Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Египет >> Оазисы Западной пустыни


Забронируй отель в Египте по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Оазисы Западной пустыни

Египет

Три года тому назад в одном из книжных магазинов Хельсинки я приобрел книгу Panzer Commander (перевод с немецкого) написанную воевавшим в Северной Африке офицером Вермахта полковником фон Люком. Из нее я и узнал о том, что в Египте есть такой чудесный оазис Сива, в котором автору мемуаров довелось побывать летом 1942г. Оазис величался не более не менее как земным «раем» и это меня несколько заинтриговало.
Купив за 6 тысяч рублей авиабилет по «акции» Аэрофлота, 1 апреля с. г. я вылетел в Каир. В самолете рядом со мной оказался два мордастых египтянина, которые по их словам летели домой после участия в московской туристической ярмарке. Отрекомендовались дядей и племянником, но скорее всего это были петухи. Я планировал не заезжая в Каир прямо из аэропорта отправиться на автобусе в Александрию. Тот который постарше («дядя») сказал, что из аэропорта автобусы в Александрию вообще не ходят и порекомендовал сразу ехать на какую-то автостанцию Аль Мас (что значит драгоценный камень, алмаз стало быть). Самолет приземлился в полночь.
Выйдя на улицу, подошел к автобусной остановке и узнал, что первый автобус на Александрию пойдет только утром. Времени терять не хотелось и я за 40 фунтов взял мотор до этого самого Аль Маса. Водитель, явно страдавший туберкулезом старик, вез недолго и доставил в какой поганый пригород, где тусуются таксисты и всякий сброд. Там есть сарай возле которого останавливаются те же самые автобусы следующие из аэропорта на Александрию. Таксисты предложили довезти меня за 200 фунтов (1000 руб) до окраины Александрии, после чего я должен был пересесть в машину какого-то очередного брата или дяди и за 25 фунтов доехать до вокзала. Мне было сказано, что с каирскими номерами в Александрию их не пускают. Поскольку туберкулезный таксист ошивался рядом я опять сел к нему в машину и попросил отвезти к железнодорожному вокзалу.
Вся относящаяся к транспорту информация египетского Министерства туризма оказалась ложной. Я имею в виду расписание поездов. Они ходят и ночью. Приехали на вокзал. Старик все порывался взять мою сумку, вроде как помочь, а потом спросил не будет ли доплаты. Так как мы крутились в одном районе то доплаты не последовало и он остался кашлять на улице. В ж/д кассе мне советовали подождать «хорошего» поезда, но я решил ехать на первом. Билет 9 фунтов. Темно. Поезд стоит у платформы, и тоже темный. Полицейский у хвостового вагона также советует не ехать. Вхожу в вагон и определяю свободное место по огонькам сигарет. Тихо играет музыка из стоящего на полу магнитофона. Лежат на лавках и на полу. Запахи соответсвующие. Присмотревшись, разглядел матроса египетского ВМФ и семейную пару. Она с закрытым лицом. Поехали. Народ спит. Через пол-часа яркий свет. Входят контролеры, бригада человек шесть. Старший удивляется и предлагает перейти в вагон в котором они едут до самой Александрии. Перехожу. Вагон почти пустой. Разносят чай, то есть некие оборванцы дают вам пластиковый стаканчик и наливают сладкое пойло из какой-то бадьи. Пол-фунта и в общем-то пить можно. Светает. Вагон наполняется: работяги едут на заработки. Предлагают донести сумку. Куда? Почти все выходят на платформе Сиди Бишр. Следующая конечная.
Александрийский вокзал… Это отдельная тема. Достаточно сказать, что туалет один для мужчин и женщин, и похожий на киноактера из боевика малый любезно провожает дам до кабинок. 50 пиастров и человеку легче жить.
На площади перед вокзалом вопли. Это водители «маршруток» выкрикивают пункты назначения. Дельта Нила регион обширный, и они едут во все стороны. Мне на Мерса Матрух, к ливийской границе.

Я подошел к микроавтобусу, который отправлялся на Мерса Матрух и спросил у водителя сколько стоит проезд до Эль Аламейна. «Хамса!» и растопыренная ладонь — 5 фунтов. Поехали. Очень тесно: все места заняты и вещей много. Какие-то тюки и узлы укладывают и на крышу. Минут двадцать стоим в очереди у мастерской где подкачивают шины. Выбираемся из заторов. На выезде из города местное ГАИ берет с водителя деньги за то, что один пассажир стоял, хотя он и пытался присесть. Его выгоняют и становится свободнее. Шоссе отличное. Справа море чудесного синего цвета. Затем начинается полоса застройки, которая тянется вдоль берега почти до самого Эль Аламейна. Однообразный ряд стоящих вплотную друг к другу невысоких отелей и пансионатов. Почти все из них пока пустые, их готовят на продажу. Побережье считается собственностью египетской армии и генералы активно занимаются строительным бизнесом. Железная дорога на Мерса Матрух (можно доехать прямо из Каира) идет параллельно приморскому шоссе, но колея основательно разбита и поезда ходят редко и медленно.
Водитель останавливает машину, поворачивается ко мне и говорит: «Эль Аламейн». Непонятно. Справа море, слева возвышенность. Спрашиваю, куда мне идти, он показывает на гору. Вышел и стал подниматься по тропинке. Показались домики. Ни души. Появился пикап. В кузове мешки с цементом, на них сидят двое. Строители. Прошу подвезти до железнодорожной станции, рассчитывая получить там информацию. Довезли и отказались брать деньги. Возле станции кафе под навесом. Сидит местная «братва». Потом я узнал, что там никто ничего не делает целый год, за исключением октября, когда из Англии, Германии и Италии приезжают родственники погибших в решающем сражении 1942г. и местные жители сдают им комнаты. Правда сейчас появилось много отелей на побережье. Ко мне навстречу выдвигают закутанную в черное бабу (может это был и один из них) с протянутой рукой. Пробую обойти, но это создание загораживает мне дорогу. Подходит хозяин заведения, спрашивает откуда  я. Отвечаю: «Русия». Смягчается, объясняет народу ситуацию, потом говорит, что все равно надо дать что-нибудь. Говорю, что нужен отель «Аламейн». На сайте Министерства туризма я выбрал его из-за близости к военному музею. Компромисс: я должен взять у одного из них машину. Появляется полуразбитое авто и мы приезжаем на то же место, откуда меня подвезли строители. Даю пять, он требует десять. Расстояние около двух километров. Отвечаю по-русски (матерно) и он отвязывается.
Отель это овощная лавка с разбросанными на полу апельсинами, а на втором этаже несколько комнат. Хозяин явно рад, я у него буду единственным постояльцем. Рядом приличное здание, но его открывают в дни торжественных мероприятий, когда приезжают гости из Европы. Номер спартанский. Душа нет. Воду в умывальник хозяин подает по особой просьбе, включая насос. Кипятильник, кофе с «Юбилейным» печеньем и иду в музей.
Вход 10 фунтов. Фотографировать экспонаты внутри помещения (кроме образцов техники на площадке) можно за отдельную плату. Музей мне в целом понравился, но поскольку его в 1992г. перепроектировали англичане он оказался перегружен восковыми фигурами, изображающими солдат воевавших сторон в соответстующей форме одежды.
Рядом английское военное кладбище. Пообщался с рабочим, который получает зарплату от Правительства Её Величества и поэтому по местным меркам является человеком небедным. Покурили с ним в прохладном домике, где хранится инструмент и подставки для венков. Хорошо владеет английским. Главная его забота кусты роз. В пустыне за ними ухаживать сложно.
Затем спустился к морю. Изумительный, чистый и свежий воздух. Тут принимаю решение двигаться дальше, поскольку до поля сражения далеко и до него можно добраться только в рамках специального тура, и в особые дни. По самим местам боев ходить нельзя: говорят, что остались мины. Возвращаюсь в овощной магазин-отель, дверь открыта, хозяина нет. Затем появляется. Я прервал его полуденный сон. Объявляю ему о своем намерении уехать. С великим неудовольствием он возвращает мне 15 из заранее уплаченных 30 фунтов и я выхожу на трассу. Здесь проще: или на Александрию, или на запад. Других дорог нет. Минут через пять появляется маршрутка с людьми. Места есть и меня берут не спрашивая куда я еду.

Немного истории. «Братва» Эль Аламейна известна с незапамятных времен. Жители этого неспокойного аула расположенного на возвышенности в 105 километрах от Александрии издавна контролировали подход к порту со стороны Ливии. После оккупации Египта англичанами в 1882г. там размещались подразделения британской армии и обстановка несколько разрядилась. Но подлинный расцвет Эль Аламейна пришелся на 1942г., когда его окрестности стали местом ожесточенных боев между войсками немецкого Корпуса «Африка» под командованием прославленного фельдмаршала Эрвина Роммеля и британскими соединениями входившими в так называемое «Командование войск Западной пустыни» и в которых сражались англичане, шотландцы, ирландцы, австралийцы, новозеландцы, индусы, южноафриканцы и т. д. Эль Аламейн стал конечным пунктом продвижения немецких и итальянских войск на их пути к Александрии и Суэцкому каналу. Письменные источники свидетельствуют о том, что после каждого боя трупы павших раздевались местными жителями догола. Кроие военной формы, которая донашивалась ими еще много лет после окончания войны, им доставалось продовольствие, оружие и особо ценимые в то время канистры. Возник большой рынок награбленного, и именно тогда, впервые у местного населения пробудился вкус к автомобилям. Автотранспорт был практически единственным средством доставки войскам предметов снабжения, в перевозках были задействованы десятки тысяч единиц техники и в пустыне можно было найти (или угнать) вполне исправную машину.
«Золотое времечко» закончилось более 60 лет тому назад, но, несомненно, предание о нем будет ещё долго жить в народной памяти.
Проехав километров 10, я увидел справа от себя знакомое по фотоснимкам сооружение в виде форта. Это немецкое военное кладбище. Оно расположено на холме, с которого открывается великолепный вид на Средиземное море. От основной трассы к нему ведет дорога длиной около 3 км. Прошу водителя остановиться, даю 5 фунтов, мельче нет, и к своему удивлению получаю трояк сдачи. Тишина полная. Увидел, что можно пройти напрямую и пошел через поле. Невысокий забор из камней и я оказываюсь на территории крестьянской усадьбы. Появлются детишки, протягиваю упаковку вафель «Причуда», не берут. Кладу на землю, подбегает девочка лет пяти и поднимает гостинец из России. Выхожу к дороге и поднимаюсь к воротам кладбища. Они закрыты наглухо, но потом ко мне подходит молодой человек лет 30 и спрашивает меня на ломаном немецком откуда я взялся. Отвечаю, что из Германии. Как-то вдруг догадался, иначе бы не пустил. Открывает ворота ключом и мы входим внутрь этой небольшой «крепости» без крыши. Во дворе внушительный памятник из гранита, а на стенах по кругу доски с именами павших солдат Вермахта. Смотритель предлагает пройти в небольшое углубление в мощной стене, достает журнал и предлагает зарегистрироваться. В графе «фамилия» пишу то-ли Вернер, то-ли Браун и указываю город Магдебург. Получаю почтовую открытку для отправки на родину и красочный буклет с описаниями немецких воинских захоронений в Северной Африке: Египет, Ливия, Тунис, Алжир, Марокко. Финансируется это правительством ФРГ. Дальше к западу, километрах в пяти, виднеется похожее издалека на римский колизей итальянское кладбище. Но время уже идет к закату и мне пора продвигаться на Мерса Матрух. Возвращаюсь на шоссе опять через ферму. Та же самая девочка протягивает мне куриное яйцо. Расстрогавшись чуть ли не до слез, машинально протягиваю руку, но она убирает яйцо за спину и говорит «Ein pound!. Говорю «Danke» или «Шукра» (не помню точно) и иду к забору. Вслед нехорошие слова на арабском.
Дальше все проще. Мимо пролетает большой рейсовый автобус, но они не подбирают людей у дороги и голосовать бесполезно. Маршрутные такси останавливаются сами (как в какой-нибудь Хургаде) и проблем нет. Через пару часов я оказываюсь в губернском центре Мерса Матрух. Кстати, рейсовые автобусы останавливаются на автовокзале на самой окраине, так что маршрутка удобнее, поскольку подвозит к железнодорожной станции, почти в самом центре города.

Я остановился в первом попавшемся мне отеле. «Эль Лидо». 50 фунтов и вполне приличный номер с телевизором и проч. Правда без завтрака. Не сезон и готовить некому. Я опять один, в который уже раз. Мерса Матрух мне очень понравился: не по-египетски чистый, с правильной планировкой, чем-то напомнивший кусочек Юрмалы — «советской Европы». Губернаторство Мерса Матрух нефтедобывающий регион и заметно, что здесь не бедствуют. На улицах очень спокойно и тихо. Много различных кафе, магазинов и т. д. В здании областной администрации находится информационное бюро, где можно получить карты и брошюры с описанием местных достопримечательностей. На следующий день отправляюсь в музей Роммеля. Это совсем близко. Центральная улица выходит прямо к морю. Очень приличная набережная и песчаный пляж. В начале апреля он конечно совсем пуст. По словам администратора летом город забит приезжими из Ливии для которых египетские курорты представляют собой место где можно «оттянуться» по полной программе. До границы около 200 километров по отличной приморской трассе. Приезжают и итальянцы, но в это время туристов я опять нигде не видел.
Музей фельдмаршала Роммеля расположен в его штабном бункере на берегу моря. Немецкие саперы с помощью направленных взрывов выбрали из утеса грунт и получилось весьма комфортное помещение с системой естественной вентиляции по пробитым под углом шахтам. «Ударный экспонат» музея это кожаное пальто полководца подаренное его сыном Манфредом Роммелем в середине 70-х годов, когда он занимал должность бургомистра Штутгарта. Снова, как и в Эль Аламейне я оказался единственным посетителем. Смотритель, который обычно сидит у входа, ходил за мной по бункеру как тень. Я его потом сфотографировал вместе с полицейским охраны музея. В городе есть Rommel street и четырехзвездочный отель Rommel House. Хотел туда перебраться, но в холле меняли плитку на полу и сказали, что отель готовят к открытию сезона. Это начало мая. Вообще личность фельдмаршала фигура в Египте (особенно в этих местах) почитаемая. В нем видели свободителя от ненавистной английской оккупации, которая завершилась только в 1952г. после свержения с трона короля Фарука. (Его могила находится в Каирской Цитадели и возде нее никогда никого не бывает) Иногда англичане нанимали обездоленных местных жителей для совершения диверсионыых актов в тылу немецких войск. Однако Роммель запретил проводить ответные репрессии и завоевал тем самым уважение с их стороны.
Потом я взял за 30 фунтов такси и поехал смотреть природные красоты. Водитель оказался христианином-коптом и поведал много интересного. В 25 км от города есть «берег Клеопатры» на котором египетские генералы строят отельный комплекс. Побережье застраивается и скоро это место начнут «раскручивать». После двух ночей в этом очень приятном городе наступила пора перебираться в Сиву.
2 фунта и на такси (Тойота!) меня доставляют на автовокзал. До Сивы около 300 км. по хорошему асфальтированному шоссе. Билет 25 фунтов. У кассы встретил первых увиденных в этих местах европейцев. Семейная пара из Бельгии вырвалась в недельный отпуск. Автобус Мерседес компании Дельта, оперирущей на севере Египта. Пейзаж в окошке известный, пустыня одним словом. У бельгийцев прекрасный путеводитель по стране, подобных которому у нас тут нет и в помине. Зачитался и не заметил как въехали в сам городок Сива, центр одноименного оазиса. Простился с ними, не зная еще, что буду встречать их каждый день.
Отели у нас разные. Я заранее написал в Siwa Paradise, «купившись» на картинку с изображенным на ней минеральным источником, который якобы расположен на территории отеля. На самом деле это оказалось облицованной камнем ямой, куда из трубы льется знаменитая на весь Египет и за его пределами минеральная вода Siwa. Но она оказалась очень холодной. В городке расположен современный завод по её разливу в пластиковые емкости. Отель в основном принимает гостей из Европы совершающих переезды по Западной пустыне в закрытых кондиционированных джипах с тонированными стеклами, в составе так называемых караванов: вооруженная охрана, повара и проч. Это делает такие туры очень дорогими. Отель построен в пальмовой роще, огорожен забором, КПП, ребята в форме, автоматы Калашникова и прочий набор, который должен показать туристам, что их очень любят и о них заботятся. Номера на выбор:или отдельные домики с вентилятором и масляным радиатором, или в трехэтажном корпусе с кондиционером. Проезжающих транзитом помещают во вторые, они дороже. В домике очень хорошо, поскольку пальмы стоят в воде и воздух влажный. Включишь печку и получается тепло и сухо. На окнах сетки, комаров много и на столике лежат приборы с набором сменных элементов, чтобы их отпугивать. Спутниковое TV. Завтрак для такого «элитного»отеля очень скудный. Континентальный, как выражаются в туриндустрии.
Надо сказать, что когда я вышел из автобуса, то ко мне тут же подлетели местные зазывалы из отелей. Один из них показал на здание рядом и предложил зайти посмотреть. Вполне приличное заведение. Номер 50 фунтов без завтрака, но само здание стоит посередине рыночной площади, а мне хотелось тишины. Малого звали Ахматом и о нем разговор еще впереди.

Администратором и совладельцем отеля Siwa Paradise был похожий на депутата Госдумы от ЛДПР Митрофанова человек, который, как выяснилось, когда-то учился в Москве в Высшей партийной школе, являлся членом коммунистической партии Египта и страдал за свои убеждения при Гамаль Абдель Насере. Очень проворный мужик, несмотря на свой возраст. На следующий день он уехал в Каир на «разборку» по вопросам собственности после смерти одного из хозяев отеля и я его больше не видел. В обстановку в Сиве меня вводил Абдула, который мне сразу бросился в глаза. Это весьма яркая и заметная в оазисе личность. Когда я входил в свой отель, он сидел на улице рядом с охранниками. Они на стульях, он на корточках. Они в форме, он в коричневой рубахе нараспашку. После размещения в своем тихом номере рядом с «источником» (как я и просил в своем электрическом письме из Москвы) я вышел на разведку. Абдула был на своем месте. Он встал и подошел ко мне. Завязался разговор. Он предложил пройти к нему в office. Он так и сказал. «Office!». От отеля к рыночной площади ведет узкая зеленая улица и мы пошли к нему.
Я не говорю об основной массе жителей, которые выращивают финики и маслины, и живут своей трудовой жизнью. Главный вид промысла для тех кто работает с туристами это катание на джипах по пустыне. В пределах самого оазиса перевозка осуществляется на тележках с осликами. Садятся по двое. Извозчики- мальчишки лет по 12—14. Это и есть такси. Есть два маршрута по ударным объектам (см. в путеводителях и на соответствующих сайтах) с фиксированой ценой. Конкуренция лютая, ребята все с палками (признак принадлежности к професси), но цену держат одну. Я брал такого ослика за 20 фунтов и Мохамед возил меня часа два по одному из маршрутов. Эти дети, плутишки, объясняются по-английски. Мохамед один день ходит в школу, а день ловит клиентов. Мы с ним чуть не поссорились, потому что он нещадно бил маленького ослика палкой. Спешил откатать маршрут. Я доплатил ему и мы ездили медленнее.
Сива это египетская Чечня. Отдельный и очень независимый народ, который делится на девять родов. Свой язык, своя культура с колдунами, шаманами и проч. Влияние ислама поверхностное. Правительство построило им несколько мечетей, но они туда не ходят. Характерен призыв к намазу. В громкоговорителе раздается несколько слов и «передача закончена», хотя формально все по правилам. Расовое смешение. В древности Сива являлась одним из перевалочных пунктов работорговли. Торговец в одной из лавок где я покупал отличные марокканские сардины по два фунта за банку был типичным римлянином, как его изображают в фильмах («Спартак», «Каллигула» и т. д.). Рослый надменный парень, гордый профиль, одет в тогу. Да-да, именно в тогу! Товар подает как милостыню, с некоторой долей презрения к покупателю. Мужики все поголовно под балдой. Гашиш. Его не курят, а добавляют в еду. Власти к этому относятся «толерантно», но население традиционно к властям относится с пренебрежением.
Любимым выражением моего нового друга Абдулы было: «Эти египетские собаки!». По-другому он их и не называл. В офисе, замаскированном под лавку с сувенирами и ковриками, мы сели на полу пить чай. Ситуация такая. Пресловутые «сафари» дело прибыльное. Крупные отели принадлежащие «египетским собакам» имеют свой парк машин и организуют поездки по маршрутам согласованным с военными властями. Независимые перевозчики ориентированные на независимых туристов катают по таким же маршрутам. На выезд за пределы оазиса требуется разрешение. 10 долларов в день. Его можно оформить самостоятельно. Надо взять бланк анкеты в информационном бюро, заполнить и оплатить в отделении расположенного рядом банка. Абдула малый четкий, берется взять оформление пропуска на себя, включив стоимость этой услуги в цену поездки, и откатать по полной программе. Таких «фирм» на базаре несколько. Наименования объектов написаны на дощечках. Моя задача искать клиентов, чтобы расписать цену на несколько человек. Откатав по «точкам» самого города на ослике, пошел искать желающих выехать в пустыню. Встречаю своих бельгийцев, но они уже заказали свой однодневный тур. Начинаю приставать ко всем попадающимся мне навстречу иностранцам и расписывать прелести поездки с Абдулой. Смотрят с некоторым подозрением. Говорю, что Абдула лучше всех. Тщетно. Встречаю Ахмата. «В пустыню хочешь?». Отвечаю, что еще не решил. Тогда он предлагает мне прийти к нему вечером на ужин. Соглашаюсь, поскольку завтрак в моем отеле мне не понравился и я попросил бывшего египетского коммуниста исключить меня из списка half-board. На всякий случай решаю проверить информацию Абдулы и направляюсь в информационное бюро Министерства туризма. В кабинете сидит дама с черной накидкой на голове. Лица не видно. Так и так, мол, разрешение и т. д. Говорит, что это ненадежно и надо брать тур у «настоящей» фирмы. Ясно, что она, хотя и местная, продалась «египетским собакам». Училась в Каире.
Вечером иду на ужин к Ахмату. Обещал ведь пригласить в свой дом. Прихожу к нему в отель, где он трудится зазывалой и вижу пару сидящих в вестибюле европейцев. Это семейная пара пенсионеров из Англии, которых он затащил на переговоры о сафари. Только я начал было говорить о том, что можно поехать с моим закадычным другом Абдулой, как появился Ахмат. Посмотрел как-то криво, потом улыбнулся (неискренне) и говорит: «В пустыню хочешь?». Твердо отвечаю, что еще не знаю. Тогда он просит англичан разрешения покинуть их на минуту и мы выходим на улицу. Становится известным, что дома у него какие-то нелады, и взамен предлагается пройти за угол к его родственнику. Заходим в кафе с садом. Ахмат уходит на переговоры с потенциальными клиентами на сафари, а «родственник» приносит мне ужин. Цена кажется мне завышенной (25 фунтов). Ем и чувствую себя обманутым. Решаю отомстить вероломному Ахмату. Иду в отель «Пальма», в котором остановились англичане. Приведя пример с ужином, мне удалось уговорить их переметнуться к Абдуле. Кстати, в интернете были отзывы голландских туристов о роскошной еде в этом отеле «Palm Tree», но когда я спросил об этом у администратора, то он мне ответил, что кормит только постояльцев, а для людей с улицы цены у него особые. «Знаете сколько стоит в Сиве мясо? Сорок фунтов килограмм». Это, конечно, очень дорого, если учесть, что оклад учителя начальной школы составляет там 120 фунтов в месяц. Правда его кормят (в основном рисом и фасолью) родители учеников. На следующий день идем к Абдуле, платим деньги, отдаем паспорта и договариваемся встретиться у него в 7 утра в «офисе», и я начинаю осторожно предлагать им вернуться в Каир другим путем: напрямую через всю пустыню к оазису Бахария, с которым нет никакого регулярного транспортного сообщения, но Абдула может нам это устроить. Песионеры, Бен и Одри, опасаются, говорят о похищениях людей, исламском экстремизме и т. д. На время оставляю их в покое.
Об Ахмате, когда я рассказал Абдуле об эпизоде с ужином, тот отозвался как о презренном ишаке из презренного девятого рода сиванцев. Оказывается они никогда не приглашают посторонних к себе в дом и об этом надо говорить прямо. Между прочим, за неделю пребывания в Сиве я ни разу не видел ни одной местной женщины, исключая даму в черном, которая беседовала со мной в информационном бюро представительства Министерства туризма. Вообще, Абдула человек тертый и битый. Говорит, что работал несколько лет в Шарм эль Шейхе, правда уклонился от ответа на вопрос, кем он там работал. Лингвистически одарен чрезвычайно. Пытался говорить со мной на польском, так как с русским общался впервые. Я его обучил нескольким ходовым выражениям.
Расставшись с озадаченными англичанами я пошел купаться в знаменитом источнике Клеопатры, лишний раз подивившись энергии этой удивительной женщины. Ведь куду ни сунься, по всему Египту то источник, то пляж Клеопатры.Дама занималась «фитнессом», как сейчас принято говорить. Путь к источнику мне был знаком после поездки на ослиной тележке и я пошел туда своим ходом. И конечно же заблудился в этом пальмовом лесу с просеками. Люди добрые подсказали и я нашел его. Это большой, выложенный камнем, глубокий бассейн. Поскольку в нем барахтаются и местные, то купаться принято в рубашках. Прежде всего это относится к женщинам. Там же болтаются и торговцы сувенирами. Традиционный сувенир из Сивы это корзиночка или коробочка из волокон пальмового листа. Во время войны Эрвин Роммель награждал отличившихся в боях солдат и офицеров своей армии поездками на этот источник. В нем круглый год сохраняется постоянная температура. Летом освежает, зимой это теплая ванная.

Автор Александр

| 09.11.2005 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий