Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Египет >> 3770 километров по Египту, включая Абу-Симбел и Эль-Аламейн — часть 2


Забронируй отель в Египте по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

3770 километров по Египту, включая Абу-Симбел и Эль-Аламейн — часть 2

Египет

Пирамида Хеопса сложена из огромных каменных блоков, каждый, как утверждают, весом в 2,5 т. Как древним египтянам, удалось поставить их один на другой на высоту 146 м 59 см? Боюсь, что на этот вопрос, никогда не будет ответа. Пирамида Хефрена немногим меньше — 143 м. Самая маленькая пирамида Микерина, сына Хефрена — всего 65 м. Первым объяснить чудо света попытался древнегреческий парень по имени Геродот (V в. до н. э.). Он дает в своем труде «История» две версии. По одной, было специальное приспособление для подъема блоков, которое переставляли с одного уровня на другой. По второй версии, на каждом уровне стояло свое приспобление. Лет тридцать назад японцы попробовали повторить строительство по Геродоту для пирамиды высотой всего метров двадцать. Их деревянные механизмы из стволов местных пальм быстро поломались, а допотопные канаты скоро оборвались. Геродоту нельзя слепо доверять: он например, пишет, что пирамида Хеопса была построена на острове (?!); Хеопса из IV династии помещает в один временной отрезок с Рамзесом III (XIX династия), хотя между ними разница более чем тысяча лет. Видно и у древнего грека голова кругом шла от чудес Древнего Египта. Есть теория, что был огромный пандус, по которому тащили наверх каменные глыбы. Но тогда, этот пандус должен быть в два раза больше пирамиды. Его надо было строить теми примитивными средствами, которыми могли обладать древние египтяне, многие десятки лет, гораздо больше, чем мог прожить фараон.

Недавно по нашему ТВ показали документальный фильм, где была выдвинута гипотеза, что египтянам был известен секрет бетона. Они якобы в деревянных формах замешивали песок с чем-то пополам и так без особого труда наращивали уровни своих пирамид. Но сохранились известняковые карьеры, где вырезались блоки, и по структуре строительный материал пирамид полностью соответствует тамошнему известняку. Таким образом, на каждую версию можно моментально дать контрверсию. Мой московский приятель Слава сказал, на мой взгляд, достаточно верно о постройке пирамид: «Для того чтобы их построить, нужно было быть древним египтянином. Как и для того, чтобы зарезать и правильно освежевать барана, нужно быть кабардинцем». Еще одну интересную версию я услышал от экскурсовода Лидии в Александрии. Но об этом в свое время. Я подошел к стене пирамиды Хеопса, которая смотрела в сторону пустыни (здесь не было полицейских), и взобрался на основание пирамиды. Мне хотелось дотронуться до тысячелетних глыб и ощутить связь с историей. Мои руки прикоснулись к каменным блокам. Энергия из камня била ключом. Высоченная стена — грань пирамиды уходила прямо в голубое небо. Древние строители как бы насмехались с помощью своего сооружения над полуобразованным потомком северных варваров, которых во времена фараонов еще просто не было в природе…

Солейман ждал нас на площадке у пирамиды Хефрена. Он отвез нас немного дальше в пустыню к открытой сцене, где ставится опера Верди «Аида». Здесь был и небольшой рынок сувениров. С этого места открывалась панорама трех пирамид Гизы. Мы сделали снимки. Отсюда было хорошо видно рваную рану на теле пирамиды Микерина. Ее когда-то проделали мамелюки в поисках сокровищ. Я, пользуясь случаем, спросил у Солеймана, кто отбил сфинксу нос. Он угрюмо ответил: «Бонапарт». Потом я сам читал в разных изданиях, что нос отстрелили из пушки мамелюки и что наполеоновские солдаты тоже тренировали свое мастерство в учебных стрельбах по сфинксу. Легенды, легенды… До истины не добраться. Далее наш путь лежал в Саккару, где нас ждала пирамида Джосера — фараона III династии. Доехали минут за 40. У плато, на котором стоял комплекс древних построек, был пропускной пункт, где Солеймана остановили и записали количество пассажиров и название страны, из которой мы прибыли. Ступенчатая пирамида Джосера нас встречала сразу. Не очень высокая (всего 60 м), но очень величественная. Ее шесть ступеней, покрытые песком тысячелетий, поднимались к небу. По ним душа умершего фараона тоже поднималась ввысь. Эта пирамида построена самой первой в XXVII в. до н. э. Ее построил Имхотеп — тот самый обожествленный бог медицины, чье изображение мы видели в храме Ком-Омбо. Вот так жили-жили древние египтяне одной ногой в первобытном обществе, а потом ни с того, ни с сего стали вдруг строить пирамиды — сооружения, которые по размерам еще долго не могли повторить цивилизованные европейцы. Несмотря на свой университетский диплом, я не могу этого осмыслить.

 В истории русской цивилизации, которая достигла заметных успехов, были всем известные толчки, двинувшие нашу страну вперед, — призвание варягов, принятие христианства, жестокие петровские реформы. А египтяне просто так, без всяких толчков извне решили создавать свои шедевры архитектуры и прикладного искусства. Правда, в одной книге итальянского ученого я прочитал, что древние египтяне считали Имхотепа наследником традиций легендарной Атлантиды. Больше, видимо, сваливать не на кого. Солейман показал нам на вход во вполне современное сооружение и сказал: «Тампль (замок)». Это был заупокойный храм Джосера. На входе нас подхватил очередной араб, на английском предложив услуги гида. Мы прошли огромные могилы, видимо, родственников фараона, глубиной 15—20 м. Когда смотришь вниз, ослабевший от жары и усталости, кажется, что недолго свалиться вниз. Мы поднялись на какую-то стену. Впереди виднелась знаменитая пирамида Унаса (V династия). Она выглядела как нагромождение обломков чего-то имевшего когда-то треугольную форму. В этой пирамиде нашли на стенах «Тексты пирамид» самой древней редакции. Их магический смысл до сих пор завораживает исследователей. Толкований им масса. На весь осмотр было минут 15, так как полдень уже настал. От араба удалось отвязаться с помощью всего того же бакшиша. (Марк Твен писал по поводу египетского бакшиша в 1868 г.: «Оборванцы арабы осаждали нас парами, десятками, взводами, и мы платили им бакшиш за услуги, которые, как они клятвенно уверяли, они нам оказали, а мы-то и не подозревали об этом!») С тыла пирамида Джосера впечатляла еще больше, так как выглядела логичным центром огромного заупокойного комплекса, выстроенного гениальным Имхотепом. Всего Саккара занимает площадь 5 кв. км, и осматривать ее надо целый день. В машине я спросил Солеймана о Серапеуме. Он ответил: «Клозе» — и даже скрестил руки и добавил по-русски: «Закрыто». И этот известный комплекс нам не удалось посмотреть. Здесь в огромных саркофагах (от 60 до 70 т) египтяне хоронили священных быков Аписов. Я видел по телевизору эти огромные коридоры гигантского подземного сооружения. Впечатляло очень. От Саккары до музея ехали час с лишним с заездом к Цитадели. Дорога проходила по кольцевой каирской дороге. Поток машин ужасный, и все мчатся на предельных скоростях. В Цитадель не пошли (времени было в обрез), только сделали панорамный снимок с шикарной мечетью Мухаммеда Али.

И вот мы у Египетского музея. С Солейманом договорились встретиться на выходе в 16 ч. Никакого расписания часов работы я не заметил. При входе нас проверили с помощью металлоискателя. Представитель туристической полиции в белоснежной форме, увидев у меня путеводитель «Окно в мир», где на обложке изображен пожилой араб в национальной одежде и с металлическими зубами, широко улыбнулся и сказал по-английски: «О! Это мой дядя!» Мне пришлось тоже улыбнуться его незамысловатой шутке. Посещение музея обошлось в 20 фунтов. Площадь перед музеем была полна туристами, но когда мы вошли в помещение, людской поток стал явно иссякать. Мы увидели все основные экспонаты. В этом нам помогли путеводители, где были перечислены все залы. Мне показалось, что экспозиция выстроена несколько бессистемно — одна эпоха не следовала за другой. Но этому есть объяснение — с 1902 г. (дата открытия здания) добавилось много новых находок (золото Тутанхамона, например) и последние экспонаты буквально впихивали в оставшиеся места. Правда, говорят, что в Гизе строят новое здание, куда поместятся все экспонаты, имеющиеся в запасниках музея.

Знаменитая палетка царя Нармера, объединителя Верхнего и Нижнего Египта, довольно неплохо сохранилась. Царь держит за волосы вражеского правителя и замахивается на него чем-то вроде булавы. Вельможа Каапер, или Шейх эль Балад (он же, как назвали его египетские крестьяне, Деревенский староста) все также опирается на свой деревянный посох. Он лыс, полноват и самоуверенно смотрит на нас сквозь века. Царевич Рахотеп и его жена Неферет (IV династия), изготовленные из известняка, держат левую руку на сердце. Они сделаны в человеческий рост, раскрашены цветными красками и выглядят, как живые. Знаменитая супружеская пара достойно приветствует туристов и потомков неизвестно кого. Замечательная статуя фараона Хефрена. Привезена в музей из сердаба его пирамиды. Такие статуи древние египтяне ставили, чтобы мертвый фараон через свое изваяние, установленное в специальном помещении — сердабе, — мог общаться с богами. Статуя изготовлена из диорита, который с такой тщательностью можно было бы обработать только в наши дни, и только лазером. Но египтяне, не знавшие даже стали, тщательно выделывали прекрасные статуи в III тыс. до н. э. Фантастика. Триада Микерина. Внук Хеопса стоит посредине двух богинь — слева Хатхор, справа — не понял кто.

Видели и зал наследия греческой эпохи. Статуя Александра Македонского в виде древнеегипетского бога Амона. В Центральном зале запоминаются гигантские статуи фараона XVIII династии Аменхотепа III и его жены Тийи одинакового роста. А в египетской традиции было не принято делать скульптуры жены фараона одной величины с мужем. Аменхотеп III русскому человеку знаком — именно его сфинксы выставлены на набережной Невы. Но как же нарушил традиции их родной сын и наследник фараон Аменхотеп IV! Это что-то. Во-первых, он взял себе новое имя Эхнатон (в переводе на русский «угодный Атону») и перенес столицу из Фив в новый город Ахетатон. Во-вторых, он сделал основным культ бога Атона и, по-видимому, сам стал его верховным жрецом. Теперь бога солнца изображали в виде солнечного диска с множеством рук. В-третьих, он изменил каноны изображения фараона. Его стали изображать таким, каким он был, а не стройным молодым человеком. В музее (зал Амарны) можно увидеть фигуру Эхнатона с огромными губами, узкими «китайскими» глазами, длинной шеей, тонкой талией и широкими бедрами. Вдобавок он был отцом шестерых дочерей и у него не было прямого наследника. Но имя его жены известно всем, даже тем, кто никогда не интересовался Древним Египтом. Ее звали Нефертити (перевод на русский — «смотрите, какая красивая пришла»). Эхнатон создал гимн Атону. Он по тексту очень напоминает один из псалмов Библии. Как видим, Моисей не случайно вышел именно из Египта. Есть известное изображение Эхнатона и Нефертити, когда они поклоняются Атону. Многорукое солнце выглядит каким-то мерзким неприятным насекомым. Но зато скульптурный портрет Нефертити в короне известен всем, он многократно воспроизведен на многочисленных репродукциях и календарях. Он находится в Берлине. В Египетском музее есть другой незаконченный портрет из известняка — голова царицы без короны, но лицо выглядит гораздо печальнее, губы печально сжаты. Мы ничего не знаем о том, как окончили свои дни знаменитые супруги. Знаем только, что революция Эхнатона была свернута его преемником. Ученые до сих пор спорят, кто был Эхнатон: великий реформатор в области религии и искусства или злобный урод, порвавший с тысячелетним религиозным наследием Древнего Египта и решивший уничтожить нравственные основы народной жизни. Я склонясь все же больше к первым. Просто Эхнатон опередил свое время. Вспомним, что император Константин, вводя христианство, также хотел заменить невероятное многобожие монотеистической религией. Что из этого вышло, мы с вами знаем. Оказалось, что и одного и того же святого в разных течениях христианства можно представлять по-разному.

Преемника Эхнатона звали Тутанхамон (живое воплощение бога Амона). Правда при жизни фараона-еретика он звался Тутанхатон (живое воплощение бога Атона). Видимо, жрецы быстро объяснили молодому человеку, что старые друзья не так уж и плохи. Тутанхамон женился на дочери Эхнатона и Нефертити — Анхесенамон. На вопрос, в каком родстве он находился со звездной парой, ученые до сих пор не могут найти ответа. Может он был сводным братом или даже сыном, или племянником. Иероглифы умалчивают. Но не состоять в родстве с Эхнатоном он не мог. В 19 лет юный фараон умер. Наследников у него не осталось. Ему наследовал старый, хитрый жрец Эйе, а затем после его смерти полководец Хоремхеб. Его гигантская сидячая статуя грозно восседает на первом этаже музея. Из нее так и прет военная и государственная мощь. Из всех увиденных статуй эта произвела на меня, пожалуй, самое сильное впечатление. Гробница Тутанхамона дошла до нас нетронутой. В ней нашли тысячи предметов, многие из которых являются предметами искусства. Нам с Юрой повезло. Во второй половине дня в музее не было безумной толпы туристов. Мы спокойно подошли к витринам с золотым саркофагом фараона Тутанхамона, его маской и украшениями. Мы были в восхищении от ювелирного искусства древних египтян. Можно видеть тысячи иллюстраций, но ни одна не передает полностью впечатление от подлинной вещи. Старый циник Юра возмущенно пробурчал: «Не могли они сами это сделать. Это все Атлантида». На спинке кресла Тутанхамона было изображение того самого Атона в виде солнца с ручками. Возврат к старым богам — одно дело, а пользование драгоценными предметами еретического культа — совсем другое.

 В зал мумий Юра не пошел. Не люблю покойников, говорит. Вход в этот зал стоил безумно дорого — 40 фунтов. Но я не жалею, что их потратил. Первая мумия, которая встречала меня при входе, принадлежала Тутмосу III, которого я изображал в Луксоре. Я улыбнулся ему как родственнику. Всего было 11 или 12 мумий — Рамзес II, Сети I и другие. Не было только Эхнатона и Хатшепсут. В тайном захоронении в горах их мумий не нашли. Видно, много крови они попортили родственникам. Все мумии прекрасно сохранились. Гораздо лучше, чем наш Ленин, который наполовину сделан из мыла или воска или из чего-то подобного (был в мавзолее три раза, говорю уверенно). Секрет древней мумификации утерян. Людовик XIV приказал мумифицировать свое мертвое тело, но оно быстро разложилось — через 15 лет. И уверен, что того способа мумификации, при помощи которого бальзамировали Ленина и Хо Ше Мина, не хватит, чтобы их мумии через 3,5 тыс. лет выглядели как новые. Президент Садат, кстати, закрывал этот зал на несколько лет. Считал, что нельзя разглядывать мертвых людей — это неприлично. (Да и Ленин, если бы знал, что из него сделают куклу и выставят на всеобщее обозрение, вряд ли был доволен.) Мубарак открыл зал для посещений снова. В связи с мумиями не могу не привести запавшую в память цитату из Геродота о нравах того времени: «Тела жен знатных людей отдают бальзамировать не сразу после кончины, точно так же, как и тела красивых и вообще уважаемых женщин. Их передают бальзамировщикам только через три или четыре дня. Так поступают для того, чтобы бальзамировщики не совокуплялись с ними. Действительно, говорят, был случай, что один из них совокупился со свежим трупом женщины и был пойман по доносу своего товарища» (Вторая книга «Истории»). Некрофилия, как следует из приведенной цитаты, изобретение вовсе не современное. Но довольно об этом.

 В сувенирном магазине я купил два отличных альбома на русском: «Древний Египет» издательства White Star (60 фунтов) и «Сокровища Каирского музея» (70 фунтов). В России я таких книг ни у кого не видел. Юра купил что-то на английском. В сквере постоял у могилы первого директора и создателя музея Огюста Мариэтта. Под ласковым вечерним солнцем на скамейке египетские школьницы (без платочков) заигрывали с молодым человеком, нежными голосами задавая ему коварные вопросы. Как эта картинка напомнила мне отрочество… Искали машину Солеймана. Ко мне подходили другие таксисты и наперебой предлагали свои машины. Я отвечал: «Ноу. Май таксимен — Солейман». Неожиданно мне ответили: «О! Солейман-паша!» Вскоре он подъехал. В 16 ч 30 мин были уже в номере. Легли спать. В 21 ч пошли на ужин. Еду приносил официант: салат, булочки с маслом, рыба с рисом, на десерт — смесь из гранатовых зерен и кусочков дыни, все залито каким-то соком. В соседнем зале за стеклом шла дискотека для арабов, звучали рок-н-ролльные ритмы, но тексты были на арабском. После ужина мы заснули мертвым сном. Проспали в общей сложности 12 ч.

Рано утром я вышел прогуляться. Улица, на которой стоял наш отель, выходила прямо на Нил, в той его части, где на острове высилась Каирская башня. Подняться на эту башню было заветной мечтой Юры, так как тридцать лет тому назад его отец прислал из Каира открытку с ее изображением. Но после тяжелого туристического дня он отказался от этой идеи. Я пошел вдоль реки, прошел мечеть, стоявшую всю в строительных лесах, и дошел до транспортной развязки. Свернул на улицу, которая шла параллельно набережной. На перекрестке была автобусная остановка, полная египтянками, одетыми в черное. Напротив, через дорогу была продовольственная лавчонка, куда от остановки направлялись туристы за покупками в дорогу. Для продвинутого туриста всегда очень любопытно посмотреть цены в магазине, где отовариваются сами местные. Персонал магазинчика состоял из трех человек — взрослого египтянина за кассой, мужика, нарезавшего мясные продукты и взвешивавшего разносолы, и мальчика-грузчика. Я купил булочки, развесные оливки, курагу, миндаль, фисташки, брынзу, ананасовый компот, две бутылки воды. Зашла девочка, вся в черном, покупала тончайшие ломтики бастурмы, которые ей завернули в пергаментную бумагу. Бастурму в тяжелых слитках, висевшую на толстых бечевках, я и не приметил. Продавец меня не совсем понял, когда я сказал: «Ван кило». Я показал руками величину большого куска. Тот, кто был за весами, снял с крючка заветный слиток. Он потянул на 1,4 кг. Араб мне набрал цену на электронной кассе — 32 фунта (примерно $5 с копейками). Все напряженно смотрели на меня — смогу ли выложить такую огромную сумму. Я радостно кивнул, чувствуя себя богачом в глазах простого населения.

Откуда-то появился еще один мальчик и стал подавать кассиру мои свертки, что-то называя по-арабски, по-видимому, цену и товар. Этот сотрудник был явно лишним. Арабы устраивают на работу сыновей и племянников, чтобы обеспечить всеобщую занятость. Несомненно, рабочих мест на всех не хватает, и они выдумывают бесполезные должности, вроде подавальщика купленных продуктов в кассу. В 1970 г. в Египте было 30 млн. населения (согласно БСЭ), а теперь свыше 68 млн. И это в одной отдельно взятой арабской стране! Боже, сохрани Россию! Когда я заплатил за свои покупки (получились два увесистых пакета) 106 фунтов (примерно $17,3), арабы спросили меня уважительно: «Отель «Шератон?» Я отвечал:»Отель «Сантана». Мне показалось, что они были слегка разочарованы. Гордый своими покупками, я вернулся в номер. Наш автобус на Александрию уезжал в 11 часов, и больше посмотреть ничего не удалось. Вскоре пришел Алаа с бутылкой коньяка «Тбилиси». Сговорились на 90 фунтах. На такси нас отвезли на остановку. Автобус задержался минут на 25. Алаа узнал, как нас обманули в Асуане лодочники. Он сказал:

 — Мы, египтяне, все такие. И нас, кто здесь родился, могут обмануть точно также.
 В это время Алаа пустился в длинный политический монолог, перебиваемый иногда нашими репликами:
 — Хосни Мубарак (это их президент) страшно жадный человек. Через Суэцкий канал проходит столько кораблей. Ежемесячный доход за транзит $ 250 000 000. Если бы Мубарак захотел, он бы дал каждому жителю по 1 миллиону. Куда уходят эти огромные деньги, никто не знает.

Президент Анвар Садат был просто сумасшедший. При нем ужасное количество людей сидело в тюрьме. Даже наш коптский патриарх сидел. Но какой умный был Садат. Заключил соглашение в Кэмп-Дэвиде с Израилем и все утраченные в шестидневную войну земли на Синайском полуострове вернул — Шарм-эль-Шейх, Дахаб. Ни Сирия, ни Иордания назад так ничего и не получили. Мубараку 75 лет, а мне 37, но выглядит он моложе меня. У него двое сыновей, и младшего он готовит на свое место.

 — Как Алиев в Азербайджане, — бросил реплику Юра.
 — Свободных выборов президента у нас нет. Деньги государственные тратятся неизвестно на что. Вы видели, как бедно живут простые люди! Недавно на площади Тахрир, рядом с Египетским музеем народ возмущался. Мубарак потом выступал с оправданиями по телевидению. А ваш Путин — хороший?
 — Хороший.
 — А Ельцин?
 — Тоже хороший.
 — Да.
 — Он всегда был пьяный.
 — Зато сделал революцию. Вы неплохо говорите по-русски. Учились в России?
 — Я учился в Москве в институте Патриса Лумумбы. Улица Волгина, общежитие. Автобус 226, — скороговоркой сказал Алаа и добавил:
 — В Александрии вас встретит Ахмед, он суданец.

Мы расставались ненадолго. Через три дня мы должны были снова ехать через Каир, и провожать нас был обязан снова Алаа. За хранение вещей в автобусе водитель строго потребовал бакшиш по одному фунту с носа, нацепил на сумки квитанции и выдал бумажки, прямо, как в аэропорту. Ехали одни египтяне. Впереди нас сидела бабушка и внучка лет десяти в красивой форме престижной школы. В автобусе была стюардесса — египтянка средних лет, одетая в красную юбку, белую рубашку и жилет с изображением медвежат. На голове у нее красовался мусульманский платок. Полная красивая женщина с намечающимся вторым подбородком. Она продавала пассажирам чай, кофе, воду, булочки. Ее прилавок был как раз рядом с нашими местами, справа от средней двери. Два раза, всегда неожиданно она наклонялась ко мне и словно бы невзначай задевала пышным бюстом и говорила прямо в лицо низким грудным голосом с приятной хрипотцой: «Ти? Кафи? Уотер?» И смеялась смехом восточной красавицы, когда я отказывался (водой мы запаслись в дорогу предварительно). Я читал в автобусе книгу об Анваре Садате, написанную венгерским журналистом еще в советские времена. В ней Кэмп-Дэвид характеризовался как подлая сделка за счет народов арабских стран. За окном были прекрасные виды — зеленые пальмы, реки, озера. В 1798 г. по этой дороге по направлению к Каиру в ужасающую июльскую жару прошли солдаты Бонапарта. Наполеон хоть и был гениальным, но для похода выбрал самый жаркий месяц в Египте, когда температура достигает 40 градусов. Мы-то ехали в комфортабельном «Неоплане» с кондиционером, и нам местный климат был нипочем.

Александрия — Эль-Аламейн
17 октября в Александрии нас встречал Ахмед, молодой черный суданец в джинсовой рубашке навыпуск. Назад вещи водитель выдавал только по багажной квитанции. Так не отдавал, даже прикрикнул на меня, когда я потянулся за своей сумкой. Нас ждало старенькое черно-белое такси (в Каире они черно-желтые). Водитель открыл багажник, но он был полон — запасное колесо, многочисленные канистры. Куда же положить наши увесистые сумки? Шофер положил их сверху, и крышка багажника, разумеется, осталась поднятой. Но такие пустяки никого не смущают в Египте. Мы так и ехали по городу с багажником, из которого торчали наши вещи. Пару раз на дороге нам попадались машины с родной русской надписью «Лада». Очень много было «Фиатов», похожих на наши «Лады», как древнегреческий Зевс на древнеримского Юпитера. На одной из александрийских улиц нас ждал целый автобус с русским экскурсоводом Лидией. Алаа говорил нам в Каире: «Они (представители фирмы в Александрии) предлагали дать такси на двух человек. А я им говорю: нет, это — солидные люди. Им надо дать автобус». Конечно же, он присочинил. Просто в Александрии в те же дни была группа из Грузии, катавшаяся на этом же автобусе. И фирма решила сэкономить на такси.

Лидия, красивая блондинка в возрасте с голубыми глазами и великолепной фигурой. Она приехала из Казани и с 1971 г. живет в Египте, замужем за египтянином. Мы поехали в парк Монтаза, который окружал бывший королевский дворцовый комплекс. Красота финиковых пальм и фикусовых деревьев в парке Монтаза была потрясающая. (В Москве на мои фотографии все только ахали.) Дворец Харамлик короля Фарука был построен в 30-е годы XX в. во флорентийском стиле. Сейчас это резиденция президента Мубарака. Во дворце жены короля Саламик (он был построен в конце XIX  в.) сейчас отель. Лидия провела нас в холл отеля. Номер здесь стоит $200 в день. Везде висели большие черно-белые фотографии Фарука с женой, а также шаха Пехлеви с его супругой. Оказывается, молодые монархи в начале 50-х гг. дружили семьями. Все очень красивые люди с современными интеллигентными лицами. Но бунтари не дремали: в 1952 г. свергли короля Фарука (по слухам, его даже отравили в Италии в середине 60-х), в 1978 г. мусульманские революционеры выгнали из Ирана шаха и превратили процветающую страну в полунищее общество. Президентам Египта, бывшим революционерам, дворец Харамлик понравился, и они сделали его своей резиденцией.Что думают о Мубараке простые египтяне, я цитировал выше. Мы прошли по широкому мосту на остров, где стоял павильон, в котором очень любил отдыхать молодой король. Был выходной день, и местные школьники валили туда целыми классами и с нескрываемым удовольствием говорили нам: «Хеллоу». Мы остановились на западной стороне острова и смотрели на видневшуюся вдалеке Абукирскую бухту, где в 1798 г. адмирал Нельсон разгромил французскую эскадру, с которой прибыла в Египет армия Бонапарта. Вид на бухту был прелестный. Мы проехали и по центру города и по его великолепной изогнутой набережной, которая простирается на несколько километров. Европейская застройка первой половины прошлого века несколько обветшала.

Лидия говорила, показывая на уличные кафе: «Летом здесь не найдешь свободного места. Сами египтяне теперь в основном отдыхают в Александрии. Мы с мужем живем в Каире. Но дача у нас под Мерса-Матрухом (220 км от Александрии). В курортной зоне строят городки для египтян, которые хотят провести отпуск на море. Дома двух-трехэтажные, и у каждой семьи отдельная квартира». Мы остановились у Александрийской библиотеки, которая возведена в память о той знаменитой античной, безвозвратно погибшей от рук, как нам всегда говорили, арабов-завоевателей в 642 г. Но в одном из путеводителей я с удивлением прочел, что библиотеку и пристроенный к ней Мусейон (место поклонения музам) во второй раз сожгли первые христианские фанатики. (В первый раз библиотеку сожгли случайно легионеры Цезаря.) Так первые христиане боролись с язычеством. (Подобные примеры перекладывания вины на представителей другой религиозной и политической системы были и в советские времена: разрушение Ново-Иерусалимского монастыря приписывали гитлеровцам, хотя колокольню рванули наши бойцы, дабы не оставлять врагу наблюдательный пункт; Киево-Печерскую лавру и Крещатик подорвали наши подпольщики, но их разрушение приписали опять-таки коварному врагу.) Крыша современной библиотеки представляет собой скошенную стальную раму со стеклянными панелями, которые отражают солнечный свет. Библиотека открыта в 2002 г. Первый камень в ее фундамент положил президент Египта Хосни Мубарак. Деньги на строительство библиотеки он выбил из ЮНЕСКО. Библиотека стоит на месте дворца Птолемеев.

Мы выехали на центральную площадь и увидели конный памятник Мухаммеду Али, знаменитому правителю XIX  в., выходцу из Албании, заложившего основы египетской государственности новейшего времени. Его потомком был последний король Египта Фарук. Побывали мы и у мечети Абу Эль-Аббаса. Считается, что это самая красивая мечеть города. Я сдал сандалии на хранение. Юра категорически отказался войти в мусульманский храм и остался с Лидией ждать меня на ступенях у входа. Не скрою, я был в первый раз в мечети. Направо была резная перегородка, которая отгораживала помещение, где молились женщины и дети. В мужском отделении, которое занимало большую часть мечети, люди занимались разными делами. Кто-то спал на коврах. Слева сидели, видимо, служители мечети (у них была своя отдельная этажерка для хранения обуви) и вели неторопливую беседу. Направо — вокруг котла с пловом — сидела группа молодежи в одинаковых одеяниях со штампованной надписью на арабском, наверное, слушатели какого-нибудь медресе. Помахав жирными пальцами, один из них сказал мне приветливо: «Хеллоу». Я кивнул в ответ. Я увидел несколько стоек с мусульманской литературой, но не заметил, чтобы кто-то ее читал. На выходе, когда я забрал сандалии и пытался уйти без денежных потерь, гардеробщик сказал мне строго и с укором: «Бакшиш!» Юра упрекнул меня: «Нас тут чуть не линчевали! Увидели женщину и всё требовали, чтобы она шла с женского входа. Как же ты считаешь себя православным, а сам заходишь в мечеть?». — «Я же туда не молиться ходил, а просто посмотреть».
Наш автобус остановился на какой-то площади, чтобы подождать грузинскую туристку. Я разговорился с Лидией.
 — Как вам Александрия? — спросила она.
 — Почище, чем в Каире. Я видел там, как целые кучи мусора лежат просто в реке.
 — Да, это так, но в последнее время есть изменения. Итальянцы поставили уборочную технику в отдельных районах, и они стали совсем чистые. Сумму за уборку мусора теперь включают в счет уплаты за электричество.
 — Я не понимаю, как обилие мусора на улицах сочетается с мусульманским вероисповеданием. Как я догадываюсь, по их законам, в доме должно быть чисто и одежда должная быть всегда опрятной. И в то же время такое равнодушие к захламленным улицам.
 — Любая вера по своей сути добрая. Она учит относиться хорошо к людям, делать добро.
 — И само собой разумеется, что своих резать нельзя, а чужих можно…
Лидия рассмеялась и начала рассказывать о своих впечатлениях о Египте:
 — Когда я приехала в эту страну, мне все здесь было непривычно. Образно говоря, где в России ходят ногами, здесь ходят на голове. В России тогда не верили, здесь верят. В России пьют, здесь — не пьют. Надо было привыкать. Египтяне добрые. Поругаться сильно могут, но не дерутся. В крайнем случае порвут рубашку.
Юра рассказал о конфликте между полицейским и гидом у касс Гизы.
 — Вот-вот. Бумажку порвать могут, но не более того.
Я спросил Лидию о её любимом историческом памятнике в Египте. Оказалось, что это пирамиды.
 — Каким же способом они, на ваш взгляд, были построены?
 — Египтяне могли двигать камни силой мысли, другого рационального объяснения нет.

Мимо автобуса прошел мужчина, который вел девочку семи лет в чадре. Видны были только детские глазенки. У многих мужчин на лбу были коричневые шишки. «Это от постоянных молитв. Молитву нужно совершать пять раз в день, — пояснила Лидия. — Мусульманин со всей силы бьется о пол головой, когда он хочет показать, что он ниже аллаха. Сейчас в Египте всплеск религии. Мусульмане резко подняли авторитет своей веры. Копты увидели это и стали тоже усиленно ходить в свои церкви». К нам, наконец, подсела грузинская женщина средних лет. Мы поехали в сторону отеля «Хилтон», который располагался в районе населенного пункта Бург-эль-Араб. Грузинка услышала, что мы собираемся на гору Моисея, и сказала: «Обязательно надо идти. Я была пять раз. Это помогает в жизни». Лидия призналась, что к своему стыду ни разу не была на святой горе. Как говорится: кто живет у моря — тот не купается. По приезде я дал египетскому шоферу 10 фунтов. Он несколько секунд держал мою руку в своей и благодарно вымолвил по-русски: «Спасибо!» С Лидией мы попрощались очень мило. Она договорилась с администратором, чтобы нам утром в 9 ч 30 мин заказали такси на Эль-Аламейн за 400 фунтов (примерно $65). Время на поездку не ограничивалось.

Наш номер на третьем этаже был в основном здании. Вещи принес подросток. Несмотря на пятизвездочность отеля, номер был небольшой, но вдвоем было не тесно. Холодильник был маленький, но зато с лоджии открывался прекрасный вид на море. Судя по расценкам прейскуранта, этот номер стоил $217. Юра был разочарован «Хилтоном», особенно его удаленностью от Александрии. Мы спустились поужинать в итальянский ресторан на цокольном этаже. Питание было очень приличное, шведский стол. Разнообразие закусок и сладкого. Но за прохладительные напитки, как и на круизном судне, было необходимо платить. В этом отеле были почти одни арабы. Рядом с рестораном находился танцевальный зал. Мы увидели в открытую дверь арабскую дискотеку — девочки-школьницы в белых платочках прыгали под арабскую поп-музыку. Утром 18 октября сдали свои вещи в химчистку и стирку — в номере для этого был приготовлен пакет и счет с указанием предметов одежды и пустыми графами. Я решил сдать в стирку семь трусов. Юра возражал: «Ты что сам постирать не можешь? Это же арабы. Они не поймут, когда им дадут стирать чужие трусы». Я ответил, что не хочу стирать в отпуске. Мы сдали также мои и его брюки (по 10 фунтов) и его куртку (12 фунтов). Стирка одних трусов стоила 3 фунта (примерно 15 рублей). Итого стирка семи пар трусов (их принесли уже перед ужином) обошлась в $3.44, т. е. примерно в 105 рублей. Для сравнения: цена стирки одной пары трусов в московской «Диане» — 43 рубля. Выходит, что в «Хилтоне» жить выгодно и вообще египтянином быть дешевле. Стирка одной пары носков стоит также 3 фунта.

 В 9 ч 20 мин нам уже позвонили снизу — пришло такси на Эль-Аламейн. Это был старый «Мерседес» в очень хорошем состоянии, а не черно-белое александрийское такси. Водитель — молодой красивый араб, всю дорогу молчал. Эль-Аламейном я бредил уже давно, с 2001 г. Уже тогда я собрался в Египет в сентябре, но произошел теракт 11 сентября в Нью-Йорке. У меня даже был разработан маршрут с обязательным посещением этого географического пункта. С арабскими странами мы с женой решили подождать и потому поехали в Грецию на две недели. Почему именно этот пункт стал для меня таким притягательным? Я — любитель истории, пристально изучаю несколько периодов и, в первую очередь, период Второй мировой войны. Я думаю, истинные ценители подлинных исторических событий, которые происходили на Западном театре военных действий, меня поймут. Я знал из путеводителя, что в Эль-Аламейне находятся военный музей и три мемориальных кладбища — британское, немецкое и итальянское. Я даже разыскал в Интернете фотографии этих мемориалов. Летом 1942 г. генерал-фельдмаршал Роммель рвался к Суэцкому каналу, одновременно планируя захватить Александрию и Каир. Далее его целью были Иран и Ирак, которые владели 40% запасов нефти. Существовал даже немецкий план «Ориент», который предусматривал прорыв в Закавказье с двух сторон — из России с севера и из Африки через Ближний Восток с юга. Этим фантастическим планам не суждено было сбыться. Роммеля остановили у Эль-Аламейна, отбили все атаки его танковой армии «Африка», а затем в конце октября — начале ноября откинули итало-немецкую группировку на 1200 км аж до Туниса. Место, где состоялся поворот войны на Западе в пользу союзников, мне хотелось посмотреть непременно. До Эль-Аламейна от отеля было всего 50 км. Кстати, наш Бург-эль-Араб был местом отдыха британских войск. Так, в сентябре 1942 г. сюда была выведена на недельный отдых новозеландская дивизия, сыгравшая не последнюю роль при Эль-Аламейне.

По дороге водитель попросил меня (я сидел на переднем сиденье) непременно пристегнуть ремень. Через какое-то время на дороге появился полицейский патруль. Перед нами шмонали грузовичок какого-то бедуина в типичном одеянии. С удивлением мы заметили, что у бедуина европейская внешность. «Шпион Роммеля», — пошутил Юра. Вскоре мы подъехали к музею. Вход стоил 5 фунтов, фотосъемка — 5 фунтов. Билет большой и очень красивый — с изображением здания музея, военной техники, памятника и даже полоски моря на горизонте. Он остался у меня на память об этой поездке. В музее нас сразу же окружили служитель, туристический полицейский, который внимательно нас разглядывал, и пожилой египтянин в непонятной белой форме. Они стали допытываться о нашей национальной принадлежности. Старик, улыбаясь, объяснил Юре по-английски, что он когда-то плавал на море и встречался с нашими моряками. Он даже сказал гордо по-русски несколько слов: «Доброе утро! Я — моряк!» Служители стали нам предлагать путеводители и видеокассеты. Мы купили путеводители. Нас оставили в покое.

Музей состоял из нескольких залов. В общем зале был огромный макет с рельефной схемой боевых действий 1942 г. в районе Эль-Аламейна. Большая карта на стене показывала наступления британской армии и знаменитые контрнаступления Роммеля. Два раза он ударял англичанам во фланг и откидывал их деморализованные части на значительное расстояние. Две огромные черные стрелы изображали контрнаступления танковой армии «Африка». Вначале только итальянцы противостояли британской армии в Африке, но вскоре их положение в начале 1941 г. стало катастрофичным. Гитлер направил в Африку генерала Эрвина Роммеля, отличившегося во французской кампании, в которой он командовал танковой дивизией. В Африке Роммель возглавил танковую армию, включавшую немецкий Африканский корпус и шесть итальянских дивизий. Ему противостояли английские генералы — сначала Уэйвелл, затем Окинлек. Умело маневрируя, Роммель к концу 1941 г. достиг больших успехов, хотя его войска по численности значительно уступали англичанам. Немецким войскам чертовски мешала Мальта с ее морской базой и аэродромами, на которых базировались союзники. Подвоз горючего и боевой техники постоянно сокращался Королевского военно-морского флота Британии. Немцы так и не решились атаковать Мальту — слишком много сил и средств требовала такая операция. Больших жертв (до 60% личного состава) стоила десантная операция по захвату Крита в мае 1941 г. (В музее Ираклиона, посвященному Второй мировой войне и, в первую очередь, этой операции, я также побывал в октябре 2001 г.) Роммель просил отложить захват Мальты до конца второго, так удачно начавшегося наступления. 21 июня Роммель взял крепость Тобрук, захватив 35 тыс. пленных и громадные запасы снабжения. Это была одна из самых крупных катастроф англичан в ходе войны. На следующий день англичане оставили свои позиции и, преследуемые по пятам Роммелем, начали поспешный отход на восток через пустыню. Вскоре пали оборонительные британские линии в Мерса-Матрухе (220 км от Александрии). За Тобрук Роммель получил от Гитлера погоны генерал-фельдмаршала.

Генерал Окинлек срочно стал укреплять позиции в Эль-Аламейне. Они имели очевидное преимущество: с юга их защищала непроходимая для танков солончаковая впадина Каттара. А Роммель любил наносить удары именно с южного фланга. 30 июня он подошел к Эль-Аламейну и отдал войскам приказ «с максимально возможной скоростью наступать в направлении Каира». Радостный Муссолини начал тренироваться в Италии, чтобы въехать в Каир на белом коне. 1 июля английский флот покинул Александрию и через Суэцкий канал ушел в Красное море. В Каире военные поспешно сжигали архивы. Британские солдаты назвали этот день «пепельной средой». Толпы каирцев, стремившихся выбраться из города, осаждали вокзал. Мир, услышав эти известия, решил, что Англия потерпела поражение в войне на Ближнем Востоке. Вам это ничего не напоминает? Мне эти события напоминают положение в Москве 16 октября 1941 г., когда в городе прошел слух, что советские войска окружены в районе Вязьмы и столицу больше защищать некому. И точно также жгли бумаги, и толпы осаждали вокзалы. Дальше все шло во многом как бы по «московскому» сценарию. Завязалось трехдневное танковое сражение. Роммель пытался отрезать основные части британцев от дороги на Александрию. Но Окинлек сумел дать ему отпор, и линия фронта временно стабилизировалась. Шли бои местного значения за овладение отдельными высотами.

Несмотря на то, что Окинлек так удачно выбрал позицию под Эль-Аламейном и отбил немецкие атаки, Черчилль решил снять его со всех постов — не смог ему простить сдачи Тобрука. Генерал Александер был назначен главнокомандующим британскими силами на Среднем Востоке, генерал Готт — командующим 8-й армией. Именно эта армия защищала линию у Эль-Аламейна. Готт вскоре погиб — транспортный самолет, на котором он летел в Каир, был сбит в районе Бург-эль-Араб. (Напомню, именно там теперь находится наш родной отель «Хилтон».) Командующим армии стал генерал Бернард Лоу Монтгомери, которого в войсках скоро полюбили и стали звать просто «Монти». Отцом знаменитого английского фельдмаршала был пастор англиканской церкви, по национальности ирландец. Я давно заметил, что многие знаменитые англичане на самом деле ирландцы. Вспомним, хотя бы двух известных английских писателей — Оскара Уайльда и Бернарда Шоу. Обе стороны готовились к решительным действиям и ждали подкреплений и военную технику. Здесь немцам повезло меньше, так как союзники имели в Средиземном море преимущество. Значительная часть грузов, в том числе горюче-смазочных материалов, предназначавшихся для танковой армии «Африка», пошла ко дну вместе с итальянскими транспортами. Новый удар Роммель нанес 31 августа, но ему дали решительный отпор. Сыграли свою роль и минные поля. Через неделю немцы и итальянцы отошли на исходные позиции. Им оставалось только ждать наступления британцев, которые значительно нарастили свою военную мощь. В обороне Роммель создавал «слоеный пирог», перемешивая немецкие и итальянские части, не очень надеясь на последние.

Решающая битва началась 23 октября наступлением англичан. В бой вступили следующие силы: у британцев 195 тыс. солдат и 1029 танков (в том числе «Шерманы», которые могли на равных сражаться с немецкими ТIII и ТIV); у Роммеля 108 тысяч (в том числе 50 тыс. немцев) и 496 танков (из них только 218 немецких). Преимущество в воздухе также было на стороне британцев. Основной удар наносился на севере у морского побережья. В авангарде шла австралийская дивизия. Она вынудила Роммеля стянуть к побережью значительные силы, в том числе одну из двух немецких танковых дивизий. Ценой невероятных усилий Роммель остановил британцев. Тогда Монтгомери решил 1 ноября нанести новый удар по центру (он так и назвал его «Суперчардж», или «Суперудар»). Здесь в первом эшелоне шла новозеландская дивизия, как мы помним, хорошо отдохнувшая в Бург-эль-Арабе. 4 ноября фронт итало-германских войск был разорван, и танковая армада британцев вышла на оперативный простор. В немецком Африканском корпусе осталось всего 35 исправных танков, которые расстреляли практически все боеприпасы. Итальянские танки вообще не смогли оказать серьезной конкуренции «Шерманам» и «Грантам». Роммель, несмотря на приказ Гитлера держаться до последнего человека, стал быстро отступать на крохах сэкономленного горючего. Многие итальянские части были брошены без транспорта. Материальное преимущество сыграло свою роль. Битву на истощение выиграли англичане. В начале ноября в Алжире высадился американо-британский десант. Армию Роммеля вскоре зажали в тисках в Тунисе. Теперь Гитлер прислал ему новейшие «Тигры» и людские резервы. Но без регулярного снабжения по морю, где владычествовал флот союзников, эти меры уже были бессмысленны. В мае 1943 г. 250 тыс. немцев и итальянцев сложили оружие. Роммеля Гитлер несколько раньше приказал вывезти на самолете в Германию.

Конечно, на Восточном фронте сражались гораздо большие силы, и даже сам Черчилль признавал (я читал его мемуары о Второй мировой войне), что главные события происходили на Востоке. Но утверждать, что союзники всю войну ничего не делали и с немцами воевали слегка, как нас учили советские учебники, противоречит исторической истине. У Гитлера одна рука (пускай левая) была связана на африканском театре Западного фронта уже в 1941—1942 г., и, может, африканских дивизий ему не хватило под Сталинградом и на Кавказе. Он и сам признавал в 1945 г. помощь итальянцам одной из своих главных ошибок. По музейным экспонатам и фотографиям можно представить те далекие события. В общем зале стояли восковые фигуры солдат противоборствующих армий. Сцена в немецком полевом госпитале: немецкий офицер с перевязанной головой пропускает без очереди к врачу пленного индийского солдата, из ноги которого хлещет кровь. Утренняя сцена у английской палатки: два солдата держат жестяные кружки с чаем, и один не может сдержать страшную зевоту. В итальянском зале полно представлен личный состав итальянской королевской армии: пехотинец с пулеметом на позиции, обложенной мешками с песком, военврач, моряк, летчик-капитан, бравый юнец в феске с кисточкой из подразделения «Молодые фашисты». Слабаками итальянцы никак не выглядят.

Египетский зал поражает своими несуразностями. В центре большой комнаты на мраморной доске текст указа президента Мубарака. В нем говорится: «Мы должны показать историческое участие египтян в войне в пустыне». Представлено вооружение египтян и даже самолеты и корабли. На специальном стенде — все военное руководство египетской армии. У египетских генералов очень смешные физиономии, только у короля Фарука лицо достойное. Чувствуется европейское образование. Большая фигура нубийского солдата с разинутым ртом и с огромным карабином застыла в беге навстречу невидимому противнику. Но самое впечатляющее — три огромные картины, изображающие подвиги египетских военных. Иначе, как пародиями их не назовешь. Египетское подразделение берет в плен группу немецких диверсантов на железной дороге. Один из немцев держит ящик с взрывчаткой, а трое его товарищей уже вскинули руки перед направленными на них винтовками. Египетское подразделение берет в плен сбитого немецкого летчика. Дело происходит ночью, вдали горит сбитый самолет. Пламя освещает сцену действия. Немецкий летчик, который еще не успел отцепить парашют, стоит на коленях и в знак своей капитуляции уже вскинул одну руку вверх. Его со всех сторон окружают фигуры бегущих египетских солдат. Лицо немца искажено гримасой животного страха. Одним словом, только не убивайте.

Египетские артиллеристы на границе отбивают атаку итальянских танков. Командир одного из орудий командует «огонь». Видимо, участие египтян во Второй мировой войне этими подвигами и ограничивается. Особенно интересно учесть, что Египет объявил войну Германии только в апреле 1945 г., когда уже ни одного немецкого солдата в Африке не было. Но участие египтян отражено, как и было угодно президенту Мубараку. Музей был открыт в 1956 г., а требуемая президентом реконструкция состоялась в 1992 г. В этом же зале (на все огромное пространство египетских экспонатов не хватило) находится стенд «Ужасы войны». Показаны и гитлеровские лагеря смерти, и бомбардировки мирного времени. Здесь же диорама «Атака австралийской дивизии на берегу моря» — под прикрытием танков сквозь огонь ребята из Мельбурна и Сиднея прорывают северный участок обороны гитлеровцев. Чтобы контратаковать прорвавшихся австралийцев, Роммель был вынужден оголить центр и правый фланг. Немецкий зал — небольшой, видимо жизненное пространство у него украли египтяне при реконструкции. Большой черный бюст Роммеля. Рядом на стене — копии приказов Гитлера. На стендах вооружение немцев, биографии и фотографии офицеров Африканского корпуса. Фигура лучшего аса Марселя в летной форме. Выглядит, как живой и даже улыбается. Ему было в 1942 г. всего 23 года. Он воевал только на Западном фронте и сбил 158 самолетов, в том числе 17 в Африке. Погиб не в бою, а при неудачном прыжке с неисправного самолета в 1942 г. Английский зал — самый большой. При входе справа — однотипный с роммелевским бюст Монтгомери в берете. По японским рыцарским правилам все победы и слава знаменитого самурая переходили к тому, кто сумел его победить в честном поединке. Что-то подобное произошло и с Монти — лавры славы «Лиса пустыни» (как называли Роммеля враги) отчасти украсили берет знаменитого британского фельдмаршала.

На отдельных стендах представлено участие в составе британских сил поляков, французов и даже евреев. Еврейское подразделение сражалось в составе дивизии «Свободная Франция». Упомянут и Бир-Хаким — место боевого крещения дивизии в Ливии. (Так, кстати, называется и станция метро в Париже рядом с Эйфелевой башней.) Заметил такой интересный факт: командир французской дивизии имел немецкую фамилию Кёниг, один из английских генералов — вполне немецкую фамилию Готт, а лучший немецкий ас — французскую фамилию Марсель (он был потомком выходца из Франции). Большой стенд рассказывал о деятельности британской разведки. Действительно, поработали неплохо. Заморочили голову Роммелю. Его даже не было в Африке, когда началось наступление англичан. Он находился в рейхе и должен был срочно возвращаться назад. Заканчивался музей большим во всю стену донесением главнокомандующего британскими силами Александера от мая 1943 г.: «Операции в Северной Африке закончились в пользу английской армии». В это время в зале появились еще туристы — 4 пожилых человека с экскурсоводом. Говорили на английском. Мы вышли во двор П-образного здания музея. Здесь в центре находился памятник. Он был в виде бетонной лестницы. На ее вершине торчали куски разорванной колючей проволоки и кружили белые голуби (они были искусственные и крепились на ту же проволоку). На ступеньках лежали части военной амуниции — немецкая каска, автомат (не уверен в его национальной принадлежности), планшет. На стенах двора красовались черные барельефы руководителей боевых действий в Африке. Кроме двух всем известным военачальников, здесь были англичане Окинлек, Готт, Ричи, немцы Штумме, Томас, итальянец Грациани и даже какой-то египетский генерал. Я прочитал, кажется, у немецкого историка Типпельскирха, что в африканской кампании война велась по рыцарским правилам: обе стороны не стреляли, когда нужно было вынести раненых из нейтральной зоны; существовал и обмен пленными. Большие отличия по сравнению с Восточным фронтом.

За зданием музея — выставка военной техники. Английские, итальянские, американские танки. Немецкие — только орудия. Были орудия и других стран Отдельный экспонат — сбитый английский самолет «Спитфайр». Его нашли в 1999 г.на 145 километре шоссе Александрия — Мерса-Матрух в 500 м от дороги. Американский грузовик «Форд» был найден в 1995 г. Его занес морской песок. Технику протирали египетские солдаты в белой форме. Музей, видимо, находится в ведении воинской части. Наш «Мерседес» не завелся сразу. Мы решили зайти в мини-маркет за прохладительными напитками. Я купил «спрайт» (350 мл) в стеклянной бутылке. Он обошелся всего в 75 пиастров. В деревне все дешевле. Вскоре к магазину подъехал наш водитель. Мы попросили отвезти нас к немецкому мемориалу. Он находился примерно в 7 км от музея. На въезде к мемориалу был шлагбаум. Опять записали, из какой страны мы приехали. Зачем им такая статистика? Восьмиугольное здание мемориала построено в старом добром тевтонском стиле, он чем-то напомнил мне мавзолей вождя остготов Теодориха в Равенне. Здание из желтого известняка с закрытым двориком. Два служителя в белых галабеях открыли нам дверь. Туристов встречает мозаика, которая изображает немецких женщин — мать, жену и сестру — и уходящих навсегда трех немецких мужчин в солдатской форме — сына, брата и мужа. У всех скорбные лица. Мне почему-то вспомнился Окуджава:

На пороге едва помаячили
И ушли, за солдатом — солдат…
Дворик окружали галереи с братскими могилами солдат и офицеров вермахта. Над каждой могилой были написаны названия земель: «Пруссия», «Бавария», «Шлезвиг-Гольштейн», «Вюртемберг», целой страны «Австрия», которая тогда была в составе гитлеровской Германии. Чуть ниже — металлические плиты с фамилиями в алфавитном порядке. На некоторых могилах нет названия земли. Но в то же время я не увидел Восточной Пруссии. Возможно, эти пустые таблички символизируют, что часть земель отошло к Польше и СССР и как бы перестала существовать. В центре под открытым небом стоял обелиск с германскими орлами и пацифистской надписью «Их смерть служит нам напоминанием и предостережением». На галереях всюду скрещенные металлические факелы со снопами застывшего огня. В комнате справа от входа — доска в честь Африканского корпуса и венки от разных стран. Фотографии (выцветшие) немецких офицеров. Еще доска в честь какого-то батальона (название не запомнил). Книга отзывов. Такого мемориала не постеснялся бы и сам фюрер немецкого народа. Архитектурное решение похоже на те, которое он готовил для памятников германским солдатам, павшим на территории СССР. Общий дух мемориала — «Мы еще вернемся!» На итальянское кладбище Юра ехать отказался, сказал, что ему очень жарко. А оно было всего в 3 км от немецкого. Жалею до сих пор, что не увидел этого мемориала.

Статья разбита на нескольких частей. Читайте следующую часть

| 28.03.2005 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий