережья и смотрят на четыре стороны света. Самый необычный — Танах Лот — или «земля в океане» — стоит на крутом скальном островке в 30 метрах от берега на западе Бали. Храм построил еще в 14 веке индуистский жрец Нирартха, помимо своего прямого нащначения он служил еще и крепостью. Отсюда и его столь необычное расположение. Войти в храм, не замочив ног, можно только в отлив, да и то — по узкому перешейку, ведущему с берега. У входа бьет родник с чистой пресной водой, считается, что она обладает живительной силой. Здесь не покидает ощущение нереальности всего окружающего. Храм хорош в любую погоду и в любое время года, хотя самое сильное впечатление он оставляет на закате. Примечательно, что расположенный невдалеке от Танах Лота отель Le Meridien Nirwana Golf & Spa Resort (www.bali.lemeridien.com) несет на себе некий отпечаток этой местности. И впрямь — где искать нирвану, если не в этих местах? Несомненно, главной и абсолютно непревзойденной деталью, оправдывающей название отеля, является его Sunset Lounge — Терраса Заката. Вечером отсюда можно наблюдать просто космическую картину заходящего за край горизонта солнца на фоне силуэта храма Танах Лот. Правда, единственный недостаток отеля: здесь нет пляжа, хотя и стоит он прямо на море. Чтобы искупаться, нужно ехать на бесплатном шаттле минут 15—20. Другое творение рук Нирартхи — храм Улувату, поражающий воображение не менее, чем Танах Лот. Храм стоит на высокой скале, на самом южном краю Бали. Сам по себе он небольшой, но вся природа вокруг — скалы, пена волн, синева неба и солнце (особенно — опять же на закате) — заряжают магической силой и поражают воображение.

Говорят, что балийцы отличаются особым характером и манерами, позволяющими безошибочно определить их среди жителей других островов Индонезии. Их выдает даже походка: плавная, размеренная и неспешная. Женщины с легкостью носят на головах корзинки с кокосовыми орехами или ведра с водой. Никогда не увидеть, чтобы они делали резкие движения: все подчинено одному размеренному ритму. Характерная черта — улыбчивость и доброжелательность, особенно к гостям. Наш гид во время пребывания на Бали очень гордится знанием русского языка. Нас же больше всего удивило, что русский он выучил самостоятельно, лишь по самоучителю, в нашей стране никогда не бывал, единственными его учителями были русские туристы, которых он встречает/провожает в аэропорту и водит на экскурсии. Говорит Мадэ (так его зовут) по-русски очень медленно и певуче. Почти каждую фразу или ответ на любой самый пустяковый вопрос он начинает издалека, произнося очень протяжным и тихим голосом: а-а-а-и-и-и-зви-и-ините госпо-о-о-дзин, и так далее. Он очень старается и больше всего боится, если на какую-нибудь нашу просьбу ему придется ответить отказом. Кстати, о его имени. И мальчиков, и девочек в индуистских семьях в касте шудра разрешено называть только строго определенными именами, каждое из которых соответствует старшинству в семье. Например, Мадэ соответствует второму ребенку. Всего же разрешенных имен четыре. То есть, если у родителей рождается 5-й ребенок, то его (или ее) назовут точно так же, как и первого, и так далее. У представителей более высоких каст с выбором полегче: они могут брать имена из индуистской мифологии — а там несколько тысяч (!) богов и эпических героев. Поскольку на Бали преобладает каста шудра, то можно себе представить путаницу с именами, которая происходит на каждом шагу.

Тропический ливень нагнал нас в нашем путешествии по Бали уже вечером на второй день после приезда на остров. Это даже трудно назвать дождем: потоки воды устремились по узким улочкам, заливая их по колено водой. В воздухе, казалось, стоит пар… Впрочем, начавшись весьма неожиданно, дождь также неожиданно закончился где-то за полночь, а утром о нем напоминали только редкие и мелкие лужицы. Здесь практически не существует сезонов года. Считается, что лето наступает примерно в ноябре, но температура круглый год держится примерно на одной и той же отметке — 32—35 градусов. Правда, в августе столбик термометра может подняться и до 40, но это — редкость. С ноября по март — сезон дождей. Дождь, как правило, идет ближе к вечеру и длится не более 2—3 часов. Лучше всего наблюдать за изменчивой балийской погодой, двигаясь с юга, где сосредоточены основные курортные местечки, на север, пробираясь горными серпантинами в сторону Туламбена, менее известной широким массам туристов точки. Пляж здесь покрыт черными камнями и черным песком — это остатки вулканической лавы, спускавшейся в океан в 1963 году. Ее поток был столь силен, что утащил за собой в воду лежавший на берегу американский военно-транспортный корабль Liberty, потопленный японцами еще в начале второй мировой войны и отбуксированный сюда в середине 40-х. Остатки корабля сегодня представляют в основном интерес для дайверов. Здесь практически отсутствует подводное течение, видимость под водой метров на 20 и великое множество рыб. За 80—90 долларов можно договориться о двух погружениях, прекрасном обеде и даже полднике. Сюда же войдет и трансфер из любого отеля.

Самая симпатичная фирма, предлагающая эти услуги — Tauch Terminal. Владелец, немец по имени Алекс, открыл в Туламбене маленький отель прямо на берегу, всего номеров на 20—25. Все комнаты чистые, просторные, оснащены кондиционерами и прочими удобствами. Снять номер в этом тихом райском уголке на двоих на ночь (с завтраком) обойдется долларов в 40, но можно и поторговаться. Дорога к Туламбену идет почти все время вдоль восточного берега острова, местами прячась в серпантине, разрезающем джунгли, местами — прорываясь сквозь шумные улочки районных центров. Здесь, в предгорьях горы Агунг, находятся плантации ванили и кофе, выращивают виноград (из него делают местное розовое вино, весьма легкое и ароматное). По дороге нельзя пропустить городок Убуд — уникальный анклав в центре Бали, где существует собственная самобытная живописная школа. Убудская школа совмещает традиции местной живописи с навыками, приобретенными от европейских художников, побывавших на Бали или поселившихся на острове. Художники на Бали всегда пользовались особым почетом и уважением: именно им было доверено отражать в своих работах религиозные знания, обряды, исторические факты и традиционные ценности общества. На протяжении веков они черпали вдохновение в сюжетах индуистских эпосов — «Рамаяны» и «Махабхараты». С проникновением на остров колониальных идей (а голландцы закрепились на Бали только в начале ХХ века) стало ощущаться западное влияние на самобытную культуру Бали, что прежде всего проявилось в живописи. В конце 20-х годов именно в Убуде стали селиться европейские художники: пионерами среди них был немец Вальтер Шпис и голландец Рудольф Бонне. Шпис, родившийся в семье немецкого дипломата в Москве, приехал на Бали в 1927 году, изрядно поколесив до этого по миру и побывав даже в большевистском плену в 1918-м. Он бежал из Сибири, и судьба завела его в конечном итоге на Бали, где он был допущен ко двору короля Убуда, предложившего ему условия для работы и творчества в этом городе.

 В 30-е годы европейские художники создали в Убуде художественное общество: они распределяли среди местных художников холсты и краски, обучили балийских мастеров искусству перспективы, показывали приемы смешения красок, наконец, устраивали художественные выставки на Бали и впоследствии — в Европе. Сегодня главная улица Убуда — это своего рода картинная галерея под открытым небом, где можно выбрать полюбившуюся миниатюру, заглянуть в галерею или в домашнюю мастерскую художника, попробовать собственноручно изобразить балийский сюжет на куске холста, следуя за движением кисти местного мастера. Не забудьте про обезьяний лес, театр теней или полузаброшенный храм Гунунг Лебах… Лучше всего потратить здесь хотя бы полдня (в нашем распоряжении была пара часов, пришлось уехать с досадным чувством, что чего-то важное упустили). Здесь же можно испытать себя и в искусстве кулинарии — индонезийская кухня по сути дела представляет собой множество кулинарных традиций: свои рецепты существуют на Суматре и Яве, на Бали и Ломбоке, Тиморе, Борнео и многих сотнях других больших и малых островов Индонезии.

Кстати, ближе всего к Бали лежат острова Нуса Пенида и Нуса Лембонган, присоседившиеся буквально в 25 километрах к юго-восточному побережью Бали. Когда-то, в средние века, оба острова были помечены черепом и костями на мореходных картах ломбокского пролива. Считалось, что беглые каторжане и пираты, селившиеся на этих островах, практикуют черную магию, поэтому заходить в эти очаровательно белевшие чистейшим песком бухты считалось небезопасно. Сегодня нетронутые пляжи Лембонгана привлекают любителей понежиться на девственно чистом песке, поплавать с трубкой или аквалангом или просто почувствовать себя Робинзоном в соломенной хижине на сваях под раскидистыми пальмами (правда, все хижины с кондиционерами и прочими плодами цивилизации). Ежедневно сюда курсируют прогулочные суда, например, катамаран расположенного на острове отеля Nusa Lembongan Resort (www.nusa-lembongan.com). Лежа на палубе катамарана с броским названием Sail Sensations (www.bali-sailsensations.com), можно любоваться плотно натянутым парусом и видом на вулкан Агунг в тусклой дымке облаков. На Лембонгане любители активного отдыха смогут проехать на велосипедах по узким улочкам местной деревни, на байдарках — сквозь мангровые заросли, или проплыть вдоль берега на традиционных балийских лодках сампан с двумя полыми бамбуковыми стволами по бокам для устойчивости.

На карте Бали выглядит треугольником, перевернутым основанием вверх. Вершина смотрит строго на юг, она же и является основной курортной зоной: здесь находятся городки Нуса Дуа, Санур, Кута, Джимбаран с основными отелями острова. Гостиничное строительство началось на Бали еще в 20-е годы: тогда здесь появился первый отель — Kuta Beach Hotel, в Куте, некогда центре работорговли, а в ХХ веке — ближайшем к столице Денпасару и аэропорту Бали городке вдоль длинного песчаного берега. Отель был построен американскими супругами Робертом и Луизой Коук, кстати — двойными агентами, работавшими одновременно на ЦРУ и на голландскую спецслужбу. С началом войны супругам Коук удалось сбежать с острова. А отель был разрушен японцами, но потом отстроен заново. Двойные агенты, а по совместительству — первые балийские хотельеры — позднее, в 80-е годы, опубликовали книгу мемуаров «Наш отель на Бали» — сюжет просто в духе Грэма Грина или раннего Флеминга! Основным курортным центром Бали является городок Нуса Дуа, специально созданный туристический анклав на крайнем юге Бали с необыкновенно живописными пляжами.

 В Нуса Дуа расположены около дюжины отелей международного класса, но больше всего понравился Grand Hyatt Bali. Подлинной изюминкой отеля является комплекс бассейнов весьма причудливых форм, плавно переходящих один в другой, окруженных искусственными скалами и кустами. Пляж — один из самых длинных из всех отелей. Еще один Хайатт — Bali Hyatt в Сануре (другое популярное курортное местечко на юго-востоке Бали). Он попроще и немного поскромнее, но и подешевле. Само здание выглядит немного старомодно — оно построено, наверное, в конце 80-х, но дизайн интерьеров, обстановка номеров — вершина элегантности и прекрасного вкуса. Видно, что работали люди грамотные. Да и сам Санур гораздо лучше, чем Нуса Дуа, сочетает в себе комфорт пятизвездочных отелей с местным колоритом. Это настоящая балийская деревня, выросшая за последние годы за счет строительства гостиниц, но сохранившая свою специфику и аромат. Даже в стенах отеля здесь не чувствуешь себя в изоляции от внешнего мира: индуистские храмы, десятки самых разных ресторанов и баров, мастерские художников начинаются уже в ста метрах от входа в гостиницу. В этом отношении отель Bali Hyatt расположен просто идеально. К тому же его подлинной изюминкой является спа-центр, выполненный в стиле балийской деревни. Большинство процедур предоставляются прямо в саду, среди магнолий и бугенвилий . Джимбаран — бывшая неприметная рыбацкая деревушка на противоположном берегу южной оконечности Бали — с недавнего времени превратилась в самое престижное место Бали. Виной тому — все те же разящие наповал и обладающие поистине гипнотической силой балийские закаты. Здесь же суждено было появиться нескольким наиболее фешенебельным отелям острова. Один из них — Four Seasons Bali, занявший основное пространство пляжа Джимбарана. Основной тип размещения здесь, великолепные виллы — наверное, лучший выбор для любителей престижа и роскоши.

Немного южнее, на крутом обрыве прямо над океаном расположен отель The Ritz Carlton Bali Resort & Spa. Отель раскинулся на 70 гектарах тропического сада и состоит из основных корпусов с гостиничными номерами и вилл с видом на океан. Считается, что рестораны этого отеля — одни из самых знаменитых в Юго-Восточной Азии. Они предлагают изысканность высокой кулинарии на фоне неординарного дизайна. В основном ресторане отеля, Padi, к примеру, кажется, будто столы накрыты на плоту посреди заросшего кувшинками и лилиями пруда. В морской ресторан Kisik ведут с обрыва крутые ступеньки. Здесь, в нескольких метрах от разбивающихся о волнорез волн, столы накрыты прямо на песке и подсвечены факелами. А японский ресторан Honzen находится в чреве отельного спа комплекса, настоящего храма воды, красоты и здоровья. Кстати, комплекс спа в Ритце уникален. Мы видели немало подобных талассо и пр. центров в разных частях мира, но такого бассейна, как в балийском Ритце нет больше нигде, это уже точно запротоколированный факт. Он наполнен морской водой, которая бурлит и пенится, а ты бродишь по всем закоулкам с водными массажами и струями разной силы и температуры, ведомый чутким инструктором, пока не почувствуешь себя окончательно плененным и не поймешь, что больше отсюда ты уже никуда не уйдешь, потому что идти уже некуда и не нужно.Крепкий и сладкий имбирный чай возвращает на бренную землю, но еще долго сохраняется ощущение полнейшей легкости и свежести. Впрочем, Ритц на Бали — тот самый случай, когда уровень отеля невозможно измерить количеством звезд, ресторанов или бассейнов. Это — некая абсолютная величина, не поддающаяся обычным измерениям. Какими привычными материальными категориями можно оценить, например, медитацию по крышей традиционного бале — прямоугольного соломенного навеса, под которым можно полулежать на мягких матрасах и дремать под свежий океанский бриз и шум прибоя?

С чем сравнить волны, разбивающиеся в пенный фейерверк о прибрежные скалы и усыпляющие дремлющих на белоснежном песке чаек и мирно спящих туристов? Но именно в Ритце можно наблюдать, наверное, самый красивый закат на Бали. С высокой, ровной и засаженной мягкой травкой лужайки, над почти стометровым обрывом можно любоваться уплывающим на запад светилом. Уходящее солнце подсвечивает горизонт мягким розовым светом, который переносит свидетелей этого зрелища в другое измерение, неподвластное времени и пространству, в райский сон, где перемешивается прошлое и настоящее, причудливые индийские боги, древние герои вроде Рамы и его преданного друга, обезьяньего царя Ханумана… Это нельзя увидеть, этим можно только дышать. Ради этого и стоит побывать на Бали.

Практические советы
Перелет на Бали из Москвы требует запастись терпением и увлекательной книжкой, которая может скрасить длинный перелет. Оптимальные рейсы на остров — и с точки зрения продолжительности полета, и пересадок — предлагают Qatar Airways (через Доху и Куала-Лумпур) и Emirates (через Дубай и Джакарту или Куала-Лумпур). Новые самолеты, приличное обслуживание и хорошие кинофильмы на борту помогут легче перенести путешествие. Весьма конкурентоспособны цены, особенно у Qatar Airways и гибкая политика авиакомпании в отношении групп также импонируют многим организаторам. Существует также и вариант перелета, например, через Бангкок, но тогда придется комбинировать билет на Аэрофлоте и на Thai Airways. Однако, такой путь сократит дорогу ровно на одну пересадку (благодаря прямым ежедневным рейсам Thai Airways в Денпасар).

Индонезийская виза стоит 30 долларов США и выдается в посольстве Индонезии в Москве (Новокузнецкая улица, дом 12, телефон 951—9549) без особых затруднений. Прием документов осуществляется по рабочим дням с 10.00 до 12.00, выдача виз — через 3—7 дней, начиная с 14.00). Необходимо предъявить паспорт, 2 фотографии, резервацию отеля или ваучер от принимающей фирмы и копию бронирования билета. Не забудьте оставить «заначку» в размере 100000 рупий (около 12 долларов): при отлете из Денпасара с каждого пассажира взимается аэропортовый сбор и его принимают только в рупиях.

Автор Smirnov

| 09.03.2004 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий