Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Чешская Республика >> Прага >> Прага (Часть 1)


Забронируй отель в Праге по лучшей цене!

Дата заезда Дата отъезда  

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Прага (Часть 1)

Чешская РеспубликаПрага

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ. ДЕЖА ВЮ.
А может быть корова,
А может быть собака…
(из Э.Успенского)

Поезд въехал в полуторакилометровый тоннель перед последним поворотом на Главный вокзал Праги. На пару минут таскание чемоданов по узкому — вдвоем не разойтись — коридору вагона прекратилось. Почему-то никто не догадался зажечь свет в купе. Сквозь стук колес было слышно, как где-то высоко прогрохотал трамвай.
А год назад мы по этому тоннелю гуляли. Сверху, само собой…
Вообще, поездка в Европу по железной дороге для россиянина — этакое лечение от комплексов. Едешь через какой-нибудь полустанок под Смоленском — вдоль путей ржавая арматура, завалы из шпал, разбитые сараи: право слово — стыдно перед приезжающими издалека. А едешь через какой-нибудь полустанок под Катовицами или Остравой, там вдоль путей… Ржавая арматура, завалы из шпал… Да еще все раздолбанные сараи, сверху до низу, разрисованы не слишком изобретательными граффити. Да что сараи — все электрички расписаны так, что с трудом разбираешь их первоначальный цвет.
Так что проще надо быть.
Кстати, по мере продвижения на запад бросается в глаза увеличение лояльности местных спецслужб. Что, правда, прямо пропорционально уменьшению личной безопасности. Если белорусские пограничники ради одного штампа продержали наши паспорта два часа, то паре поляков в замечательной форме — свитер с погонами — на это хватило минут сорока. Чешский же офицер и вовсе все сделал мимоходом, пробежав по поезду еще на польской территории. Зато и ехали! Первую ночь с дверями — едва ли не нараспашку, а вторую — с закрытыми на замок, цепочку, да еще и на выданные проводником блокираторы. «Чехи балуют» — объяснял тот — «открывают своими ключами, вламываются в купе, воруют». Наш вагон, правда, они в этот раз проигнорировали, но потом нам рассказывали, что так повезло не всем.
Где в это время была полиция? Кто же ее знает!
Состав выехал из тоннеля и заложил последний вираж перед перроном. В просветах замелькали пражские улицы. А вот год назад садились мы здесь в метро, когда ехали в «Пивоварский дом» на улицу Ечну — Ячменную то-есть.
Впрочем, куда мы только не ходили…

* * *

Оказалось, нас уже встречают, а у входа в вокзал стоит автобус.
Нашей сопровождающей и по совместительству гидом (как потом выяснится, действительно по совместительству — назвать гидом человека, который, наверное, уже забыл как выглядят книги язык не поворачивается) стала девица лет двадцати в джинсовом костюме и с копной обесцвеченных кудряшек. С интернациональным именем Людмила и нетвердым знанием русского языка, отчего сразу возникли сомнения в ее происхождении. Оказалось — уехала она из России подростком, в результате не знает как следует ни русского, ни чешского. Однако, «гидствует» — надо же чем-то заниматься…
Группа погрузилась в автобус, после чего ей был продемонстрирован увлекательный аттракцион «развоз по гостиницам», повторявшийся затем каждое утро. Дело в том, что жила группа в шести разных отелях и чтобы собрать всех — требовалось полтора-два часа. Этакая утренняя обзорная экскурсия по всей Праге. Один раз это было интересно. Я сказал — один раз!
Впрочем, гостиничная эпопея началась еще в Москве, когда меньше чем за сутки до отъезда половина группы узнала, что «сильный туроператор» (как отрекомендовали его нам люди, заслуживающие полного доверия) «Материк-тур» сменил им отели в последний момент. Все это — с совершенно беспомощным объяснением «чешский агент не подтвердил» и циничным предложением вернуть деньги. Многие может были бы и рады, да только не 8 мая в девятом часу вечера. Впереди — пять выходных (в том числе и для турфирм) дней, отпуск можно считать загубленным. Уже тогда о «чешском партнере» подумалось как-то нехорошо. Впоследствии «Пегас», пражский турагент украинского происхождения, опасения о себе оправдал.
Мы же поселились в самом сердце «Пегаса» — крохотном отеле «Villa Bohemia», хозяйкой которого оказалась одноклассница директрисы агентства. Из славного города Николаева. В Москве «Вилла Богемия» проходит по каталогам как трехзвездочная. Это не так. Как правило, «пензионы» — маленькие частные гостиницы с персоналом один-два человека — до трех звезд не дотягивают, и наша вилла исключением не была. Номер — «скворечник» со скошенным потолком (выше только крыша) размером три шага на четыре, большую часть которого занимала сдвоенная кровать. Кроме нее в номере поместился узкий платяной шкаф и маленький диван без спинки, рассчитанный в лучшем случае на ребенка. Ни стола, ни стульев, а дверь в совмещенный санузел открывалась только наполовину — мешала кровать. Телевизор и телефон только в вестибюле, с разрешения хозяйки. Самое главное, что нам, возвращавшимся в отель только переночевать, все это было безразлично, а вот те, кто действительно ждали обещанных «звезд», наверное, разочаровались.
Узнав точное время отъезда на обзорную экскурсию, (из которой, что стесняться, нас интересовал исключительно презентационный обед) мы с легким сердцем и разменянными кронами отправились осматривать окрестности. Те были живописны, но довольно однообразны. Целая деревня похожих одна на другую вилл, отделенная подковой широкого пологого оврага от остального города. Кстати, каталожные «5 минут пешком от метро «Лука» — тоже некоторое преувеличение. Минут 10—12 уходило у нас при быстрой ходьбе по тропинке через овраг. Но если днем это — приятная разминка, то ночью в овраге не было видно ничего, кроме звезд. Ставить фонари где попало — явно не чешская традиция. Асфальтовая же дорога — еще длинней.
Шли мы через овраг и не могли отделаться от ощущения, что где-то уже встречались с похожими видами. Кусты, отдельные деревья, достроенные и недостроенные многоэтажки… Ни дать, ни взять — окраина подмосковного Фрязино, если смотреть от леса на улицу Полевую. Кто видел — поймет, остальные — верьте на слово. И такое ощущение «уже виденного» возникало у нас в первый день очень часто.
Как бы то ни было, оббегав за час все окрестности и навестив местный супермаркет, мы за пять минут до назначенного времени отправления вернулись в отель, где обнаружили, что… группа уехала без нас.

* * *

Само по себе происшествие нас не сильно взволновало. Уехали — ну и на здоровье. Пока автобус катается по улицам, мы быстрее доберемся до центра на метро. Получив по телефону от Людмилы и лично от хозяйки виллы Тамары сбивчивые (и, как оказалось, неточные — ага, две пражанки) объяснения о местонахождении ресторана, мы уверенно отправились в дорогу, злорадно обсуждая — следует ли содрать с Люды двадцать четыре кроны за метро и трамвай. Не из вредности, но назначила время — жди. За язык никто не тянул.
Ресторан «Клаштерный (монастырский, то есть) пивовар» и правда оказался в Страговском монастыре, но самой вершине Градчанского холма — Пражского града. Когда мы до него добрались, группа уже сидела за длинными дощатыми столами, а официанты что-то старательно разносили.
Здесь следует сделать коротенькое отступление. Если в Праге или любом другом чешском городе вы видите в названии ресторана слово «пивовар», то с почти стопроцентной вероятностью это будет заведение с собственной пивоварней. «Просто пива» вам нальют за любой дверью, где кормят. Выбор сортов в таких местах как правило невелик (мы ехидничали, что часто это два сорта: 0,3 × 0,5), но качество его всегда стабильно высокое. Если заявлено Пльзеньское или Крушовицкое, то можно не сомневаться, что нальют именно его. Рестораны с пивоварнями, конечно, ценятся выше. Это как, своего рода, бренд. Есть ли собственная пивоварня в «Клаштерном пивоваре» мы не разглядели, но темное пиво там было отменным.
Чего не сказать о поданном обеде. Московской группе предложили «ножку Буша»-гриль с — по выбору — вареной или жареной картошкой. В стране свиных ног кормить туристов во время презентационного обеда ногами куриными! Это значит либо вообще не знать и не понимать местной кухни — и так, надо сказать, небогатой — либо отечественное турагентство на нас неплохо сэкономило. При том, что еда в Праге по сравнению с Москвой недорогая.
Смысл везти туристов обедать именно в Страговский монастырь, вероятно, был. Потому как именно там началась первая пражская экскурсия — пешеходная, по центру города.
Пражская обзорная экскурсия это тоже отдельный разговор. В отличие от других, знакомых многим, крупных городов — скажем, Москвы или Петербурга, где экскурсию (даже пешеходную) теоретически можно начать с любого интересного места, в Праге все точно выверено. Прогулка всегда начинается в Градчанах и через Пражский град (собор Святого Вита и Злату улочку) спускается по узкой галерее к Малостранской. Оттуда туристов ведут в район Чертовка — к рукаву реки Влтавы, так называемой, Пражской Венеции, затем на Карлов мост, по Карловой улице через Климентинум на площадь Кафки, а с нее — на Староместскую — так чтобы успеть к знаменитым часам к полному часу. Дальше группу (если от нее еще что-нибудь остается после неравных битв с пивом и мороженым) направляют на Мустек и издали показывают Вацлавскую площадь. Все! Между прочим, не так уж и мало — около четырех с половиной километров. А выверена она по одной простой причине — Прага город холмистый (если не сказать — горный) и все экскурсии идут сверху вниз. Вряд ли нашлось бы много желающих карабкаться по брусчатке вверх, да еще внимать экскурсоводу.
Впрочем, посмотрев пять минут на то, как мучается Людмила, изображая из себя гида, мы решили, что обязательная программа на сегодня завершена.
И тихо отстали…

* * *

Отстали мы еще и потому, что неожиданно начался дождь. В Чехии дожди достаточно часто начинаются неожиданно. Поднимаешь голову — тучка маленькая, смех один, однако — льет, старается. В дождливый день смотришь из Градчан: там дождь идет, там не идет, там опять идет, а там вообще небо голубое. Правда, и кончаются такие дожди быстро — затяжных мы не видели в Чехии ни одного. Впрочем, поздней осенью мы там и не были.
Первые пять минут мы стояли под аркой президентского дворца и весело смотрели на разбегающиеся с площади группы. Следующие пять минут сидели там же на какой-то строительной конструкции и смотрели на пустую площадь с раздражением. И тут на глаза нам попался плакат о проходящей в дворцовой галерее художественной выставке. Заявлены — Тициан, Кранах, Тинторетто — как не пойти! Да еще в ливень…
Ну что тут можно сказать. Если без поправки на дождь…
Тициан в галерее, конечно, был. Одна картина, заметно выделявшаяся среди остальных. Три картины Кранаха, загнанные в самый последний зал, видимо, чтобы туристы прошли все, прежде чем найдут то, зачем шли. Что касается Тинторетто… Учитывая, что картины попали в галерею в разное время в основном из частных коллекций, дарили их, судя по всему, руководствуясь принципом «на те Боже, что нам негоже»! Впрочем, общий серый уровень не спасли бы и еще пара шедевров.
Нет, мы совсем не против того, что маленькая страна гордится своим маленьким культурным достоянием, мы прямо-таки — за. Но, честное слово — гордились бы молча. Хотя бы потому, что смотрят на это туристы из стран побольше.
Хотя дождь мы там переждали. Вышли и попали в волну цветочного аромата!
Надо сказать, что Прага — город «местами зеленый». То есть в городе много зелени — садов, парков, специально высаженных аллей. Но при этом в историческом центре, где проводит большую часть времени любой нормальный турист, деревьев нет. Вообще — ни одного. Они появляются на фешенебельной Французской улице в еврейском квартале, они видны в Страговском монастыре и на горе Петрин. Но пройдите от Мустека через Староместскую площадь в Градчаны. Булыжник и сомкнутые в сплошной строй каменные фасады разных времен. Но уж если появляется зелень…Запах акации, пионов, черемухи, сирени чувствуется здесь в любом месте. А после дождя людям с аллергиями лучше просто поостеречься. Впечатление — как будто вполне знакомые нам цветы и деревья растут гуще, цветут пышнее… Проходя по одной из садовых террас вдоль президентского дворца, мы то и дело натыкались на кусты, просто окутанные цветами, как облаком. Красота естественная, но совершенно необыкновенная.
Впрочем, очередной раскат грома из-за Собора Святого Вита нас слегка «обломал». И мы решили продолжить любоваться красотами города из под крыши.

* * *

Если идти от Карлова моста в сторону Града, первая улица, на которой вы окажитесь будет Мостецка, плавно переходящая в Нерудову. Место их пересечения — небольшая площадь с костелом и Чумным столбом в центре.
Если вы хотите выпить кофе с традиционным чешским лакомством, то в любой из многочисленных рестораций и каварен вам предложат «завин» — трубочку из теста с мелко нарезанными яблоками внутри.
А если вы хотите попробовать действительно вкусный завин — горячий, с тонким слоем теста, в котором не приходится разыскивать яблоки — отправляйтесь на площадь между Мостецкой и Нерудовой и в одной из галерей разыщите кафе «Малостранска беседа». Дорогое, надо сказать, кафе — целый обед там лучше не заказывать. Но умеют же, черти, делать десерт. Название улиц мы посмотрели только в последний день — просто, чтобы знать, — а так, гуляя по Праге, иначе чем «площадью правильного завина» мы это место не называли. И сразу становилось понятно — о чем идет речь.
Вообще «площадь правильного завина» — образец этакой средневековой неизменности. Только транспорта, оккупировавшего почти все свободное пространство, переизбыток. Но это не только пражская проблема. На самом деле, определение «узкий» — это для Праги. Узкие улочки центре, еще более узкие (вдвоем идти трудно) тротуары, неожиданно кончающиеся на перекрестках. Просто бордюрный камень упирается в стену — и иди дальше как хочешь. Главное — не нарушить многовековую незыблемость. И трамвайные пути соединяются в один: чтобы пролезть под аркой на набережную Эдварда Бенеша вагоны ждут своей очереди у светофора — сначала в одну сторону, потом в другую. Да что вагоны! Одна из достопримечательностей Малостраны — самая узкая улица города. Лаз между домами длинной метров пятьдесят-шестьдесят. Причем это — нормальная улица, с названием и номерами домов. Здесь уже приходится ждать у светофора туристам. Нажимаешь кнопку — с противоположной стороны загорается красный. Разойтись вдвоем — и думать нечего: люди идут гуськом и полируют рукавами стены. Главное, что идти по этой улице в общем некуда — заканчивается она тупиком, занятым очередным рестораном. Однако проходят ее почти все. В ресторане, вероятно, довольны.

* * *

А за улочкой Мостецкой… Что может быть в конце улочки с таким названием? Карлов мост.
Карлов мост — место паломничества туристов, 520 метров средневековья. Место, по числу художников, продавцов сувениров и иностранных туристов на единицу площади сравнимое разве что с Арбатом. Кстати, еще до приезда в Прагу мы слышали множество «легенд» о стойком запахе марихуаны на Карловом мосту. То ли носы у нас не чуткие, то ли на коноплю не сезон — ничего подозрительного мы там не унюхали. То есть вообще ничего, кроме запаха акаций и брызг Влтавы.
Когда экскурсоводы начинают рассказывать об истории Карлова моста, то большинство их них хитро сообщают, что заложен он был по личному указанию Карла IV, 9 июля 1357 года в 5 часов 31 минуту, оставляя ошеломленных туристов в неведении относительно столь точной для 14 века даты. Оказывается, все довольно просто. Дата — последовательность всех нечетных цифр от единицы до девятки и обратно: только отсчет надо начинать от года, как это принято в Европе. Считается, что Карл IV прибег к помощи астрологов — те и посоветовали ему такой эффектный числовой палиндром. Непонятно только как Карлу в эпоху солнечных часов удалось соблюсти точность времени закладки до минуты, еще до восхода солнца. Но все равно красиво, даже если он и ошибся.
Из шестнадцати скульптур Карлова моста самая популярная — Ян Непомуцкий. Более почитаемого святого в Чехии нет. История, в общем-то, банальна. Жил в конце четырнадцатого века Ян — епископ Пражский. Был, говорят, в прекрасных отношениях с королем Вацлавом IV, сыном Карла IV. Однако, угораздило его не открыть монарху тайну исповеди королевы, за что в 1393 году его сбросили с Карлова моста во Влтаву. Ян благополучно утонул, а когда рыбаки вытащили его тело на берег, оказалось, что вокруг его головы горит пять звездочек. Так его и изображают — с нимбом, в который вплетены звезды. Да простят нас чехи — мы совсем не хотим оскорбить их чувства, но выглядит это как в мультфильмах — когда кого-нибудь очень сильно бьют по голове. И вот этот Ян «звезданутый» в Чехии — везде. На всех крупных площадях, во всех костелах, на фасадах домов — где только может быть к месту изображение святого. Само собой, и на Карловом мосту не без него. Само собой, что и здесь он самый популярный. Потому как если прикоснуться в определенном месте к постаменту его фигуры, то будут вам и деньги, и любовь, и что попросите. От такой народной любви эти «определенные места» сияют как самовар на праздник. Так что голову к нимбам, если охота найти Яна Непомуцкого, задирать не надо.
Ее вообще в Праге задирать не рекомендуется. За сумкой можно не уследить. Карманников много, и это отмечают все.
Гораздо интереснее смотреть на город сверху вниз. Можно, конечно, ограничиться видом с Градчан, но оттуда панорама Праги больше похожа на географическую карту — очень уж высоко. А вот с надвратной башни Карлова моста — очень удобно. Главное, чтобы не надоело подниматься по лестнице — ступени там тоже вполне средневековые — ногу приходится задирать на каждом шаге. Такими их делали во всех башнях и замках на случай обороны. Подниматься, говорите, тяжело? А рыцарям в латах — еще тяжелее.
Между прочим, отсюда начинается настоящая пражская светская жизнь.
На самом деле — в какую улочку не заверни — обязательно наткнешься на билетную кассу — с афишами, программками, анонсами. Но можно никуда не заходить. Если просто медленно перемещаться от Карлова моста вглубь Стара Места, идти вслед за толпой — то культурную программу на вечер легко составить вовсе не прилагая усилий. Пройдя по этому маршруту один раз, мы просто начали отмахиваться от многочисленных раздатчиков афиш. Концерты в костелах, концерты в залах, дискотеки, театры… На все это стоит идти? На наш взгляд — с большой цензурой, только в лучшие залы и на лучших исполнителей. Да, это дороже, но согласитесь, что если концерты органной музыки (например) проходят одновременно в двадцати залах, то в восемнадцати из них выступают далеко не виртуозы.
Мы хотели виртуозов. Ну, хотя бы просто очень хороших органистов. Но не сегодня.
 В первый день по Праге лучше всего просто гулять. Идти по Старому Городу куда глаза глядят — тем более, он совсем невелик. Проходить по одним и тем же улицам, осматривать фасады домов — одинаковых не встретите. А можно свернуть в первый попавшийся переулок — рискнуть, потому что подчас совершенно непредсказуемо — куда он вас выведет. И запаситесь картой — просто чтобы чувствовать себя уверенно — иначе можно бродить вокруг Староместской площади и ни разу не увидеть Тынского собора. Улицы узкие, дома — плотным строем.
Когда начало темнеть, мы вышли на набережную Влтавы. Кстати, приготовьтесь к очень раннему заходу солнца. Разница во времени между Москвой и Прагой — два часа и если у нас в мае сумерки наступают часов в десять — пол-одиннадцатого, то в Чехии, когда еще нет девяти. В первый день — это настораживает, потом — привыкаешь.
Сама по себе Влтава впечатления не производит. Но пройти по набережной хотя бы один раз — стоит. Кроме обзорной площадки в Градчанах, да может еще длинного автомобильного моста в Вышеграде, только отсюда можно увидеть настоящую панораму города, не стесненную слипшимися в один ряд домами. И если величественнее всего выглядят Собор Святого Вита и Вышеградский замок, то необычнее всего — гигантский метроном, установленный на вершине холма, прямо напротив Еврейского квартала. В середине 20 века на этом месте высился самый большой в мире памятник Сталину. Памятник ликвидировали и поставили метроном — просто как напоминание, что все в жизни заканчивается.
Уже подходя к Французской улице, мы едва увернулись от въехавшей в переулок — только тормоза визжали — машины. Дама за рулем даже головы в нашу сторону не повернула.
Почему мы обратили на это внимание? Дело в том, что год назад Чехия приняла на себя обязательства Евросоюза по организации дорожного движения. На практике это означало, что всех водителей обязали пропускать пешеходов в любом случае — даже если те переходят улицу в совершенно неположенном месте. Подходишь к краю тротуара (просто посмотреть — не идет ли автобус, например) и — ладно еще легковые машины — фуры выстраиваются рядком — пропускают. Даже как-то неудобно после этого не переходить. Не то чтобы водители были «за», но штрафовать их за неподчинение пешеходам обещали безжалостно.
Вероятно, дальше обещаний дело не пошло.
Не то, чтобы у чехов плохо с дисциплиной. Не то, чтобы мы видели в Праге много аварий (прямо скажем, только одну и видели), но переход городских улиц напоминает сейчас пресловутую «русскую рулетку». Заносишь ногу и не знаешь — остановятся или нет.
По вечерам в Праге заметно холодает. Температура падает не слишком сильно, но поднимается ветер, который на улицах-коридорах становится просто пронизывающим. Вместо пива начинает хотеться кофе. Только не на Французской улице, где мы оказались к тому моменту. Там «наперсток» эспрессо (а как еще назвать стограммовую чашечку, половину которой все равно занимает гуща) стоит столько, сколько основное блюдо в районе без претензий.
Вообще, по ценам уличных кафе можно легко судить — проходят ли здесь «туристские тропы». Где самое дорогое пиво в Праге? Говорите на Староместской площади? Ну, это слишком просто. Не просто на Староместской, а в кафе напротив Астрономических часов, где цены — им подстать.
Но как же не хочется уезжать оттуда вечером!
Кофе мы, в конце концов, выпили. Конечно там, напротив Тынского собора. И заказали яблочный завин.
Впрочем, не лучший в Праге.

ДЕНЬ ВТОРОЙ. ПЫТКА РАЗРЫВОМ ХВОСТА.
«А я говорю — пей»
(Изречение кота Матроскина)

Под утро началась гроза. Интересное ощущение — когда крыша над тобой буквально в нескольких сантиметрах, а дождь даже не барабанит — бьет. Да еще подкрепляет свои аргументы раскатами грома. «Интерактивность» получается не хуже, чем в палатке посреди леса: все время возникают порывы смахнуть с лица несуществующие капли.
Однако испортить весь день дождь нам мог очень легко.
Когда группа начала подтягиваться к завтраку, гроза уже кончилась, а дождь стал мелким и унылым. Правда, облачность не была сплошной, как это случается при затяжном ненастье, что несколько воодушевляло.
 В чешских пензионах, как правило, не устраивают шведского стола. Все-таки это больше прерогатива крупных отелей, где партии съедаемых на завтрак продуктов сравнимы с оптовыми. В пензионах предпочитают кормить завтраками континентальными — то есть строго дозированными порциями и не что хочешь, а что подадут. Обычно подавали: по несколько кусочков колбасы или ветчины и сыра, кусочек сливочного масла, стакан сока, йогурт, местную выпечку — рогалики или тирольские булочки. Кукурузные хлопья с молоком, а также кофе и чай в кувшинах-термосах — неограниченно. И день ото дня меню не менялось. В общем, рацион — чтобы не чувствовать себя по утрам очень голодными, а дальше — ваши проблемы. Мы эти проблемы решали очень просто. По утрам, еще до завтрака, я отправлялся на прогулку до ближайшего супермаркета, где покупал мясной и сырной нарезки, салатов и вкусного местного хлеба. Причем надо иметь в виду, что такой стол — не причуда конкретно нашей виллы. Для пензионов это нормально, а их в Чехии подавляющее большинство.
К этому времени перестал идти дождь. Ровно на одну минуту. Но чтобы погрузиться в автобус ее как раз хватило. Погода в этот день вообще вела себя пристойно — дождь принимался несколько раз, но только когда мы были под крышей — в автобусе, замке или на теплоходе. Бывает же такое.
Автобус долго блуждал по мокрым улицам Праги, собирая группу по отелям. Что меня поражало всегда и продолжает до сих пор, так это мастерство водителей огромных туристических автобусов. Наш водитель — добродушный молодой и толстый чех протискивался на своей BORA в такие переулки и разворачивался в таком скопище машин, куда я бы, например, не рискнул влезть и на своих «Жигулях». Причем делал он это как передним, так и задним ходом — ему было все равно.
Пока мы с интересом наблюдали за тем, как наш «полутораэтажный» автобус лихо уворачивается от припаркованных у тротуаров «Шкод», наша Людмила с удовольствием рушила все каноны экскурсоводческой работы.Впрочем, вероятно, мы к ней несправедливы: как можно не соблюдать того, о чем не знаешь. А не знала она, ни много, ни мало, о том, как вести автобусную экскурсию.
Обычно экскурсовод в пути говорит почти без передышки. Рассказывает о местности за окном, а если это совсем неинтересно — вводит в курс дела по месту основной экскурсии, рассказывает об истории края. С одной стороны, так предписывают правила, с другой — самому гиду легче держать туристов в тонусе, чтобы не засыпали или не теряли интерес. У опытных экскурсоводов расписано чуть ли не до километра: что сказать, куда повернуть голову, где показать фотографию или просто пошутить, чтобы снять лишнее напряжение. Людмила занималась тем, что агитировала группу купить дополнительные экскурсии. По тридцать долларов (около тысячи крон) на человека.
На самом деле, если вас не пугает перспектива передвигаться по Чехии общественным транспортом (а в этом, поверьте нам, ничего страшного нет), то в ту же тысячу крон вам обойдется поездка в любой уголок страны на двоих. Включая транспорт, билеты в музеи, да еще и недорогой обед. Помня об этом, мы поймали за рукав пробегавшую в очередной раз по проходу Людмилу, и задали ей простой вопрос: как доехать до города Телч. Города-музея, внесенного в реестр ЮНЕСКО. Это все равно как у любого москвича (а тем более — экскурсовода) спросить — где находится Сергиев Посад. Людмила же… сделала большие глаза и ответила, что слышит об этом городе впервые.
Так весело мы доехали до замка Орлик.

* * *

Говорят, что замок Орлик стоит на месте орлиного гнезда. Если руководствоваться старинными картинками — вполне вероятно. Прямоугольный в плане, с двумя круглыми башнями, обнесенный зубчатой стеной замок стоит на краю отвесного утеса, спускающегося во Влтаву. Наверное, солидно выглядело. Правда, в двадцатом веке Влтаву перекрыли плотиной — получилось водохранилище. В результате, замок стоит теперь у самой воды и смотрится уже не так колоритно.
Писать об истории Орлика — нет смысла. Каждый желающий легко ее найдет. Гораздо интереснее его сегодняшний день. Дело в том, что Орлик — замок частный и принадлежит он роду своих старинных владельцев — Шварценбергов. Говорят, что когда кто-нибудь из Шварценбергов приезжает в Чехию (обычно они живут в Австрии), то останавливается в Орлике. Внутри замка экскурсионные залы отделены от жилых, но туристам обязательно показывают несколько закрытых дверей. «Господа, за этими дверями живут…»
Конечно, замок не был частным непрерывно. Во времена социалистической Чехословакии его национализировали. Но в конце восьмидесятых началась волна реституции, многие здания вернулись к старым владельцам. В Праге на это даже обращают внимание приезжих. Ухоженные и отремонтированные дома как правило — частные, новых владельцев заставляют следить за их внешним видом. Обшарпанные — по большей части государственные. У Муниципалитета нет средств на ремонт. Так Орлик снова стал частным. Сомнительно, конечно, что государство так легко рассталось бы с целым замком, да один из Шварценбергов занимал высокий пост в Администрации Вацлава Гавела — как тут не угодить знатному коллеге.
 В замке группе дали экскурсовода — юную чешку, не знающую никаких языков, кроме родного. Но это бы еще полбеды. Беда была в том, что и по чешски она хорошо знала только одно слово — Шварценберг. Судя по всему, дрессируют их в замке основательно, чтобы не забыли, кто здесь хозяева. Вместе с Людмилой они составили потрясающую пару. Девушка, рассказывающая только о том, в каком зале Шварценберги ели, а в каком спали, не заостряясь на таких мелочах, как картины или детали интерьера. И Людмила, пытающаяся это переводить. А вся группа хором подсказывает значение того или иного слова. Песня! Так, две девицы совместными усилиями запутались в именах и датах (в основном потому, что Людмила не могла найти соответствие чешских имен русским: Франтишек — Франц, Иржи — Георгий). Затем придумали «эмпирский стиль» (не знаете такого — мы тоже до этого не знали). Но апофеозом было следующее. В последнем коридоре замка кому-то пришло в голову спросить — что написано на медной пластинке под одной из картин. На что экскурсовод (в переводе Людмилы) ответила: «Это по-австрийски — я не понимаю!»
До отправления теплохода в Звиков оставалось около часа и у большинства возникло вполне понятное желание провести его за чашкой кофе. Единственный в замке ресторанчик обнаружился в одной из хозяйственных пристроек, и назывался он «У Торика». С вывески у двери улыбался симпатичный фокстерьерчик — видимо, тот самый Торик. Мы открыли дверь в ресторан… И закрыли обратно. У нас — тридцатилетних — еще сохранились смутные воспоминания о столовых общепита (просто столовых — без названий, рода и племени — с одним номером), где еду подавали там же, где готовили, и ели за тонкой перегородкой. В результате, в зале всегда стоял тяжелый кислый запах остатков еды, перегоревшего масла и моющейся посуды. Такого запаха не было даже в студенческих столовых. А в «Торике» — был. Вспомнив, что на молодежном жаргоне тараканов часто называют «тыриками» (за разъяснением этимологии просим не обращаться), мы решили торжественно присвоить заведению «У Торика» название «У Тырика» — потому как только они там питаться и могут — и отправились на пристань. Где, кстати, обнаружилась вполне пристойная закусочная на свежем воздухе. С горячими остравскими колбасками и кофе.
Водная дорога по Влтаве от Орлика в Звиков занимает около часа. Людмиле и здесь удалось себя проявить — она явилась на пристань последней, минут за пять до отправления теплохода. Естественно после этого русская группа сидела в гордом одиночестве за мутными стеклами в недрах кораблика — вся верхняя палуба уже была занята немецкими и итальянскими туристами.
Красивы Влтавские берега. Однообразны, правда. Час — до места слияния Влтавы и Отавы — теплоход плывет по густо заросшему лесом скалистому коридору. Скалы спускаются в реку крутыми уступами и их прорезают щели — на удивление правильной формы. Так что берега похожи на серые листы в крупную клетку, из которых, как на картинке, поднимаются деревья. Говорят, что эти берега — любимое место отдыха пражан и жителей окрестных городов. Купаться здесь, конечно, нельзя — просто нет подходов к воде, но изобретательные чехи вышли из положения. Все, сколько-нибудь удобные для «парковки» заливы заставлены небольшими катамаранами в виде установленных на две байдарки палаток. Не знаю — можно ли на таком «судне» провести ночь, но день на воде можно провести прекрасно.
На таком же клетчатом утесе стоит и замок Звиков.
Первое впечатление, что замок находится на острове. На какую площадку не выйди, на какую башню не поднимись — отовсюду видны только вода и скалы. На самом деле замок занимает длинный остроконечный мыс, омываемой Влтавой и Отавой и с «большой землей», конечно, соединяется. Но от этого ощущение его неприступности только усиливается. Даже современными средствами штурмовать стену толщиной в несколько метров (да еще если подходить к ним только с одной стороны) задача не простая. А уж средствами средневековыми… Этакий, центрально-европейский Измаил.
Официальной экскурсионной программы в Звикове нет. Касса открыта, но продают там только буклеты и фотопленку. Звиков вообще тщательно поддерживает имидж руин. Каждому б жить в таких руинах. Все помещения дочиста выметены, камни на живописно разрушенных стенах едва не блестят, везде таблички с пояснениями на нескольких языках, кругом горшки и кашпо с цветами. В Звикове больше чем где-либо ощущается именно атмосфера замка — какую каждый представляет себе по фильмам или рыцарским романам. Залы с высокими арочными потолками, так что эхо многократно повторяет каждый шаг. Комнаты — каменные мешки, где холод пробирает даже в самые жаркие дни. Кстати, уже после приезда домой мы случайно включили телевизор на каком-то чешском фильме-сказке. Принц уезжал из замка на поиски принцессы. Где жила принцесса мы смотреть не стали, но уезжал принц из Звикова.
 В замке соблюдены все «легендарные» атрибуты таких мест. Считается, что самую древнюю из сохранившихся башен построили местные разбойники, отчего и называется она — Мракоманка. А в одном из подвалов начинается подземный ход, начало которого оформлено с большой любовью. Никто, правда, точно не знает, куда он ведет; с другой стороны — какая разница. Главное, чтобы был.
Ну а самый лучший вид из замка — с башни, которая называется Пыточной. Башня, как башня. Длинная крутая каменная лестница, площадка с неизменными желтыми цветочками перед последним пролетом. Странное место для пыток, да и приспособлений пыточных мы там не заметили. Осталось предположить, что выводили кого-нибудь на последнюю площадку и говорили: «дальше не пустим». Что само по себе, безусловно, можно считать пыткой.
Смотреть на майскую Чехию сверху вниз вообще очень интересно. Хотелось сказать — «чешские просторы», но просторов-то там как раз нет. Откуда ни смотри — местность кажется «стиснутой» высокими холмами, а большинство автомобильных дорог словно обрамлено склонами. Но вот сами склоны…
Дело в том, что в мае цветет рапс, которым в Южной Чехии засажена если и не большая часть всех сельхозугодий, то, во всяком случае, часть значительная. Рапс, конечно, цветет и в средней полосе России, но чтобы так пышно и интенсивно! Стоишь на холме, а под тобой желтый ковер. Как если бы какой-нибудь писатель — фантаст придумал планету, где вместо зеленой травы была бы желтая. Стебли и листья видны только если встать на край поля — все остальное тонет в сплошной желтизне. Аромат вокруг рапсовых полей такой, что чувствуется даже в кондиционированном воздухе закрытого автобуса. Особенно, когда поля подходят к дороге вплотную.
Кстати, о чешских дорогах. В подавляющем большинстве они двухполосные — по полосе в каждую сторону, так что особенно там не разогнаться. К тому же больше всего на этих дорогах фур и туристических автобусов. Полос прибавляется только на въезде-выезде из Праги и то лишь на нескольких основных направлениях. При этом автомобильных пробок в городе (во всяком случае таких, какие бы человек, привыкший ездить по Москве, действительно назвал бы пробками) практически нет. Точнее, есть одно стабильное затруднение, но его власти Праги организовали собственноручно. Рядом с Главным вокзалом стоит огромное здание, в котором размещается штаб-квартира радио «Свободная Европа». После террактов 11 сентября возник слух, что следующий удар могут нанести именно туда (хотя, с чего бы это). Вокруг здания расставили танки и солдат, а часть автомобильного потока пустили в объезд. Так эти танки с зачехленными башнями с тех пор и стоят, не столько пугая террористов, сколько развлекая (и раздражая) пражан. В остальном — ни одного сколько-нибудь заметного затора. Как чехам это удается при том же количестве транспорта на душу населения — загадка.
Однако, что зря жаловаться: до Карлова намести — Карловой площади, одного из мест в центре, откуда до всего близко, мы доехали с ветерком.
Какое чувство возбудил «ветерок» в группе, так это — чувство голода. Поэтому Людмиле, в силу своих способностей, всю обратную дорогу приходилось бегать по автобусу с картой и объяснять, где находится тот или иной титульный ресторан. Титульный — в смысле, знаменитый, обозначенный в путеводителях. Надо ли идти в такие рестораны? Честно говоря, один раз можно — чтобы понять, что на самом деле они ничем не отличаются от сотни других, рассыпанных по всей Праге. Конечно, если греют душу воспоминания о «Бравом солдате Швейке», то можно побывать и «У Флеку», и в «Новоместском пивоваре» на Водичкова, но уверяю, кнедлики будут совершенно такими же. И кислая капуста в качестве универсального гарнира — тоже. Так что этот единственный раз можно использовать для того, чтобы не терзаться сомнениями потом.
Впрочем, перед нами вопрос — куда пойти — не стоял. От Карловой площади начинается улица Ечна, знаменитая уже тем (а может быть — именно тем), что на ней расположен «Пивоварский дом».
Даже среди пражского ресторанного разнообразия «Пивоварский дом» — место уникальное. Ресторан этот довольно новый — уж точно без вековых традиций. Традиции он заменяет стилем.
Чтобы это понять, достаточно сказать одно: только здесь можно заказать вишневое, кофейное, банановое пиво. Говорят, что ассортимент время от времени меняется — сейчас он был именно таким. Какова технология приготовления этих напитков — не знаю, врать не хочу, но это не вкусовые добавки в ячменное или пшеничное пиво. Рядом с основным залом ресторана расположены чаны, в которых пиво зреет прямо на глазах посетителей. Можно посмотреть через специальную перегородку. А можно к перегородке даже не подходить — на потолке над чанами установлены огромные зеркала, которые видны с любого места в зале. Даже цвет фирменного пива здесь соответствующий: вишневое — розовое, кофейное — светло-коричневое, а в стакане обязательно будет плавать либо вишенка, либо несколько кофейных зерен. И все-таки это — действительно пиво, с пеной и неповторимым вкусом. Кстати, это одной из мест, куда любят ходить не только туристы, но и пражане. В «Пивоварском доме» три зала, но они не пустуют даже днем. Вечером же здесь просто аншлаг.
О том, что «Пивоварский дом» всемирно популярен, можно судить еще и по тому, что меню здесь как минимум на четырех языках. На четырех иностранных — о чешском я не говорю. Меню на чешском расстелено на каждом столике в виде то ли большой салфетки, то ли маленькой скатерти. Любое другое, включая русское, официант принесет по первому требованию.
Хотя разбираться в меню долго не придется. Чешская кулинария на гурманов не рассчитана. Смело заказывайте любое мясное блюдо — скорее всего вам принесут запеченную в соусе или панировке комбинацию из кусочков говядины и свинины. Только следите за весом порции — в Чехии они очень большие.
Вечер в Праге — самое противоречивое время. Особенно если приехал всего на неделю. Каждый день мы ругали себя за то, что ходим по одним и тем же улицам, буквально след в след повторяем свой маршрут по несколько раз. Но ноги как будто сами несут: Староместская, Мустек, Карлов мост, Градчаны. Каждый день новое петляние по узеньким улочкам, заглядывание в сувенирные лавки или каварни — не для того, чтобы что-то купить, а просто так. Надо думать, почти все туристы говорят себе то же самое и все равно идут в центр. Во всяком случае, магазины и многочисленные концертные залы там не пустуют.
Зазывалы, впрочем, как я уже говорил, тоже не теряются. Вы не поклонник классической музыки? Тогда вам предложат Театр Марионеток или Теневой Театр, где действие рисуют на сцене игрой света. Или, на худой конец, выставку пауков и скорпионов, должен же «правильный» турист хоть на что-то купиться. На одной из улиц нам бросился в глаза громадный, висящий на уровне второго-третьего этажей (вот ведь, не лень было кому-то лезть) плакат: «Выставка Магическая Прага. Музей колдовства и алхимии в столице европейской средневековой магии». После «маленькой, но гордой» галереи Президентского дворца на пражские выставки мы ходить зареклись.
Да и дело на остаток вечера у нас было. Еще накануне мы решили пойти в Тынский собор — посмотреть храм и впервые в жизни поприсутствовать на католической службе.
Должен сказать, что храмы — католические и православные, как внутренним убранством, так и атмосферой, отличаются друг от друга настолько, что иногда мелькает мысль — одна ли это христианская церковь. И, если говорить беспристрастно, то православный вовсе не выигрывает сейчас в моих глазах. Скорее, наоборот…
На первый взгляд, католический собор кажется аскетичным. Даже такой, как Тынский, а ведь он — второй по значению в Праге после кафедрального Святого Вита. Никаких фресок — стены тщательно выбелены — почти нет икон — их всего несколько в алтарной части. Преобладающие цвета — белый и темно-коричневый, цвет бронзовой скульптуры и деревянной отделки. Все что в православном храме стараются выразить живописью, в католическом выражают барельефами и скульптурой. Поскольку многие из них размером в человеческий рост, эффект достигается колоссальный. Святые получают выражения лиц и перестают выглядеть созданиями бестелесными, погруженными исключительно в себя. Впервые меня это поразило еще в детстве, в костеле белорусского Гродно. В Праге ощущение вернулось.
Наташа, кстати, по православной привычке, очень переживала, что у нее с собой нет ни платка, ни хотя бы кепки. Оказалось, захвати она платок — была бы в нем единственной из всех посетительниц.
Во время католической службы никому и в голову не придет настаивать — слушать ее тебе сидя или стоя. Главное, не мешай другим — все остальное, твое личное дело. Центральный зал любого католического собора занимает конструкция, больше всего напоминающая длинный школьные парты. Столешница, соединенная со скамейкой и доской в нескольких сантиметрах от пола. На нее удобно становиться на колени. Между прочим, когда люди опускались на эту рейку, их поза вовсе не выглядела униженной, как бывает, если бухнуться прямо на пол. Скорее, она была традицией и уважением к происходящему.
Сев за «парту», мы оказались чуть позади импровизированных книжных полок, куда прихожане подходили за томиками Библии и молитвенниками. У полок стоял парень лет двадцати пяти и что-то сосредоточенно выбирал. Видимо, я смотрел на него чуть дольше, чем следовало, и он перехватил мой взгляд. Перехватил и улыбнулся в ответ, что показалось в тот момент неестественным — попробуй-ка вызвать искреннюю улыбку в православной церкви.
А дальше собственно и была служба. Большую ее часть священник провел сидя, как и его прихожане. В остальном… Несколько молитв, которые зал читал хором, (кто не знал наизусть, тот всегда мог посмотреть текст по книге), короткая проповедь — все по чешски. А в конце произошло то, что сильно меня удивило (ну не силен я в католической литургике — заранее об этом не знал). Проповедь окончилась пожеланием мира и добра — каждый пожимал руки всем, сидящим вокруг него. Надо было видеть, с какими светлыми, радостными лицами люди оборачивались к нам — явно случайным посетителям храма, да еще иностранцам, смысла проповеди не понимающим — и протягивали руки. Готов спорить — в этом не было формализма. Они действительно от всего сердца желали добра тому, кто оказался рядом в эту минуту. В такой атмосфере как-то перестаешь чувствовать себя чужим…
Сразу почему-то вспомнился эпизод в Троице-Сергиевской лавре, куда мы возили молодую пару французов. Как бабульки — завсегдатаи храма стаей набросились на девушку только за то, что она была в брюках. Подняли крик (в храме) и фактически выгнали нас на улицу (спасибо за гостеприимство). Хотя им то, откровенно говоря, какое дело — тоже мне — цензоры.
Между прочим, многие прихожане уехали из костела на велосипедах. Причем стояли те всю службу внутри собора. Многие возразят мне, что велосипед в храме — кощунство! Но разве они хоть кому-нибудь мешали? Только представьте — скольких потенциальных прихожан не досчитываются наши церкви только потому, что требования к прихожанам слишком суровы. А оставь велосипед снаружи — и где он будет через два часа?
Может сложиться впечатление, что весь центр Праги по вечерам превращается в одну большую зону отдыха. Отнюдь. Пятьдесят метров от Староместской площади к площади Кафки и Климентинуму — и перед вами пустые улицы. Разве что пробежит припозднившийся служащий из офиса неподалеку.
Это для нас — неделя в Чехии. Для пражан — повседневная жизнь.

Продолжение следует.

Статья разбита на нескольких частей. Читайте следующую часть

| 09.08.2002 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий