Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Франция >> Париж >> Миллениум в Париже


Забронируй отель в Париже по лучшей цене!

Дата заезда Дата отъезда  

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Миллениум в Париже

ФранцияПариж

К концу каждого года большинство людей охватывает странное беспокойство, оно связано с желанием, как можно лучше встретить Новый год. Излишне говорить, что к концу 1999 г. это беспокойство достигло своего максимума, ведь впереди маячил юбилейный — 2000 год. По сути, год с тремя нулями на конце не должен отличаться от любого другого года, но такие круглые даты бывают раз в тысячу лет, поэтому и встретить его хотелось совсем по-особенному. Надо было придумать что-либо поинтереснее тривиальной пьянки под звон курантов. Моя большая и пламенная страсть к путешествиям подсказала оригинальную идею встретить миллениум в Париже. Жаль, что эта светлая идея пришла мне в голову довольно поздно — в начале декабря, при этом оказалось, что подобная мысль уже посетила множество светлых голов намного раньше меня, и большинство путевок в Париж были уже распроданы. По случайности, у турагентства «Старый город» удалось приобрести три последних путевки на автобусный тур «Новогодний Париж», оставалась небольшая формальность — оформить у начальника полтора дня отпуска и паковать чемоданы. Именно здесь и возникли совершенно непредвиденные трудности: начальник Вася позавидовал подчиненному, который собрался отмечать Новый год за границей. Поэтому дать мне малую толику законного отпуска он отказался, и предъявил нешуточный ультиматум: либо я отказываюсь от поездки, при этом теряю все деньги, и возможность встретить миллениум в Париже, либо я еду, но при этом теряю работу. Шеф не на шутку «попер в дурь» — даже в молодом возрасте встречаются такие неадекватные индивидуумы, и тут моя страсть сказала свое веское слово — «ехать однозначно!», странно, но моя жена поддержала такое рискованное решение.
27 декабря 1999 г. моя семья разместилась в купе поезда Москва-Брест, сразу познакомились с соседями — Слава тоже ехал с домочадцами, по странной случайности он так же оказался безработным с сегодняшнего дня — до чего же московские безработные любят отмечать новый год в Европе. Темным предрассветным утром следующего дня автобус быстро домчал нас от Брестского вокзала до Белорусско-Польской границы, где творились настоящие чудеса — привычной очереди не было вовсе, правда, пограничники с таможенниками тоже отсутствовали — наверно спали еще. Наконец заспанный цербер появился на рубеже, и едва разлепив глаза, начал выпускать людей в Восточную Европу. Жена уже там, дочь — тоже, а у меня заминка: у таможенника проснулась бдительность, он решил ознакомиться с содержимым моего бумажника, битком набитого долларами, франками, марками и рублями, сумма которых в три раза превышала разрешенную норму провоза валюты — я вез всю семейную кассу. Факт такой «контрабанды» сильно озадачил чиновника, пришлось с ним долго объясняться, возвращать жену с дочерью на таможенную территорию Белоруссии, рассовывать им по карманам излишки наличности и вновь штурмовать границу. Привычная Польша особо ничем не удивила, за исключением сильнейшего тумана, как водила умудрился вести тяжелый автобус в столь густом «молоке», и при этом ни в кого не врезаться — ума не приложу. Недалеко от Варшавы первая остановка с перекусом в весьма скромной придорожной харчевне с запоминающимся названием «У мамы». Здесь нас поджидал один из немногих в этом путешествии приятных сюрпризов — «келбаски» — на вид обычные колбаски, жареные на гриле, но на вкус совершенно необыкновенное блюдо, которое затмило многие кулинарные изыски, которые мне доводилось отведать в разных странах мира. Сочные, подкопченные на гриле, кусочки фарша буквально таяли во рту, и мгновенно оказывались в желудке, сопровождаемые изрядным глотком местного пива, оставляя во рту долгое, и приятное послевкусие натурального мяса, приготовленного на открытом огне. Не менее удачным подарком судьбы оказался наш гид — Михаил Михайлович — совершенно уникальный человек — полиглот, говорящий на многих языках и обладающий энциклопедическими знаниями. Большая часть пути от Бреста до Парижа сопровождалась его увлекательными рассказами, историями и байками на различные темы, начиная от политики и кончая местными свадебными обрядами. Впереди был длительный — 18 часовой переезд до Праги, такая поездка в автобусе не лучшее удовольствие, но и не самое страшное испытание, тем более, что автобус неплохой (есть туалет, в который не рекомендуют ходить, имеется кипяток, которого не хватает на всех, сиденья — мягкие, правда я сижу на самом последнем ряду и откинуть спинку проблематично), через каждые три-четыре часа — остановка, иногда демонстрирует видеофильмы, хоть и медленно движется время, но к вечеру были на Польско-Чешской границе. Вокруг красота: вдоль заснеженной трассы стоят разлапистые ели, с вершины до самых нижних ветвей запорошенные пушистым снегом, который искрится в свете неоновых ламп — полная новогодняя идиллия, если не считать отсутствия чешских погранцов, которые совсем не торопятся пропустить в столицу своего государства одинокий автобус с туристами. К часу ночи, наконец, разместились в пражском отеле — стандартная общага без особых изысков.
Хмурое пражское утро началось с обзорной экскурсии по городу (с 87 года, когда я гостил здесь в отеле Амбассадор, особо ничего не изменилось): Лоретта с ее уникальным музыкальным механизмом, каждый час исполняющим мелодию, Погорелец, Вацлавская площадь, Староместская площадь со своей ратушей, в окошечках которой каждый час появляются 12 апостолов, Карлов мост. И, конечно, Пражский град с собором Святого Витта — он как обычно поразил своим величием и огромными остроконечными шпилями, устремленными высоко в небо. Через три дня новый год, а новогоднего убранства (как в Москве) на улицах практически нет, только на Староместской площади стоит елка с игрушками, да ворота, украшенные еловыми ветками — вот и все новогодние приготовления. Народу мало, да и те в основном — туристы, снег есть, но немного, к тому же совсем не холодно. Несколько часов в Праге проносятся мгновенно, не оставляя каких либо особых впечатлений, кроме удивления от грабительских сборов при обмене валюты, которые достигают 2—3 долларов вне зависимости от суммы обмена.
Впереди ночной переезд по дорогам Германии, автобус резво бежит по шикарному автобану, на обочинах появляется все больше снега, погода резко ухудшается: порывистый ветер яростно хлещет лобовое стекло автобуса снежными зарядами — за окном метель и стужа — настоящая зима. Ночью, в придорожном гаштете, невыспавшаяся (наверно потому злая) немка продала мне красивую на вид, но совершенно невкусную булку за 4,5 марки, вместо 2 по ценнику.
Утром все волшебным образом меняется: автобус уже во Франции, здесь тепло и нет снега, на полях зеленеет травка, а в воздухе натурально пахнет весной. Первая остановка в новой стране, а у туалета сразу заминка — пара француженок стоят у входа в WC с серебристым блюдом в руках, и недвусмысленно намекают на «бакшиш». С языками у туристов — проблема, поэтому никто не может понять, а сколько надо платить за вход, самая смелая женщина протягивает банкноту 500 франков (около 85 баксов), и ее пропускают бесплатно — видимо из уважения к ее благосостоянию — это весьма крупная купюра во Франции, у других таких бумажек нет, и они терпеливо ждут. После моего подхода к заветной двери, выясняется, что тариф не установлен, поэтому монетки в 50 пфенингов достаточно для прохода.
Через пару часов за окнами возникает  г. Реймс — столица провинции Шампань, где производят настоящее шампанское, в том числе легендарную «Вдову Клико», по 25 баксов за бутылку. По нынешним временам — ерунда, а в 1999 г. — немалые деньги, ведь после дефолта прошло чуть больше года, и долларовые зарплаты в РФ тогда были весьма скромными.Гид рассказал интересную историю о самой вдове. Когда русские войска погнали Наполеона из России, они проходили маршем в этих местах, и по ходу дела стали разорять винные подвалы знаменитой вдовы, она взирала на безобразия с олимпийским спокойствием, после чего заявила своему управляющему: «Пусть пьют, они за все заплатят». Слова оказались пророческими, войска вернулись в Россию, а с ними последовала и память о божественном напитке, подкрепленная несколькими подводами халявного питья, своевременно отправленного предприимчивой вдовой в Москву. Впоследствии шампанское стали импортировать из Франции в Россию целыми возами за солидные денежки. Первоначально это шампанское совсем не производит впечатления, ведь это брют — суперсухое шампанское, но потом, когда распробуешь вкус напитка (а это происходит очень быстро), пить российскую шипучку гордо, но незаслуженно именуемую «Шампанским», весьма проблематично.
Но Реймс знаменит не только наследием французской вдовы, но и своей архитектурой, и прежде всего замечательным собором Нотр Дам де Реймс — великолепное творение 13 века, одно из самых грандиозных готических сооружений средневековой Франции — место коронации почти всех французских королей. Еще вчера мы осматривали уникальный и величественный собор святого Витта в Праге, и казалось бы, что удивить меня творениями монументальной готики уже невозможно. Однако главный собор Реймса производит сокрушительно-ошеломляющие впечатление, его формы настолько совершенны и прекрасны, что начинаю потихоньку фантазировать: если этот собор так великолепен, значит Нотр Дам де Пари — вообще непревзойденное чудо, созданное руками зодчих. Долго раздумывать не приходиться, ведь групповой автобусный тур — это прежде всего гонка по городам и весям за ускользающими впечатлениями, поэтому на каждый осмотр дается совсем мало времени, в довершении у меня сломался фотоаппарат, и заснять великолепный храм не удалось.
Автобус привычно пожирает километры французских дорог, а за окном пролетают печальные последствия урагана, только что пронесшегося по стране: поваленные деревья, опрокинутые рекламные щиты, порванные линии электропередач — стихия порезвилась здесь всего пару дней назад. К обеду достигли Парижской кольцевой дороги, которая называется «переферик» — нескончаемый поток машин и постоянные пробки. Здесь нас поджидала первая серьезная накладка, резко изменившая наши планы: руководитель группы — Лена (ее функции в поездке состояли в сообщении туристам неприятных вестей) сообщила отвратительную новость: обещанная еще в Москве гостиница в центральной части Парижа отменяется, а жить придется у «черта на куличиках» — в отеле Гео 3* (район а/п. Орли) — минут 30 до Парижа на местной электричке RЕR, а до нее надо еще добираться на автобусе, который ходит 1 раз в час и только до 20—00, в качестве компенсации обещают проездной билет на три дня. Зимние дни очень коротки, а ведь сегодня еще запланирована экскурсия по центральной части Парижа, пока добрались до города, уже сгустились сумерки, начался моросящий дождик и поднялся сильный ветер. Порыв ветра вырвал из рук ротозея-туриста зонт, и первые видеокадры, снятые мною в Париже — это одинокий зонт, плывущий по грязно-желтой поверхности Сены, вздувшейся от наводнения. Уровень реки поднялся настолько сильно, что вода затопила дороги, идущие вдоль набережных, и было прекращено движение прогулочных кораблей, т. к. они не могли проходить под мостами.
Нотр Дам де Пари, который строили с 1163 по 1345 г.г., абсолютно не похож на своего тезку, возведенного в Реймсе, и совершенно не производит того потрясающего впечатления, на которое я рассчитывал. Несмотря на дождь, толпы туристов осаждают вход в храм, поэтому попасть внутрь сооружения не удалось. Около Отеля де Виль — весьма импозантного и респектабельного здания местной мэрии, гид рассказал анекдотический случай о том, как новый русский при осмотре этого здания спросил у него, а почему же его не поселили в этот крутой отель? После завершения экскурсии, мокрые и замерзшие бредем по вечерним улицам города-мечты, города-легенды, города-сказки. Для согрева решили зайти в подземный магазин (жаль, не помню его названия): поглазеем на витрины, заодно и погреемся. Почти все отделы оказались закрыты, а в переходах тусовались многочисленные компании молодых афро-французов с иссиня-черными лицами, которые с большим интересом осматривали семью бледнолицых, в одиночестве шествующую мимо них. Идти под прицелом десятков далеко не дружественных взглядов весьма неприятно, поэтому мы быстренько покинули помещение и пошли искать другое пристанище. Китайский ресторанчик — именно то, что надо, жаль, что мы там единственные посетители, а температура внутри не сильно отличается от наружной промозглости, поэтому первые полчаса сидим в верхней одежде, несмотря на вежливые предложения хозяев раздеться. За 40 фр. (7 $) на каждое лицо берем комплексный обед: салат, суп с прозрачной рисовой лапшой, утка в ананасовом соусе и пирожное с зеленым чаем. Все очень вкусно, а порции так велики, что жена с дочерью не рассчитали своих сил и «подорвались» на мелочах, после чего «гвоздь» программы — утку с ананасами осилить им не удалось.
Следующий день — 31 декабря 1999 года — последний день года, века и даже тысячелетия — так писали тогда многие газеты, потом оказалось, что с последними двумя утверждениями они погорячились, т.к. 20 век и второе тысячелетие заканчивались 31 декабря 2000 года, но ведь это не так важно, главное, что встреча юбилейного — 2000 года близка, как никогда! Программа этого — самого длинного в году дня — исключительно насыщена: Версаль, Лувр, Эйфелева башня, проводы года по Московскому времени, и в завершении — встреча Нового года на Елисейских полях. Сначала программа шла по утвержденному плану, и даже погода решила побаловать — закончился дождь, правда, вместо него всю землю окутал густой туман. В Зеркальную галерею Версальского дворца поутру еще совсем небольшая очередь, говорят, сегодня ночью здесь будет костюмированный бал, стоимость участия в котором всего 2500$, но у нас другие планы. По пути в галерею экскурсантов проводят по длинным анфиладам царских покоев, в которых король ел, пил, кутил и жил. Раньше часть мебели была из чистого серебра, однако очередная революция требовала денег, и мебель из драгметалла реквизировали. Сама зеркальная галерея достойна самого пристального внимания и восхищения, ибо 70 метровая зала высотой 13 метров, с одной стороны практически полностью покрыта зеркалами, а на противоположной стороне — ряд больших окон. Они дают так много света, что он, отражаясь в зеркалах, заполняет все помещение, и играет в подвесках хрустальных люстр, свисающих с высоких расписных потолков, при этом создается впечатление, что находишься на открытой веранде. Здание дворца утопает в плотной вате тумана, на территорию дворцового парка туристов не пускают — спешно убирают последствия недавнего урагана, но та панорама геометрически правильных кустов, выстроившихся как солдаты на параде, и аккуратно подстриженных газонов, которую удалось разглядеть из открытых окон, действительно радует глаз. У входа во Дворец стоит конная статуя его строителя и хозяина — Людовика-ХХIV — знаменитого «Короля-солнца», многие слышали его крылатые слова: «Государство — это Я!», но его устам принадлежит и другое изречение «Я хочу, что бы в супе каждого француза плавала курица» — за такую отеческую заботу народ его любил, и это несмотря на то, что он практически полностью разорил казну государства. Перед входом чернокожие продавцы торгуют сувенирами, создается впечатление, что мы в Египте, но есть пару отличий: на улице прохладно, и главный сувенир здесь не Тутанхамон, а Эйфелева башня. Ее построили в 1889 году к Всемирной выставке ненадолго, при этом большинство современников ругали сооружение за безвкусицу, невзирая на козни злопыхателей, ажурное сооружение не только стоит на своем законном месте до сего дня, удивляя и восхищая туристов и местных жителей, но и стало символом города — вот такие превратности истории.
Впереди нас ждал Лувр, несмотря на утренний час на подъезде к Парижу уже начали появляться «пробки», а на мостовой кое-где валялись поваленные бурей деревья. Несколько лет назад, знакомый после посещения Лувра, обронил фразу: «…а наш Эрмитаж намного лучше…» В те годы я посчитал его снобом, но, оказавшись рядом с Лувром, понял, что доля истины в его словах была: серое приземистое здание главного музея Франции, придавленное низким декабрьским небом, выглядело совсем не так празднично и жизнеутверждающе, как Эрмитаж после очередной реставрации. Строение по форме напоминает гигантскую букву «Д», с сильно вытянутыми нижними «ножками», его правое крыло вытянулось вдоль Сены, на подходе к главному входу стоит Малая триумфальная арка, возведенная несколько раньше Большой, в ознаменование побед Наполеона. Молодцы французы, они не стали сносить памятники после каждой новой революции: если памятник построен, пусть стоит долго. Кстати, о Наполеоне здесь напоминает очень многое, в т.ч. и огромные буквы N на мостах через Сену. В центре музейного двора возвышается огромная стеклянная пирамида, окруженная пирамидками поменьше, когда раньше я рассматривал этот «шедевр» архитектуры на фотографиях, мне казалось, что он сильно обезобразил старинную постройку. Однако при ближайшем рассмотрении все оказалось не так плохо: модерновая пирамида весьма органично вписалась в архитектурный ансамбль. Спускаясь на эскалаторе в чрево пирамиды, посетители попадают в Лувр — это главный вход в экспозицию, при этом не все знают, что пирамида — творение американца китайского происхождения И Минг Пена. В музей попали после обеда, таким образом, сэкономили на билетах (после обеда дается ощутимая скидка) Экспозиция настолько огромна, что ходить по ней можно целыми днями, но тому, кто не является большим знатоком и ценителем искусства, 3—4 часов вполне достаточно, что бы бегом пробежаться по залам, увидеть самые известные экспонаты: Джоконду, Венеру Милосскую, Нику Самофракийскую и Египетский зал, созданный на основе коллекции Шампильона. Все это великолепие многократно растиражировано в учебниках, каталогах и на открытках, однако увидеть оригиналы самому всегда предпочтительнее, чем любоваться самой лучшей копией, поэтому первым делом быстрым шагом мы двинулись в направлении Моны Лизы, благо во всех залах есть стрелочки с указанием верного направления. Чем ближе к цели, тем больше посетителей, у самой картины, надежно спрятанной за пуленепробиваемым стеклом, вообще не протолкнуться, каждый считает своим долгом блеснуть вспышкой и запечатлеть шедевр на свою личную «мыльницу». Если говорить честно, то мне так и не удалось понять, в чем успех картины: молодая женщина со сбритыми по той моде бровями безучастно смотрит вдаль и все…, загадочной улыбки, которую так часто обсуждают искусствоведы, мне обнаружить так и не удалось. В общем, картина на меня не произвела должного впечатления, возможно из-за недостатка художественного вкуса, а может, сыграл свою роль критический настрой: не раз мне попадались на глаза статьи о том, что женщина-натурщица была серьезно больна и странное выражение ее лица — просто последствия паралича ее лицевых мышц. Тем не менее, посетить Лувр надо обязательно, ведь впечатления от остальных картин и скульптур — потрясающие.
После Лувра решили ехать на Эйфелеву башню (метро Champ de Mars Tour Eiffel), этот визит оказался безуспешным — ее закрыли для посещения (наши гиды как обычно оказались абсолютно не в курсе, хотя об этом заранее писали все французские газеты). Пришлось, несолоно хлебавши возвращаться в отель, и это было не главное разочарование в этот вечер. При приобретении путевки гиды обещали бесплатно разместить нас в ресторанном зале отеля для встречи Нового года по московскому времени. За час до назначенного времени, женская часть группы уже блистала перед зеркалами модными нарядами, специально привезенными по этому случаю из Москвы, мужская половина с не меньшим удовольствием готовила батареи спиртного к празднику. Уже в холле отеля, одним глазом поглядывая на TV, узрел знакомую личность на экране — Ельцин, жаль, что слышен только французский перевод — но Михаил Михайлович рядом, он сообщает — президент отрекся от власти — вот это сюрприз, такого никто не ожидал!
Через несколько минут — новый сюрприз, уже от руководителя группы: 2х часовые посиделки обойдутся в 40 баксов на человека (без питания и напитков) — это уже называется развод, ведь в Москве обещали совсем другое, пришлось отказаться от столь «заманчивого» предложения. С присущей ей самонадеянностью, которая подвела нас в эту ночь еще неоднократно, руководитель группы — Лена, предложила ехать в центр Парижа и там найти кафе, где можно спокойно посидеть пару часов. Идея была бредовая, ведь к городу стремительно приближался миллениум!, ясное дело, что никаких свободных кафе в городе не оказалось, поэтому шампанское пришлось пить в движущемся автобусе, расплескивая новогодний напиток на себя и соседей. В такой походной, и отнюдь не праздничной обстановке я и отметил свой очередной день рождения. В 22—30 местного времени нас высадили недалеко от площади Конкорд. Народ, обходя многочисленные лужи, потихоньку двигался в сторону Елисейских полей — аналога нашей Тверской улицы. На головах многих гуляющих красовались смешные клоунские колпаки и шапки с мигающими фонариками, кто-то взрывал петарды, другие разминались шампанским, а большинство мирно гуляли, в ожидании представления. Египетская колонна ярко освещеная прожекторами, как гигантская свеча сияла в ночи, уже не работающее колесо обозрения, установленное рядом, приветливо подмигивало яркими огоньками. Деревья Елисейских полей взамен опавших листьев были искусно опутаны мириадами светящихся лампочек, тысячи из которых пришлось заменять буквально в последний день, после недавнего урагана, пронесшегося над Францией. По центру авеню через 200—300 м были расставлены загадочные сооружения, напоминающие ярмарочные колеса обозрения. Именно их столичные власти заявляли как одну из главных «изюминок» праздника. Все магазины были надежно заперты, а их витрины задраены металлическими жалюзи, кафе и рестораны были заранее забронированы по бешеным ценам, в них развлекались коренные жители и «новые русские», а их покой охраняли дюжие секьюрити. Свободный доступ был открыт только в кафе Мадригал, но даже там стояла солидная очередь, которую не смущала 50$ стоимость бутылки шампанского, и нулевая вероятность освобождения столика к Новому году.
Время неуклонно катилось к заветному мгновению, людей вокруг становилось все больше, настала пора провожать старый год. Традиционное «Советское шампанское» разлили в пластмассовые стаканчики, толкнули пару затертых фраз о минувшем годе, столетии и даже тысячелетии, пока выпили, на часах без пяти двенадцать. Наконец свершилось — ноль часов, ноль минут — в стаканчиках уже плещется «Вдова Клико», все замерли в ожидании сигнала: боя курантов, сирены, в конце концов «зеленого свистка», но сигнала нет, только лампочки, гирляндами развешанные на деревьях, пару раз мигнули, да вдалеке, у Триумфальной Арки, в небе вспыхнула пара худосочных салютов, и все… Опытные парижане тут же встрепенулись, и стал обливать друг друга французским шампанским: пенные струи под давлением летели во все стороны, как из огнетушителя, обдавая всех прохожих брызгами. Смотреть со стороны очень здорово, но когда пальто жены окатили розовым шампанским, было уже не до смеха — такие пятна вывести очень трудно.
Ближайшее колесное сооружение осветили прожекторами и привели в движение, внутри него было насыпано множество шляп, которые перекатывались внутри обода, обтянутого полупрозрачной тканью, как шары в лототроне. Внизу была устроена сцена, на которой театральная группа, переодетая дикарями, под ритмичный грохот барабанов начала танцевать какой-то первобытный танец племени мумба-юмба. Молодежь вокруг, разогретая шампанским и первобытным ритмом прыгала через головы друг друга, танцевала и дурачилась. Приглядевшись повнимательнее к толпе, я заметил, что 90 % из них — это молодые арабы. Перед очередным тостом под конфетку, жена увидела, что соседний юноша с интересом и тоской смотрит на сладость. Сердобольная женщина со свойственным русским хлебосольством протянула коробку парню — угощайся! Он, подумав, нерешительно взял конфетку и в ответ протянул 10 франковую монету (1,5$), а за ним тут же выстроилась очередь таких же чернявых молодых людей, желающих заморского шоколада и ищущих в кармане монетку. Жена почему-то испугалась такого напора и передала коробку мне, понятное дело, что я бесплатно угостил ребят конфетами, но сама история удивила и позабавила меня. Оставались бенгальские огни, которые я тоже презентовал новым знакомым, надо было видеть, с каким жадным любопытством они разглядывали серебристыми палочками. Когда удалось зажечь все огни, юноши радовались как дети, а один от избытка энергии решил подпалить другому волосы на затылке, благо, тот вовремя заметил пакость товарища. Я и не подозревал, что в Париже такое количество мигрантов из Северней Африки. Уже сегодня — в 2006 году, смотря репортажи о поджогах во Франции, я вглядывался в лица бунтующей молодежи — может быть, среди них были те ребята, которых я угощал конфетами и дарил бенгальские огни много лет назад?
Из соседнего ресторана спустилась подышать свежим воздухом большая компания веселой и беззаботной молодежи, наряженной в одинаковые соломенные шляпы. Молодые люди в отлично сшитых костюмах, женская часть тоже одета на «пять с плюсом» — скорее всего корпоративная вечеринка на Елисейских полях — весьма достойное времяпровождение для коренных французов. Ребята сразу обратили внимание на девушек из нашей группы, французы сразу оценили славянскую красоту, несмотря на то, что девчата были плотно упакованы в зимние пальто. Однако, общение шло туго: французы категорически не желают учить английский язык, а россияне не могут похвастаться поголовным знанием французского. Девчатам водрузили на головы шляпки, и началась фотосессия, на этом мимолетное знакомство и закончилось, пригласить русских красавиц в свое кафе галантные французы то ли забыли, то ли постеснялись. А мы решили сменить дислокацию, и пройти дальше по Елисейским полям в сторону Триумфальной арки, празднующих стало еще больше, поэтому дойти удалось только до следующего колеса, на котором вращались макеты самых известных сооружений мира: Эйфелева башня, Пирамида Хеопса, Храм Василия Блаженного, Пизанская башня и т.д., а на подмостках был водружен грузовик, весь обвешанный трубами-динамиками, из которых лилась грустная мелодия парижского шарманщика, этот щемящий душу мотив до сих пор часто вспоминается мне. Между тем, настало время двигаться в сторону ближайшего метро, ведь возвращаться в нашу деревню — Antony предстояло самостоятельно. Наш «супергид» Лена сообщила, что стоянка туристических автобусов в Париже в новогоднюю ночь запрещена, но метро будет работать всю ночь, поэтому мы спокойно на нем доедем до пригорода, а там нас подхватит автобус. (увы, она в очередной раз обманула группу, т. к. автобусов в эту ночь в центре Парижа стояло море, а вот метро как раз не работало). А пока с веселой толпой гуляющих мы двинулись в обратный путь, причем поток людей был такой плотности, что первомайская демонстрация в Москве на этом фоне вспоминалась как ручеек, по сравнению с полноводной рекой. Площадка с барабанщиками все ближе, барабаны гудят под непрерывным градом ударов десятков прочных барабанных палочек, отбивающих первобытно-дикий ритм. Вокруг в основном арабы и негры, европейцев почти нет, несмотря на тесноту, наши соседи начинают пританцовывать и раскачиваться, медленно продвигаясь вперед, постепенно все толпа на протяжении десятков метров сливается в едином танце, подчиняясь грохоту тамтамов, многократно усиленному мощными динамиками. Вдруг первые ряды прекратили свое поступательное движение — они просто остановились и стали пританцовывать на месте — уж больно ритм хорош, так приятно покачаться в унисон с ним на одном месте. А в это время толпа, идущая сзади, с неторопливостью мощного гидравлического поршня продвигалася вперед. Чувствуя, как меня начали сжимать ходоки, напирающие сзади, и, видя, как моя 13-летняя дочь начинает пугаться и пищать, с оглядел окрестности: головы спереди, головы сзади, направо и налево та же картина. Смекнув, что давка не сулит ничего хорошего, начал самым энергичным образом, применяя локти и непечатные выражения, выбираться из толпы. Ура — нам это удалось, я вытащил семью из толпы, и мы стоим в относительной безопасности — в подворотне дома, жаль, что вход во двор преграждает надежная решетка. А дробь барабанов все громче, ритм ускоряется, толпа все плотнее, она начинает теснить нас к решетке, проверяю ее на прочность: сил разогнуть прутья у меня явно не хватит, а перспектива быть раздавленным здесь не внушает оптимизма. Вдруг, дробь барабанов оборвалась — на мгновение наступила тишина, выступление закончено, обалдевшая, и разогретая толпа на несколько минут замерла на месте, а потом медленно начала растекаться по переулкам.
Можно расслабиться, ведь мы еще не знаем, что наши приключения только начинаются. В отличном настроении (мы сделали это — встретили миллениум в самом сердце Парижа!) двинулись к метро. Со всех сторон несутся возгласы Бонане! — С новым годом! Вдалеке переливается желто-белыми огнями Эйфелева башня, с ее вершины бьют лучи двух мощных прожекторов, когда они скользят по ночным улицам города, при некотором воображении зрелище похоже на гиперболоид инженера Гарина. Мелодично позванивают сотни пустых бутылок из-под шампанского, в беспорядке разбросанные по мостовой, когда о них спотыкаются прохожие. Первая метростанция на нашем пути закрыта, что нас совсем не удивляет — в Москве в дни массовых гуляний так бывает часто. Еще через двадцать минут ночной прогулки у очередной закрытой станции метро ажан-полицейский сообщил, что метро закрыто, еще через 10 минут я с огорчением выяснил, что в такси тоже «не содют» (его можно заказать только по телефону, которого у меня нет, а карточки для телефона-автомата ночью найти проблематично). До поездки в Париж я читал, что там существуют ночные автобусы, но повстречать их мне так и не удалось. Итак, на дворе 2 часа ночи, температура +9, до отеля километров 15—20. Ситуация начинает вырисовываться в полной неприглядности: добраться до отеля невозможно, метро откроют в 6 утра, значит, оставшиеся 4 часа придется провести на ночных улицах, при этом ноги уже отказываются нести свои уставшие тела. Рядом со станцией St. Michel Notr Dam устраиваемся поудобнее на лавочке автобусной остановки, и пытаемся релаксировать. Все бы хорошо, даже ночная прохлада не сильно забирается под одежду, но странная форма металлической лавочки с неудобной горбинкой вдоль всего сиденья не позволяет сидеть в одной позе больше 10 минут. Думаю, что сделано это специально, что бы по ночам парижские клошары не портили вид остановок, но сегодня в роли местных бомжей выступает моя семья в полном составе, и это грустно. Делаю последнюю попытку обеспечить ночлег своим домочадцам: отыскиваю ближайший миниотель, на мой нетерпеливый звонок выплывает дородная мадам — сколько стоит перекантоваться у Вас до утра? — 150 баксов мосье! А если на диванчике в холле? Торг в этом деле неуместен, мосье! Это явный перебор, да и нет у меня с собой столько денег при себе, я ведь только погулять вышел. В 4 часа ночи надо решать вопрос с туалетом, обхожу ближайшие кварталы — туалетов нет, а все подворотни надежно перекрыты толстыми решетками. Вдруг, впереди за углом слышу характерное журчание, а потом замечаю и тоненький ручеек, струящийся в сторону водостока. Какой конфуз, оказывается, французы тоже совершают антиобщественные поступки: за углом возник временный общественный туалет, грех этим не воспользоваться. Томительно тянутся безразмерные ночные часы, дочку посадил на колени, чтобы не мерзла, через 30 минут самостоятельно встать на ноги не могу — они полностью онемели, кое-как размял их. Мимо плетется припозднившаяся компания гуляк — опять африканцы. Точным ударом один из них забивает в нашу остановку пустую банку из-под Пепси-колы. Легкий и совсем неуместный дымок из ее горловины внушает некоторое опасение, поэтому не менее энергичным ударом отпасовываю банку своему визави, не долетев 2 метров до компании, банка со страшным грохотом взрывается. Эти «умники» запихали внутрь петарду и решили пошутить. Наконец метро открыли, хмурые и утомленные первые пассажиры поспешили вниз на платформы, а там уже толпы людей, они не дождались последнего поезда, а дежурные по станции были так гуманны, что не выгнали сотни бедолаг на холодные улицы и разрешили им ночевать на лавочках и на полу станции. По версии нашего гида, по совершенно неизвестным причинам, в 23—00 работники метро объявили забастовку, и отказались возить пассажиров всю ночь, а туристам пришлось ночевать на улице.
К 7—30 попали в отель, а на 12—30 назначена экскурсия по Парижу, надо немного вздремнуть. С трудом продрав глаза, пошли на завтрак, предвкушая сочный (как при социализме) окорок, кусочки нежнейшего сыра Бри, покрытые благородной белой плесенью (как это было вчера), а на столах вместо ожидаемых деликатесов лежат только круассаны, в ответ на наши претензии, интеллигентного вида негр-дежурный безучастно сообщил, что наши завтраки вероломно сожрали наши товарищи по группе. После моих доводов о том, товарищи — хорошие, и вчера было три подноса еды, а сегодня подали только два, мой собеседник мгновенно забыл английский язык и отказался продолжить общение. Делимся впечатлениями со Славой — его семья встречала НГ недалеко от Эйфелевой башни. После его рассказа, а потом и сюжета по французскому TV, я готов был кусать себе локти, ведь самое интересное в этот новый год было рядом с башней: в момент наступления 2000 года ажурная конструкция буквально взорвалась тысячами салютов (вчера вечером ее закрыли именно для того, что бы основательно начинить пиротехникой). Огненная феерия продолжалась минут 15, первоначально, для разминки, заряды начали взрываться последовательной волной, с макушки до самого низа, затем башня превращалась в гигантский бенгальский огонь, а иногда она скрывалась в огромном огненном шаре-облаке. Кульминацией огненного шоу стал салют желтого цвета, частички которого кружились в воздухе как большие шмели, разбрасывая вокруг себя ярко-желтые огненные брызги. Многие тысячи парижан и гостей столицы наблюдали необыкновенное зрелище — именно оно и было настоящим гвоздем этой уникальной новогодней ночи.
К моменту начала экскурсии собрались почти все, за исключением руководителя группы, ее пришлось вытаскивать из постели, после чего она невозмутимо сообщила, что перенесла экскурсию на более позднее время, забыв при этом предупредить туристов. Несмотря на полное нежелание гида проводить экскурсию, с опозданием отъехали. Страшно хочется спать, автобус часами простаивает в безумных пробках, а ведь надо еще попасть на Эйфелеву башню. Вечером башня, усыпанная мигающими лампочками, как гигантская елка, утопает в тумане, несмотря на свою внушительную массу в 10100 тонн, она кажется совсем невесомой, под ее четырьмя гигантскими лапами-опорами толпятся люди, желающие попасть наверх в первый день нового года. На огромном табло, укрепленном в центральной части башни, горит надпись 2000 — Новый год наступил, а еще вчера на этом месте высвечивалось количество часов, оставшихся до юбилейного года. Младшая дочь Славы чудом прорвалась в начало длинной очереди, и всего за 10 баксов каждый из нас получил уникальную возможность подняться на высоту 276 метров. На первый уровень (57 м) пассажиров доставляют старинные застекленные лифты, двигающиеся вдоль ног башни под наклоном, через их окна можно видеть медленно проплывающие мимо конструкции башни, огромные шкивы и канаты, приводящие этот раритетный агрегат в движение. На третий — самый верхний уровень отправляется привычная лифтовая кабина. Там расположен музей радио с восковыми фигурами самого инженера Эйфеля в паре с Эдисоном и открывается великолепный вид на город, жаль только, что он покрыт туманом, а обзорная площадка вся застеклена толстым стеклом. На втором уровне (115 м) несколько интереснее, т. к. наблюдать ночную землю, лежащую далеко внизу в туманной дымке, и расчерченную огоньками проспектов и улиц, можно не через толстое стекло, а через решетку, надежно удерживающую от падения любого посетителя. На самом деле решетки установили для защиты самоубийц, которых до сих пор просто магнитом тянет сюда, что бы совершить свой последний прыжок. Вид открывается как с самолета, обойдя смотровую площадку по периметру, при хорошей погоде можно осмотреть панораму всех районов Парижа, на этом же уровне расположен модный ресторан «Жюль Верн». Несмотря на вечернее время и туман, панорама огней, в которой легко узнаются Елисейские поля, Триумфальная арка, Дом инвалидов и другие достопримечательности города, впечатляет — это действительно здорово, экскурсия стоила времени, потерянного в очереди, отдавленных ног и потраченных денег. Впереди еще один пункт программы — кабаре Мулен Руж (метро Blanche)- знаменитая Красная мельница, завтра днем жена намеревается посетить это заведение, а сегодня хочется увидеть его в обрамлении иллюминации. Большой мельничный ветряк действительно красный, т. к. он щедро окантован красными лампочками, которые ярко сверкают в темноте, создавая ощущение вечного праздника и намекая своим цветом на разгул страстей внутри здания.
А у меня с дочерью на завтра совсем другие планы — нас манит Диснейленд. Он расположен далеко за городом, из нашего захолустья можно добраться до него на RAR с пересадками часа за два. Билет на электричку весьма недешев, ведь оплата ж/д транспорта в Париже зависит от зоны (1,2$ — 1 зона, цены во Франции показались весьма немалыми, однако, когда через пару лет я посетил Лондон, я понял, что Париж совсем недорогой европейский город). RAR — это обычная электричка, только в городе ее пути-дороги ныряют под землю, и сливаются с колеями метро. Метростанции в большинстве своем сильно отличаются от Москвы, т. к. на одной станции может располагаться одновременно по 4—6 ж/д путей, на каждый из которых могут одновременно прибывать метропоезда и электрички RAR, причем некоторые вагоны — двухэтажные. Билет действуют на оба вида транспорта, его стоимость зависит только от количества преодолеваемых зон, причем сохранять его надо до конца поездки, т. к. не только на входе, но и выходе из метро оборудованы турникеты. В целях экономии можно купить проездной Paris visite на 1,3,5 дней, который действует на метро, RAR, автобусе и фуникулере. Что странно, если захочешь выйти раньше оплаченной зоны, турникет не откроется, нам пришлось перепрыгивать через турникет, когда решили покинуть метро досрочно. Кроме этого на выходе со станций периодически дежурят контролеры, безбилетникам приходится несладко — штрафы очень чувствительные. Именно с такими проверяющими нам довелось столкнуться по приезде в Диснейленд, когда Славкины дети в целях экономии ехали по одному билету. Ситуацию, как обычно, спасла его дочь — быстро прошла через турникет сама и незаметно умудрилась передать билетик брату. Контролер, уверенный в неминуемом штрафе, как коршун на куропатку бросился на паренька, предвкушая свой триумф, надо было видеть его физиономию после предъявления билета.
При слове Диснейленд каждый представляет себе аттракционы, бесконечные развлечения, Микки Мауса и прочие приятности, и это действительно так, при этом из внимания выпадают огромные очереди на каждый аттракцион. Парижский Парк расположен в 30 км от города (станция RAR — Marne La Vallee) он чуть меньше чем в Орландо, и разделен на пять зон Fronterland, Advantureland, Fantasyland, Discoverland, Main street. Несмотря на зимний день, очереди были и в Парижском парке развлечений, правда, чуть меньше, чем в Штатах, но 20—40 минут обязательно требовалось потратить на каждый аттракцион. Отстояв свою первую очередь на Big Thunder Mountain, погрузились в вагонетки, и на малой скорости минипоезд покатился в подземный тоннель, круто уходящий вниз под дно озера. На выезде из тоннеля поезд внезапно остановился, и на туристов первой вагонетки сверху полилась вода, что не доставило им удовольствия, а остальные пассажиры подумали — это часть аттракциона. Воду перекрыли, а через несколько минут ожидания динамики на стенах туннеля захрипели по-французски, забегали служители, туристов отстегнули от кресел и пешком вернули к месту посадки: поезд сломался. Каждому выдали бумажку о том, что после ремонта он может опять покататься, но уже без очереди. На обратном пути, после посещения головокружительных горок Space Mountain с вращением на 360 градусов, пробегая мемо аварийного аттракциона, заметили, что его починили. Хоть и опаздываем на электричку, но грех не воспользоваться волшебным квиточком, билетеры не оценили наш порыв и начали хамить, грозя вызовом охраны. Чувство социальной справедливости удесятерило наши силы, и позволило с боем занять свободные места в вагонетках. Поездка с ветерком на грохочущих вагонетках по крутым склонам красной горы изрядно пощекотала нервы и доставила массу удовольствия, каково же было наше возмущение, когда по завершению поездки часть наших туристов действительно задержали охранники якобы за нарушение очереди. Через 15 минут недоразумение выяснилось, но за это время умчалась электричка на Париж. Вынужденное опоздание в 40 минут было непредвиденным финалом поездки мир Диснея, несмотря на это автобус нас дождался, благодарить за это надо мать одного мальчика, который ездил с нами в парк. Она грудью стала перед гидами и сказала, что автобус никуда не двинется, пока 9 заблудших туристов не займут свои места. Голос матери был услышан, и обратный путь в 1800 км мы преодолели на том же автобусе за 33 часа, проехав без остановки Францию, Бельгию, Германию и Польшу.
 В первые дни после возвращения хотели подать в суд на безобразного туроператора, который столько раз обманул нас в этой поездке, но потом (как обычно) успокоились, плюнули, и забыли.
Через пару недель уже затосковали — настоящая ностальгия началась. Как оказалось, Париж — это очень здорово даже зимой, когда туман скрывает 50% очарования его архитектуры, а нудный холодный дождь мелкими каплями сыплется с неба, пропитывая воздух и одежду туристов. В общем, вывод был однозначный: Париж — действительно цепляет, но чем? Скорее всего, этот вопрос без ответа, ведь у каждого свой взгляд: я не могу забыть щемящую душу музыку шарманки, услышанную в новогоднюю ночь, жена очарована суетливыми улочками Монмартра, дочь, конечно, в восторге от Диснейленда. Посетив столицу Франции один раз, многие годы нас тянет вернуться в Париж, однако неотложные дела и другие страны упорно не пускают туда, но я верю, что мы еще вернемся в этот город

Автор Сергей Василец

| 17.11.2006 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий