Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Египет >> После Парадизио LTI в Эль-Гуне --- в Сонеста Бич Резорт в Шарме!


Забронируй отель в Египте по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

После Парадизио LTI в Эль-Гуне --- в Сонеста Бич Резорт в Шарме!

Египет

http://www.tours.ru/country/stories.asp?id_stories=1054&id_country=EG

Здесь находится рассказ о той же самой поездке моего попутчика :) С упором на дайвинг.

http://www.tours.ru/country/stories.asp?id_stories=615&id_country=EG

А тут — мой рассказ о первой поездке в Египет (Эль-Гуна, ноябрь 2000).

После успешной поездки в Египет я решила, что мой следующий отпуск должен непременно проходить там же, но не в Эль-Гуне или Хургаде, а непременно в Шарм-Эль-Шейхе. Если в 2000 году мне удалось скататься за бугор аж трижды, причем в общей сложности на 2 месяца, то на сей раз я решила не испытывать терпение шефа и взять всего 2 недели официального отпуска в год (может, в следующем году возьму побольше), а также несколько раз по несколько дней в течение года для поездок в Питер и прочие злачные места. В обмен на мою любезность шеф оплатил мне все расходы по отпуску.

Подготовка к поездке началась за 3 месяца до предполагаемого дня отъезда, назначенного на 1 сентября. По проверенной методике, то есть путем публикации объявлений на турсайтах, я подобрала себе троих попутчиков, в числе которых оказались девушки Гуля и Юля, а также господин в годах Сергей, проживание в одном номере с которым, разумеется, досталось именно мне как организатору и идейному вдохновителю проекта.

Попутчики предоставили мне полную свободу выбора путевки, и этот мой выбор пал на турфирму Олимпия и пятизвездочный отель Сонеста Бич Резорт, что находится непосредственно в бухте Наама Бэй, эдаком общепризнанном центре Шарма. Так как мы вчетвером планировали разместиться в одном отеле и были готовы за 2 недели до отъезда оплатить 100% стоимости наших путевок, Олимпия обещала предоставить нам скидку 5%. Однако поначалу они не хотели брать зелененькие, а если бы мы платили в рублях, то мы бы потеряли всю скидку, ибо в рублях надо было прибавить 5%-ный налог, а также некоторое количество бабок на разнице в курсе доллара. Грозно сообщив Олимпии о том, что две с половиной штуки баксов могут быть направлены в карман другой турфирмы, мы добились того, чтобы наши зелененькие были приняты без обмена на деревянные, и в конечном итоге путевка вместе со страховкой (15 баксов) обошлась каждому в 663 доллара, что есть очень даже неплохо — в других фирмах каждый из нас заплатил бы почти на 40 долларов больше. Да здравствует Олимпия! Кто бы мог предположить, что в связи с разгулом терроризма в Америке спустя месяц, в октябре, цены на путевки не только не возрастут, но и опустятся — чуть ли не в два раза. Мои локти были искусаны, но делать нечего, кто же мог предвидеть…

В субботу, 1 сентября, мы всей честной компанией (включая провожатых, коих было даже больше) встретились в Шереметьево-2 в 10.30. До этого момента Юля не была знакома с Гулей и Сергеем, да и я сама их всех знала довольно неблизко, однако Юля и Гуля быстро нашли общий язык. После прохождения длинной очереди на регистрацию (вот почему на чартерные рейсы надо приходить заранее!) мы радостно избавились от громоздких чемоданов и принялись отстаивать следующую очередь, на сей раз в паспортный контроль. До самолета было еще много времени, и мы пробежались по дьюти-фришным магазинам. Юля взяла с собой видеокамеру, но забыла видеокассеты, взяла фотопленки, но забыла фотоаппарат, так что ей пришлось купить два одноразовых фотика и видеокассету, Гуля затарилась туалетной водой, я приобрела литровый розовый Мартини. Сергей расщедрился на ирландский Айриш Крим (начатый нами в самолете и успешно завершенный в первые дни отдыха), Мартини Бьянко и некую клюквенную настойку.

Ожидание отлета проходило в душном зале с кучей таких же жаждущих отдыха, как мы. При мне было полтора литра крепкого пива, которое я надеялась разделить с попутчиками, однако все отказались, и в результате мне пришлось пить его сольно, результатом чего произошел крепкий сон на борту аэрофлотного самолета в моем личном исполнении. Ну, хоть выспалась, ибо предшествующая отлету ночь была полна забот, спать было некогда. Благодаря пиву четыре с половиной часа полета прошли совершенно незаметно, чего не скажешь о часе с лишнем, который мы провели в аэропорту Шарма в ожидании прохождения паспортного контроля. Двое арабов, проверявших паспорта, казалось, специально не спешили, чтобы помучить и без того убитый полетом туристический народ. Меня поразило невероятное количество французов в очереди, но радовалась я напрасно: непосредственно в Нааме французов оказалось подавляющее меньшинство, еще более подавляющее, чем количество русских. В Нааме преобладали итальянцы, причем так сильно, как будто мы попали в Италию. Но об этом позже.

Итак, нас без лишних церемоний погрузили в просторный автобус Олимпии и повезли размещаться по отелям. Над горами пустыни садилось солнце, на местных часах было почти восемь вечера. Аэропорт находится довольно близко к туристической территории, и посему уже через десять минут показались первые отели. Сонеста оказалась третьим или четвертым отелем на нашем пути, к нашей же великой радости. Небольшой, но уютный благодаря обилию зеленых насаждениях в горшочках, рисепшн был ярко освещен и наполнен арабскими трудящимися, выдававшими ключи от номеров. Наши паспорта были изъяты до утра по непонятным причинам, нас поселили в номер 230, что находился довольно недалеко, а наших девушек совсем в другую сторону.

Наш номер был на втором этаже, с одной огромной кроватью и одной кушеткой, что меня неприятно удивило, однако я понадеялась на то, что мой попутчик не будет против отселиться на кушетку. К сожалению, кушетка не обладала постельным бельем, и первую ночь нам пришлось спать на одной кровати — не было сил тащиться снова на рисепшн и организовывать переезд. К тому же, с вечера я не обратила внимание на то, что окнами номер выходил на улицу, которая была почти бесшумна ночью, но категорически оживлена днем, что не оставляло никакой возможности для дневного отдыха. Нашим девушкам достался номер, в котором не было света, и как бы арабы ни старались, свет там так и не появился. Гуля и Юля сразу же возмутились по этому поводу и добились замены номера на номер 628, довольно приличный с виду. Когда на следующее утро я тоже попросила поменять номер, возмутившись тем, что разнополых людей с разными фамилиями заставляют спать на одной кровати, я добилась получения номера 604. Он мне понравился намного больше: две раздельные кровати, окна в сад, совсем рядом с главным из бассейном, рисепшном, рестораном и нашими девушками. Мне было безумно приятно, что мои требования не остались без солидного удовлетворения. Впоследствии мы познакомились с очень приятной парой Светой и Игорем и выяснили, что им вначале дали номер с раздельными кроватями — как раз 604, и они успешно обменяли его на другой, побольше размером, с одной огромной кроватью и двумя кушетками, правда, с видом на стройку. Отсюда мораль: не стесняйтесь предъявлять требования по поводу замены номера!

В первое утро мы проснулись в шесть утра и сразу же вылезли на разведку, застав рассвет. Нашему взору предстала громадная зеленая территория Сонесты. От номера до пляжа было не меньше 5 минут ходьбы, сам пляж был небольшой, переполненный шезлонгами. Слева находилась нехилая гора, на которой возвышался престижный пятизвездочный Софитель, мечта поэта (путевка в него с одними завтраками была дороже, чем наша Сонеста с полупансионом), а справа, куда вела дорога под названием Променад («прогулка» в переводе с французского), находилась остальная часть отелей Наамы Бэй, в том числе тусовочный даунтаун. В море вел длинный мостик, означавший наличие кораллов в непосредственной близости с пляжем. В Сонесте мы насчитали 4 бассейна с удивительно теплой водичкой и не замедлили отметиться в них. К моему удивлению, другие отели не могли похвастать таким разнообразием бассейнов — Софителю, Мувенпику и Хилтону Фэйроуз, несмотря на всю их крутизну, полагалось всего по одному на брата.

Завтрак был каждый день один и тот же, но он мне понравился больше, чем завтрак в Сонеста Парадизио в Эль-Гуне. В меню неизменно присутствовали блины, хлебцы, 5 видов мюслей с молоком (туда можно было добавлять смесь кокосовой стружки с орехами — обожаю!), арбузы, омлет рассыпной и приготовляемый на заказ, колбаски, помидоры с начинкой, картофель, нарезанные сыры и колбасы, фруктовый салат из яблок и дынь (иногда с добавлением винограда, тоже моя слабость), а также невероятное количество разных булок. Официанты-египтяне задолбали своей показной вежливостью, выпрашивающей если не подачки, то хотя бы гуд морнинги и шукраны (спасибы), а у меня с утра, как правило, было неважное настроение, и свои шукраны я тщательно экономила, за все время отпуска не выдав ни одного (нечего их лишних раз баловать). Правда, иногда раскошеливалась на сеньксы, чтоб басурмане совсем волками на меня не смотрели.

Ужины, за каждый из которых наша доплата составляла 12 зелененьких (в отличие от 18—20 по сравнению с более престижными отелями), получили от меня оценку «хорошо», но никак не отлично. Ну ни в какое сравнение не идет с нашими ресторанами «Дрова» и «Кафе Дяди Сэма», что на Мясницкой — там за 9—10 баксов, почем они свой шведский стол толкают, репертуарчик повеселее и породнее маленько нашей русской душе (имеются в виду прежде всего салаты). Хотя в смысле фруктов и тортов Сонеста, конечно, обошла вышеперечисленные рестораны, но сладкое обычно было не таким вкусным, каким оно казалось, а на фрукты в животе не оставалось места, и мы обычно уносили их в номер с последующим съедением как-нибудь потом. Каждый вечер мы имели возможность слопать неограниченное количество арбузов (иногда даже чуточку дынь), румяных и не очень яблок, периодически нам даже доставались гуавы (безумно приятно пахнущие, но жутко невкусные от перезрелости), финики (отвратные и незрелые, если желтые, и приторно сладкие, если темные), а также иногда груши и консервированные персики-абрикосы. Что касается салатов, по поводу которых я уже высказалась негативно, как правило, я брала себе только капустно-морковные сочетания, ибо остальное радовало редко. Практически сразу я просекла, что если для начала вкусить слишком большое количество совсем не экзотических помидоров с огурцами, то в желудке не останется места для горячего, и особенно сладкого! Место приходилось усиленно экономить. На горячее пожаловаться не могу, выбор всегда был таким солидным, что, урвав по масенькому кусочку от практически каждого из предложенных блюд, я умудрялась заполнить почти всю большую тарелку (а съесть удавалось и того меньше). Исключение составляли рыбные дни, когда многие блюда представляли собой практически целую рыбу, битком забитую костями — из солидарности с нашими братьями (обитателями Красного моря) я не могла себе позволить кушать их в, так сказать, первозданном виде. Впрочем, в обычные (нерыбные) вечера всегда присутствовала пара рыбных блюд с отменным вкусом, коим я ни в коем случае не гнушалась. Повара-арабы и прочие соседи по отелю до самого конца поездки с удивлением взирали на мои несколько огромных тарелок с едой — как правило, я редко съедала все, что наложила, предпочитая дегустировать, и всегда добивалась чувства приятной сытости без чувства неприятного пересыщения. Однако это не помешало мне набрать 5 кг за 2 недели отпуска, которые я успешно сбросила в первые же дни после возвращения в Москву — не иначе как от расстройства по поводу разлуки с ничегонеделанием.

Ну да хватит о вкусностях, ибо не хочу сложить у читателя ощущение, что я ехала в Египет только с целью набития живота (правда, и с этой целью тоже). Первопричиной же моей поездки явился дайвинг, то бишь (перевод для тех, кто не в курсе) погружение с аквалангом. Практически сразу мы выложили кругленькие суммочки — я и Сергей за 10 погружений, Юля и Гуля за курс open water diver (погружение в открытой воде), обошлось это нам в 235 × 340 (?) баксов соответственно. Впоследствии выяснилось, что в наши 235 не входила аренда оборудования, и нам пришлось доплатить еще по 125 лягушек каждому, что никак не входило в наши планы и внесло неприятные коррективы в мои планы по дальнейшим расходам.

От финансовых романсов перейдем к водным процедурам — собственно, к дайвингу, ради которого все это путешествие и затевалось. Мне было обещано множеством не зависимых друг от друга людей, что в Шарме самый клевый дайвинг на весь Египет. Впоследствии другие люди уверяли, что лучше всего нырять в Сафаге, но кроме дайвинга там больше ничего нет, скукотища… В принципе, в Шарме неплохо, но слишком мало мест для ныряния. На 5 дней с трудом наскребается 10 разных коралловых рифов, куда возят ныряльщиков. Мы ездили на так называемый локал дайв, происходящий в непосредственной близости к отелям и посему обладающий довольно скудной рифностью и живностью. Катались на остров Тиран (аж дважды!), который находится на север от Шарма и виднеется чуть ли не от Сонесты. На Тиране мне понравилась отмель, на которой повис якобы разбившийся корабль, в принципе, там было очень даже неплохо. Но заповедник Рас Мохамед оставил самые радостные впечатления. За то, чтобы попасть туда, с нас запросили дополнительно 5 баксов и паспорт (хотя лично я не видела, чтобы к нам кто-то пришвартовывался, проверял паспорта и забирал 5 баксов — наверняка все это идет непосредственно в карман предприимчивым арабам, организующим такие поездки). А еще меня поразил такой способ честного выколачивания денег из несчастных туристов: хочешь ты или нет, а на корабле тебе навязывают так называемое обслуживание, которое заключается в неограниченном пользовании напитками и стоит 10 фунтиков. Напитки представляют собой крошечные (192 мл!) бутылочки с местной кока-колой и как бы минералкой без газа Барака (0,75 мл), ближе к концу плавания в холодильник просто перестают их подкладывать, а взамен выпитой минералки подливается хоть и ледяная, а непонятного происхождения вода из-под стаявшего льда. Поначалу народ это не просекает и жадно пьет. На корабле также готовится мощный обед — шведский стол, не меньше 10 блюд (одно мясное, куча как бы салатиков и гарниров), это стоит 15 фунтиков — в отличие от напитков, от этого можно отказаться. Арабы, не знающие русского, называют обед «ням-ням». Я отказалась в самый первый раз и пожалела об этом, ибо запахи стояли конкретные, и настроение от ощущения голодности в животе было препоганейшим.

Надо сказать, пять дней дайвинга мне хватило с лихвой, больше не хотелось. Довольно однообразно проходили наши дайвинговые дни: подъем в семь утра, завтрак в отеле, посиделки у входа в отель в ожидании вечно опаздывающей маршрутки, которая везла нас либо к южному порту (что у отеля Сети Шарм), либо к северному (что в центре Наамы). Затем мы находили наш корабль под явно путинским названием «Президент II», предпринимали титанические усилия для того, чтобы на него погрузиться (ибо стоял он всегда так, что залезать на него было не очень удобно), еще не меньше часа ждали отправления, ибо было необходимо собрать остальной народ, инструкторов и оборудование. Довольно шумная обстановка в порту, кораблей много, туристов еще больше, с оборудованием вечно проблемы… Наши девушки, Гуля и Юля, которые проходили курс обучения, всегда ходили на другом корабле, мы с ними так и не пересеклись ни разу. Их обучала девушка Катя, о которой я слышала неоднократно от разных людей, которая вышла замуж за араба и имела смешного годовалого блондина-малыша, которого и таскала везде за собой, даже на дайвинг.

На нашем корабле обстановка всегда стояла самая демократичная: русских больше всех (ибо наш Дайверс Дэн был одним из немногих дайвинговых клубов, способных похвастать русскоговорящими инструкторами), некоторое количество немцев и итальянцев (коих было меньшинство, ибо их обычно грузили на другой корабль), однажды даже поляк затесался в наши стройные ряды. Среди русских было несколько ПАДИ-мастеров, которые имеют право на самостоятельное погружение, например, симпатичная пара Женя и Даша. Мне показалось, что они ровесники (лет по 25) и уже лет десять серьезно занимаются дайвингом, такой у них был фанатичный вид. В итоге выяснилось, что не зря у Жени вся голова седая, ему 33, а Даше 21, они познакомились в мае этого года в самолете, когда летели домой из Египта, и с тех пор неразлучны. Вот как иногда бывает обманчиво зрительное впечатление! Женя занимается дайвингом всего год, в то время как Даша начала каких-то 3 месяца назад… С мая по сентябрь ребята уже в третий раз в Египте, уметь надо! Аналогично фанатична была пара немцев средних лет, приветливая Корин и невероятно огромный пузатый муж (имя которого моя дырявая память не сохранила). Они занимаются дайвингом конкретно профессионально, постоянно ездят в Шарм, однажды даже видели акулу (а увидеть акулу — особая гордость дайверов), гордо демонстрировали ее фотки. Потеряв стройность, Корин подарила Дайверс Дэну свой гидрокостюм, который был выделен мне и в который я влезала с огромным трудом, пока не нашла еще один, посвободнее. В один из дней мы отмечали день варенья Корин, немцы приперли большой вкусный торт, а Женя поделился со всеми бутылкой виски, и таким образом мы неплохо попировали.

Мои погружения, тем не менее, проходили самым разнообразным образом. В первый день у нас был чек-дайв, то бишь восполнение пробелов в знаниях, которое образовалось в наших головках по причине годичного перерыва в занятиях дайвингом. С горем пополам мне удалось воскресить воспоминания о навыках, привитых на курсах, и не утонуть. Правда, наполовину русский араб-инструктор Миша на глубине неудачно подбавил мне воздуху в BCD (жилет, при помощи которого можно опускаться и подниматься в воде), в результате чего я неожиданно для себя резко пошла наверх. Он же поймал меня и вернул вниз, обвинив меня в попытке самоубийства. Он очень долгое время возмущался, что я-де плохо себя веду под водой и хулиганю! По его словам, резкое всплытие могло закончиться для меня разрывом легких или сердца — лучше бы он мне этого не говорил, ибо я конкретно перепугалась пост-фактум. А еще был случай (у другого инструктора, Сэмми), когда мне посоветовали взять не 6, а 8 кг грузиков, и при попытке медленно погрузиться я камнем пошла вниз. Сэмми подхватил меня и на ходу снял лишние 2 кг, забрав их себе. Ну и напряглась же я, ну и натерпелась страху! Почти половину воздуха выдышала, а потом на середине пути дышала от баллона инструктора. Сэмми мне понравился больше всех, он очень заботился обо мне под водой и на корабле, танцевал вальс — так смешно танцевать под водой, когда ты одет в акваланг! У Сэмми была подружка из Швейцарии, довольно умная и красивая девушка, которая старалась контролировать его каждый шаг, погружаясь каждый день, и безумно расстраивалась, что он так популярен у женского пола. У третьего инструктора, итальянца Фабиана, тоже не обошлось без происшествий (хотя с ним было почему-то наиболее спокойно — наверно, потому, что он самый серьезный из всех): как-то после всплытия я задрала маску на лоб и забыла о ней, маска от меня сбежала и потерялась в сильном течении, причинив мне немало душевных страданий (ибо 30 баксов было жалко до слез). Страдания прекратились на следующий день, когда в Шарме я купила маску качеством даже получше всего за 5 зелененьких. Четвертый инструктор, кучерявый и выкрашенный перышками Мохамед, остался в моей памяти как страшный бабник (хотя остальные тоже бабники, просто у них это по-другому выражается… А что еще им остается делать, когда жизнь такая однообразная?). Мохамед конкретно цеплялся к нашей хрупкой Юле во время тренировочных погружений, даже пытался домой ее затащить (и после провала послал ее в отель на такси), затем пытался окрутить девушек Леру и Лену, которые ходили на нашем корабле и делали вводные погружения (сначала за них платили богатенькие русские, затем они погружались за свои деньги, в итоге не дали никому), а под конец, расстроенный своей непопулярностью, ходил со мной вдвоем и пытался облапать на дне, но со мной этот номер также не прошел. Бедняга! Как его все обломали! Девушки, будьте бдительны! Помните: инструктор — тоже араб (каким бы европейцем он ни пытался показаться), а эти штучки — отработанные годами трюки, которые призваны обольщать дурочек-туристок, дабы разнообразить скучную инструкторскую жизнь.

В этом году дайвинг мне понравился больше, чем раньше (наверно, потому, что в прошлый раз я училась, а не смотрела по сторонам). Оборудование, правда, не радовало ни тогда, ни теперь: на этот раз я натерла ногу первыми же ластами, какие мне дали, мой первый гидрокостюм был сильно велик и заставлял мерзнуть, второй — слишком мал, изодрала все руки, его одеваючи, и только на пятый день я получила нормальный костюм и ласты. Мы видели несколько огромных черепах, отщипывающих свой хлеб насущный от кораллов. Видели несколько скатов, а также две мурены, темную и светлую, темная даже проплывала мимо в весь свой муренский рост. Осьминожек один даже показался. Огромные стада барракуд, словно баранов, жутко и страшно. Акул нам обещали денно и нощно, но их, конечно, не было, я и не надеялась. Не фига бедным животным психику травмировать. Непосредственно у Сонесты я видела мурену, а у берега Софителя — ската, ничуть ни смутившегося от моего любопытного взгляда. Живет он там! Произвело неизгладимое впечатление погружение с сильным течением, которое несет тебя то вперед, то назад, и бороться с ним бесполезно. На Рас-Мохамеде мы должны были минуты 2 плыть через синюю бездну, не видя ни дна, ни каких-либо растений-рыб вокруг, однако малость заблудились и плыли минут 10. Ощущения потрясные, куда ни взглянешь, везде пусто, наверно, именно так выглядит жизнь после смерти! Было также обещано показать останки разбитого корабля, мы почти добрались до них, но течение сменилось, и пришлось плыть в обратную сторону.

Не у одной меня были проблемы. Один русский, который приперся со своим регулятором, поимел квадратные глаза, когда его манометр показывал, что воздуха осталось еще 80 бар (прилично), а дышать вдруг стало нечем. Это у него регулятор засорился. Хорошо, что рядом Фабиан оказался, дал подышать. Зато когда примерно то же самое случилось с Дебби, англичанкой, которая организовала операторский бизнес в Шарме (она и ее люди ходят везде за нами по кораблю и затем снимают нас под водой, а кассеты стоят 40 баксов), она была одна, без напарника, в мутной воде, на глубине 15 м. Народ ее слышал, но не видел, не знали, кому и чем надо помочь. Вот она наделала в гидрокостюм, бедняга, когда сиганула наверх на последнем дыхании… Однако деятельность свою операторскую на этом не прекратила. Помимо уже описанных моих личных траблов, у меня после третьего дня дайвинга внезапно приключились некоторые женские радости, коих я не ожидала, и по некоторым гинекологическим соображениям мне было противопоказано как таскать тяжести (а акваланг весит будь здоров), так и погружать свою тело на манер Архимеда в жидкость. Куда было деваться, пришлось снимать акваланг в воде, а от погружений (в т.ч. на 30 м) не отказываться. По мелочам меня ежедневно беспокоило горло и насморк, лекарства не помогали, и пришлось к ним привыкнуть.

Так как мои финансы после дайвинга изволили благополучно закончиться, мне пришлось отказаться от всяких прочих экскурсий, например, от похода на гору Моисея. Эта экскурсия стоила 45 баксов и заключалась в следующем: в 10 вечера тебя погружают на автобус, три часа везут по пустыне, затем выгружают у подножия горы — и дальше надо взбираться пешочком по узенькой тропинке в окружении верблюдов и их владельцев, которые заставляют тебя заплатить за верблюда тем, что попросту давят тебя своими животными. После поднятия на гору несколько часов отдыха и ожидания рассвета (который, по словам очевидцев, невероятно красив), во время которого при отсутствии теплой одежды зуб на зуб не попадает, а в заключение кайфа еще часа два спуска, но по другой дороге, которая короче, но намного более вертикальна. Это все мне было доверительно поведано очевидцами. В результате данного мероприятия у наших девушек Гули и Юли ноги отваливались не меньше недели. Добавьте к этому целый день дайвинга, который предшествовал столь бурной ночи, и порадуйтесь за то, что у меня вовремя кончились деньги.

А на следующий после Моисея день (точнее, в ночь) мы вылетели в Каир. Исторически сложилось так, что хороший американский друг и просто бизнеспартнер моего шефа, любезный старичок Чарли вдруг вознамерился свидеться со мной в Египте и пригласить меня (а заодно и моих спутниц, коих принял за близких подруг) в Каир, столицу всего этого египетского безобразия. Поначалу я отказывалась, думая, что мы не потянем такие расходы, однако Чарли решил самостоятельно вложиться в это дело, после чего дальнейшие раздумья о целесообразности поездки были упразднены.За нами в отель приехал представитель некоей турфирмы, в которой Чарли оплатил наш трансфер, он же передал нам авиабилеты (между прочим, по 240 баксов на душу в обе стороны, нехило у них 40 минут на самолете стоят… хотя, возможно, это только для иностранцев так дорого…). Дорога из отеля в аэропорт заняла 10 минут, и еще часа три мы просидели в скучном аэропорту Шарма, ожидая опаздывающий самолет в Каир, отбывший не в полночь, а в час ночи. Уже тогда я поняла, как сильно мне противен Egypt Air и как мил сердцу родной Аэрофлот!

Когда нас наконец погрузили в самолет, я решила, что наконец смогу немного подремать, но не тут-то было. Начали разносить еду, и я было совсем обрадовалась возможности восстановить силы ночной жрачкой, однако еда состояла из кусочка кекса и пустой чашки, в которую подразумевалось налить чай или кофе, если не влом попросить. Соки в крошечных пакетиках разносили только тем, кто особо на этом настаивал — например, мне. Нет, 40 минут самолета — это, конечно, лучше, чем трястись 5 часов по пустыне в автобусе, никто не спорит, но сервис отстойный!

Чарли ждал нас у выхода в компании с шофером-арабом, который совсем не говорил по-английски и с которым приходилось общаться либо посредством знаков, либо через хорошего друга Чарли по мобильному (такие вот они дебилы, эти каирские шоферюги). Несмотря на позднь (было не меньше 2 часов ночи), Чарли был весел и бодр, как всегда. За три года, которые мы с ним не виделись, он совсем не изменился. Если бы не Чарли, мы вряд ли поперлись бы в Каир (особенно в свете материального положения своего), так что я бесконечно обязана его доброте.

Мы рассчитывали остановиться хоть где-нибудь, где было бы тепло и сухо, однако Чарли поразил нас в самое сердце, когда привез в роскошный пятизвездочный Мариотт, который давно уже укрепился в моем сознании в качестве главного оплота империализма. Гуля разделила мой восторг, в то время как Юля начала подзуживать нас тем, что это все неспроста, что дедушка Чарли на самом деле преследует вовсе не такие бескорыстные цели. Мы с Чарли расположились в одном номере, и несмотря на все мрачные прогнозы, так и не сделал ничего раздражающего (в отличие от некоторых других моих соседей по номерам). Наш приезд случился аккурат 11 сентября, когда на Америку обрушилась волна терроризма, так что мне было о чем поговорить с Чарли.

На следующее утро после завтрака со шведским столом в англо-американском пабе Мариотта нелегкая занесла нас в Каирский национальный музей. Чарли любезно подогнал того же шофера на шикарной тачке, приобрел билеты и запустил нас всех внутрь. Пронос фотоаппаратов стоил денег, но на самом деле снимать там было нечего, так что об отсутствии фотика я даже не пожалела. Честно говоря, при отсутствии экскурсовода музей мне показался довольно скучным. Мы потратили пару часов на его обход, осмотрев невероятное количество экспонатов, среди которых самыми интересными мне показались мумии. Довольно примечательны были также ящики, в которых хранился Тутанхамон (чья гробница осталась неразграбленной и дожила до наших времен). Оказывается, один ящик вставлялся в другой на манер матрешки, и таких ящиков было аж несколько — для пущего сохранения мумии. Знали они, древние, нутром чуяли, что спустя несколько тысячелетий на эти мумии придут посмотреть любопытные туристы! Когда мне стало совсем скучно в музее, мы с Чарли принялись обсуждать его личную и семейную жизнь, это меня конкретно развлекло. У наших девушек, вымоливших накануне свои грехи у Моисея, довольно быстро отказали ноги (наверно, не до конца вымолили), и мы вернулись в отель, где успешно покушали в ресторанчике, повалялись у бассейна и попили пива.

Нам также посчастливилось посмотреть на знаменитые пирамиды Гизы. Утром мы поехали к ним вместе с Чарли (все на том же шофере), пофотографировались и даже залезли внутрь пирамиды Хеопса (вход 10 баксов на человека, все спонсировалось Чарли). Въезд на территорию пирамид также стоил Чарли некоторой суммы, арабы были агрессивны, ибо в это время дня туристов еще пока мало, их основная масса прибудет несколько позже. Вокруг нас тусовалось невероятное количество арабов, которые честно заслужили быть прозванными урюками за то, как они к нам приставали. Кто-то навязывал нам верблюдов (ну да, бесплатно залазишь на него, а за то, чтобы слезть, плати — да и зачем там верблюд, когда вокруг пирамиды можно за 10 минут обойти?). Кто-то пытался продать воду или сувениры. Некоторые предлагались в качестве мужа — это у них такой способ раскручивания, во всем мире принято ухаживать, а эти сразу женятся, чтобы им дали. Все подряд первым делом пытались отгадать нашу национальность, первым делом предполагая, что мы итальянцы, ибо их, видать, подавляющее большинство среди туристов. Узнав, что мы русские, продолжали что-то впаривать на ломаном русском, что невероятно действовало на мозги. Юля и Гуля выбрали тактику, согласно которой они происходили из Польши. В ответ, ничуть не смутившись, египтяне продолжали лепетать на ломаном польском, а смущались как раз Юля и Гуля. Я же обычно честно признавалась, что происхожу из Китая. Египтяне не находили, что ответить на такую наглость, и обычно сразу же отставали.

Рассадник пирамид находится на довольно приличном возвышении, упасть с которого никому бы не посоветовала. С этого плато открывается приятный вид на окраину Каира — точнее, на неожиданную для этой местности рощицу. Сразу при въезде появляется самая большая пирамида, Хеопса которая, чуть поодаль еще одна (с оригинальной вершиной), а дальше, возможно, даже конкретно дальше (мы туда не пошли) совсем маленькая. Судя по фотографиям, увиденным мной впоследствии, за ней еще три миниатюрные до невозможности, однако у нас не было ни возможности, ни желания туда переться. В принципе, все они на вид примерно одинаковые.

Надо сказать, то, что мы согласились залезать внутрь пирамиды, было большой ошибкой с нашей стороны. Мы лезли вверх по довольно узкому проходу, по лестнице, представлявшей собой длинную доску с поперечными палками, и держались за перила. Лестница была довольна крутая, так что подъем (впрочем, и спуск) стоил нам титанических усилий. Особенно спуск, ибо приходилось либо нагибаться, либо ползти на карачках. На следующий после пирамид день у меня зверски болели мышцы верхнего бедра и задне-боковые части спины — чуть ниже тех мест, откуда растут руки, и чуть сбоку оттуда, откуда мне за такой подвиг причитаются ангельские крылышки. Все наши усилия были тщетны, мы ожидали, что в конце этой бесконечной лестницы есть что-то интересное, а там оказалась небольшая пещера, слабо освещающаяся и проветриваемая встроенным кондиционером, с только одним гробом — и то пустым. К тому же вход в пещерку осуществлялся посредством сгибания в три погибели, и в таком состоянии было нужно проползти несколько метров. Как нам потом сказали, пещера, в которой когда-то лежала мумия Хеопса, находилась в самом центре пирамиды, то есть получается, что мы проползли вверх метров так на 200 с гаком. Совершенно непонятно, как древние египтяне протаскивали по такой неудобной лестнице все фараонское хозяйство наверх. Наверно, не такие уж древние были, как нам кажется!

Вечером мы вернулись к пирамидам, ибо любезный Чарли договорился о нашем трансфере на светозвуковое шоу, ежевечерне проходящем на пирамидах. В этот вечер оно шло на японском и английском языках, а вообще каждый вечер дается два шоу, на двух разных языках, в том числе и на русском (но нам не повезло туда попасть). Шоу происходит между двумя крупными пирамидами, где стоит знаменитый сфинкс и откуда открывается офигенный вид, пирамиды кажутся стоящими примерно на одинаковом расстоянии друг от друга, каждая следующая зрительно кажется пропорционально меньше предыдущей. На сфинкс и все три видимые пирамиды проецируется свет, и из каких-то потайных колонок доносится стереозвук (долби сюрраунд, ясен пень!). В итоге зрелище жуткое, мурашкообразовательное и дыхание отбивающее. Зрители сидят в просторном зрительном зале на свежем воздухе, кресла стоят в песке, крепко приделанные друг к другу. Зал заполнен до отказа, очень много туристов — есть даже русские, не мы одни такие умные. Пытаешься вслушаться и вдуматься в текст — какая-то бредень, сложно разобраться, что они всем этим хотели сказать. Постепенно перестаешь маяться дурью и просто наслаждаешься атмосферой, создаваемой звуковыми эффектами и яркими красками на пирамидах. Пытаюсь фотографировать — снимки получаются слишком темные, их не печатают. Несмотря на невыносимую жару днем, вечером в сентябре появляется легкий ветерок. Мне не холодно, а некоторые другие зрители кутаются в куртки. У меня пробегают мурашки вовсе не от холода, а скорее от восторга — я представляю себе, как тысячи лет назад на этом самом месте, где я сейчас нахожусь, разыгрывались нешуточные страсти, гибли люди на строительстве этих памятников… Запоминаются слова из шоу о том, что столько лет люди стремились добиться бессмертия, однако даже фараоны, считавшиеся подобными богам, умирали, и пирамиды являются неоспоримым доказательством невозможности осуществления этой мечты. Абыдна, да!

Шоу продолжается минут сорок пять, загруженные увиденным и навеянными этим философскими мыслями, мы задумчиво удаляемся в сторону автобуса, который, вопреки ожиданиям, везет нас не в отель, а в папирусную лавку. Там нам вкратце объясняется технология изготовления папирусного полотна, и наша Юля (единственная из всей группы, состоявшей помимо нас из 2 англичанок, 2 француженок и 3 французов) раскошеливается на 2 совершенно ненужных ей папируса в качестве сувениров. Духота и усталость сводят меня с ума, предложенные бесплатно каркадэ и кола (опять в бутылках 0.192 мл!) возвращают меня к жизни, но очень ненадолго. Продавцы не ценят юмора моей скуксившейся физиономии и гадственно пристают, я с трудом выдерживаю этот натиск и с радостью вырываюсь на свободу — назад, в автобус, а затем и в Мариотт.

Пирамиды оставили в моей душе противоречивые чувства — невнятные и сумбурные. Конечно, будучи весьма наслышанной об их красоте и силе, ожидаешь чего-то необычного… Ты ждешь встречи с бессмертием — а вместо этого встречаешься с мертвым камнем, который хоть и впечатляет своим долголетием, но в то же время он до сих пор жив только потому, что изначально был мертв. С иронической точки зрения вспоминаются строчки «Я памятник себе воздвиг нерукотворный» и «Пусть всегда буду я», однако, извините, это все утопия, и зря они этого не поняли в свое время. Самое забавное — что пирамиды кажутся вовсе не такими высокими, какие они есть на самом деле. Это своеобразный обман зрения, который скрадывает значительную часть могущества пирамид в глазах туристов. Больше всего, конечно, в пирамидах раздражают эти грязные невежественные урки, которые буквально облепляют ни в чем не повинных туристов, отважившихся приехать к пирамидам, это главный раздражительный фактор. Ну да ладно, это все издержки производства — авось когда-нибудь и в этой стране ненароком случится цивилизация. Пусть не такая сильная, как четыре тыщи лет назад, но все же…

Определенно Каир мне понравился. Хотя бы своим роскошным центром, стоящим на Ниле и состоящим преимущественно из небоскребов — офисных и отельных. Ну чем не продвинутый капитализм? Отдельно выделяется здание нашего Мариотта, точнее, его две башни, которые, в отличие от остальных зданий города (преимущественно серых — некрашеных), имеют кирпичную окраску. Однако стоит выехать из центра города, и начинаются жилые кварталы, поражающие воображение своей бедностью. Впрочем, об этом было не раз читано (в том числе из впечатлений других туристов), так что неожиданностью не явилось. Преимущественно двух-трехэтажные домики, как правило, не имеют крыши по двум причинам: так прохладнее во время летних месяцев и так дешевле, ибо налог на недостроенное жилье существенно ниже. Дом стоит на доме, растительности между ними практически никакой. Только на самой окраине города, особенно непосредственно перед пирамидами, я пронаблюдала довольно приличную рощицу — все-таки долина Нила, как никак, им положено слегка и иногда. Особой грязи я не рассмотрела, но, думаю, это только за счет высокой скорости, с которой мы проносились мимо. Выходить из машины и тем более самостоятельно шататься по городу мне показалось неразумным, из окна автомобиля я что-то не видела белых, акромя как в туристических зонах (ха, чуть не написала «резервациях», что за дискриминация!). В общем, страшновато было. На курортах чурки все-таки понимают, что туристы их содержат, и не так на них кидаются, а в Каире даже в турзонах они были довольно агрессивны.

На третий день Чарли отбуксовал нас в аэропорт за два часа до обещанного рейса, оставил там и смылся по своим делам. Наверно, очень облегченно вздохнул, что мы наконец свалились с его хрупких плеч, устал с нами возиться. Аэропорт в Каире — это очень громко сказано, на вид это была довольно жалкая и мелкая конурка, производящая очень удручающее впечатление. Аэропорты в Хургаде и Шарме куда приличнее. Белых, как и ожидалось, кот наплакал, одни чурки и чушки, зачастую закутанные в национальную одежду с ног до головы (даже глаза в очках, я не вру!). К своему жуткому удивлению, мы не обнаружили номера нашего рейса на табло, и как бы мы ни спрашивали, еще некоторое время никто не мог дать нам вразумительную информацию по поводу того, улетаем ли мы в Шарм вообще. В итоге рейс задержался еще на три часа (блин, это надо было предвидеть — однако мы же не могли послать любезного Чарли и добираться до аэропорта самостоятельно). Все пять часов мы изнуренно провели в аэропорту, проклиная все и всех, особенно авиакомпанию Egypt Air, которая второй раз подряд подвела нас с самолетом. Делать в аэропорту было абсолютно нечего, еда и напитки по бешеным ценам, почитать нечего, неизвестность с тем, сколько еще ждать… В общем, мрак и тоска. Еще неизвестно, что утомительнее — такое ожидание или пять часов в автобусе по пустыне, кои и полагаются среднестатистическому египетскому туристу.

Полет прошел стандартом, без малейших намеков на происшествия. Как будто мы вовсе не находимся в одной из арабских стран, на которую, возможно, точит зуб Америка. Полет проходил довольно низко и, разумеется, при абсолютно ясном небе, что дало мне возможность (как сидящей у окошка) внимательно рассмотреть пустыню, то бишь из чего состоит большая часть Египта. Моему взгляду представились многие километры рассыпанного сахарного песка поносного цвета без малейших признаков жизни, и я в очередной раз убедилась в том, что постоянно жить в этой стране я бы не смогла.

В общем и в целом, я осталась довольна поездкой в Каир, которая к тому же столь неожиданно досталась нам нахаляву («Everything is being taken care of» — «За все уплОчено», как сказал Чарли). Если бы я рискнула поехать в Каир самостоятельно, из Хургады однодневная поездка обошлась бы мне в 80 баксов, а из Шарма в 120. Мы же тусовались там аж два с половиной дня, жили в шикарном отеле, питались в ресторанах и вообще ни копейки не потратили. Почаще бы жизнь откалывала такие сюрпризы!

По прибытии в Шарм мы обнаружили, что у нас оставалось две ночи и всего один день отпуска, и сей факт сильно подгадил настроение. Покупавшись напоследок в море, сходив напоследок в даунтаун (на сей раз с тем, чтобы затариться сувенирами), мы пролили последние слезы по поводу своего скорейшего отбытия и принялись собирать чемоданы, ибо к полудню нам предписывалось полностью очистить номер от своего присутствия. Мы побросали чемоданы на рисепшне, и лично я направила свои стопы для последнего, прощального загара возле бассейна. Практически вовремя я переоделась в сухое в туалете, утрамбовала мокрый купальник в чемодан и села вместе с остальными русскими, коих было немного и кому не посчастливилось тоже уезжать, на рисепшне — дожидаться нашего трансфера в аэропорт. Автобус пришел почти вовремя, с весьма незначительным опозданием, и мы были предпоследним отелем, за которым он заехал (последним был Софитель).

В аэропорту не оставалось делать ничего более умного, как шариться по дьюти-фри и прочим сувенирным магазинчикам, дабы окончательно не вспухнуть от скуки. Как и в Хургаде, местный дьюти-фри оказался плачевно мелким и дорогим. Отдельно был магазинчик с сувенирами и шмотками, особнячком держалась алкогольно-шоколадная часть. Я была возмущена накруткой цен по сравнению с Шереметьево, однако решилась-таки на покупку якобы французского шоколадного ликера Marie Brizard, стоившего мне десять баксиков. Думала привезти в подарок кому-нибудь, однако при первой же пробе выяснилось, что ликер скорее похож на совсем даже не алкогольный вязкий приторный шоколад. Нас стали погружать в самолет чуть ли не за полтора часа до написанного в билете времени отлета, вселив в наши души надежду на отъезд раньше намеченного времени, однако самолет все равно умудрился опоздать с отлетом из-за каких-то идиотов, которые то ли приехали слишком поздно, то ли долго и упорно доказывали таможенникам, что они вовсе не верблюды и что отломанные ими кораллы не являются причиной их неотправки на историческую родину.

Всю процедуру отъезда я тусовалась с Игорем и Светой, с которыми я познакомилась в Сонесте и активно проводила время на отдыхе — преимущественно на пляжах и в бассейне соседнего Софителя. Я замешкалась во время регистрации и получила место хоть и в одном ряду с ними, но не рядом. Путем неимоверных усилий мне удалось уговорить других рядом сидящих на сложный обмен, в результате которого мы оказались сидящими подряд. У меня оставалась с собой пол-литровая бутылка водки, взятая из Москвы, распить которую в отеле не удалось по причине отсутствия времени, желания и жаждущей компании, и посему мы с Игорем по-братски разделили ее на двоих. Водка сократила в моих глазах время, затраченное на путешествие по воздуху, и спасла от переживаний, когда мы попадали в воздушные ямы, ибо я предалась глубокому сну. В общем, рекомендую в качестве отличного средства времяпрепровождения в дороге, время летит незаметно!

Когда мы прибыли в Москву, было что-то около трех часов ночи. За что я терпеть ненавижу Египет, так это именно по такой причине — никому не хочется посреди ночи, частично проведенной в полете, оказаться в аэропорту в непонятках, встречает ли тебя кто или сидеть тебе тут до утра на чемоданах. А рейсы из Египта почему-то упорно прибывают как раз ночью. Кстати, о чемоданах: после некоторого ожидания багажа я взяла, как мне показалось, именно мой чемодан, оказавшийся при более подробном рассмотрении (уже дома) вовсе не моим. Этот чемодан, на колесиках и с кодом, я купила непосредственно перед отпуском и не успела толком рассмотреть, а на нашем рейсе был очень на него похожий, немного с другим оттенком — его я и взяла. А его хозяева взяли мой, и совершенно непонятно, кто взял первым и кого за такие дела следовало бы … (вставьте вместо точек желаемое наказание). Размеры чемоданов совпадали, а по весу мой был на 8 кг легче — я обратила внимание на этот факт, когда тащила чемодан к машине, но списала его на собственную усталость от полета. Мне еще стоило обратить внимание на то, что мой был закрыт на код, а этот нет. А ведь мы (я, Юля и Сергей) еще около часа простояли в аэропорту в ожидании Юлиного мужа с тачкой, который любезно согласился подвезти нас и при этом опаздывал, и у меня было полно времени обнаружить подлог, однако мне и в голову не пришло проверить чемодан. И представьте мой шок, когда после чуть ли не двухчасового путешествия на тачке по ночной Москве, спустя почти двенадцать часов после отъезда из отеля я, сонная и смертельно уставшая, выгружаю чемодан из машины у подъезда своего дома — и с ужасом понимаю, что это НЕ МОЙ чемодан!!!

Я так хотела лечь и проспать часиков эдак так двенадцать, а вместо этого смогла подремать не больше двух — не спалось, ибо жутко мечталось встретиться вновь со своим чемоданом и особенно с его содержимым. Кстати говоря, чужой чемодан оказался набит разными сувенирами (книги о Египте, национальная одежда, побрякушки), а также парфюмер ией и косметикой, и с финансовой точки зрения стоил намного больше моего, в котором находились совсем не ценные мои шмотки и почти никаких сувениров. Самым ценным был фотоаппарат с фото- и видеопленками. Представляю реакцию хозяев чемодана, когда они приехали домой и с трудом открыли мой чемодан, закрытый на код…

Разбитая и конкретно расстроенная, в девять утра я помчалась назад в Шереметьево на пару с чемоданом, причем своим ходом. Разумеется, умные хозяева чужого чемодана предпочли сначала отоспаться, а потом уже заниматься обменом, поэтому своего я там не нашла. Пришлось пройти утомительную процедуру регистрации «обменного чемоданчика» с подробной описью содержимого, оформить кучу бумажек и возвернуться домой несолоно хлебамши. Поспать днем так и не удалось, созвониться ни с кем тоже, и вечером того же дня я в гордом одиночестве поехала на концерт Депеш Мод, билет на который был приобретен еще в мае и который с нетерпением ожидался мною в течение многих лет. Уму непостижимо, как я умудрилась при всех злоключениях получить огромный кайф, стоя в первых рядах танцпартера и будучи толкаема со всех сторон!

На следующий день я, оставив всякую надежду, на всякий случай позвонила в камеру хранения Шереметьево — и там мне сказали, что мой чемоданчик наконец объявился. Недолго думая, я прямо с утра рванула опять в аэропорт и была безумно рада встрече с его заблудшей душой. Как ни странно, никакие вещи не пропали (в чужом, разумеется, тоже — мне чужого не надо!), вот только кодовый замочек оказался вандальски испорчен. Я написала претензию Аэрофлоту, требуя оплатить мне стоимость чемоданчика в размере 1500 рублей — ну или хотя бы просто ремонт замка, хотя мне показалось, что такой замок ремонту не подлежит. Приложила к претензии авиабилет и отправила по почте. Мне было обещано рассмотрение дела в течение месяца, после чего мне следовало позвонить и узнать результаты. В конечном итоге я забила на это дело и решила больше никогда не быть такой лохиней, пометить свой чемоданчик ярким цветом (никогда не закрывая на замки) и после проверки документов пулей лететь на место выдачи багажа, дабы его не успели забрать по ошибке.

В тот же день, когда я забрала чемоданчик, мне предстояла поездка в Питер на второй концерт Депеш Мод, но это уже совсем другая история… Вскорости все траблы были успешно забыты, а в памяти осталось только хорошее. В общем, жизнь удалась!

| 23.01.2002 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий