Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Испания >> От Балтики до Атлантики


Забронируй отель в Испании по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

От Балтики до Атлантики

Испания

Планируя свой очередной летний отпуск, наше немногочисленное и относительно дружное семейство столкнулось с трудно разрешимыми противоречиями. Муж и жена, которые, как известно, одна сатана, требовали приключений. Двенадцатилетний же отрок — дитя интернета и сторонник максимального использования всех благ прогресса — жаждал цивилизованного отдыха и аналогичных развлечений. В результате продолжительных дебатов, едва не перешедших в рукоприкладство, был найден достойный компромисс. Поначалу решили проехать Германию и Францию, затем пешком перевалить Пиренеи, пройти по паломническому маршруту Святого Якова, съездить на атлантическое побережье Испании и вернуться домой через Барселону. Поклявшись друг другу уважать сей демократический выбор и не ныть на не нравящихся участках путешествия, мы и отправились в путь.

На родине барона Мюнхгаузена

Из Калининграда поездом мы добрались до Берлина, сделали пересадку и в тот же день оказались в Ганновере. Оттуда на электричке, всего за час с небольшим доехали до небольшого немецкого городка Боденвердер. Именно здесь в 1725 году родился великий рассказчик и фантазер барон Мюнхгаузен — реальный прототип известного литературного героя. Местные жители до сих пор помнят своего земляка и дух барона не покидает этих мест. Даже бургомистр Герберт Бреккель работает в кабинете, расположенном в доме, где родился Мюнхгаузен. Это, безусловно, наложило отпечаток на характер главы города, а через него — и на всех других сотрудников бургомистрата. Один из них, регулярно изображающий барона на всех городских праздниках, так вошел в роль, что даже день рождения отмечает не собственный, а своего героя. В общем, большинство людей, с которыми мы там познакомились, были с легкой чудинкой. И ко всему старались относиться с юмором. В том числе и к выборам в земельный совет, куда баллотировался приятель бургомистра. По утру в день выборов глава города лично развез более трех тысяч булочек, которые развесил на дверные ручки, дабы горожане за завтраком вспомнили о своем гражданском долге и пришли на избирательные участки. Бургомистр вообще большой выдумщик. Вечно у него в голове масса самых фантастических проектов. Добропорядочные бюргеры посмеиваются над ним незлобливо, но уважают и даже любят. Во первых, потому, что быть фантазером святой долг каждого земляка барона Мюнхгаузена, а во-вторых, из-за того, что многие проекты бургомистр уже реализовал. И музей барона в городе обустроил, и несколько памятников установил, и веселые праздники сделал регулярными. И все это — не только ради забавы. Небольшой городок с населением в 13 тысяч человек привлекает до 700 тысяч туристов в год. Большинство жителей за счет этого и живет: гостиницы, атракционы, кафе и рестораны всегда заполнены. И везде — толи сиживал барон за кружкой пива, толи о своих приключениях в России очередную историю рассказывал. Так и крутится вся городская жизнь вокруг имени барона.
Хотя, есть и исключения. В небольшой деревушке Хайен, что всего в трех километрах от Боденвердера, находится известная далеко за пределами Германии клиника аккупунктурного массажа. Здесь принимают пациентов и обучают врачей из разных стран мира. Целый отдел работает, занимающийся рассылкой необходимых методических пособий и инвентаря по самым разным адресам. Среди них и далекая Австралия числится. Забавно это видеть, осознавая, что проживает в деревне всего 514 человек. Но славится Хайен не только клиникой. Недавно его жители отметили 1000-летнюю годовщину со дня основания деревни. Как нам рассказали, праздник удался на славу. В нем участвовали все, включая детей: сами шили старинные костюмы, придумывали забавы и концертные номера. А что вы думали? В деревне даже свой самодеятельный духовой оркестр есть, большинство из музыкантов которого — члены местной добровольческой пожарной дружины. Кроме того, сей населенный пункт имеет собственные герб и гимн. А на некоторые местные праздники приезжают гости не только из соседних сел и Боденвердера, но и из самого Ганновера. К примеру, на ежегодно проводимую игру «Бинго», в которой участвуют коровы. Дело в том, что в этот день местный луг разбивают на квадраты, все желающие делают на них ставки, а выигрывает тот, на чей квадрат первой «наделает» корова. Весьма, говорят, азартная игра. А и то правда — не в рулетку же на родине Мюнхгаузена играть! Это вам не Лас-Вегас — понимать надо.

К подножью Пиренеев

Проведя несколько дней в гостеприимном Боденвердере, мы отправились к своим старым приятелям в Франкфурт-на-Майне. Особых впечатлений не ожидали: деловой центр, небоскребы, банки, офисы, улицы, запруженные «белыми воротничками» и все такое прочее. Но наши приятели приготовили сюрприз: повезли праздновать день независимости США. К самым что ни наесть настоящим американцам — на военную авиабазу США Рамштайн. По пути наши немецкие приятели очень трогательно интересовались, нет ли у нас антиамериканских настроений. — Ну, «анти» — это, пожалуй, слишком было бы сильно сказано, — отвечали мы, — но что любви особой к ним нет, это уж точно. — Да что вы! — Переубеждали нас немцы. — Американцы разные бывают. Вот увидите. И точно. Подъезжаем к небольшому домику, где семья служащего на авиабазе гражданского психолога проживает, а на пороге нас его жена встречает. И на приличном русском языке нас тут же с ходу и ошарашивает.
 — Буш — полный дурак! — говорит. — Поэтому, в мире считают, что и все американцы — дураки. А это совершенно не так! Дураков — только половина!
Очень даже милое семейство оказалось. Двое приемных детей — мальчик из Гватемалы и девочка из Колумбии. Сама хозяйка, как выяснилось, по совершенно неведомым причинам любовью к России воспылала. Мало того, что русский язык изучает, так еще и спальню в стиле «а ля рюсс» оформила. Иконки православные, коврики разные трогательно-деревенские на стенах висят. И набор видеофильмов на русском языке. — Очень хорошие у вас кинокартины, — делится впечатлениями американка, — только я всегда плачу, когда их смотрю. Мы тут же ей список наших классических комедий составили, дабы однобокого впечатления о жизни российской избежать. Поболтали еще немного, гамбургерами угостились (щей она еще варить не научилась) и довольные друг другом распрощались. Есть, думаем, все-таки в мире равновесие: если у нас некоторые их макдональдсы и кока-колу обожают, то и у них от деревянных ложек балдеющие встречаются! Наши немцы тоже рады остались. Покатали нас еще по Франкфурту, и на автобус посадили. Нам уже дальше следовать было пора — к подножью Пиренеев.
Выехали из прилизанной Германии, где все параллельно и перпендикулярно и попали в менее упорядоченную Францию. В курортном городе Байон, что на берегу Бискайского залива, было необходимо пересесть на маленький узкоколейный поезд и добраться до исходного пункта нашего пешего перехода — крошечного городка с длинным названием Сант Жан Пьед де Порт. На вокзале уроженцы Байона напрочь отказывались говорить на каком-либо иностранном языке, признавая только французский. Проявив максимум изобретательности, купили билеты на поезд и нашли необходимую платформу. На весьма старом и довольно обшарпанном перроне наше внимание привлекло странное сооружение, выделявшееся своим современным, прямо космическим видом. Блистающий сталью куб из нержавейки при ближайшем рассмотрении оказался туалетом, для входа в который нужно было бросить в прорезь монету. После того, как первый из нас вышел из заведения, я придержал дверь и, не опуская второй монеты, проследовал внутрь. Но радость по поводу торжества русской народной смекалки над технически изощренным европейским умом оказалась преждевременной. Как только дверь закрылась, на гладкий стальной пол хлынул поток воды, мгновенно дошедший до щиколоток. Пришлось стремительно и с позором ретироваться.
 — Сходил в туалет, — съязвили домочадцы, — заодно и ноги помыл.
Не переставая удивляться коварству французов, мы нервно поглядывали на часы.
Пора отправляться, а поезда все не было. Тут обнаружилось, что несколько французов, прохаживавшихся неподалеку, стали что-то живо обсуждать, после чего дружно покинули платформу. Это выглядело тем более странно, что никаких объявлений, как принято на вокзалах, вообще не звучало. Озабоченно жестикулируя, мы бросились вслед за аборигенами, пытаясь взмахами рук и мимикой объяснить свое затруднительное положение. Взглянув на наши билеты, французы принялись что-то жизнерадостно и многословно объяснять, увлекая нас на привокзальную площадь и тыкая пальцами в стоящие там автобусы. — Ага, — сообразили мы, — поезд отменили, следуем автотранспортом.
Время ожидания постепенно перевалило за час, но наши попутчики никакой нервозности не проявляли. Две бабушки в шляпках и с кошелками в руках элегантно присели на капот припаркованного рядом шикарного «Мерседеса», люди помоложе расположились на тротуаре, а автобуса все не было. Наконец, по истечению второго часа, он подошел. Высокий водитель с видом веселого меланхолика всем поулыбался и отправился покупать бутерброд. Вернулся, снова всем поулыбался, перебросился парой фраз, поел, покурил, снова побалагурил.
Народ, частично рассевшийся по местам, частично слонявшийся у автобуса, оставался дружелюбно спокоен. Когда миновал третий час, мы наконец тронулись. Ехали без спешки. По пути, отклонившись от маршрута, довезли бабушек до дверей дома в небольшой деревеньке. Пассажиры поощрили галантность водителя аплодисментами. Постепенно поднимаясь все выше в горы, мы въехали в долгожданный Сант Жан Пьед де Порт. Над городом возвышалась древняя крепость, вокруг прилепились друг к другу красивые, старинные домики, вдали виднелись вершины гор. Вся эта красота, решили мы, вознаграждение за страдания на вокзале. Исходный пункт маршрута Святого Якова радовал глаз и порождал надежды на великолепное путешествие. Начать его нам предстояло уже на следующий день.

По маршруту Святого Якова

Паломнический маршрут Святого Якова возник еще в IX веке. Связан он с фигурой одного из апостолов, который в 44 году нашей эры умер в Иерусалиме. После этого его тело было доставлено на Пиренейский полуостров, где и захоронено. Место могилы впоследствии было утеряно. Но в 813 году, как раз накануне реконкисты — освобождения Испании от арабских завоевателей — для поднятия духа христова воинства срочно потребовалось знамение. Тут-то и было обнаружено захоронение апостола Якова. Воины и народ ободрились и разгромили мавров. А к могиле святого в город Сантьяго де Компостелла потянулись паломники со всей Европы.
Так и возник пеший паломнический маршрут, протяженностью около 800 километров. Для того, чтобы осилить весь путь требуется более месяца. Таким временем мы не располагали, поэтому решили ограничиться первыми 160 километрами. Рано утром зарегистрировались в специальном пункте, где получили карту и паспорта паломников. В них следовало ставить штампы в определенных пунктах, разбросанных по всему маршруту. Бросив прощальный взгляд на столь понравившийся городок, мы начали карапкаться по тропе, уходящей в горы. В первый день было необходимо преодолеть перевал на франко-испанской границе. Вокруг облака и достаточно прохладно. Идти тяжело, но красивые горные пейзажи не дают впасть в уныние. Все попытки обнаружить линию границы оказались тщетными. Ни столбиков, ни указателей, ни суровых пограничников. Только одичавшие лошади, которых раньше использовали контрабандисты, гуляют на воле, видимо по привычке курсируя между Испанией и Францией. Под вечер вышли к первой испанской деревне Ронсельвалес, посреди которой стоял средневековый монастырь. Там нам и предстояло отдохнуть в первой на нашем пути ночлежке. Дело в том, что по старой традиции все паломники ночуют именно в таких приютах. Комнаты на 20 — 30 человек с двухъярусными койками и общая трапеза за большими столами способствуют общению. Народ тут разный. Еще во Франции, при получении паспортов паломников нас спросили о цели путешествия. На выбор были даны варианты: религиозный, культурный, духовный, спортивный. Мы остановились на культурном и оказалось, что именно эту цель, наряду со спортивной, указывает большинство путешественников.
 — Все вы поначалу так пишите, — заулыбался регистрировавший нас приветливый старик, — но в конце-концов все равно согласитесь, что цель именно духовная.
Возможно, он прав. Уже с самого начала пути в среде разношерстной паломнической братии возникают специфические отношения. Все приветливо улыбаются друг другу, доброжелательно здороваются, делятся водой. Раз повстречаешься с кем-либо и уже во второй раз непроизвольно машешь ему рукой. Словно старинному приятелю. Идут все с разной скоростью: то перегонят, то отстанут. Но в результате, как правило, регулярно встречаешь знакомые лица в очередной ночлежке. Среди наших новых знакомых оказались испанцы, французы, немцы, одна канадка и группа поляков. Последние нас вообще, словно родных восприняли. Толи славянское братство свою роль сыграло, толи наше калининградское происхождение — сказать трудно. Но все равно приятно. В каждой ночлежке обрастаешь новыми знакомствами, болтаешь, угощаешься, чем Бог послал (но обязательно с вином) и падаешь в вожделенную кровать. Утром подъем не позднее 6 утра и снова в дорогу. По провинции Наварра от деревни — к деревне. В одной из них, между прочим, для паломников были два крана установлены: один с водой, а другой — с вином. Пей — сколько хочешь, только с собой брать нельзя.
На третий день мы дошли первого крупного населенного пункта — города Памплона. Тихий, провинциальный город в эти дни переживал бурное время — фестиваль. Каждый год на него съезжается множество любителей острых ощущений со всей Испании. Для участия в знаменитом гоне быков по улицам. Выгоняют на мостовые этих животных, а все желающие бегут перед ними. Кого на рога не подняли — тому и повезло. Во всех скверах было полным полно палаток, многие ночевали прямо на траве — гостиницы не вместили всех желающих. Абсолютное большинство людей в городе были одеты в белые костюмы с красными платками на шее и такими же кушаками на поясе. Танцы, песни, веселье и вино рекой. По улицам ходили духовые оркестры, соревновавшиеся между собой в привлечении подтанцовывающей публики. Стало жаль, что участвовать в этом всю ночь мы не сможем.
Ночлежка закрывалась в десять вечера. А веселье под окнами продолжалось. По утру, правда, мы свое отношение к происходящему резко поменяли. Пытаясь выйти из города, попали в плотную толпу, запрудившую центр Памплоны. Гулявшие всю ночь испанцы были изрядно пьяны, а их белые одежды стали грязными и неопрятными. Улицы покрывала липкая, скользкая жижа, а в воздухе витал густой запах вина и мочи. Пустые бутылки и прочий бытовой мусор под ногами дополнял общую картину. На перекрестках маячили сосредоточенные полицейские со щитами и дубинками. Пробиться через полувменяемую толпу к центру, где начинали гнать быков, вообще не представлялось возможным. Там тем временем самые шустрые из выдержавших ночной разгул начинали свой бег перед быками. Эх, старина Хемингуей! Это ведь с твоей подачи данное действо представлялось эдакой материализацией специфически удалого испанского духа. А что на деле? Вакханалия. Да если в любой русской деревне так мужиков напоить — они не то что перед быками, навстречу паровозу бегать начнут! С трудом, обходными путями, выбравшись из Памплоны, мы двинулись к конечному пункту нашего паломничества — городу Логроньо.

Побережье Смерти

Пройдя Наварру, на седьмой день мы достигли центра провинции Риоха Логроньо. Здесь был поставлен последний штамп в паспорта паломников, после чего мы отправились искать нормальную гостиницу. При этом нас не покидало чувство, что мы, словно дезертиры бросаем поле боя и оставшихся на нем товарищей. Настроение не улучшило даже то, что в номере была собственная ванна, что после семидневного скитания по ночлежкам имело крайне важное значение. Отоспавшись как следует и смазав травмированные в пути ноги лечебной мазью, двинулись дальше как белые люди на автобусе. Сначала — в столицу страны басков Бильбао или, на местном наречии Бильбо. Что здесь примечательного? Конечно, музей современного искусства. Фантастическое сооружение, ни на что вообще не похожее. Причем, его внешний вид произвел большее впечатление, чем внутреннее содержание. Это и не мудрено — именно здание музея и является главной туристической достопримечательностью города. Интересно, что всего лет двадцать назад Бильбао был одним из самых малопримечательных городов Испании. И вот городские власти выделили подлежащий санации участок земли фонду Гугенхайма, который планировал строительство музея в одном из городов Европы. При этом Бильбао сделал самое заманчивое предложение, пообещав полную свободу архитектурного решения. И вот на 24 000 кв. метрах появилось нечто, на сооружение чего ушло 100 миллионов долларов и 5000 тонн стали. Поначалу сооружение вызвало яростную критику горожан — оно совершенно не вписывалось в окружающий архитектурный ландшафт. Но уже с 1997 года музей стали посещать более миллиона туристов в год. Так простым волевым решением город был превращен в туристическую мекку. Баскских сепаратистов на улицах мы не встретили, хотя в изобилии видели их плакаты и листовки, развешенные не только на стенах, но и просто выставленные в окна квартир.
Отдав дань туристической достопримечательности, мы отправились к Атлантическому побережью. Это одно из самых необычных мест Испании. Зажатые между океаном, Пиренеями и Кантабрийскими Кордельерами автономные провинции Галисия, Астурия и Кантабрия представляют собой некий испанский реликт. Сюда в средние века не дошли арабские завоеватели, здесь была сохранена древняя испанская культура в ее первозданном виде и именно отсюда началось освобождение страны от мавров. Длилась эта бесконечная война почти восемь столетий, закончившись лишь в 1492 году взятием арабской крепости Гренада. Первой остановкой на этом пути стал маленький рыбацкий поселок Йаннес. Он стоит на берегу крошечного, почти игрушечного фьорда, в котором оборудована гавань для рыбацких лодок и катеров. Во время отлива вода отступает и все плавсредства стоят на морском дне. Со всех сторон поселок обступают скалы, о которые с шумом разбиваются крупные океанские волны. Купаться можно лишь на небольших песчаных пляжах, зажатых скалами. Народу немного — вода слишком холодна для испанцев. Градусов 16 — 18, как в Балтике. Зато чистота воды и наличие в ней всякой живности — просто поражает. Как и обилие в городке разного рода кабачков, где можно угоститься разнообразными местными блюдами из морепродуктов. Только что выловленных, естественно. Рыбацкий труд в этих краях в особом почете. Дело это опасное. Недаром, чуть западнее, в Галисии скалы, на которых погибло немало рыбаков, называют «Побережьем смерти». Даже на гербе этой провинции изображены череп и скрещенные кости. Как на такое не взглянуть? И вот перед нами Ла Коруна — портовый город, расположенный на рассекающем воды Атлантики полуострове. На его оконечности стоит построенный еще древними римлянами маяк. В их времена это был настоящий край света. Таковым город и оставался до самого открытия Америки, когда из так называемой Вест-Индии в Испанию не хлынул поток награбленных у инков, ацтеков и майя сказочных богаств. Казалось, что все в мире для испанцев сложилось гармонично и правильно: полная гегемония родной супер-державы, овладевшей основными на то время источниками благосостояния. Но тут, как на грех, появились злые английские пираты — жители страны, которую бы сейчас немедля окрестили «государством — пособником мирового терроризма». Отчаянные дети туманного Альбиона нагло не хотели считаться с цивилизованным испанским миропорядком и грабили награбленное. Пора было принимать меры и в 1588 году из Ла Коруны вышла «Непобедимая армада», намеревавшаяся высадить десант в Лондон. В проливе Ла-Манш испанцев встретил поднаторевший в пиратстве адмирал Дрейк и в пух и прах разнес супостата. После этого эскадра Дрейка подошла к Ла Коруне и артиллерийским огнем стерла с лица земли половину города. В память об этом на одной из площадей города стоит памятник мужественным защитникам Отечества. О «Непобедимой армаде» напоминаний нет. Зато много других достопримечательностей: музеи, форты, соборы, церкви и старинные пушки на набережной. Она, кстати, тянется не один километр, проходя по периметру полуострова и подковой полуокружая город. С западной его стороны, в обширной, обращенной к океану бухте, раскинулся огромный песчаный пляж. К нему часто подходят стаи дельфинов. Неподалеку находится большой музей — аквариум. А в историческом центре расположен другой музей — изобразительных искусств. Здесь храниться неплохая коллекция оффортов Гойи. В этой же части города много небольших пешеходных улочек, заполненных праздно шатающимися туристами. Много интересного и в окрестностях Ла Коруны — рыбацкие деревушки, бухты, скалистые фьорды. Совсем рядом находится город Фероль — родина фашистского диктатора Франко. О нем, как ни странно, в стране вообще мало что напоминает, хотя его режим рухнул лишь в 1975 году. Разве что в местных путеводителях постоянно наталкиваешься на замечание по поводу очередной провинции: до 1975 года все было в упадке, но с приходом демократии регион получил автономию, стал обладать большими правами и возможностями, в результате чего расцвел. Забавно это читать, наслушавшись в России о благах централизации и укрепления вертикали власти. Даже дремлящий в глубине души «калининградский сепаратизм» с бока на бок перевернулся. Нет, вредная это все-таки затея — нашего брата в Европу выпускать.
Повздыхали мы по этому поводу и снова в дорогу засобирались. Отпуск подходил к концу и нужно было выполнить последний пункт нашего плана — вернуться домой через Барселону.

Прощание с Испанией

Прежде чем приехать в Барселону, мы заехали в Сантьяго де Компостелла — конечный пункт паломнического маршрута. Все, кто сумел одолеть маршрут полностью или прошел пешком завершающий стокилометровый участок, стекаются на площадь к городскому Собору. Город с населением в 90 тысяч человек ежегодно принимает до 14 миллионов туристов. Они прибывают сюда не только в качестве паломников. Многие едут поездами, автобусами, добираются на автомобилях или самолетами. Почти все покупают сувениры — посох и ракушки, что является символом паломничества. Но настоящих паломников в этих толпах узнать очень просто. Лица загорелы и обветренны до черноты, почти все прихрамывают, а за спиной висит туристический рюкзак. Лет триста — четыреста назад их отличали еще грязные и потрепанные одежды. В те времена ночлежки не были столь благоустроенны и душа не имели. Тогда пришедшие в Сантьяго паломники ночевали на втором этаже Собора, что, как говорят, послужило причиной введения в ритуал утреннего богослужения раскачивание гигантского, подвешенного на тросе кадила весом более 50 килограмм. Дабы его дым «гармонизировал запах». Да, были люди в наше время! Хотя, кроме запаха, современные паломники получают почти все средневековые трудности. И даже большие — понимание, что эту дистанцию можно шутя преодолеть на машине. И тем не менее идут. Зачем? Да мы и сами не поняли. Но проделанным пешим переходом остались крайне довольны. Тоже неведомо почему. С этим чувством мы и поехали в Барселону. Нас встретил огромный город, по красивым улицам которого бродили толпы разноязычных туристов, пляжи, где яблоку негде упасть, теплая, не освежающая вода в море, жара и тысячи магазинчиков, продавцы которых зазывали посетителей не только на английском, французском и немецком языках, но и по-русски. Но это уже совсем другая история про отдых иного характера.

Александр Захаров

Комментарий автора:Каждый год на него съезжается множество любителей острых ощущений со всей Испании. Для участия в знаменитом гоне быков по улицам. Выгоняют на мостовые этих животных, а все желающие бегут перед ними. Кого на рога не подняли тому и повезло.

| 30.03.2005 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий