Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Швейцария >> Берн >> Шоколадные реки, сырные берега. Часть 3


Забронируй отель в Берне по лучшей цене!

Дата заезда Дата отъезда  

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Шоколадные реки, сырные берега. Часть 3

ШвейцарияБернЖеневаФрибург

День 4. Женева — Берн — Фрибург

Внезапно все вокруг начинают говорить по-немецки! (это даже лучше, потому что я немецкий учила в школе 2 года как второй, а муж изучает самостоятельно). Сначала все остановки в поезде на Берн произносят не рrochaine аrrêt Bern, а naechster halt Bern. Потом кондуктор говорит вам, возвращая билеты, не «merci», а «danke», и даже пейзажи как будто меняются.

Про Берн и позднее — Цюрих и Лугано — я буду писать таким же образом, как про Женеву — единым блоком текста, хотя гуляли по этим городам мы те несколько дней, что там жили.

Наш отель «Амбассадор» (4*)

 В турбюро на вокзале узнаем, где наш отель, и направляемся туда. Я на него сразу запала еще в инете, когда искали, где становиться, и не зря: спа-отель «Амбассадор» построен в тихом месте, в необычном дизайне (особенно потрясла основы мироощущения ванная с полупрозрачными стенами и окно во всю стену), вид из окна — японский сад камней под окном и Старый город Берна через реку. Дизайн номеров — синий с металликом, ЖК-экран и все такое.

 В отеле — лучший японский ресторан в городе, наверное, именно поэтому в зале для завтраков по утрам очень сильно пахло сырой рыбой. По этой же причине почти все постояльцы отеля были японцами. Против японцев ничего не имею, более того, — глубоко уважаю и люблю их культуру, но как же японские тетки орали в коридорах по утрам! Причем в своих номерах и за завтраками они вели себя очень тихо, а, выйдя в коридор, становились на пороге комнат и голосили!! Наверное, что-то обсуждали, нам не понять. Правильно сказал Крылов, что японцы везде коллектив, даже в отеле, поодиночке жить и говорить не могут.

По утрам, наверное, было прохладно, потому что когда мы отодвигали тяжелые занавеси, Старый город был окутан туманом. Один раз открыли окно в воскресенье — а над сонным городом плывет колокольный перезвон. Вечерами из окна открывалась красивая панорама Старого города в ночной подсветке.

Мы бросаем вещи в номере, и идем обратно на вокзал — у нас по плану посещение города Фрибурга.

Фрибург

Время в пути — около 30 минут (от Берна). Турбюро расположено справа от вокзала (как выйдешь с платформы), довольно толковое — во всяком случае, буклетов там много, плюс несколько видов карт, одну из которых мы и ухватили. Мы идем сначала по дороге, что параллельна вокзалу, и осматриваем Университет, башню у его входа (Henri Tower, 15 век), а затем сворачиваем и идем по Avenue de la Gare, затем по Rue de Romont, Rue de Lausanne, которая заканчивается у собора Святого Николая. Кругом сплошной праздник: играет музыка, много народу, лотки-палатки с едой, глинтвейном и сувенирами.

Во Фрибурге сохранился потрясающей красоты и величины Старый город — ведь Фрибург старше Берна — был основан в 1157 году герцогом же Церингеном! Мы гуляли там большую часть дня, и если посмотрели практически всю историческую часть, то потому, что передвигались довольно быстро.

Кроме католического Университета, известного всей Европе, кафедрального собора Святого Николая, множества церквей, в городе стоит обратить внимание на 11 «исторических фонтанов» — именно так они помечены на нашей карте. Увидев их все, вы, по сути, увидите город. Это не бог весть какие шедевры — небольшие колонны с цветными фигурками святых и обычных людей, украшенные лепниной или росписью, но как мы радовались, увидев каждый очередной столбик!! В тексте рассказа я буду помечать каждый такой фонтан. Первый фонтан расположен на Place Georges-python, где Rue de Romont переходит в Rue de Lausanne.

Где-то в самой середке Rue de Lausanne муж сворачивает и исчезает между домами: оказывается, там, в неприметной щели, скрывается узкая лестница, круто уходящая вверх. На лестницу выходят внутренние дворы домов, и ни души, только вкусно пахнет жареным окороком. Наверху — иезуитский колледж Святого Михаила, филиал местного Университета, и одноименная церковь (16—17 вв.). Тихо и никого — суббота. За церковью — смотровая площадка, откуда видна часть Старого города, и небольшие частные огородики. Некоторые растения даже вовсе лучок и морковка. Налюбовавшись, спускаемся по другой лестнице вниз. Студент, идущий навстречу, приветливо здоровается. От неожиданности здороваемся и мы. Эта лестница (скрипучая и деревянная) выходит почти к самой Ратуше, отсюда виднеется и собор Святого Николая.

Hotel de Ville (Ратуша) тут красивый и старинный (1501—1522): большая краснокирпичная крыша, потемневшая от времени, часы на высокой башне с острыми шпилями, на которых человечки движутся и бьют в колокольчики, отмеряя время, парадная лестница с резными столбиками и небольшой фонтан у входа (фонтан 2). Тут же, во дворе, высокая липа, по легенде, посаженная в 1470 г. в честь победы войск швейцарской конфедерации в битве при Муртене.

К вопросу о качестве путеводителя «Ле Пти Фюте» — в тексте оного про Фрибург битва при Муртене датирована 1470 годом, в тексте про Муртен — 1476! То есть липа была посажена «в честь», но за 6 лет до битвы. Желая выяснить, как оно было на самом деле, полезла искать информацию по энциклопедиям. Оказалось, что битва случилась все-таки в 1476 году, 22 июня, и для швейцарской истории эта битва примерно то же самое, что для нас, скажем, Бородино.

А вообще, эта липа не похожа на дерево, которому 630 лет.

На данный путеводитель я еще буду «наезжать» в самом рассказе, а наиболее значительные «наезды» приберегу для раздела «Полезное».

Самые хорошие фотографии Ратуши и дерева (куда ж его девать!), прилегающих улиц, получились у нас с высоты смотровой площадки, подняться на нее можно прямо с площади перед Ратушей. Там еще и пара удобных скамеек. Далее, если времени у вас не очень много, то поспешите осмотреть собор Святого Николая. Мы же имели в распоряжении почти целый день, и повернули не вправо, к собору, а влево. Тут расположена церковь Богоматери (12 век) и фонтан 3. Муж, повозившись с входной дверью, объявляет — закрыто. Огорчившись, я автоматически тоже дергаю тяжелое металлическое кольцо (оно же — дверная ручка), и дверь поддается! Ура! Внутри полумрак, но видны и Богоматерь над алтарем, и в боковом приделе — живописное полотно 1635 г., изображающее разгром турок при Лепанто.

По приезде домой я немедленно стала искать, что же это за битва была такая. Оказалось, что 7 октября 1571 года у мыса Скрофа (Ионическое море) произошел морской бой, вошедший в историю под названием Лепантского. Римскому папе Пию V удалось организовать антитурецкую коалицию: Италия, Испания, папская область. Победили «наши», и в результате битвы был положен конец господству турецкого флота в Средиземном море. В это самое время Иван Грозный воевал с Османами — на суше. В этом бою взводом испанских солдат командовал и дважды был ранен Сервантес, автор «Дон-Кихота».

Непонятно, правда, почему картина эта во Фрибурге, но папскими гвардейцами уже тогда были швейцарцы (в этом году, кстати, праздновали 500-летие папской гвардии), и, вероятно, швейцарцы принимали участие в битве.

Лирическое отступление о швейцарских гвардейцах

Посетив Швейцарию, мы с мужем опрометчиво решили, что теперь точно знаем, откуда набирают швейцарских гвардейцев — из итальянского католического кантона Тичино, но буквально в день написания этих строк прочла в «Итогах» статью о папской гвардии, где было сказано, что лишь не очень значительная часть гвардейцев набирается из Тичино, все больше из немецкоязычных — Ури, Швиц, Унтервальден, Цуг, Люцерн, Фрибург и Вале.

Гвардия папы ведет свою историю от отряда швейцарцев, нанятых в кантоне Ури в 1506 году; швейцарские наемники в Средние века прославились беспримерной отвагой и надежностью: они не только прекрасно воевали, но и в отличие от воинов других наемнических армий не переходили во время битвы на сторону противника (забегая вперед — памятник в Люцерне «Умирающий лев» установлен в честь тех гвардейцев, которые погибли до последнего воина, защищая дворец Тюильри от восставших масс).

До недавнего времени я считала, что форму гвардейцев придумал Микеланджело — человек большого таланта: если он был скульптором, архитектором, художником и поэтом, отчего бы ему не быть модельером? Тем более что форму для игры во флорентийский футбол придумал Леонардо да Винчи! И учитывая тот факт, что полоски камзола гвардейцев — желто-сине-красные — цвета дома Медичи, сыгравшим в судьбе Микеланджело немалую роль (см. Ирвинг Стоун, «Муки и радости»). «Итоги» утверждают, что по последним данным, наряд стражников был придуман сто лет назад начальником папского караула. Кстати, ТАСС в сообщении от 22.01.2006 от 10:43 утверждает обратное: «Гвардейцы знамениты своей формой в стиле эпохи Возрождения, эскизы которой ошибочно приписывают Микеланджело, в то время как на самом деле образцом для нее послужили работы Рафаэля.» Принимаются еще версии.

Но вернемся во Фрибург.

За Нотр-Дам — церковь кордильеров и францисканский монастырь 13 века — были закрыты для посещений. По слухам, там великолепный алтарь, сделанный мастерами Золотурна и Базеля, и богатое внутреннее убранство. Через дорогу от них — фонтан 4, а чуть дальше по улице — Музей истории и искусства.

Обратите внимание на миниатюрную, но необыкновенно красивую церковь визинтандинок (середина 17 в.)! Снаружи она выглядит как серый полукруглый фасад с фигурками Христа и девы Марии над входом, и многогранным куполом, а внутри все довольно просто — белоснежные скульптуры, беленые стены, обычные стулья, расставленные полукругом. Церковь перегорожена узорчатой решеткой, с таким расчетом, наверное, чтобы все, кто хочет осмотреть ее внутри, могли это сделать, а вот совсем рядом с алтарем не шлялись. При нашем появлении откуда-то из боковой дверки выскочила улыбчивая пожилая монашка в круглых очочках, и быстро открыла нам дверцу в решетке, предлагая зайти внутрь. Конечно, мы зашли и посмотрели, вот только как вести себя в такой ситуации — не знали — то ли нужно что-то сказать, то ли остаться на службу (на стульчиках уже были приготовлены листочки с текстом, кажется, молитв). Мы поблагодарили монашку, и растерянно удалились.

Далее по Rue de Morat на той же стороне улицы — монастырь Капуцинов — нам удалось увидеть только треугольный белый фасад с фигуркой монаха из-за высокой стены. Отсюда видны Morat Gate — городские ворота, и кусочек стены, окружавшей город. Влево по стене — башня, похожая на те, что мы видели в Таллинне: внутри стены она как будто обрубленная, а снаружи — округлая.

По той же улице мы вернулись к собору Святого Николая — главной церкви Фрибурга. Его готические шпили видно из любой точки города — высота храма 76 метров (кстати, в путеводителе написано, что 74 м, но про высоту написано прямо у входа, на информационном стенде). Именно этот стиль в архитектуре именуется «пламенной готикой». Строился собор с 13 по 17 век, оно и понятно — монументальные величественные храмы по нескольку лет не строят. Над входом — статуи апостолов, сцены из Страшного суда, на башне — 13 старейших в стране колоколов. Внутри — довольно обычное убранство: скамьи, деревянная кафедра, плюс поразительной красоты многоцветные витражи. Часть капелл — на реставрации, поэтому я немного расстроилась, поняв, что мы не увидим жемчужину храма — скульптурную композицию «Положение во гроб» (1433) — в путеводителе было указано, что она в одной из боковых капелл. Но расстраивалась я рано! Увидев, что куда-то народ прямо толпится, я решила узнать, в чем причина. Оказалось, что «Положение» именно там — в комнатке справа от входа, если стоять лицом к алтарю. Фонтан 5 — сразу за собором.

Если прогуляться от собора к реке, увидите один из пешеходных мостов Старого города (Grabensaal), мы же идем вниз по узким кривым улочкам, что спускаются под весьма сильным уклоном. Следующий за пешеходным — мост под названием Zahringen — арочный и очень живописный. Всего в Старом городе (согласно карте-схеме) 7 заслуживающих внимания мостов, и при желании можно совершить прогулку вдоль реки Sarine, чтобы увидеть все.

За собором река делает своеобразный изгиб, образуя полуостровок-язычок, именно там — самые живописные улочки, домики и фонтанчики. А еще там 2 исторических фонтана (фонтаны 6,7), монастырь августинцев (13 век), в котором два потрясающей красоты боковых алтаря (17 век, мастерская Рейфа), и музей марионеток. Отсюда также открываются очень живописные виды — арочный мост и противоположный берег со старинными воротами и башней. Переправившись на ту сторону через Бернский мост, обнаруживаем, что ворот 13 века там аж целых две шутки — Бернские и Gotteron (вероятно, имя собственное), сохранился и кусочек городской стены, а башня (14 век) носит название Кошачьей! Интересно, почему? Тут же, на площади — фонтан 8. На обратном пути муж поднимает голову на мосту (он деревянный, с островерхой черепичной крышей), и хохочет — под самым потолком висит… огромная летучая мышь! Муляж, конечно, но так неожиданно и забавно!

Местная река полноводная и мутная, неопределенного серого цвета, но берега не затапливает, как — забегая вперед — в Берне или Интерлакене. С «язычкового» полуострова мы через Средний мост (Middle Bridge) опять переходим реку, не забыв, однако, сфотографировать в витрине музея марионеток забавных поросяток с фартучках. Высоко над головой — неприступная скала с башенкой-часовней высоко-высоко. «Даже и не думай — мы туда не полезем!» — строго заявляю я мужу, видя, как у него загораются глазки, но могла ли я тогда предполагать, что через какой-то час с небольшим мы с высоты этой скалы будем любоваться красотами города?!

А сейчас мы топаем по улочке Karrweg, и вскоре видим перед собой большое желтое здание — то ли склада, то ли таможни — с полосатыми черно-белыми ставнями по всему фасаду. Откуда-то громко играет музыка, прямо-таки орет! Что это за шум, мы узнали, выйдя на площадь с фонтаном 9 в центре, на которой стоит две церкви: одна — более современная, с прозрачными дверями, откуда, собственно, слышится музыка, и за ней — вторая, 13 века — рыцарей-госпитальеров (там же в Средние века располагалась их штаб-квартира). В современной церкви оглушительно репетировал целый духовой оркестр — как положено, с дирижером, и все в желтых рубашках. А на площади перед церковью стоял мужчина в костюме и всех проезжающих-проходящих донимал вопросом «Марьяж?» Тех, кто соглашался, направлял в то самое складское здание. Было жутко любопытно, что происходит, но мы были настроены осмотреть еще пару монастырей, поэтому потопали опять в горку, но, как потом оказалось, самое интересное мы не пропустили!

Поднявшись наверх, с интересом осматриваем выставку детских рисунков при каком-то учреждении, проходим ворота Migrauge (14 век), теперь нужно спускаться! Причем спуск происходит вдоль серой каменной кладки стены явно средневекового вида, по булыжником выложенной дорожке, где ни души вокруг, и под таким углом, что проще бежать, ускоряясь, чем идти, что муж и делает, радостно подпрыгивая, как кузнечик. Дорожка упирается в загадочного назначения строения, где, потянув носом, понимаем, что вряд ли здесь живут не только монахи, но и вообще хоть кто-то — пахнет навозом. Весьма сильно пахнет. Судя еще по тому, что неподалеку стоит самая настоящая телега, это что-то вроде хозяйственных построек Цистерианского монастыря (13 век), к которому мы движемся. Оно подальше — за высокой крепкой стеной, но ворота открыты, и мы робко туда заходим. Никто не бросается и не гонит нас прочь — отлично, идем дальше. В окно кто-то смотрит, но кто — не разобрали. Мощеный дворик, цветы, высаженные прямо в деревянной колоде, узкая арка центрального входа, но просторные светлые окошки — скорее всего, это кельи. Обогнув здание справа, по засыпанной мелкими камешками дорожке идем к церкви, чей шпиль и розетка манили еще из-за ограды. Увы, церковь перегорожена высокой резной деревянной решеткой, и целиком осмотреть церковь не удалось — монастырь все-таки.

Возвращаемся к воротам, и теперь поднимаемся ко второму монастырю — Капуцинерскому (17 век). С этой дороги открываются изумительные виды города: готический шпиль кафедрального собора, краснокирпичные крыши, уютные улочки, вдоль дороги — изумительная изумрудная трака, а кое-где в загончиках лежат ленивые барашки… Монастырь закрыт для посещений, но мы не очень расстраиваемся — мы уже поняли, что скоро дойдем до той самой высокой точки с башней, куда и не чаяли взобраться! Вслед нам пыхтит еще парочка туристов, но мы ускоряемся, и уходим в отрыв, буквально взлетая на вершину холма! Потрясающее зрелище!! На горе стоят ворота Bourguillon (это часть оборонительных сооружений города, 14—15 век), и малюсенькая капелла Lorette (17 век), украшенная статуями по наружной стене. Боже мой, какой же отсюда вид на город!!! Казалось бы — чего красивого — беспорядочное нагромождение домиков, крыш, довольно кривых и бестолковых. А вот красиво так, что закачаешься!!! Я сажусь на скамейку на смотровой площадке и заявляю, что никуда отсюда не пойду. В этот самый момент во всех церквях города (или в окрестных, но эхо разносится очень звонко) начинают звонить колокола, и потрясающий звук плывет над городом…

Когда очень неохотно мы спускаемся вниз, к площади, где в церкви играл оркестр, оказывается, что мы как раз вовремя — тут начинается венчание, причем по всем правилам: жених уже внутри, а невеста в платье с длинным шлейфом готовится войти в церковь под руку с отцом. У церкви молодоженов ожидает старинный автомобильчик (как у Штрилица в моем любимом фильме), и толпа зевак — как праздношатающихся туристов, так и любопытствующих местных. Мы какое-то время тоже глазеем на свадьбу, а потом переходим мост Святого Джона, и попадаем в очередной старинный квартал с фонтанами 10 × 11 и церковью Провидения Господня (18 век). Ураа!

С этой площади вверх уходит фуникулер — для нас, как владельцев Swiss Pass, бесплатный проезд. Пока подтягивается народ, я воодушевленно рассказываю мужу (в сотый раз, наверное) про вагончик-фуникулер, на котором мы ездили в Ялте. Расскажу и вам.

«Это памятники тем, кто уже упал».

Году, кажется, в 1997м мы отдыхали месяц с родителями в Ялте. Вернее, в Массандре, в пансионате в 15 минутах ходьбы от Ялты, практически в Массандровском парке. Вид с балкона был — обалдеть: ялтинская бухта, где по ночам набережная загоралась яркими разноцветными огоньками; сосны парка под самыми окнами, откуда на балкон частенько запрыгивали белки; где-то внизу — «Ялта-Интурист»; и где-то вдалеке — кажется, даже Ай-Петри (ну или мне хотелось верить, что это Ай-Петри). Пляж у пансионата был собственный, с лежаками и навесами, и закрытый для посторонних. Более того, от пансионата к пляжу вела канатная дорога, по которой на стальных тросах катались два вагончика-маятника. Дабы в вагончики не проникли посторонние, для которых проезд был платный, и для соблюдения техники безопасности, каждый вагончик сопровождали веселая тетенька или дяденька, проверяющие курортные книжки и блокирующие двери во время движения. Первые недели две каждый такой спуск к пляжу был для меня настоящим приключением: в какой-то момент вагончик начинал почти отвесно падать вниз, и казалось, что мы летим. Забавно было наблюдать за теми, кто ехал в первый раз, и оглашал окрестности веселым визгом. Но речь не об этом.

 В один из дней приехали в наш пансионат гости из Москвы. Вернее, потом оказалось, что из Люберец, но опять же я не буду отклоняться от заданной темы. Глава семьи был чрезвычайно важен, и в первый рейс стал приставать к тетеньке. Первым вопросом было: «А как часто падают вагончики?» Вопрос был задан громогласно, народ занервничал, и в этот момент вагончик стал падать вниз. «Каждый день!» — задорно ответила тетка. «Аааа, кккаакк же…» — стал запинаться побледневший дядька. «А мы их поднимаем и снова вешаем», — пояснила тетка. Тут вагончик закончил «падать», и пошел плавно. Успокоившийся дядька предпринял очередную попытку допросить тетеньку, и спросил, указывая перстом на виноградники внизу: «А это что?» А виноградники были еще совсем молодыми и выглядели как большое поле, покрытое холмиками с воткнутыми посередке каждого холмика палками. «А это памятники тем, кто упал», — жизнеутверждающе ответила тетка. Больше я этого дядьку в вагончике не видела — то ли он ездил в другое время, то ли пешком ходил до пляжа.

Поднимаемся вверх — и ррраз — Средневековье резко заканчивается: дома современные, люди куда-то бегут, другой мир, в общем. А в это самое время в Старом городе старички тихо-мирно пьют чай на веранде у домиков…

Не торопитесь сразу на вокзал! В современной части есть очень своеобразный памятник под названием Фонтан Тингели. Когда мы ЭТО увидели, то потопали напрямик прямо по траве (впрочем, на ней валялось много народу), настолько необычное зрелище. Представьте себе небольшой круглый бассейн, в котором крутится, брызгаясь во все стороны, невероятная конструкция из колес, каких-то шестеренок, полос металла… Один из критиков даже назвал его «пламенем из железа и воды». Этот фонтан — памятник другу скульптора, гонщику, погибшему в автокатастрофе. Пока еще не знаешь, что за памятник, он кажется очень забавным, а вот когда читаешь историю его создания на табличке внизу, становится очень и очень печально…

Берн

Старый город Берна — одно из самых красивых мест, увиденным нами, и поэтому не зря он входит во 

Всемирные памятники культурного и природного наследия ЮНЕСКО в Швейцарии

Всего их 5: старый город Берна, аббатство в Санкт-Галлене, бенедиктинский монастырь Св. Иоанна Крестителя в Мюстаире, и три замка Беллинзоны. В 2001 г. к ним прибавился альпийский регион Юнгфрау — Алетч — Бичхорн.

Самый первый памятник, занесенный в этот список (1983 г.) — монастырь Св. Иоанна Крестителя в Мюстаире, в километре от итальянской границы, в долине в центре Гризон. В хорошо сохранившемся монастыре, построенном в 785 г. н.э. Карлом Великим, по сей день живут бенедиктинцы. Стены монастыря покрыты серией живописных Каролингских фресок, написанных приблизительно в 800 году н.э., и лепных и фресковых работ романских времен. Туда мы постараемся попасть этим летом (2006 года) — планируем поехать по северной части Италии.

Монастырь в Санкт-Галлене хранит в своей библиотеке барокко драгоценные манускрипты, включая самый первый из известных архитектурный план на пергаменте. Туда мы поехали уже из Цюриха.

Юнгфрау-Алетч-Бичхорн, часть кантона Вале, вокруг длиннейшего ледника в Европе, стала первым природным альпийским регионом в мире под охраной ЮНЕСКО. Из 538 кв. км, находящихся под охраной ЮНЕСКО, более 400 кв. км красивейших пейзажей — в Вале. Этот чудесный регион мы «не осилили», но приняли решение — приехать еще раз в Швейцарию, но программой следующей поездки сделать именно прогулки по горам — Юнгфрау, Маттерхорну, не оставить в стороне и восточную часть гор.

Три замка Беллинзоны — это просто песня в камне! Построенные в средние века для защиты перевала, эти грозные замки до сих пор потрясают величием замысла! Беллинзону мы посетили, когда отдыхали на озере Маджоре в Лугано, и про них я напишу в свое время.

Основанный в 12 веке на холме, окруженном рекой Ааре, Берн стал столицей Швейцарии в 1848 году. Сооружения в старом городе датируются разными периодами, включая аркады и фонтаны 16 века. Большая часть средневекового города была обновлена в 18 веке, но его изначальный вид был сохранен, и мы смогли в полной мере им насладиться.

Кстати, искреннее не понимаю, отчего в этот заветный список не внесены Старые города Фрибурга и Сьона — они ничем не хуже!!

Итак, мы возвращаемся из Фрибурга и устремляемся на взятие Берна!

Символ Берна, как вы знаете, медведь. Легенда гласит, что местный сеньор герцог Церинген в 1191 г. был так расстроен неудачной охотой (или несварением желудка, с их-то средневековым питанием), что дал зарок — построить город и назвать его в честь того зверя, которого встретит первым. Им оказался медведь. Страшно подумать, как бы мог называться город, если бы герцогу попалось что-то менее благозвучное. Медведь встретился — надо строить город, тем более что к тому моменту вокруг замка Нидегг в вековом дубовом лесу стал селиться рабочий люд — времена были неспокойные, а тут было относительно тихо. Из леса и был построен первый Берн, целиком умещавшийся в пределах крепостной стены, воротами города тогда была Часовая башня.

Если начинать осмотр города от центрального железнодорожного вокзала, то самым древним сооружением здесь являются остатки городских ворот Святого Кристофера (12 век), их можно увидеть в подземном переходе к трамваям от вокзала, самые большие и хорошо сохранившиеся куски — у выхода на перрон трамвая 3, там же на стене — старинный план города, история ворот, старинные гравюры, изображающие город, и статуя самого святого. Эти ворота были снесены в 1865 году с согласия всех жителей Берна, т. к. они мешали прокладке дороги. Как быстро рос город! Всего в 1191 г. основали, и за какие-то 9 лет он разросся от Часовых ворот до этой площади!

У самого вокзала — церковь Святого Духа (18 век), от нее мы движемся по Шпитальгассе в Старую часть города. Следующей башней — городскими воротами является Тюремная башня на Беренплац, слева от нее за домиками прячется Голландская — белая, с вершинкой в стиле фахверк и яркой геранью в окошках — первая курилка Швейцарии: уже в то время швейцарцы ценились как прекрасные наемники, и, придя после службы домой, они привозили с собой и пагубную привычку к курению. У нас за передовые веяния в быту давали титулы, у них — бОшки рубили, поэтому курильщики прятались в башне и дымили всласть. Странно — неужели запаха оттуда не доносилось?:)

Влево от Тюремных ворот — Бундесплац, где гордо высится тяжеловесный Дворец федерального правительства (19 век), очень напомнивший нам палаццо Питти во Флоренции. К нему мы подойдем позже, и полюбуемся и на его величественный фасад, и на удивительные фонтаны.

За Тюремной башней (воротами) начинается улица Марктгассе — наверное, тут когда-то у городских стен шумел рынок. Теперь это одна из центральных улиц Старого города, на которой мы насчитали целых 11 фонтанов 16 века! И во Фрибурге было 11, наверное, это число что-то значит в средневековой архитектуре. Фонтаны довольно просты в исполнении — витые бежевые столбики с раскрашенной фигуркой наверху, окруженные цветами, чаще всего — геранью. Самый известный из всех 11 и самый, пожалуй, провокационный — фонтан «Людоед», что слева от Часовой башни — свирепый дядька трескает младенцев. Примечательно, что воду из всех фонтанов в Швейцарии можно совершенно безбоязненно пить. Она очень чистая и вкусная, как и в Риме, и в тех городах, где сохранился еще римский водопровод.

За «Людоедом» — городской театр, мы обошли его кругом, но не стремясь приобщиться к прекрасному, а с целью найти Французскую церковь 13 века, выстроенную в стиле «пламенная готика» (так утверждает путеводитель). На самом деле с одной стороны церковь довольно обычная — изогнутый барочный фасад в бело-охряных тонах, с другой — с высоченными стенами, длинными узкими окнами и черепичной крышей. Нет, это не пламенная готика. Или готика, только несколько блекнущая перед истинной пламенной готикой церкви Святой Анны в Вильнюсе! Рядом прямо на булыжнике мостовой выбиты какие-то имена, интересно было бы узнать, что это значит…

Отсюда мы возвращаемся к Часовой башне. Как я уже писала выше, это и есть первые крепостные ворота Берна. Часы со знаками зодиака и фазами луны были установлены на ней позже, в 1405 году, в 16 веке на них были установлены фигурки и куранты. Ко времени, когда часы начинают отбивать час, собирается довольно внушительная толпа, которая с замиранием сердца следит за фигурками-стрелками. Когда мы увидели это в самый первый раз, подошла русская группа, у многих в руках был тот же самый путеводитель, что и у нас — «Ле Пти Фюте». В тексте путеводителя детально расписано, что за чем следует — музыка, фигурки, петух… Завершает все это действо, судя по тексту, замирание золоченых фигурок. Мы дожидаемся и собираемся уходить. Так же поступают и соотечественники. Но нас с мужем остановил какой-то местный старичок и сказал, что еще не все. Отвел чуть подальше, чтобы видно было все, что происходит на самой вершине. И действительно — мы чуть не пропустили, когда большая золоченая фигура на самом верху башни начинает бить в колокол! Как это можно было не описать???

Рядом с часами — старинная аптека (или хорошо «сделанная» под старинную«), в здании, где на углу красивый эркер. Напротив — еще один. Это два из 3х эркеров, что сохранились в городе. Третий был замечен на улочке, ведущей к собору, Мюнстергассе. Направо от часов уходит улочка Хотельгассе, по ней мы доходим до площади, где стоит известный концертный зал под названием Казино. Тут неподалеку единственный пятизвездный отель в городе — несмотря на то, что Берн — столица Швейцарии, наплыва чиновных лиц тут не наблюдается, более того, можно даже сказать, что Берн — тихий уютный провинциальный городок, в котором почти каждую улицу можно назвать Цветочной.

Единственное, что несколько омрачает неспешные вечерние прогулки по городу — так это рвение местных чинителей дорог: центральные улицы перекопаны, вывернуты наизнанку, основательно перегорожены. Спасают только торговые галереи на первых этажах домов — по ним можно проскочить.

От Казино до главного собора города ведет Мюнстергассе. На домах тут забавные окошки, фасады и даже смешная чертячья морда по левой стороне имеется! А вот к подходу к дому № 39 с правой стороны готовьтесь заранее: с крыши торчит хитрая зеленая труба, которая выплескивает изрядное количество воды прямо вам на голову — такая милая средневековая шутка. Ее можно узнать издалека по широкой доске — красные ладошки на зеленом фоне — над трубой.

На улочке Крамгассе, в которую переходит Марктгассе за Часовой башней, в доме 49, несколько лет жил и работал Альберт Эйнштейн. Там сейчас расположен музей, но туда мы не пошли.

Мюнстер (15 век) выглядит, как и положено всем протестантским храмам — внушительно, но без помпезности, снаружи его украшает только тонкая резьба по камню, которая у входа вообще является шедевром: разноцветные фигурки образуют потрясающий орнамент. Колокольня, как и подобает столичной церкви — самая высокая в стране — 100 метров, и при желании на нее можно залезть. Внутри тоже довольно просто: резные скамьи, цветные витражи, высокие своды. Собор работает до 17 часов, в воскресенье до 16.30. Подъем на башню — 4 франка, детям 2. 

На площади перед собором — фонтан-памятник Моисею — с забавными рожками-метелками. «Моисей — суровый седобородый старец с рогами на голове, который спускается со скалы среди громов и молний и сорок лет мучает перепуганных евреев, водя их по пустыне и карая налево и направо с помощью посоха за малейшее прегрешение. История рогов Моисея может быть образцом переводческого анекдота. Слово керен имеет в иврите два значения: луч и рог. Греческий переводчик, перепутав одно с другим, вместо „луч света исходил от лица его“ написал: „и рога над лицом его“. Именно в таком виде, в частности, изобразил своего Моисея знаменитый Микеланджело.»Ага, так и изобразил — статую эту можно лицезреть в римской церкви Сан-Пьетро-ин-Винколи.

Путеводитель утверждает, что сразу за собором — старое кладбище. Мы уже придали своему лицу надлежащее скорбное выражение, и вошли в ворота, но обнаружили… всего лишь парк со скамейками, тенистыми деревьями и потрясающими видами на город и реку Ааре. Наверное, кладбище тут было когда-то, причем очень давно. Неужели путеводитель настолько древен?:) Напоминаю, что он был подписан в печать 21.12.04 г. и все данные, по уверениям издателей, были проверены.

Из парка за собором вид открывается изумительный: речка вокруг города совершает петлю, и Старый город стоит, окруженный водой с трех сторон. Как раз в это время Швейцарию затопило, пострадал и Берн: из парка отлично было видно, как бурлит головокружительно внизу Ааре, но на волнорезе посреди стремительного течения стоит, защищая город, бурый мишка. К некоторым домам вода подошла совсем близко!

Обойдя парк, мы выходим на Юнкергассе, и очередной раз поражаемся тексту путеводителя: там рассказано, что со времени захвата города наполеоновскими войсками на этой улице сохранились названия улиц на немецком и французском, и нумерация там странная — одна сторона улицы помечена номерами на зеленых табличках, другая — на белых — так оккупанты «разделили» город. На этой улице вообще нет НИКАКИХ табличек. А вот двойное название мы-таки нашли — но только на одном доме.

Несмотря на то, что время еще не позднее, народу на улицах вообще нет, и никто не мешает нам насладиться росписью стен, забавными фонтанчиками, таинственными проходами к реке… В одном из домов все окошки и двери — разной формы, и выкрашены в красно-черную полоску, в другом — на стене силуэты идущих людей, любуясь всем этим, мы доходим до моста Нидегг. Никогда не думала, что наяву спокойная на вид речная вода может выглядеть так зловеще и страшно! В районе моста низинка, и первые этажи домов натоплены по самые окна! Из дворов торчат толстые красные шланги, и от реки слышен шум мощных насосов, которые откачивают воду из домов. Муж припоминает, что видел на днях в новостях, как из этих самых домов эвакуировали людей — вертолетами. Район окружен всякой техникой, движение там перекрыто, дорогу преграждают шлагбаумы, машины спасателей и полиции. Пропускали только тех, кто живет вверх по улице, и где дома пострадали не настолько, чтобы оттуда вывезли жителей, а когда я попыталась снять перекрытую улицу, ближайший ко мне полицейский замахал руками — нельзя!

За мостом — ров, где живут медведи, но мы даже смотреть не стали — жалко мишек. Мы немножко погуляли на той стороне реки, после чего перешли мост обратно. Прямо под мостом, кстати, частный дом, где большая дружная семья активно фуршетилась и жарила мяско на глазах у туристов, жадно вдыхающих запах самого настоящего шашлычка. Маленькие фуршетики мы видели также прямо на улицах Старого города — вынесли стойку с бокалами вина, и стоят-сидят, разговаривают о вечном. Здорово!

По старинной улочке мы доходим до Ратуши (15 век), она украшена многоцветными гербами, рядом -церковь Св. Петра и Павла, построенная в 1858 г. в готическом стиле как первый католический храм в городе со времен Реформации. Это, на мой взгляд, один из самых аутентичных уголков Старого города Берна.

Стемнело, и мы идем по боковым улочкам к Бундесплац, к Дворцу федерального правительства — тут концерт классической музыки, и весь район оригинально освещен. Фонтаны перед Дворцом мы увидели только на следующий день: гуляли вокруг, любовались видами города с, наверное, самой длинной скамейки в мире — метров 30. За Дворцом как раз стоит рельефный план (примерно как план на Вышеграде в Праге) гор, окружающих город. И вдруг слышим — странный шум, как будто воду льют, дабы увидеть, что там творится, пошли «на звук». Вышли перед Дворцом — никого, и ничего, пусто, только лужа посреди площади. Завернули за угол — опять шум! Вернулись обратно и стали ждать. И вдруг откуда-то из-под земли из маленьких дырочек забил фонтан! Причем чтобы снять его во всей красе, мне пришлось ловить момент почти полчаса: только я приготовлю фотоаппарат, вода скрывается и только слышно, как по подземным трубам журчит, сижу жду, объектив «засыпает» (примерно как мой капризный ноутбук), и тут вода коварно вырывается на свободу и устремляется вверх! Но я не сдавалась, уселась практически прямо на мостовую, и дождалась!

 В этот день мы решили перейти Кирхенфельдбрюкке, высоченный арочный стальной мост, что прямо за Дворцом федерального правительства. А надо сказать, что я очень, очень боюсь высоты, до дрожи в коленках, поэтому мы в поездках и не злоупотребляем подъемами на всякие высокие здания. Так вот, простой проход по этому мосту стал одним из самых сильных впечатлений — как я ни старалась не глядеть вниз, помогало плохо, до сих пор вспоминаю — поджилки трясутся.

Аналогичным сильным впечатлением, пожалуй, стал подъем на Домбае в 1989 году, особенно на таких креслицах, где мы сидели, свесив ножки, пристегнутые всего лишь непрочным ремешком! Интересно, так ли происходит подъем сейчас. И пока я это писала, вспомнила, что в Тебердинском заповеднике неподалеку от Домбая мне тоже было очень жалко бедных зверюшек, как и бернских мишек.

Тем не менее, я пытаюсь с собой бороться: например, году в 2002-м нас корпоративно вывезли на веревочные курсы куда-то на Рублевку. Для тех, кто не знает, что это такое, расскажу коротко: это что-то вроде игры нашего пионерского детства «Зарница», только посложнее, призванной сплотить большой коллектив. Народ (а нас было всего человек 80, т.к. основная часть коллег решила сплотиться в едином порыве «забить» на мероприятие) разбивается на группки, и выполняет всякие задания. Мы по очереди падали с высокого пенька спиной назад, а коллеги нас ловили (задание на доверие коллективу); бродили с закрытыми глазами по лабиринту, прыгали через бревна-тараны, пролезали через паутину, а вершиной всего был подъем на высоченную сосну, держась только за сучки, на малюсенькую площадку на самом верху дерева — только обе ноги поставить. С этой площадки полагалось прыгнуть с сосны, повиснув в прыжке на трапеции — почти как в цирке. Конечно, нас страховали два человека, тросами, которыми я была пристегнута за пояс, но, забравшись на самый верх и глянув вниз, я поняла, что ведь сейчас нужно прыгнуть! И прыгнула, и поймала трапецию (сама не помню, как), и уже болтая ногами в воздухе, когда трапецию стали опускать вниз, я поняла, что я это сделала.

Перейдя мост, мы попадаем в музейный квартал: слева от нас — бернская художественная галерея, слева — альпийский музей, по центру, за памятником объединению Швейцарской конфедерации — Бернский исторический музей, за которым чуть дальше — музей естественной истории и музей коммуникаций. Мы уделили внимание только Бернскому историческому музею, причем не его экспозиции, а тому, что происходило перед ним, во дворе.

А происходит там нечто совсем чудесное: пространство вокруг музея разбито по секторам — первобытный, греческий, римский, средневековый… В первобытном можно попытаться получить муку из зерен, растирая их каменными жерновами, добыть воду из колодца кожаным мешком; в греческом стоит модель Парфенона, на стенде рассказано, кто такие древние греки, чему человечество обязано им, и такую же модель Парфенона можно собрать из валяющихся тут же кусочков-кубиков, чем с удовольствием занимаются ребятишки. В римском секторе предложено собрать уже триумфальную арку — задание посложнее, т. к. кусочки должны удерживаться боковыми частями. Еще дальше — деревянный средневековый лифт, в котором катаются вверх-вниз несколько мальчишек; водяная мельница, которую крутит ручеек; таран, могущий сокрушать стены и ворота (я его тоже потолкала); в отдельном павильоне — настоящие средневековые колокола и колокольчики, и трогать их не рекомендуется.

За зданием музея чудеса продолжаются: тут можно попробовать испечь хлеб в средневековой печи, покормить пони, что грустно ходят за невысокой загородкой, а вот потом начинаются штуки посложнее: деткам и взрослым предлагается провести опыты с линзами, магнитами, маятниками, и даже попробовать полететь, как братья Райт! В общем, под вечер детишек там почти не осталось, а были только взрослые, которые все тискали и веселились.

Комментарий автора:С этой площади вверх уходит фуникулер — для нас, как владельцев Swiss Pass, бесплатный проезд. Пока подтягивается народ, я воодушевленно рассказываю мужу (в сотый раз, наверное) про вагончик-фуникулер, на котором мы ездили в Ялте. Расскажу и вам.

(c) www.talusha1.narod.ru

Статья разбита на нескольких частей. Читайте предыдущую часть, следующую часть

| 13.02.2006 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий