Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Дания >> Копенгаген >> Впервые в Европе (часть 4)


Забронируй отель в Копенгагене по лучшей цене!

Дата заезда Дата отъезда  

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Впервые в Европе (часть 4)

ДанияКопенгагенНидерландыАмстердамФинляндияХельсинкиШвецияСтокгольм

Амстердам
Амстердам — в переводе «дамба на реке Амстель». В городе прежде всего обратили на себя внимание здания, выкрашенные в черный, серый и коричневый цвета с белыми наличниками окон. Это придает столице Голландии весьма мрачноватый облик. Дома выстроены вдоль многочисленных каналов. Амстердам буквально завален велосипедами, причем все они очень старые и одинакового черного цвета. Наверное, мой серебристо-красный шестискоростной недорогой итальянский «дорожник» выглядел бы среди них «шестисотым мерседесом»! Иногда на улице можно было встретить стоянки, насчитывающие вероятно несколько сотен велосипедов, особенно велики они у вокзалов и крупных торговых центров. Остается загадкой, как владельцы различают свои велосипеды? Скорее всего, они берут первый попавшийся, все равно его невозможно отличить среди многочисленного числа таких же. Конечно, мы встречали большое количество велосипедов и в других странах, через которые мы проезжали: и в Финляндии, и во Франции. Но здесь их уж СЛИШКОМ МНОГО!

 В Амстердаме у нас тоже был местный гид — довольно пожилая тетушка, вероятно когда-то приехавшая сюда из России. Она сразу поведала нам, что Амстердам довольно криминальный город. Поэтому после небольшой обзорной автобусной экскурсии нам рассказали о правилах поведения на улицах. И хотя нас инструктировали почти в каждом городе, но такого обширного предупреждения о возможных опасностях мы еще не получали. Помимо того, что нам как всегда посоветовали держать ближе к телу деньги и документы, еще сообщили о наличии большого числа карманных воришек в общественном транспорте и о способах «лохотрона» — выманивания денег у иностранных туристов на улицах города. Происходит это обычно так. Под видом общественных стражей порядка к туристу подходят и просят показать документы и деньги, якобы в Амстердаме можно находиться лишь при наличии определенного количества средств. А дальше путешественник их случайно лишается. При этом на «лохотрон» наиболее часто любят ловить русских и представителей стран Востока: японцев, китайцев, корейцев. В том, что в Амстердаме процветает воровство, можно было легко убедиться, увидев колеса от велосипедов, прикрученные к железным оградам мостов: замки не спасают, преступники просто отделяют велосипед от колеса, а последнее потом покупают отдельно на рынке.

Как известно, в Амстердаме легально распространение легких наркотиков. По всему городу разбросаны магазинчики «Coffee-shop», в которых туристам (без их просьбы и согласия: знай, куда пришел!) вполне могут подмешать наркотики в кофе или начинить ими булочку. Поэтому нам посоветовали воздержаться от посещения этих заведений. В Амстердаме находится знаменитый район «Красных фонарей», который обычно очень посещаем туристами. Там нельзя снимать на камеру и фотоаппарат. Если «работающие» в тех краях увидят расчехленными данную технику, они просто могут разбить ни в чем не повинную аппаратуру. Они довольно агрессивно настроены по отношению к глазеющим на них иностранцам, конечно, к тем, кто не пользуется их услугами. Нам посоветовали не обращать внимания на «женщин в витринах» и ничему не удивляться — это самая обычная работа для тех, кто не может (или не хочет) зарабатывать по-другому — и учитывать, что модельные агентства — это совершенно другая сфера бизнеса. Смысл слов гида дошел до нас гораздо позже, когда мы, бродя по улицам Амстердама, все же вышли к этому кварталу. Маршрут по городу был распланирован следующим образом: небольшая экскурсия с гидом, затем посещение Алмазной фабрики, пивоварни «Хайникен», и напоследок — прогулка на кораблике по каналам Амстердама. Немного поразмыслив и посоветовавшись друг с другом, мы решили выстроить собственную программу знакомства со столицей Голландии: сразу отделиться от экскурсии и побродить по улочкам самим, а к назначенному времени подойти к пристани для поездки на кораблике. К пиву мы не пристрастны, алмазы нас мало интересуют, поскольку денег на покупку даже самых дешевых изделий у нас не имеется. Так мы и порешили и, распрощавшись с нашей группой, отправились своей дорогой, на ходу изучая карту.

 В начале пути сразу же «зависли» в одном из магазинов, ослепленные сравнительно дешевыми, по сравнению с предыдущими посещаемыми нами странами, сувенирами. Потом отправились дальше и вышли к цветочному рынку. Он действительно пестрил разнообразием цветов и их различной расцветкой, причем иногда весьма экзотичной: как вам понравятся, допустим, синие тюльпаны? Цветы стояли в кадках, опутывали столбы, свисали с жердей импровизированной крыши торговых палаток. Ольга решила сфотографироваться среди широко представленной флоры, но ее стали активно прогонять продавцы, причем весьма грубо. Однако щелкнуть ее мы все же успели. Здесь же продавались саженцы и семена растений, которые активно скупались иностранными туристами, несмотря на то, что их провоз через границу запрещен. Как стало известно впоследствии, некоторые экскурсанты нашей группы также не преминули погрешить этим. На рынке активно предлагались и многочисленные, довольно дешевые сувениры, однако весьма примитивные и невысокого качества, как говорится, под названием: «попробуй, довези!» Я решила воздержаться здесь от каких-либо покупок. От цветочного рынка, мимо Монетной Башни мы отправились на площадь Дамм — в самое сердце столицы. Здесь находится знаменитый музей восковых фигур мадам Тюссо, Королевский дворец и очень интересная в архитектурном плане Новая церковь, которая считается символом города.

По карте от Алмазной фабрики (откуда мы начинали свой путь), до площади Дамм расстояние кажется огромным, но на самом деле пройти его можно минут за пятнадцать, из чего я сделала вывод, что Амстердам — довольно невелик. Верх фасада музея мадам Тюссо украшен двумя «человеческими» фигурами: одной в современном обличии, другой — в одежде прошлых веков. Безумно хотелось ознакомиться с его экспозицией, но тогда мы бы не успели посмотреть город. Поэтому от данной идеи пришлось отказаться, тем более, что Наталья предварительно обнадежила нас, что возможность посетить подобный музей, но уже племянника мадам Тюссо, представится в Копенгагене, где у нас будет побольше свободного времени. Королевский дворец — коричневая громада, такая же мрачная, как и другие здания, которые будто не хотят нарушать общий тусклый стиль города, представляя собой гармонию серо-черно-коричневых тонов. На площади Дамм стояли кареты, запряженные лошадьми, как это не смешно, но тоже коричнево-белой окраски. Кучера скучали — желающих покататься по площади немного.

Здесь же вились стаи голубей, при желании можно было сфотографироваться в их серой туче, спародировав тем самым знаменитую картинку, привозимую каждым вторым туристом из Венеции. Но мы проигнорировали эту возможность, жалея одежду. Если Гамбург показался нам довольно пустынным городом, а Ирина даже сетовала на то, что город не понравился ей именно отсутствием прохожих на улицах, то Амстердам — полная противоположность. По-моему, народу здесь не просто много, а СЛИШКОМ УЖ МНОГО. Толпы людей различной национальности (явно чувствуется, что все они приезжие), в одежде самых разнообразных стилей и всевозможных расцветок, с необычными прическами, хаотично передвигались по набережным. И это несмотря на то, что был будний день. Представляю, что творится здесь в выходные! Вообще же Амстердам воспринимается как молодежный город, к тому же страдающий от переизбытка иностранцев. Замусоренные улицы и болтающиеся без дела, часто одурманенные какими-то наркотиками, подозрительные личности, создают еще более мрачное впечатление. Хотя определенное, правда, весьма своеобразное, достоинство у столицы все же есть, по крайней мере, Амстердам имеет собственное «лицо» и даже «характер», что уже не маловажно. В городе много безобразных, примитивных памятников, которые вовсе его не красят: тощие фигуры мужчин и женщин, как прославившихся чем-то в истории Нидерландов, так и совсем никому неизвестных. Мы побродили немного по кривым улочкам, набережным многочисленных каналов, по которым курсировали маленькие кораблики, лодочки и даже гондолы, перевозящие любопытных туристов, но потом какая-то неведомая сила все же повлекла нас в сторону района «Красных фонарей».

Когда улочки сделались уже и постепенно перешли в какие-то совсем зловещие подворотни, оккупированные «обколотыми» или «обкуренными» неграми, длинноволосыми хиппи, приставучими, высохшими и пожелтевшими, видимо от порочного образа жизни, нищенками, мы поняли, что близки к цели, поэтому поспешили зачехлить и спрятать фотоаппараты, а я убрала в сумку видеокамеру. Действительно, буквально через несколько кварталов мы вышли на улицы, где в стеклянных витринах домов стояли представительницы весьма определенной профессии. Тут-то мы и вспомнили слова нашего гида о том, что нельзя путать в Амстердаме работу манекенщиц с этой древнейшей профессией, которой занимается здесь совсем другой контингент женщин (в основном иностранцы) и лишь с единственной целью: заработать деньги. Правда, я не понимаю, что этим полным, страшным женщинам преимущественно негритянской наружности, с пропитыми и прокуренными лицами, можно заработать. Да и выглядели они антисанитарно, к тому же внешне все они были похожи, как близнецы, поэтому выбора не было никакого. Это же надо быть полным извращенцем, чтобы польститься на ТАКОЕ, да еще и заплатить деньги за это сомнительное удовольствие. Мы не стали задерживаться в этом районе и поспешили выбраться на более цивилизованные улицы.

К середине дня чувство голода яростно давало о себе знать, поэтому мы все же рискнули заглянуть в одну забегаловку, помня предупреждение гида и заранее убедившись в отсутствии вывески «Coffee-shop» (эти заведения попадались здесь на каждом шагу), где я и Ирина отоварились булочками. И все-таки я настаиваю, что облик города формируют не только его культурные объекты, архитектура и магазины, но и люди. На улицах Амстердама, помимо постоянного лавирования среди толпы бесконечных прохожих, часто приходилось шарахаться от попрошаек и своеобразных «шутников». Один из последних чуть не вырвал у Ирины ее булочку. Все это, конечно, ерунда, но в целом впечатление о встречавшихся нам людях, положительных эмоций не прибавило. Пожалуй, Амстердам был единственным из посещаемых нами городов, в котором никто из нас так и не решился обратиться ни к кому из прохожих за уточнением маршрута или еще с каким-либо вопросом. К означенному времени, разобравшись по карте в запутанной веренице кварталов, мы вышли к месту встречи с нашей группой, ожидавшей прибытие кораблика для прогулки по каналам. Ольга с Ириной тут же «нырнули» в местный сувенирный магазинчик на пристани, а я отправилась осматривать находящееся неподалеку монументальное, старинное здание Райксмузеум — Государственного музея Нидерландов, а также его ухоженный внутренний дворик с цветами и фонтанами.

А потом была прекрасная водная прогулка. Большая часть кораблика представляла собой закрытую, стеклянную палубу со столиками и мини-баром, позволяющую не только наслаждаться видами на город, но и слушать экскурсию, в том числе на русском языке. Там расположилась Ирина. Мы же с Ольгой предпочли разместиться на открытой корме. И хотя там хозяйствовал ветер, зато созерцать городские объекты было лучше, да и снимать тоже. Едва наш кораблик отплыл, мы увидели то, что заставило большую часть народа выбежать к нам на корму: по набережной шествовал, точнее шествовало (поскольку пол лица определялся с трудом) «нечто», называемое модным в последнее время словом «трансвестит». Его немногочисленная одежда состояла из плавок, чулок, высоких сапог и некоторого подобия «верха». «Нечто» имело длинные волосы и крашенные губы. И все же некоторые признаки явно свидетельствовали о сохранении его мужского пола. Столь необычное и неожиданное зрелище не позволило туристам даже вовремя сориентироваться и расчехлить фотоаппараты для съемки этого «чуда». Экскурсанты еще долго глядели ему вслед, находясь под впечатлением такого символичного представителя порочного города. И все же Амстердам — город, который лучше всего созерцать из окна автобуса или с борта кораблика. В этом случае можно увидеть лишь необычные здания на набережной, длинные вереницы припаркованных велосипедов, экскурсионные кораблики и гондолы, а также давно не функционирующие, пришвартованные к берегу катера, переоборудованные под жилье, где на палубе стоят цветы в горшках и сушится на веревках выстиранное белье. При этом в сферу зрения не попадают замусоренные улицы, переполненные галдящей молодежью, одурманенными какой-то гадостью неграми, нищими и проститутками. Конечно, так не удастся почувствовать природы столицы Нидерландов, узнать ее характер. Зато в представлении туристов Амстердам наверняка останется городом, в который хочется возвращаться снова и снова, где построенные в определенном стиле темные силуэты домов на набережной отражаются в черных водах многочисленных каналов.

 В общем путешествие на кораблике позволило ознакомиться с достопримечательностями Амстердама с воды и оставило самые приятные впечатления. Сначала мы проплыли по каналам реки Амстель, а потом вышли в Северное море, где нас немножко покачало на волнах. Мы увидели музей капитана Немо, здание которого по форме представляло некое подобие огромного корабля. Потом проплыли мимо парусника, где тоже находится один из музеев, а также мимо японского ресторанчика на воде в виде красивой многоэтажной пагоды. Затем наш кораблик опять свернул в один из каналов и отправился обратно к пристани, сделав, таким образом, круг по городу. Попрощавшись с приветливым капитаном, мы отправились к автобусу, наслаждаясь последней сотней шагов по нидерландской земле. Совершив очередной бросок в 300 километров, поздним вечером того же дня мы оказались в пригороде Бремена, в Германии. Несмотря на кромешную тьму, выйдя из автобуса, мы все же смогли определить, что находимся в уютной немецкой деревушке, на ухоженных газончиках которой располагались миниатюрные, словно игрушечные, кирпичные коттеджи, укрытые черепицей. Луна отражалась в водах небольшого живописного озера. Наталья разбила нас на несколько групп по шесть человек, распределив таким образом к встречавшим нас представителям частных отелей. В нашу «шестерку», кроме меня и Ирины, входили молодожены — Алексей и Ирина, и еще одна интересная немолодая пара. Пожалуй, о последней следует сказать отдельно.

По внешнему виду и манерам данная пара напоминала провинциалов впервые получивших некоторую сумму денег и вырвавшихся за границу. Они довольно демонстративно швыряли деньги направо и налево, причем складывалось впечатление, что мужчина просто «пускает пыль в глаза» своей спутнице. Но особенно они запомнились тем, что, совершая восхождение на какие-либо культурно-исторические объекты или просто посещая интересные экскурсии, лучшая половина пары тут же начинала обзванивать по мобильному телефону длинный список своих друзей и знакомых, чтобы рассказать им об этом. Выглядело это приблизительно так. «Алло! Тетя Клава, а мы сейчас на Эйфелевой башне. Внизу расстилается ночной Париж, все в огонечках, так красиво». Данный текст с точностью до каждого слова повторялся еще раз десять в отношении дяди Миши, тети Шуры и прочих людей. Представляя, как при этом матерятся на другом конце провода обзваниваемые личности, туристы нашей группы давились смешками и, куда бы мы не шли на организованную экскурсию, все тут же обращали внимание на данную пару в ожидании, когда же они начнут звонить. Это было очень смешно! Не понимаю, неужели такими звонками и впрямь можно доставить удовольствие своему ближайшему окружению. По-моему, это просто невежество, когда мои друзья погибают в Москве под валом документации, облучаются экранами мониторов и общаются с надоедливыми клиентами, я вдруг звоню и сообщаю им, что я, допустим, сейчас на Монмартре. Воображаю их состояние при этом! За столь интересный образ поведения я прозвала женскую половину пары Фросей Бурлаковой. Итак, в данном составе нам следовало провести ночь в отеле немецкой деревушки. Хозяин нашей гостиницы — длинный, худой мужчина в очках, по внешнему виду типичный немец — повел нашу шестерку к дальнему уютному небольшому домику, помогая некоторым из нас нести сумки. Следуя за ним, мы поднялись на второй этаж, где располагались три комнаты, куда нас и расселили.

 В это время часть нашей сонной группы, которой не достались здесь отели (и в том числе Ольга), вернулась в автобус, чтобы продолжить путь к гостиницам, расположенным подальше. Был только двенадцатый час ночи, и мы с Ириной явно чувствовали недостаток в общении и традиционном чаепитии с Ольгой, переживая, что она не вошла в нашу «шестерку». Поскольку Наталья нам говорила, что отели, где расселили другую часть нашей группы, находятся недалеко, у нас появилась идея отыскать их и проведать Ольгу. Однако перед самым выходом Ирина вдруг резко передумала, опасаясь позднего времени и видимо предполагая, что Ольгин отель мы все равно в темноте не найдем, да еще и заблудимся ненароком, несмотря на мои заверения о возможности ориентироваться при свете фонарика. Надо сказать, сама идея о ночных поисках исходила от Ирины, поэтому я на прогулке настаивать не стала. Ранним утром хозяин отеля разбудил нас и проводил на первый этаж, где уже был накрыт стол и вокруг него суетились женщины, видимо жена и прочие родственники. На столе была расставлена посуда с хлебом, круассанами, мясной и сырной нарезкой, вареными яйцами и чашечками с так полюбившимся мне в Европе клубничным вареньем. В общем, завтрак был традиционен, хотя и менее разнообразен в сравнении с предыдущими в других отелях.

Улыбчивые немки разливали нам по чашкам чай и кофе. Когда наша трапеза была закончена, одна из них, используя жесты и английские фразы, поинтересовалась не хотим ли мы взять остатки хлеба и нарезки, раздав нам целлофановые пакеты. Это было очень кстати: на других завтраках не разрешалось ничего выносить. Конечно, наиболее миниатюрные продукты мы всегда ухитрялись подпольно забирать с собой, используя для этого дамские сумочки, поясные кошельки и другие, часто специально предварительно привязанные под одежду приспособления, поэтому из-за стола мы всегда выходили немножко «беременные». Теперь же впервые нам было предложено вынести продукты вполне легально. Сначала все мы довольно скромно взяли с тарелок немного хлеба и нарезки, но потом разошлись и забрали все подчистую, а я даже попросила у хозяев еще немного хлеба. С паролем «данке шон» и отзывом «битте шон» мы с благодарностью покинули гостеприимных хозяев и отправились к уже ждавшему нас автобусу. Загрузившись в него, мы еще долго петляли по деревушке, наслаждаясь ее живописностью, пока не подъехали к череде отелей, в которых эту ночь провела другая часть нашей группы. Впоследствии мы с Ириной очень долго смеялись над нашим желанием отправиться поздним вечером на поиски Ольгиной гостиницы, которая, как теперь выяснилось, располагалась на другой стороне деревни, довольно далеко от нас. Расселением остались довольны почти все туристы нашей группы, правда, некоторые жаловались на скудный завтрак, зато многим тоже разрешили завернуть с собой бутерброды.

Впереди у нас было 500 километров пути до Копенгагена и одна маленькая паромная переправа. Она заняла у нас минут сорок. На паром мы заезжали на автобусе и только потом поднимались вверх по крутым лестницам на палубу с многочисленными магазинчиками. На предыдущие большие паромы мы заходили пешеходным способом, а автобус заезжал «порожняком». В магазинах при довольно больших ценах, ставших для нас уже привычными, нас поразила сравнительная дешевизна спиртных напитков. Туристы быстро осознали это и кинулись покупать бутылки. Ирина тоже не удержалась и по моему совету купила себе домой вино «Paul Masson». В Москве стоимость такой бутылки давно уже перевалила за тысячу, здесь же она обошлась в несколько раз дешевле. У меня же давно созрела идея купить что-нибудь из спиртного, чтобы распить с Ириной и Ольгой в честь нашего знакомства и отъезда из Европы. Теперь я решила реализовать свои планы, погрузившись в осмотр представленного ассортимента данной продукции. Мы с Ольгой рассматривали небольшие, недорогие бутылочки с разноцветной настойкой: лимонной, ягодной, апельсиновой. Но в итоге решили отказаться от этой покупки, рассудив, что жидкость выглядит довольно ядовито и марка данного спиртного напитка нам не известна. Поскольку времени на другой выбор уже не оставалось, мы покинули магазинчик, понадеявшись что возможность купить что-нибудь поприличнее нам еще представится, и загрузились в автобус.

Копенгаген
Немного проехав по Дании, наш автобус прибыл в Копенгаген. Наталья тут же обеспечила нас небольшой справкой о стране, городе и населении. Форма правления государства — конституционная монархия. Любимое блюдо датчан — свинина, а также селедка. Основная промышленность — судостроение и ремонт кораблей. Ранее Копенгаген славился также своими кузницами, в которых в основном лили якоря. Наталья поведала нам, что брак в Дании первоначально носит временный характер и заключается на три года, затем он может быть переведен в постоянный. Пожалуй, стоит задуматься о преимуществах такой формы брака! В Копенгагене есть музей эротики, но нет публичных домов. Как и в любом другом европейском городе, здесь имеются не слишком благополучные в криминальном отношении кварталы — это старая рабочая часть столицы, а также арабские районы, где проживают выходцы из североафриканских республик. Конечно, во всех посещаемых городах, нам показывали только их достопримечательности, не заезжая в подобные небезопасные для туристов места. Первое, что предстало перед нами в городе — огромные здания, будто сотканные из черных блестящих стекол, носящие название «Черный бриллиант». Они играли бликами на солнце, отбрасывая их на воду одного из многочисленных заливчиков Копенгагена, по берегам которого располагались. Здесь размещалось хранилище городской библиотеки. А еще через какое-то время мы оказались у старинного замка личной королевской библиотеки, доступ в которую может получить каждый. Видимо в Дании особо трепетное отношение к книгам, если для их хранилищ специально строятся или предоставляются такие огромные и красивые здания. Здесь у нас была первая остановка.

Во дворе библиотеки был разбит цветник. В небольшом прудике с фонтаном плавали уточка с селезнем. Наталья рассказала нам, что эта парочка уже много лет обладает хорошей «производительностью» и ее утят, как только они немного подрастут, развозят по паркам Копенгагена, оставляя парочку опять наедине друг с другом в ожидании нового потомства. Неподалеку стояли два памятника. Один из них — основателю экзистенционализма, другой — библиотекарю. Не помню, посвящался ли последний какому-то конкретному человеку, но надо сказать, что в Дании очень любят скульптуры, символизирующие героев сказок (их, пожалуй, больше всех) или просто представителей какой-нибудь профессии. Например, позже на одной из улиц Копенгагена мы встретили монумент молочницы. Но, конечно, были здесь памятники мифологическим и историческим персонажам. Особенно много их — представителям королевских династий, причем все они выглядели очень похожими друг на друга — все в париках и на лошадях. Следующая остановка у нас была у действующей резиденции Королевского семейства. Мы немного побродили по мощеной булыжником площади Королевского дворца, как и многие туристы, подивились мужеству его охраны, грустно вышагивающей у своих опорных пунктов в высоких теплых кудрявых шапках, которые нельзя снимать даже летом под палящими лучами солнца. Ведь это обязательный атрибут формы и вероятно дань традиции! По рассказам Натальи, однажды был поставлен вопрос об отказе от этих шапок, на что королева Дании заявила: «Если вы не в состоянии выдержать пятидесятиградусную жару (такова температура под шапками летом), вам не место в царской охране». Так, из-за вредности властвующих стражники до сих пор вынуждены мучиться в теплое время года.

Напротив Королевского дворца — красивая набережная с фонтаном и пришвартованными огромными белоснежными кораблями. Здесь же неподалеку — сувенирный магазинчик. Мы заглянули туда. Огромные цены на товары вновь заставили нас вспомнить, что мы снова в дорогой, но все равно сказочно-прекрасной Скандинавии. Потом наш автобус отправился к знаменитому монументу «Русалочка». Эта скульптура уже не раз подвергалась нападениям вандалов-извращенцев, которые ее обезглавливали. Но в этот раз нам повезло, и персонаж сказки Андерсена предстал перед нами в полном комплекте — с головой. Русалочка обращает на себя внимание странным отсутствием традиционного рыбьего хвоста. Объясняется это тем, что скульптор лепил ее по образу собственной жены — балерины, поэтому он и не смог переступить через себя и заменить красивые стройные ножки супруги рыбьим плавником. Ажиотаж иностранных туристов у монумента никак не позволял нам сфотографироваться.В ожидании, когда толпа хоть немного схлынет, наша группа прогуливалась по набережной, просто усеянной различными скульптурами, среди которых особенно запомнился памятник Фредерику и сразу две Богини Ники. Последняя странность объясняется тем, что рядом располагается чудесный парк, разбитый в честь освобождения Дании от фашистских захватчиков. В начале набережной — единственная в Дании англиканская церковь из серого камня, основанная в конце XIX века принцессой Александрой Английской, дочерью властвующего тогда короля Кристиана IX. Сейчас церковь находится на самообеспечении и не зависит ни от Англии, ни от Дании. Немного погуляв здесь и сфотографировавшись-таки с Русалкой, мы отправились на автобусе в центр Копенгагена. Там для нас провели небольшую экскурсию и отпустили на свободное время. Площадь, на которой мы оказались, изобиловала различными достопримечательными объектами.

С одной стороны — музей восковых фигур Луиса Тюссо. В центре площади — каменная скульптура, обозначающая место основания Копенгагена. Здесь же огромная городская Ратуша, башня с часами которой видна со всех концов города, поэтому, по утверждении Натальи, потеряться в Копенгагене практически невозможно. Да еще часы бьют каждые пять минут. Рядом с Ратушей — великолепный памятник самому известному датскому сказочнику — Гансу Христиану Андерсену. Он сидит в старинном сюртуке, шляпе и с тростью, а по нему бесцеремонно ползают экскурсанты, фотографируясь то на коленях, то в обнимку с писателем. Мы тоже не преминули погрешить этим. По площади ездят велорикши. Это студенты подрабатывают, возя туристов. Еще молодые люди работают здесь «живыми статуями», как в Амстердаме и Париже, и уличными музыкантами. Как я уже упоминала, в Копенгагене много скульптур, которые условно можно объединить названием «по сказкам Андерсена». У Ратуши, на высоком постаменте — монумент трубадуров, если пройти немного дальше по пешеходной улице, то можно увидеть фонтан с журавлями. В центре площади располагается любимый фонтан местных жителей — со скульптурной композицией Дракона. На противоположной стороне, через дорогу стоит высокое здание с барометром, представляющим собой башенку с окошками, в которых прячутся фигурки двух девушек: одна на велосипеде, другая — с зонтиком. В ясный день из башенки выезжает велосипедистка, а когда приближается дождь, появляется девушка с зонтиком. Однако, поскольку погода в Копенгагене меняется каждые 15 минут, фигурки почти всегда находятся в наиболее выгодном для того, чтобы вовремя среагировать на изменения в атмосфере, положении: застыв на полувходе-полувыходе.

Конечно, нам очень хотелось полюбоваться на восковые фигуры, тем более, что мы не были в музее Мадам Тюссо в Амстердаме, но желание походить по городу было сильнее. Поэтому мы решили оставить галерею на потом и отправились гулять по пешеходной улице. Не пройдя и сотни метров, встретили еще один знаменитый музей — Книги рекордов Гиннеса, пришлось опять посетовать на недостаток времени. На улицах Копенгагена очень интересная реклама: клипы показывают на больших экранах, напротив которых расположены стойки с наушниками. С помощью них можно послушать рекламные ролики. Вскоре мы вышли на Ньюхавн (Новую гавань). Здесь было много кораблей и старых яхт, пришвартованных у набережной канала. Домики по обеим сторонам Гавани были очень симпатичные, разноцветные (их стиль и цвет запрещено менять). В одном из них жил Ганс Христиан Андерсен, о чем свидетельствовала табличка на фасаде. Над каналом завис кусочек радуги, выглядело это очень красиво. Мы попытались запечатлеть это, но впоследствии с трудом смогли разглядеть на снимках разноцветную полосочку.

На Ньюхавн находится самый длинный в мире пивной бар. Вдоль него прямо на улице разбиты стойки, за которыми отдыхают датчане и многочисленные туристы. Вскоре нас догнала Света и предложила мне пойти выпить пива, но я хотела побродить по городу с Ириной и Ольгой, поэтому Света отправилась в бар одна. А мы, немного прогулявшись по Ньюхавн, повернули обратно. По дороге прошли знаменитый драматический театр Копенгагена, где выступают сильнейшие труппы Европы. В продуктовой лавке купили себе по булочке. Как известно, Дания оставила свою национальную валюту в обращении — датскую крону. И хотя в магазинах принимают евро, сдачу упорно сдают кронами. У Ольги не было мелких евро, поэтому со своей купюры она получила много абсолютно не нужных, учитывая, что через час мы уезжаем из Копенгагена, крон. Я решила помочь и наскребла для Ольги нужное количество монет ровно на булочку. Далее начались долгие и очень смешные объяснения Ольги и датчанок-продавщиц. Ольга собиралась вернуть сдачу, выданную ей кронами, и заплатить стоимость мелкими евро и хотела, чтобы ей, в свою очередь, вернули ее купюру. Датчанки категорически отказывались ее понимать. Выглядело это приблизительно так.
 — Give me my five Euro! I'll give you two Euro and I'll return your Crones.
И хотя Ольга хорошо знает английский, продавщицы лишь удивленно качали головами. Только после того, как Оля десять раз повторила эту фразу, а также жестами пояснила свои желания, до них наконец-то «дошло» и операция была успешно завершена. А мы еще долго потешались над пережитой ситуацией. По дороге мы встретили радостных экскурсантов нашего автобуса, две семейные пары. Они восхищенно и взахлеб рассказали нам об удивительном музее восковых фигур Тюссо, где им очень понравилось. Оказывается, там фигуры там еще и двигаются, и сотрудники галереи придумывают с ними различные импровизации. Например, в отсеке, посвященном фильмам Хичкока, на туристов прямо из гроба неожиданно встал «человек». Мы сильно переживали, что по времени не успеваем попасть в музей. С другой стороны, мы увидели город «изнутри», что, по-моему, важнее. Я считаю, что лучше окунуться в атмосферу города, обойдя пешком его улочки, чем любоваться ими только из окна автобуса. Ведь туристы, посетившие музей, не успели посмотреть прекрасный Копенгаген. Покидая столицу Дании, мы проехали парк развлечений «Тиволи» и увидели его главный аттракцион: людей сажают на сиденья «по кругу» и поднимают на огромную высоту, а потом с бешеной скоростью опускают вниз. Выглядело это очень захватывающе! Наш путь лежал в Хельсингер, где находится знаменитый замок Гамлета — Принца Датского. Помните Эльсинор у Шекспира? Это и есть Хельсингер!

Снова в Швеции
Из Хельсингера мы переехали на пароме в Хельсинборг (это уже в Швеции). Паромная переправа была маленькой, всего пять километров. В Хельсинборге мы остановились в гостинице. Уж на что в этой поездке мы были избалованы потрясающими отелями, но этот побил все рекорды роскошности. В нем были сауна, бассейн, тренажерный зал, настольный теннис. Что примечательно, так это наличие в отеле большого количества русских тургрупп. Вообще же за всю нашу поездку по Европе, казалось, что из России мы никуда не уезжали, поскольку всюду приходилось пересекаться и общаться с соотечественниками. Бывало забредешь самостоятельно в какие-нибудь самые удаленные уголки городов, подальше от туристического центра, и вдруг опять слышишь русскую речь. Вечером мы разошлись по интересам: Ирина отправилась в сауну и бассейн, я пошла в тренажерный зал, а уставшие Ольга и Света остались в своем номере. На теннис претендентов было много, поэтому пришлось занимать очередь, которая оказалась просто бесконечной. В тренажерном зале было пустынно. Похоже энтузиасткой физического самоистязания поздним вечером была только  я. Немного размявшись в зале до приятной боли в мышцах, я поднялась в номер к Ольге со Светой, надеясь их куда-нибудь вытащить. Для начала мы решили разыскать Ирину в сауне и случайно забрели … в мужскую. Спокойно открыли дверь своей гостиничной электронной карточкой, шагнули внутрь и вдруг увидели разбросанное на лавках мужское белье. К счастью, в предбаннике никого не было! Сразу выбежали оттуда, захлопнув дверь, и только тут обратили внимание, что обозначение мужской сауны на дверях присутствует. Как никто из нас троих не увидел это ранее, не понимаю! Гуляя по гостинице, мы встречали представителей нашей группы, которые специально выходили на улицу с целью увидеть зайцев. Наталья сказала нам, что их здесь очень много, и гуляют они прямо под окнами отеля, как кошки в России. Мы тоже сначала хотели пойти посмотреть, но потом раздумали: на улице уже темно, поэтому, если и заметим этих зверей, все равно разглядеть не сможем. Впоследствии многие рассказывали нам, что действительно видели зайцев. Побродив по отелю, мы отправились по номерам. Я взяла у Ольги дополнительный кипятильник и поставила нагревать две кружки воды, готовясь к вечернему чаю. Вскоре пришла Ирина.

Потом появилась Ольга и принесла манго, которое мы давно мечтали съесть. Мы позвонили Наталье и пригласили ее. Света снова отказалась присоединиться к нашей компании. Из всех собравшихся ранее манго пробовала только Наталья, я до этого употребляла его только в йогуртах. Мы очистили экзотический фрукт и порезали его на дольки. Манго всем понравилось. Потом мы пили чай, вывалив на стол все остатки печенья, конфет и прочих сладостей, которые сопровождали нас всю дорогу из самой Москвы. Так за разговорами и чаем мы просидели глубоко за полночь, потом Наталья с Ольгой ушли по номерам, а я уговаривала Ирину пойти поиграть в теннис. Она сокрушалась, что мы не успели сделать это ранее, но пойти восполнить данный пробел отказалась, ссылаясь на позднее время. На утро Ирина заболела. Подхватив простуду еще где-то после Парижа, она и раньше чувствовала себя не очень хорошо, поэтому я и отговаривала ее от посещения сауны и бассейна накануне. Надо сказать, что уже в Швеции весь наш автобус превратился в какой-то жуткий лазарет: все чихали и кашляли. Пожалуй, лишь мы с Ольгой избежали этого. Теперь же в довершении всего Ирина совсем охрипла.

Утром после традиционного шведского стола, у нас был длинный переезд в Стокгольм — почти 600 километров. Сначала мы посмотрели художественный фильм, а также документальную ленту о корабле-музее «Vasa». Последняя была показана специально для тех, кто не посетил этот музей в прошлый визит в Стокгольм и хотел бы ознакомиться с ним сейчас. После этого, чтобы нам не было так скучно, Наталья устроила конкурс с розыгрышем призов. Вопросы викторины были разбиты на два больших блока: по Скандинавии и по остальной Европе. Мы сильно обрадовались такому развлечению, вносящему некоторое разнообразие в нашу не слишком динамичную автобусную жизнь на больших переездах, и вовсю шутили. Сначала мы просили открыть нам багаж, чтобы взять карты и путеводители. Это значительно бы помогло нам отвечать на вопросы. Потом шутливо упрекали Наталью, что зря ее вчера поили чаем в отеле, поскольку она нас даже не предупредила о конкурсе. Ирина на время викторины пересела к нам поближе, поэтому мы объединили знания нашей «тройки», укрепив тем самым свои позиции. Несмотря на это, к своему стыду, мы ответили далеко не на все вопросы, хотя они были не очень сложными, да и экскурсии во всех городах слушали довольно внимательно, правда, иногда все же заменяли их самостоятельными прогулками. В итоге заработанных нами баллов хватило лишь на пакеты с логотипом турфирмы, но все равно было приятно, поскольку и их выиграли не многие.

Главный приз — кошелек на ленточке — выиграла молодая пара, сидящая впереди нас с Ольгой. Они же, да еще одна семья, поделили второе место, получив бейсболки с логотипом турфирмы. Мы очень порадовались за победителей и вовсю им хлопали, считая, что подарки они получили заслуженно, к тому же это были очень милые люди. Да других в нашем автобусе и не было, за исключением «великолепной четверки», которая меж тем сильно возмущалась своему проигрышу, выпрашивая у Натальи поощрительные призы. В общем, повеселились сполна. Поскольку экскурсионную программу по Стокгольму мы выполнили еще в прошлый приезд, нас сразу отпустили на свободное время. Сначала мы прошлись по улице Королевы, Дротнингатан. Мне уже доводилось бывать здесь ранее, когда я и еще несколько туристов с нашего автобуса в сопровождении Натальи бегали менять деньги на шведские кроны. Ольга с Ириной побродили по сувенирным лавкам, здесь их просто дикое количество! Потом мы дошли до хрустальной колонны, сфотографировали ее и отправились назад. У меня была идея «фикс» — прогуляться по живописной набережной, которую в прошлый раз нам показывала Наталья из окна автобуса. В памяти остались разноцветные домики, пришвартованные яхты и катера, чудесный вид на другой берег. Наталья рассказывала нам, что там прошли последние годы жизни Астрид Линдгрен, она получила квартиру в одном из тех домов незадолго до своей смерти. Итак, я решила разыскать это место. Сначала мы просто бродили по городу, выискивая в окружающих пейзажах похожие окрестности и совершенно не представляя, в какую сторону следует идти. Мы добрели до Ратуши, возле которой гуляли в прошлый приезд, обошли ее кругом. Так и не найдя искомого, мы решили спросить о набережной у местных жителей. Остановили двух парней-хиппи на велосипедах. Ребята оказались очень приветливыми. Ольга на английском расспросила их о месте проживания Астрид Линдгрен. При упоминании имени этой известной и любимой всеми детьми мира писательницы, молодые люди заулыбались и дружно показали его нам на карте. Это была совсем не набережная. Мы запротестовали. Ребята очень удивились и сказали, что она жила там более пятидесяти лет. «Нам нужен дом, где она жила последние годы. Она умерла там», — объясняли мы по-английски. «Она умерла», — кивали ребята. Тогда мы стали вспоминать, что там еще было поблизости. Кажется, неподалеку оттуда я видела памятник пьяному водопроводчику. Но вот как сказать это по-английски

Ольга почему-то была уверена, что видела там рынок, где продавались шкуры. Поскольку, как будет по-английски «шкуры» мы не знали, Ольга заменила их словом «кожа». В результате молодые люди нас совсем не поняли и лишь разочарованно улыбались, пожимая плечами и вертя в руках нашу карту. Только потом, гуляя в Хельсинки и встретив там рынок со шкурами, мы поняли причину непонятливости шведов: Ольга просто смешала воспоминания о двух городах и переместила увиденное в Хельсинки в Стокгольм. Так и пришлось отпустить ребят ни с чем. Они долго извинялись, что не смогли нам помочь. Затем мы остановили местную девушку с тем же вопросом: где жила свои последние годы Астрид Линдгрен? Девушка показала ту же точку на карте, что и молодые люди до этого. На вопрос про рынок, где продается кожа, она тоже не смогла ответить (не мудрено!) Тогда я вспомнила, что вроде бы недалеко от той набережной мы проезжали здание театра. Я спросила об этом, но девушка сказала, что в Стокгольме много театров. Эти встречи нам особо сильно запомнились. Мы узнали, что шведы очень приятные, отзывчивые и разговорчивые люди. А я дала себе твердый зарок — по возвращению в Москву учить английский. Почему же почти во всех странах люди свободно общаются на английском, а мы знаем его так поверхностно? Ольге и Ирине уже надоело искать эту злосчастную набережную, поэтому пока я самостоятельно бегала в ее поисках, они терпеливо ожидали, прогуливаясь в ближайших скверах. Потеряв всякую надежду найти это место, я махнула рукой на поиски, и мы отправились в Старый город, прогулка по улочкам которого нам так понравилась в прошлый раз. Мы побродили по Старому городу, прошлись по уже знакомым нам местам, по дороге заглядывая в магазинчики. Я упорно хотела купить какой-нибудь сувенир Карлсона, но так и не нашла его.

Напоследок я все же уговорила Ольгу с Ириной еще раз перейти по мостику в другую часть города и пройтись в направлении, куда мы еще не ходили, в надежде хотя бы напоследок увидеть дом, где жила Астрид Линдгрен. Каково же было наше удивление и разочарование, когда завернув за здание Национального музея (картинной галереи), мы увидели так давно желаемую набережную. Но времени до отхода автобуса оставалось 15 минут, поэтому пришлось полюбоваться на нее лишь издалека. «Ничего, — утешали меня мои попутчицы, — будет повод еще раз сюда приехать». «Да, когда теперь…» — вздыхала  я. Вечером у нас был очередной паром — Silja line (Festival). Почти такой же, как тот, на котором мы ехали из Турку в Стокгольм, только «Фестиваль», а не «Европа».

Паром Silja line (Festival)
Нам с Ириной опять досталась каюта с подселением пассажиров не из нашей группы. Однако мы надеялись, что нас, как и в прошлый раз, минует участь получить какое-нибудь не слишком приятное соседство, поэтому сразу пригласили к нам Ольгу. Она занесла в нашу каюту чемодан и отправилась с Ириной на ужин. Прошлый опыт объедания за шведским столом ничему их не научил, и они решили повторить трапезу, активно зазывая меня. Однако я, жалея 21 евро и памятуя о состоянии Ирины и Ольги в прошлый раз, снова отказалась от этого предложения, при этом все же попросив их принести что-нибудь вкусненькое. Они пообещали, но предупредили, что здесь за этим следят гораздо тщательнее, чем в отелях, и в прошлый раз какую-то женщину заметили за таким нелегальным занятием. Но я надеялась, что сноровка, выработанная в путешествии, должна им помочь. Ольга с Ириной ушли, а я стала готовить себе ужин в каюте, но тут с удивлением обнаружила, что у меня нет ни крошки хлеба. Решила пойти в каюту к Свете и спросить хлеба у нее. Встретили меня очень хорошо. Помимо Светы в каюте была Марина — приветливая девушка, с которой я тоже успела познакомиться за время поездки, а также здесь должны были проживать наша Ольга и женщина из Уссурийска. В общем, им повезло: в каюте были все с нашего тура.

Девчата ужинали и распивали чай с коньяком, предлагая мне присоединиться, но что-то на голодный желудок коньяка не хотелось. Услышав, что мне всего-то нужен хлеб, они вручили мне довольно большой кусок французской булки, оставшейся еще с Парижа. Я поблагодарила, немного поболтала с девчатами, и отправилась к себе в каюту, договорившись встретиться со Светой попозже, чтобы вместе погулять по парому. Я снова занялась приготовлением ужина, и тут в замок каюты просунулась карточка и дверь открылась. В каюту вошли две девушки-финки. «Ну вот и подселение», — мелькнуло в голове. Девушки оказались очень приветливыми. Мы пообщались на английском: они на хорошем, я на плохом. Удалось выяснить, что они сестры, едут на пароме с друзьями, проживать с нами будет одна из них (на их вопрос я нагло солгала, что у нас заняты три койки) и придет она к нам поздно вечером. Мы обменялись между собой типичными для знакомства вопросами и ответами: как зовут, сколько лет, откуда приехали, каков род занятий? На том мы пожали друг другу руки (как, в общем-то, и при встрече — видимо у финнов это принято), и распрощались. Я поужинала, и вскоре явились две, опять изрядно объевшиеся, любительницы шведского стола. На раскрасневшихся лицах Ольги и Ирины было написано такое страдальческое выражение, что мне их стало искренне жаль. Они умоляли меня убрать всю еду, на которую они уже не в состоянии смотреть. Зачем же так себя изводить за 21 евро?

Мои милые попутчицы принесли мне бутерброд с красной рыбой. Я пожалела, что не с мясом, чем их чуть было не обидела. Потом я «обрадовала» их возможным подселением. Однако, подумав, мы решили, что девушки-финки едут в компании, поэтому наверняка загуляют до самого утра, и к нам никто не придет. Так оно и оказалось впоследствии. Ольга с Ириной завалились спать, отказавшись от прогулки по парому, поэтому я отправилась исследовать его помещения одна. Как и договаривались, мы встретились со Светой и пошли с ней сначала по многочисленным магазинам. Как и на нашем первом пароме, в них можно было купить все: от сувениров, парфюмерии, одежды до продуктов и предметов первой необходимости. У меня была цель избавиться от остатков своих шведских крон, а также сбагрить евро, которых у меня мелочью набиралось больше 20 единиц. На пароме, курсирующем между Швецией и Финляндией, принимают и ту, и другую валюту. Но денег потратить так и не удалось, ничего более менее приемлемого для себя, своих друзей и родственников я не нашла, поэтому пришлось просто поменять кроны на евро в обменном пункте. Мы решили обойти все дискотеки парома, их здесь целых четыре. Одна в стиле «ретро»: мужчины с длинными волосами играют на гитарах и поют «вживую», на другой просто громко играет современная музыка, под которую беснуется толпа танцующего народа. Мы не смогли провести там не минуты, боясь оглохнуть и быть растоптанными молодежью. Еще на двух дискотеках одиночные исполнители пели хиты зарубежной эстрады.

На одной из последних мы и остались. Привлекла она нас не только прекрасными голосами поющих и замечательной мелодией, но и в целом романтической атмосферой, царящей здесь, которая обеспечивалась прежде всего тем, что данная часть парома имела стеклянную стену, выходящую на Балтийское море. Мы по примеру других пассажиров взяли стулья от столиков располагавшихся здесь же баров и кафе, поставили их напротив стекла и сели обозревать ночные пейзажи Балтики. Прямо напротив нас по морю стелилась лунная дорожка (стояла полная луна), от ударов волн внизу парома видны были грозди брызг. Мы проплывали мимо маленьких островов, поросших небольшим кустарником. Огней на море не было. Только черное небо и черная вода и лунная, одинокая дорожка. Мы молчали, завороженные увиденным. Это было очень здорово! Каждый из нас думал о своем, но, думаю, мысли сводились к одному. Завтра ночным поездом мы уезжаем из Питера в Москву. Через два дня романтическая жизнь закончится и сменится ужасной обыденностью. Я выйду на работу и погружусь опять в будни юриста: клиенты, договоры, юридические заключения, и мечты о далеком следующем отпуске. У меня было много замечательных путешествий, но могу с уверенностью сказать, что эти 10 дней, проведенные в Европе, были, пожалуй, лучшими днями в моей жизни. Я познакомилась с прекрасными людьми! Раньше я думала, что такие люди встречаются только в российской глубинке, а в подобные туры отправляются только представители бизнеса и прочие обеспеченные товарищи, которые, как правило, не бывают уж слишком душевными. Но эта поездка доказала обратное, тем более, что туристы с нашего автобуса были не только из Москвы и из Питера, но и из Мурманска, Уссурийска, Екатеринбурга и других провинциальных городов России. Может быть, отчасти этим и было обусловлено то, что в нашей поездке царили замечательные отношения. Мы сидели, обозревая ночное море, довольно долго, и могли бы, наверное, сидеть так всю ночь, но глаза уже чудовищно слипались, поэтому вскоре пришлось отправиться по каютам. Как ни странно, Ольга с Ириной не спали, и поэтому я поделилась с ними своими наблюдениями, но уговорить их пойти посмотреть на Балтику так и не удалось.

Хельсинки
 В Хельсинки нас сначала повезли к церкви в скале, которую из-за недостатка времени в связи с задержкой на таможне мы не посетили в прошлый раз. Если бы нам не сказали, я бы никогда не догадалась, что это врезанное в скалу, приземистое здание с расплющенной крышей, напоминавшее какой-то административный комплекс, является церковью. К сожалению, церковь была закрыта, для посещения ее двери распахнуты только дважды в день, и в это время мы не попадали. Напротив церкви магазинчик, просто заваленный изделиями, символизирующими национального героя Финляндии — Санта-Клауса, а также прочими рождественскими сувенирами (хотя была только середина сентября). У его входа — гном с изрядно потертым носом, все дотрагиваются до него и загадывают желания, такая традиция. Ознакомившись с церковью (правда, только снаружи) и посетив данную сувенирную лавку, мы отправились на автобусе дальше, к памятнику композитору Сибелиусу в живописном парке. Памятник довольно оригинальный, сделан с фантазией и представляет собой большой орган, отдельно расположена голова композитора на постаменте. Немного погуляв там, мы отправились на автобусе в центр города, где были отпущены на свободное время. Надо сказать, что на улице было довольно холодно, я бы даже сказала ОЧЕНЬ ХОЛОДНО! Первое ощутимое приближение осени мы почувствовали еще в Стокгольме, но сегодняшний холод побил все рекорды в нашем путешествии, поэтому некоторые экскурсанты из группы, особенно «великолепная четверка» сильно возмущались невозможностью остаться в автобусе и не хотели идти гулять. Они всю дорогу жаловались на недостаток внимания и настойчиво требовали, чтобы их развлекали, хотя все другие сами находили себе занятия. Наталья успокоила их и посоветовала (зная их пристрастия) пойти в крупный универмаг, куда они и направились. Мы же пошли на Эспланаду — очень красивый бульвар с рядом памятников и фонтанов, выходящий прямо на набережную Балтийского моря.

Бульвар украшен также фигурками сказочных персонажей, животных, а в самом центре композиции, конечно же, Санта-Клаус. На углу одной из улочек, уходящих в сторону от бульвара, мы увидели шарманщика в национальной одежде.Смотреть на такого необычного для российского глаза музыканта было очень интересно. На Эспланаде сооружали временную сцену. Сюда уже стекались любопытные зеваки в ожидании предстоящего концерта. Мы не спеша вышли на набережную, где располагался тот самый рынок со шкурами, о котором мы так упорно спрашивали в Стокгольме. Только тут мы поняли свою оплошность и долго смеялись сами над собой. На рынке продавалось немереное количество сувениров — Санта-Клаусов и прочих игрушек. Зимняя тематика преобладала здесь во всем: Торговали теплой вязаной одеждой, расшитой национальными красочными узорами: шарфами, свитерами, шапками и даже неким подобием валенок. Цены на рынке были довольно приемлемые. Немного впереди возвышался Успенский собор — из коричневого камня с зелеными куполами. К сожалению, мне так и не удалось уговорить девушек прогуляться к нему. Но от посещения Сенатской площади с белоснежной громадой кафедрального лютеранского Собора и памятником Александру II, где в прошлый раз мы останавливались всего на несколько минут, я не смогла отказаться. Поэтому, оставив Ольгу с Ириной наедине с магазинами и сувенирными лавками, я отправилась на Сенатскую площадь. Я поднялась по высоким ступеням ко входу Собора, обошла его кругом, обозревая город сверху.

Через 20 минут, как и договаривались, я встретилась со своими попутчицами. Сначала мы зашли в магазинчик, торговавший финскими свитерами и шапками, уж больно нам понравились местные узоры. Любая кофточка почти произведение искусства. Большинство вышитых картинок содержат традиционные сюжеты с водой, оленями и горами. Потом мы тоже решили посетить рекламируемый Натальей универмаг, поскольку сильно замерзли за время нашей прогулки, и с удивлением обнаружили, что он сегодня не работает: было воскресенье. Заранее посочувствовав Наталье, понимая какую атаку ей предстоит выдержать от нашей «великолепной четверки», мы отправились на проспект Маннергейма. Здесь был расположен театр, а также скульптурная композиция «Три кузнеца» у Дома студентов. Кузнецы — три обнаженных атлетически сложенных мужчины — ковали почему-то всегда такое хрупкое и недолговечное «счастье». По дороге зашли в Макдональдс, воспользовались там услугами рекламного спецпредложения: чашка чая или кофе с булочкой за 2 евро. В качестве бонуса к данному комплекту прилагалась шоколадная конфетка. От чая мы немного согрелись, потом еще посидели и отправились к вокзалу, где нас уже поджидал автобус. Многие туристы уже грелись в нем, как мы и предполагали «великолепная четверка» отчитывала бедную Наталью за не функционирующий универмаг. Странные люди! Холодно, конечно. Ну и что? Погрелись бы в какой-нибудь сувенирной лавке или как мы, в Макдональдсе. Зато вокруг столько всего интересного! Я, например, наоборот жалела, что опять не хватило времени все посмотреть, поскольку я планировала еще сходить к зданию Парламента с памятниками финским президентам, который располагался недалеко отсюда, да и Успенский собор неплохо было бы посмотреть поближе.

Комментарий автора:

Статья разбита на нескольких частей. Читайте предыдущую часть

| 30.03.2005 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий