Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Швейцария >> Альпийский вояж, или галопом по Европам — 3 >> Страница 2


Забронируй отель в Швейцарии по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Альпийский вояж, или галопом по Европам — 3

Швейцария

Итак, Люцерн… Встали на якорь возле Центрального вокзала, посетили обменник (евро-франки) и двинули… Кстати, бумажные швейцарские денежки меня весьма порадовали. На банкноте в сто франков с одной стороны — синюшная морда какого-то мужика, не поддающаяся идентификации, с другой — шагающие инопланетяне «а-ля Сальвадор Дали». (Напомнили мне его слоников на стрекозиных ножках). На пятидесяти и десяти соответственно — картина «девушка-шахтер» (мадам в какой-то каске желтого цвета, причем желтая — мадам, а не каска), и мужчинка, у которого очки улетели на лоб, да там и остались в неестественном положении. На оборотной стороне — колористический абсурд, непонятная абстракция…
Прошу прощения, я снова отвлеклась 
Итак, Люцерн… ;) Едва автобус встал на стоянку, все сразу бросились фотографироваться на фоне потрясающей панорамы Озера Четырех Кантонов (или Вервальдштедского, как я стараюсь его называть, ибо при произношении первого названия вслух получается что-то не совсем благозвучное). Далее мы прошествовали по мосту Капельбрюкке, гордо носящего титул самого старого крытого моста в Европе, прогулялись по его собрату, но более поздней постройки и углубились в старый город.
Кстати, наслушавшись в России жутких ужастиков про катастрофические для Швейцарии последствия наводнения, затопившего пол-страны за полторы недели до нашего приезда, мы настроились соответственно, готовясь к лицезрению этих самых последствий. И теперь несказанно удивились, увидев, что низкий мостик стоит посреди достаточно бурного течения как ни в чем не бывало. По этому поводу я даже высказала Регине что-то вроде претензии — вот, блин, стоит ведь!
 — Он шесть с половиной веков стоит, — махнула рукой наша гид. — Правда, несколько лет назад кто-то бросил сигарету и половина моста сгорела, так что теперь курить на мосту запрещено…
Оставив нас в несколько озадаченном состоянии — выходит, нам подсовывают наполовину подделку? — Регина повела группу дальше…
Далее я с огромным удивлением узнала, что из всех фонтанов города оказывается, можно спокойно пить! Вот что было для меня шоком… Я тут же представила, что было бы со мной, надумай я попить водички из нашего главного городского фонтана в Тагиле, носящего романтичное название «Каменный Цветок». Не откачали бы…
Еще в автобусе, изучая распечатки из воспоминаний уже бывавших в этих краях туристов и просто интересных фактов о городах маршрута, мы с Юлькой узнали, что в Люцерне на улице Фуренгассе живет вредное привидение. Его вреднючесть проявляется в том, что если он в плохом настроении, или просто вы ему не понравитесь, то, проходя по этой улочке вы непременно запнетесь, или, может быть даже упадете. Самое интересное, что эта улочка сама буквально выскочила на нас после экскурсии. Видимо, призрак был настроен положительно, а может просто улетел на перерыв — время было обеденное, но улочку мы миновали благополучно…
Впоследствии часть нашей группы дружной толпой побежала затариваться швейцарскими часами, а мы не спеша прогулялись по набережной Озера Четырех Кантонов (Вервальдштедского, то бишь…) и прошлись еще раз по мосту Капельбрюкке. Я настаивала на непременном посещении монумента «Умирающий лев» (что-то такое, супержалостливое, что является одним из символов Люцерна), но, как выяснила Юлька, до него нужно было идти не меньше часа в гору, что само-собой отпадало — до автобуса оставалось меньше получаса.
Далее нам предстоял подъем на одну из самых известных вершин Швейцарских Альп — гору Пилатус. (Названную в честь Понтия Пилата, тело которого покоится по преданию именно там. Завидую, блин…) Поднимались на фуникулерах с двумя пересадками, сначала — в кабинках на четверых, затем на тридцать пять человек. Сели. Поехали. Поохали-поахали… Особенно порадовал момент на втором этапе подъема, когда кабинка проходит над гребнем горы. Только что земля была буквально в нескольких метрах под тобой, а через секунду уже распахивается пропасть! Визжала вся кабина — кто от ужаса, кто от восторга… Погода стояла изумительная, с горы открывался вид на всю Швейцарию и самые знаменитые вершины. Сначала я немного расстроилась — все до омерзения очеловечено, кругом проложены асфальтовые дорожки, и вокруг шатаются целые толпы разновозрастных туристов. Ну да ладно, красоту, которая открывается с 2200 метров ничем не испортишь! Но опять все бегом-галопом… Кстати, природа абсолютно наша, уральская. Горы и елки. Даже немного обидно стало — стоило ехать за тысячи километров от дома… Да нет, конечно же стоило!!!
Обратно спускались по самой крутой в мире зубчатой железной дороге, которая проложена с наклоном в сорок восемь градусов. Меня всю дорогу не покидало ощущение, что я нахожусь в каком-то парке аттракционов, типа Диснейленда, и при заезде в очередной тоннель поезд куда-нибудь провалится или начнет выделывать какие-либо петли. Какое-то все было… слишком уж красивое, неправдоподобно прилизанное и чистенькое. Подстриженная травка на склонах, цветочные поляны, над которыми явно поработал ландшафтный дизайнер, и виденное семейство горных коз, пасущихся в нескольких метрах от нашего вагончика только усилило это ощущение полного очеловечивания дикой природы. Парк, типа Скансена в Швеции…. Так что впечатление от Пилатуса осталось двоякое…
Мой вывод: Если бы туда забраться самому, с рюкзаком за плечами, поставить палатку, и сидеть у костерка, наслаждаясь моментом — это было бы супер! А так… «аттракционное» ощущение все испортило. Да, мило, да, красиво, но того восторга, который мог бы быть, не накатило…
На ночевку отправились в столицу Швейцарской конфедерации — Берн. Экскурсия, которую проводил наш русский парень, удачно женившийся на местной фрау, была несколько скомканная — мы опять торопились и бежали уже привычным резвым галопом. Так как уже вечерело, живого символа города — мишек, живущих в Медвежьей Яме мы не увидели, они уже отправились на боковую. Прошли по центру, мимо знаменитой башни с часами, нескольких соборов (названий не помню), миновали торговые улицы с магазинчиками-аркадами, и вышли к смотровой площадке, с которой открывается прекрасный вид на реку Аара и кварталы Берна. По дороге обратно прошли через одно прикольненькое местечко, суть «прикола» которого состоит в том, что периодически на всех проходящих мимо с крыши одного из домов льется холодный душ. Как устроено, зачем, с какой целью — неизвестно. Так, местная экзотика… Нечто подобное есть и на площади у ратуши. Идешь себе спокойненько, никого не трогаешь, и вдруг у тебя из-под ног начинает бить струя, и ты чувствуешь себя большой, пропитанной водой губкой! Забавные люди — жители Берна…
На этот раз нам повезло в том, что поселили нас в гостинице «Метрополь» в самом центре города, «центрее» уже некуда. Воспользовавшись выгодным географическим положением нашего отеля мы задержались только на сорок минут, чтобы зарядить окончательно сдохшие аккумуляторы в камерах и двинули в город по-новой, имея перед собой главную цель — попробовать национальное швейцарское блюдо под названием фондю.
Еще один мой вывод — хотите заниматься процветающим бизнесом — купите ресторан в центре Берна. Уверена, такое вложение капитала себя оправдает. Десятки жаждущих отведать хлебушка, обмакнутого (или обмаканного?) в расплавленный сыр осаждали заведение, официанты носились, как зайчики-энерджайзеры, мест не было в принципе. К счастью, мы наткнулись на группу наших спутниц-бабушек и органично влились за их столик, успев всучить официанту еще один заказ. Причем долго объясняли, что на один заказ нам надо две тарелки, и два бокала белого сухого вина. Объяснили, утрясли финальную стоимость (чтобы без сюрпризов) и приготовились наслаждаться моментом. Для начала за наш стол водрузили непонятный гидрид примуса-керосинки, потом поставили сверху тазик с расплавленным сыром, а рядом — корзинку с кусочками белого хлеба. Далее начались проблемы… Сыр кипел, булькал и пузырился, пламя в керосинке регулироваться не хотело, поэтому пришлось ускоренным темпов, пока наше семисотрублевое кушанье не пригорело окончательно, обмакивать хлеб в сыр и кидать кусочки на тарелку, чтобы съесть уже позднее.
 — Теперь ясно, почему здесь так долго обслуживают, — я отодвинула неаппетитную кастрюльку с налипшей черной коркой подгорелого сыра подальше, — пока-то они отскребут все это, чтобы подать по-новой
Наконец, нас избавили от пригоревшего примуса и мы стали наслаждаться фондю, правда, к этому времени, уже слегка подостывшим… И, разумеется, подняли бокалы — за нас, за вояж, и за любовь — левой рукой и до дна…
Преисполненные эмоций после знакомства с местной кухней мы еще раз обошли вечерний центр города и двинулись к Часовой башне, где каждый час происходит представление двигающихся фигурок, что-то там показывающих… Как мы ждали этого, как торопились!
 — Над нами круто прикололись, — резюмировали мы после просмотра сего действа. Может, в пятнадцатом веке это и было супершоу, но в двадцать первом как-то не смотрится…
Побродили по вечернему (или уже ночному Берну), с удовольствием полюбовались на здания в красивейшей подсветке и вернулись в отель, поставив будильник на пять утра — пробежаться по Берну утреннему, о чем предварительно договорились с одной из девушек…

Проехали за день — всего ничего, где-то около двухсот километров.
Спали — всего ничего, четыре с половиной часа…


Сутки 9. Берн — Грюйер — Шильонский замок — Монтрё — Лозанна — Женева — Берн

- О, похоже к вам в магазин завезли хороший сыр?
 — Нет, это наш грузчик снял ботинки…

(Неаппетитный анекдот)

Еще ни разу раннее вставание не давалось нам с таким трудом. Было ощущение, что за ночь я буквально срослась с кроватью и приходилось себя мучительно выколупывать из теплого уютного гнездышка. Глаза не раскрывались вообще. Если бы мы не договорились с вечера с Олей, и не мучивший совесть факт, что из-за нас человек будет вынужден встать в несусветную рань, а потом тащиться обратно в номер досыпать, мы бы забили на утренний променад и проспали бы еще пару часиков. Но и у меня и у тезки совесть имелась, поэтому проклиная все на свете, зевая и натыкаясь друг на друга, стулья и раковину (нам достался весьма оригинальный номер «гостиничного типа», где умывальник была расположен в комнате рядом с кроватями), мы кое-как оделись и выползли из отеля.
Еще не рассвело, было темно и зябко, утренний Берн мало чем отличался от ночного — только народу на улицах практически не было. Но тут судьба решила вознаградить нас за упорство — едва мы выбрались на задворки отеля, как сразу же наткнулись на потрясающий фонтан, который мы заприметили еще вчера из окна автобуса, и который собирались долго и упорно искать. Фонтан представлял собой покрытую мхом и лишайниками, увитую зеленью внушительную колонну, но так как в темноте он смотрелся весьма невыигрышно, мы решили забежать к нему для фотосессии на обратном пути, а сами двинулись вперед — к реке Ааре.
Миновав несколько абсолютно пустынных улочек, мы вышли к арочному мосту Нидегг, проложенному над ушельем, на дне которого и течет река. Как она смогла затопить город во время наводнения — не представляю. На небольшой площади рядом с мостом нами был обнаружен памятник четырем медведям, сфотографировать который толком не удалось из-за плохого освещения и отсутствия подсветки. А жаль… Я все-таки попыталась запечатлеть момент, пристроившись к медведю сзади и обняв его за шею. Позднее, когда я хвасталась уже напечатанными фотографиями, два человека меня спросили — за какие грехи я собираюсь задушить бедного мишутку…
Затем мы снова прошли вперед по главной улице (кажется, она называется Маркетгассе), мимо жутковатого фонтана, увенчанного фигурой людоеда, пожирающего младенцев, мимо Часовой Башни, прогулялись по начинающему оживать центру и двинули к нашему отелю, тем более, что нужно было успеть еще сфотографировать фонтан на задворках. Сверху лилась ледяная водичка, и пока мы втроем прыгали вокруг, пытаясь определить ракус, показывающий фонтан с наилучшей точки и при этом не вымокнуть окончательно, к нам подошел еще один любитель утренних прогулок — мужчина с видеокамерой и через Юльку, исполняющей привычную роль переводчика попросил девушек изобразить сцену «Купание нимф».
 — За бесплатно раздеваться не буду и под холодный душ не полезу! — возмутилась  я. Но такие крайности не потребовались, мы просто встали в эффектных позах рядом с колонной и довольный фотограф убрался с кучей благодарностей. Ну, а мы поспешили на завтрак, оказавшийся неожиданно вкусным и обильным…
Так как мы оставались в Берне еще на одну ночь, можно было ехать налегке, без возни с багажом. Радовала и предстоящая нам сегодня программа — городок Грюйер, мекка гурманов, где производят знаменитый сыр, далее — поездка в воспетый Байроном Шильонский замок, посещение городка Монтре — жемчужины Швейцарской Ривьеры, переезд (или переплыв) по Женевскому Озеру в Лозанну, и на десерт — Женева.
До городка (а точнее деревеньки с одной улицей) под названием Грюйер мы домчались за сорок с чем-то минут, с остановкой по дороге в удивительно красивом местечке на трассе — горы, горы, горы и пасущиеся белые лошадки под боком.
 — Вайййй!!! — вякнула я, но не от захватившей дух красоты, а от того, что схватилась
за проволоку, огораживающую эту идиллию от трассы — шибануло не слабо! Кажется, даже волосы слегка встали дыбом. Предупреждать же надо!!! Ладно, хоть напряжение небольшое…
 В Грюйере Регина подвела нас к магазинчику, где все дружно бросились скупать знаменитый местный сыр, а заодно и вино с шоколадом. Кстати, швейцарское вино на экспорт в Россию не поступает вообще. Виноделы не хотят терять свою марку, понимая, что до России может дойти что-то абсолютно неудобоваримое. Нам предложили дегустацию, и я купила то, что мне наименее не понравилось. Вкус у этого сыра был, как говорится, специфический… Видимо, я не гурман и всей прелести швейцарского сыра оценить не способна. Кстати, раз уж зашла речь, закончу с сырной эпопеей, дабы не забыть написать потом. Хоть нам и закатали наши куски в вакуумную упаковку, каким-то непостижимым образом этим сыром у меня провонялось все — одежда, сумка, даже шоколад. Сначала как-то было не заметно, а вот в поезде, вытащив сумку, в которой лежал этот самый сыр, и сунув туда нос я даже слегка закашлялось и в носу засвербило. В полном недоумении, еще не догадываясь об истинном источнике запаха я перенюхала все самые подозрительные вещи, но так как благоухало абсолютно все, установить первоисточник было невозможно. Помните, у Джером-Джерома описывается путешествие с сыром? Вот и у меня получилось примерно то же самое. Правда, соседи от меня не шарахались, и вряд ли даже что-то унюхали, но мне этого было и не надо.
Поэтому я быстренько запрятала сумку на самый низ, и не открывала ее до приезда домой. Сейчас эта сумка лежит на балконе уже вторую неделю — проветривается.
Что же касается потребления сыра… Я угощала им всех, кого можно и нельзя, но люди говорили: «О, да-а-ааа… Необычно…» и от добавки отказывались. Небольшой кусок на данный момент так и валяется в холодильнике. Приходите в гости!!! ;)))))))))
Гуляя по Грюйеру мы обнаружили совершенно потрясающее местечко, с которого открывалась такой красоты панорама, что ни в сказке, ни пером… Это надо видеть, здесь мой эпос бессилен, увы…
Кстати, с Грюйром было связано еще несколько забавных моментов. Мое внимание привлекло скульптурное изображение Чужого (да, да, из одноименного фильма), украшающее фасад дома. Подойдя поближе, я с немалым удивлением увидела табличку, извещавшую, что здесь находится Музей Естественной Истории. Видимо, появление Чужих в Швейцарских Альпах вполне обыденное явление…
 — Блин, какая красотищщща! — вздохнула я, фотографируясь у арки на главной улице, полностью увитой плющом с ярко-красными цветами. Живут же люди… Наверное, это жилище какого-нибудь местного авторитета — простых людей здесь явно не росло… Зайдя немного вглубь арки, я уткнулась в табличку, извещавшую о том, что здесь находится «WC», который, явно для того, чтобы добить меня окончательно, оказался общественным и бесплатным… Романтический момент был похерен, но большой вам товарищи «Gruize» за заботу о человеке…
 В Шильонском замке нашим экскурсоводом решил поработать Сан Саныч. Он всего лишь читал путеводитель, но зато КАК читал!!! Мы ухохатывались. Начали обзор мы с замковых подземелий, где располагалась тюрьма. На балке болталась веревка с петлей, что меня несколько удивило — я считала, что вешали людей обычно на улице, причем желательно на площади ;))) А еще там стоял столб с железным кольцом, где и держали прикованным знаменитого Шильонского узника на протяжении не помню скольки лет.
 — Интересно, за что же его приковывали? — удивилась  я. Не за ноги, так как кольцо находилось на уровне моей груди, и не за руки, так как имело диаметр с небольшой арбуз.
 — Может, за шею? — высказал безжалостное предположение Сан Саныч. Я тут же попыталась просунуть в кольцо голову — не прошла. Может, и правда за шею, но тогда получалось, что бедный Боливар (ну, который тот самый узник) вынужден был стоять в полуприседе все семнадцать, или сколько там лет… Палачи-извращенцы!
Вскоре мы вынуждены были убежать вперед, так как время поджимало, а половина помещений оставалась неосмотренной. Сам замок мне весьма импонировал — в нем не было той вычурной помпезности, которая бросается в глаза при осмотре французских или баварских собратьев. Это было действительно настоящее средневековье — грубо, мрачно, слегка примитивно. Массивная дубовая мебель, узкие окна-бойницы, стены из каменной кладки тринадцатого века, хранящие память и о мрачном средневековье, и о куртуазных веках расцвета французской монархии, и наверняка переживущие и наше технократичное время… Затем я наткнулась на лестницу, уводящую куда-то далеко ввысь, и, недолго думая, потащила Юльку наверх, невзирая на ее протесты. Лезли долго, так как на узеньких деревянных лестницах было весьма напряженное встречное движение. Понаехало туристов, мать-перемать… ;)))))) Лезли, лезли, и лезли… Наконец выбрались в абсолютно пустую комнату в башне, откуда открывался вид на Женевское озеро. На обзор затратили минуту, еще десять спускались обратно, к автобусу неслись рысью. Но зато можем гордо заявить, что в Шильонском замке неосмотренных нами мест не осталось, облазили все — от подземелий до крыши.
Хотя Лозанна и не входила в изначальную программу тура, Регина предложила желающим (коими оказалась вся группа) совершить туда прогулку на кораблике, так что свободное время пребывания в жемчужине Швейцарской Ривьеры — Монтрё было привычно сведено к минимуму. Мы промчались по набережной от отеля, в котором проживал Владимир Набоков, и памятник которому стоит у входа, до еще одного памятника — Фредди Меркьюри (так же ценившему этот городок) и обратно. Кстати, сначала памятник автору «Лолиты» стоял в холле пятизвездного отеля, но потом хозяева определили ему место снаружи — уж больно много русских перлось поглазеть на знаменитого земляка, а тамошних постояльцев это явно напрягало. Так же в Монтре очень любит отдыхать наш первый президент Михал Сергеич. Говорят, делает себе здесь омолаживающие уколы. Вот вырасту, заработаю много денег, и на старости лет тоже переберусь на Швейцарскую Ривьеру — омолаживаться.
Плыть от Монтрё до Лозанны предстояло полтора часа. Полчаса мы восторженно упивались местными красотами, потом стало уже скучновато. Зажрались )))) Сидели мы на носу, наш катер шел с хорошей скоростью, погода была не то, чтобы жаркая, так что народ скоро начал утепляться — Юлька нацепила банданку, а наша бабушка напротив повязала платочек. Исторический кадр — «две Маруськи на Женевском рейде» напрашивался сам собой. Юлька завязала банданку под подбородком, а я забрала платочек у соседки. Антураж для выступления русского народного уральско-кубанского хора был готов.
 — Парней так много холостых! А я люблю женатого-о-о-о-оооо!!! — наш дуэт удался на славу! Его оценила не только наша группа, но и весь многонациональный состав катера. По-крайней мере, аплодисменты были громкими…
У пристани Лозанны Регина продемонстрировала нам цветочные часы — плагиат со знаменитых женевских. И вот ведь удивительно- никто цвета не выкопал, стрелки не отломал, механизм не вырыл и на цветмет не сдал. Цивилизация, блин…

Лозанну толком мы осмотреть не успели ))))))) Единственное, что могу сказать точно — там расположен МОК — Международный Олимпийский Комитет. Желающим предлагалось посещение Олимпийского Музея, нежелающие гуляли по паркам и набережным. Всюду разноцветные колечки — на клумбах, флагах, фасадах домов, фонтанах… И скульптуры, символизирующе разные виды спорта.
Наши мужчины ухитрились даже окунуться в Женевское озеро, вызвав у меня острый приступ зависти.
 — Почему ты не напомнила мне, чтобы я утром надела купальник? — надулась я на Юльку.
 — Я говорила «возьми купальник», — обиделась Юлька.
 — «Возьми», и «надень» — вещи разные — продолжала бурчать я, в который раз пожалев, что не родилась мужиком. Хорошо им — снял штаны, влез в озеро… Мне же пришлось ограничиться только брожением по мелководью в закатанных штанах, с попутным распугиванием жирных обнаглевших лебедей.
 В Женеву — столицу всех международных организаций, начиная от ООН и заканчивая Международным Центром изучения проблем СПИДа, мы прибыли уже ближе к вечеру. Проявила себя переменчивая альпийская погода — резко похолодало, спряталось солнце и подул ветер. Возможно поэтому лично мне Женева показалась какой-то серой и малоуютной. Ну, административные здания, ну фонтан… Нечего там особо смотреть. И, хотя наш приглашенный гид Катя очень старалась, этим городом я не прониклась.
 — Обратите внимание, справа — парки ООН. Там вы могли бы увидеть множество павлинов, которые расхаживают по территории и не только.В штате состоит даже специально обученный человек, который отлавливает удравших за пределы парка птиц и доставляет обратно по месту прописки… Посмотрите налево, здание Международного Гидрометеорологического Центра интересно тем, что одна его стена состоит из солнечных батарей, никаких внешних энергоресурсов оно не потребляет, полностью автономно… Далее — ВТК, всемирный Торговый Комитет, куда так рвется вступить Россия…
И так далее, и тому подобное. Вскоре нас высадили на площади, автобус занял место на стоянке, а мы отправились на пешеходную экскурсию. Сначала я думала, что это мой персональный глюк — Мавзолей, украшавший площадь вызвал стойкую ассоциацию с аналогичным в Вероне. Ан нет, оказалось — жил когда-то чудак-человек, некий миллионер-шизофреник, который завещал все свое состояние городу с одним лишь условием, чтобы отстроили ему Мавзолей, как у… тьфу, не у Ленина конечно, а у династии Скалигеров, что мирно покоятся в той самой Вероне. Так что честь и хвала моей наблюдательности. По мосту Монблан (в честь той самой вершины, что видна с этого моста в ясную погоду), мы переправились в Старый город. Ничего такого супервыдающегося мне там не запомнилось — так, отдельно взятые приколы. Высокочтимое среди местного населения дерево-каштан, по которому определяют приход весны — каждое утро, ближе к этому времени года какое-то чиновничье лицо забирается на него и тщательно изучает на предмет появления первого листика. Как увидит — ура, весна идет, весне дорогу, все гуляют. Или памятник местному дипломату — большому другу Дюка Ришелье, который (дипломат, а не Дюк) оттяпал у Франции смачный кусман земли в четыре километра. Проделано это было для того, чтобы Женева, имевшая на тот момент (какой по времени — не помню, сорри) статус вольного города, могла отойти к Швейцарии. Проблемка заключалась в том, что общих границ с Швейцарией город не имел, для чего и был отспорен вышеупомянутый кусок. Кстати, в настоящее время Франция начинается сразу за городской чертой. ИМХО (по моему скромному мнению), местные жители легко отделались (одним скромным памятником), за такое благодеяние могли бы и что-нибудь покруче забацать- ведь жизненный уровень в Швейцарии самый высокий в Европе, и лишь немногие счастливчики из Франции могут ездить сюда на работу.
После экскурсии нашу группу повторно повели в магазин за швейцарскими (надеюсь, швейцарскими) часами. У меня подобные ходики имелись, очень дорогие и крутые, которые до поездки благополучно тикали целых пять лет. По дороге домой я сначала заметила, что они стали по-тихоньку отставать, а через день по приезде в Тагил и вовсе благополучно встали — видать затосковали по исторической родине. Ремонт обошелся в весьма круглую сумму (видать, сделали накидку на марку), и на мой вопрос — что же с ними такого приключилось, и отчего часовщик лишь неопределенно пожал плечами. Кстати, подобный феномен был описан и в распечатке, которую мне перед поездкой дала Света. Но у той девушки часы (тоже швейцарские), хоть и объявили временную забастовку, потом все же опомнились, устыдились и пошли дальше. Просто начинаешь верить во всякую чертовщину после таких фортелей — может, такие вещи и впрямь немного одушевленные?
И еще небольшое лирическое отступление. Юлька не преминула поинтересоваться — можно ли ей, простому российскому гражданину (то бишь гражданке) взять и открыть счет в любом понравившемся швейцарском банке?
 — Пожалуйста, — пожала плечами Катя, — Легко. Только сумма вклада должна быть не меньше ста тысяч евро…
На этой оптимистической ноте я заканчиваю рассказ об этом перенаполненном событиями и впечатлениями дне. Завершающим аккордом было то, что в этой сверхблагополучной и цивилизованной Женеве у одного из наших водителей благополучно свистнули лежащий в салоне телефон, пока он стоял где-то рядом с автобусом. Вот так, Швейцария-Швейцарией, а варежку не разевай…
Ни о каких ночных прогулках мы в тот день даже не думали, а просто мертво рухнули на койки сразу по приезде. Завтра нам предстоял последний день на швейцарской земле, мимолетное знакомство с княжеством Лихтенштейн, и ночевка в горячо любимом мной Инсбруке.

Проехали за день: Практически по всей Швейцарии, примерно 350 км. 
Спала: Четыре часа и встала с трудом.


Сутки 10. Берн — Цюрих — Шаффхаузен — Рейнский водопад — Княжество Лихтенштейн — Инсбрук

Рейнский водопад расположен в теснине, сложенной юрскими известняками. Высота 24 м, ширина 150 м. Объект туризма.
(Справочник «Реки, озера, водопады»)

А нынче годовщина, и мы ее отметим…
(М. Щербаков)

Сейчас, сидя за компьютером и вспоминая что-либо, связанное с утром десятых суток моего вояжа, я с некоторым удивлением должна констатировать, что не помню практически ничего. Или я была несколько неадекватна от недосыпа, или же действительно не произошло ничего, сколько-нибудь заслуживающего внимания. Поэтому свой рассказ я продолжу непосредственно с Цюриха — последнего швейцарского города, который нам предстояло посетить. Первое, что всплывает у меня в памяти, связанное с Цюрихом — это туалеты. Грабительские туалеты на вокзале за два франка. Вот вы бы, дорогие читатели, пошли бы в подобное заведение за пятьдесят рублей? Да, да, понимаю, что иногда и стольник отдашь с радостью, но это был не тот случай, поэтому громкогласно повозмущавшись, наша группа в полном составе развернулась на сто восемьдесят градусов и отправилась на экскурсию по городу. Если бы меня сейчас спросили, с чем у меня ассоциируется Цюрих, я бы не задумываясь ответила — с медведями! Большими медведями, маленькими медведями, однотонными медведями, раскрашенными медведями, авангардными и сюрреалистическими медведями… Медведи стояли на улицах в количестве, намного превосходящем любые пределы здравого смысла. В основном это были раскрашенные на разные лады скульптуры на улицах — вроде коров в Женеве или человечков-водоносов в Гамбурге. Еще десятки представителей медвежьего племени теснились в витринах сувенирных магазинов, смотрели на меня с открыток и оберток шоколада…
 — Ой, какой мишка! — Юлька галопом неслась к очередному выдающемуся экземпляру, я не отставала.
 — А ты этого зацени! Медведь-аквалангист!
 — А вон мишка в свадебном платье! Прикол…
 — Это медведица…
 — Да ты на этого посмотри!!! Однорукий медведь-инвалид!!!
 — А где наша группа???
Примерно таким образом мы и продвигались по Банхофштрассе. В очередной раз мы догнали свою группу только у собора Фраумюнстер. Кстати, жители Швейцарии поддерживали протестантизм, как следствие, внутреннее убранство местных соборов было весьма аскетично. Вот здесь у меня опять начинается путаница в голове. Вроде бы именно там, в подземной крипте мы видели очень странную, ни на что не похожую, не характерную для средневековья скульптуру — король в полуприседе с громадным мечом-двуручником в руках. Кто такой, зачем, почему — не помню… Медведи перешибли все воспоминания, поэтому вдаваться в какие-то географически-исторические подробности жизни этого города банкиров я не буду — сорри за краткость. Ах, да, могу рассказать еще о хлебе насущном — то бишь шоколаде, вине, чае и прочих вкусностях. Их мы закупили в гипермаркете «Соор» на набережной Цюрихского озера по дико смешным ценам. Этот магазин, собственно, и съел все наше свободное время, которое нам предоставили для осмотра города. Зато подарками и сувенирами мы обеспечили и себя, и своих друзей-родственников-знакомых (а Юлька, судя по количеству пакетов, коими она была увешана, как новогодняя елка, еще и пол-Крымска)… Уже в автобусе мы пересчитали — кто и сколько плиток шоколада везет — у меня получилось двадцать пять, ук Юльки — тридцать восемь. «Счастье для всех, и пусть никто не уйдет обиженным!»…
Погода, похоже, решила, что побаловала нас достаточно и спохватилась, завесив небо плотной пеленой облаков. Дождь, видимо, только и выжидал подходящего момента, чтобы обрушиться на наши головы — и дождался. На Рейнском водопаде, что у городка Шаффхаузен мы с Юлькой решили перехитрить всех и сами пали жертвой своей продуманности. Вход на самый широкий водопад в Европе вел через сувенирную лавочку, через которую наша группа пронеслась галопом и ломанулась дальше.
 — Стой, подожди, — Юлька ухватила меня за локоть. — Давай сейчас купим сувенирчики, а то потом, на обратном пути наши устроят толкучку…
 — Точно! — я оценила дельную мысль, мы не спеша купили открытки и еще какую-то несерьезную мелочевку и двинули в сторону ревущей и пенящейся водной массы. Ну, что сказать… Может, я слишком придирчива, но… Ну, вода. Ну, много. Ну, мокро. Ну, народу куча… Мне всегда при слове «водопад» представлялась этакая ревущая Ниагара, шипящая и булькающая, падающая с какой-то дикой высоты и захватывающая дух. Да нет, в принципе, и шипело, и булькало, и пенилось, и брызги летели, но я была разочарована. Рейнский водопад скорее широкий, чем высокий. Что-то похожее, я думаю, можно встретить и на наших реках, совсем не обязательно для этого тащиться в Европу… Мой друг после просмотра кассеты заявил, что на байдарке он туда бы не сунулся, а вот на устойчивом плоту — можно и попробовать форсировать это чудо природы…
Итак, мы пробежались по разным уровням обзорной площадки, и решили сбегать к самой воде — как говорится, ближе к природе. К тому же, мне втемяшился в башку камушек, выловленный с Рейнского водопада в качестве сувенира в дополнение к моей коллекции знаменитых камушков (из гробницы Хеопса, из Афинского акрополя, из парапета Версаля и т.д.) Побежали по тропинке, ведущей через подлесок, растущий у обрывистых берегов Рейна. Бежали долго, поняли, что опаздываем ко времени встречи группы, повернули обратно.
 — Камушек, мне нужен камушек… — бубнила я на бегу, выискивая булыжник посимпатичнее. И в этот момент на нас рухнул просто тропический ливень, начавшийся так же внезапно, как и кончившийся спустя пару минут. По истечении этого времени мы с Юлькой напоминали пару пропитанных водой губок. Самое смешное, что наша группа в полном составе в это время пребывала в вышеупомянутой сувенирной лавочке и никакого дождя не заметила вообще.
По видимому, злобная туча дислоцировалась исключительно над нашими головами, потому что когда мы вприпрыжку неслись к автобусу, представляя собой живую рекламу Рейнского водопада, встречные туристы, только идущие туда (в большинстве — русские), реагировали на нас однозначно.
 — Валь, гляди! Это на водопаде так мочит?
 — Ой, а я зонтик не взяла. Пойду вернусь…
 — У-у, глядите, какие мокрые курицы несутся!
 — Мощный водопад, однако…
Останавливаться и выяснять отношения было некогда, мы домчались до нашего «Неоплана» и тут же наткнулись на ухохатывающихся, глядя на мокрых нас Регину и Богдана.
Мы тут же стали объектом всеобщего внимания группы.
 — Глядите, девчонки искупались в водопаде!
 — Ой! А вы чего такие мокрые?
 — Вы что, правда там купались? А почему в одежде???
Нашим воплям, что нас накрыло жутким ливнем никто не верил. А камушек я все-таки ухватила по дороге…

Изучая распечатки и впечатления бывалых туристов, по дороге в Лихтенштейн мы выяснили одну деталь — смотреть там нечего. Единственное, что мы почерпнули из всей массы информации — на единственной улице единственного города (и по совместительству столицы) княжества Лихтенштейн — Вадуца есть почта, где за два франка можно поставить штамп с гербом Лихтенштейна (вроде как сувенир). Мы насели на Регину, но она в ужасе отговорила нас от идеи порчи паспорта левыми штампами. Может, мы чего-то недопоняли, а может автор, рассказывающий об этой местной фишке что-то напутал. Тем не менее, мы послушались нашего гида и рисковать не стали. Порча собственного загранпаспорта вдали от дома — нездоровое занятие знаете ли…
Как бы там ни было, а на единственной улице Вадуца мы ухитрились заблудиться, что вскоре вынуждены были несколько озадаченно признать. Заковыристая какая-то улица попалась… Тем не менее, раз я дома и пишу эти строки — кончилось все, как вы понимаете вполне благополучно. Из сувениров в этом городе-малыше народ активно скупает марки, открытки и коллекционные вина. Ни то, ни другое, ни третье я покупать не стала, и местные сувенирные лавочки ничем не порадовали, кроме халявной дегустации конфеток. Кажется, купила еще какую-то ерундовину, чтобы сбросить остатки франковой мелочи (кстати, как она называется — так и не узнала). Обратно же франки на евро мы обменяли еще в Цюрихе. Кстати, в обменниках за такое дело берут комиссию два франка независимо от суммы, так что, все-таки лучше покупать швейцарские франки непосредственно в России — дешевле получается.
Незадолго до отъезда Юлькой был обнаружен интернет-автомат, к коему она кинулась с радостным воплем. Кое-как разобравшись с кнопками, мы отправили свои довольные рожи друзьям, с подписью «Привет из Вадуца». Тут же следом пришлось эсэмэсить с пояснением : «Не удаляйте, это не спам, это я! А Вадуц — это город такой!». По прибытии домой выяснилось, что пришедшая открытка была размером с почтовую марку — видимо Лихтенштейн экономит на трафике.
На горе над городом виднелся красивый замок, но подняться к нему мы само-собой не успели…

Я с нетерпением ждала вечера — ведь ночевка у нас в Инсбруке, великолепном австрийском городе, который так меня пленил во время моей прошлогодней поездки в Испанию.
Ехали по красивейшим местам, через горные перевалы и тоннели (включая четырнадцатикилометровый Альбертоннель, самый длинный в Европе). И вот, наконец, россыпь огней за бортом и через полчаса мы выгружаемся у отеля — того самого, в котором мы ночевали ровно год назад (Точнее — год и один день!!!) Я чувствовала себя ветераном…
Мы с Юлькой быстренько прихватили вино, закуску, стаканчики, Олю и Сан-Саныча, и двинули в Старый Город. Наш отель был расположен весьма на задворках, и, вследствие этого, мало кто из группы решился на вылазку, но у нашей кампании был прекрасный гид — то бишь я, а у меня была цель — найти Арку Скорби и Радости, которая так ловко скрывалась от нас в прошлом году.
 — Юль, а мы правильно идем? — периодически озадачивался кто-то из нашей команды.
 — Правильно! — я с радостью узнавала знакомые места. — Вот это заправка — там есть магазинчик, вот здешняя ментовка, потом будет мост, мы на нем в прошлом году узнавали дорогу у местных, а вот это — наша лавочка! Мы на ней пили!!! — моей радости и гордости не было предела — я как по линеечке вывела всех прямо к реке Инн, у которой и дислоцировалась знаменитая лавочка.
Затем я кратчайшим путем вывела всех к улице Марии Терезии, и тормознула у колонны, где наша четверка фотографировалась в прошлом году. Исторический кадр напрашивался сам собой — нас снова было четверо, мы расселись на приступочке у колонны, как и в прошлый раз, и я, как и Юлька-прошлогодняя (да вот, везет мне на тезок), поставила фотик на автоспуск. И даже мой походный прикид — знаменитая среди друзей курточка-косушка, немнущиеся в любых условиях штаны и всесезонные ботиночки был прежним…
Арку Скорби и Радости мы нашли в пяти минутах ходьбы от Колонны Святой Анны. В прошлом году мы не дошли до нее буквально метров триста. По рассказам Светы мне представлялась, что одна сторона у нее — вся такая траурная и черная, а другая — радостно-золотая, о чем я заранее сообщила своим спутникам. На месте мы слегка озадачились, увидев Арку, сияющую позолотой с обеих сторон.
 — Это не та Арка, — категорично заявила  я. — Идем дальше!
Мы прошли еще пару кварталов, но никакой другой арки на горизонте не было, а город уже кончался. Поэтому пришлось признать, что Арка все-таки была той самой. У меня же возникло чувство, что меня жестоко обманули — не оправдал Инсбрук моих надежд… Может, стороны Арки различались исключительно барельефами, но в темноте это было разглядеть проблематично, а подсветки у Арки не было…
Мы еще раз прошлись по опустевшей улице Марии-Терезии, и снова вышли через мост к нашей лавочке.
 — Ну, садитесь, — весь вечер я чувствовала себя хозяином положения, и теперь считала лавочку чуть ли не своей собственностью. — Открывайте бутылки…
 — Ну, за наш вояж! — мы дзынькнули пластмассовыми стаканчиками и выпили. Потом еще выпили. Потом еще…
 — Изгиб гитары желтой, ты обнимаешь нежно… — некоторое время спустя, три умеренно — пьяных девушки и один выпивший мужчина двигалась по набережной в сторону отеля. Мы с Юлькой снимали все, что пападалось по дороге на камеры, Сан-Саныч дирижировал хором, наименее пьяная Оля уговаривала всех побыстрее вернуться в отель — ее ждали родители. Мы сопротивлялись.
 — Не разменяем дружбы на мелкую…ик… монету… — какие-то куплеты мы пропустили, какие-то спели два раза — ну и что? Главное, громко и от души…
 — Пойдемте уже домой, а…
 — Лучше гор могут быть только горы… На которых… уже… побывал…
 — Вино кончилось…
 — Да??? Блин…
 — Пойдемте домой, пожалуйста…
По приезде, когда я монтировала фильм о поездке я посмотрела на этот наш променад (на который ушло полтора часа из трех с половиной общего времени записи) и мне резко поплохело… С другой стороны, не будь съемок, многое мне бы вообще не вспомнилось…
Вот мы с Юлькой сидим на парапете у заправки.
 — Ой, цветет калина, в поле у ручья… — удивительно, как за границей просыпается тяга к корням. Вот, например, напившись на родине, стали бы мы петь что-либо подобное? Вряд ли…
 — Ты только не пиши об этом, слышишь? Я знаю, ты напишешь, но ты не пиши… — Юлька задумчиво смотрит сначала на меня, потом на звездное небо. — А где Сан Саныч?
 — Сан Саныч пошел за вином…
Закончилось все вполне благопристойно и благополучно — мы добрались до отеля, какое-то недолгое время посидели в нашем номере, потом выставили Сан Саныча в его и легли спать. Встала я достаточно бодро, бодро сжевала завтрак и села в автобус, а вот позднее со мной начался такой расколбас, что ни в сказке, ни пером….
Но это было уже на следующий день…

Проехали за день — более пятисот километров.
Спала — предположительно около пяти часов. Знать бы, во сколько легла…


Сутки 11. Инсбрук — Зальцбург — Герлиц.

Так страдать, да еще за свои же деньги…
(Выстраданная мудрость)

Так как вчера мы приехали в Инсбрук довольно рано, часов в десять вечера, то утренний отъезд так же был ранним — то ли в семь, то ли в половине восьмого. Опять я не увидела Инсбрук при дневном свете — а как хотелось! Придется вернуться в третий раз — может, повезет…
Встала я довольно бодро, слопала континентальный завтрак, плюхнулась на свое сиденье в автобусе, и тут меня стало колбасить со страшной силой. До сих пор удивляюсь — что же это было? Может быть, на остаточно-похмельный синдром наложилась экологически чистая водичка из-под крана и из фонтанов, которую я пила все три дня? Видать, не привык уральский организм к такой роскоши… Так что красивейшая горная дорога от Инсбрука до Зальцбурга мне не запомнилась абсолютно. Обидно, мда…
 В Зальцбурге наш «Неоплан» занял место на стоянке на улице Пари-Ландан (Лондон-Париж, ежу понятно…), а нас передали в руки Зинаиды — женщины с прекрасным чувством юмора, ораторским талантом и кучей интересной информации. Как обидно, что я почти ничего не помню из ее экскурсии — как только группа останавливалась у какого-либо заслуживающего внимания объекта и вокруг Зинаиды собирался кружок разинувших рты слушателей, я искала стену поуютнее, и сползала по ней, уговаривая свой желудок не выкидывать никаких фокусов — центр города, как-никак
Начали наш осмотр города мы с сада Мирабель — очень милого местечка с цветами и фонтанами. Далее прошли к дому, где жил Моцарт (кстати, опять во многом множестве конфетки -моцартинки, сувенирные скрипочки и портреты великого композитора абсолютно на всем — от футболок до бутылок. Бедный, бедный Моцарт…).Прогулялись по центру, дошли до «козерожьего» собора (Чтобы читатель не делал удивленные глаза — объясню. Собор по фасаду во множестве украшен скульптурами и мордашками этих самых животин — такого было пожелание губернатора города, «козерожки» по гороскопу. Но, дабы избежать шушуканий за спиной и разговоров типа «наш шеф спятил, у него мания величия», этот хитрюга объявил, что сделано сие для того, чтобы восславить Иисуса, господа нашего, который, как и он, губернатор, тоже являлся Козерогом…
Рядом с собором мы наткнулись на интересную процессию в национальных костюмах, которая тащила то ли какой-то супервеник, то ли сноп на палке. У женщин на головах красовались оригинальные шляпы — в виде полумесяца, надетого на голову. Издалека смотрелось, как рога — может, опять, дань «козерожьей» тематике?
На центральной площади Зинаида подвела нас к какой-то странной голубятне, вклиненной между двумя домами и вдохновенно сказала:
 — А это памятник любви…
 — Неказистый какой-то памятник, фу… — я была в плохом настроении и ворчала на все, что попадется под руку. Теперь вот попался этот самый курятник…
Оказалось, что когда-то давно-давно, один люмпен-пролетариат влюбился в девушку из высшего общества. Более того, он имел наглость даже припереться к папе девушки, дабы попросить ее руки. Папа поступил благородно — не спустил самозваного женишка с лестницы, а только посмеялся и сказал: «Построишь через…(я не помню, какой срок назначил папашка, и вообще, может в моей передаче эта легенда несколько интерпритировалась, но сделайте скидку на мое состояние. А сроком пускай будет месяц). Так вот, построишь через месяц дом — забирай мою дочь, и живите там долго и счастливо. Ха-ха
 — Лады, — кивнул пролетарий и втиснул между двумя домами этот самый курятник, который собрал из всего, что нашлось под рукой. Стоять в нем можно было только согнувшись, а спать -только свернувшись калачиком. Тем не менее, дом с полом, стенами и крышей имелся, папик девушки покусал локти, и велел играть свадьбу. Что сказала по этому поводу сама девушка — история умалчивает… Вывод — четко формулируйте пожелания, отправляя женихов своих дочерей совершать подвиги во имя любви! «Берен не знал, что выражение „Да иди ты к Морготу за сильмариллом“ было популярной эльфийской идиомой…»
Несмотря на Зинаидину экскурсию, Зальцбург не произвел на меня такого-растакого впечатления (например, как Люцерн), впрочем, возможно, виновато в этом было мое кисло-вареное состояние. Ну, и времени опять было мало…
Далее нам предстоял семисоткилометровый переезд через всю территорию Германии, с минимальны количеством остановок, дабы выехать из Шенгенской зоны не позднее 12 ночи — у нас заканчивались визы. Я никогда не сплю в автобусе (по крайней мере — сидя в кресле), но тут я просто отрубилась и проспала несколько часов, что мне очень помогло. Проснулась я уже в Германии и чувствовала себя настолько бодро, что решилась съесть в придорожной забегаловке целое яблоко и банан (по 75 евроцентов за штуку).
Мы проехали еще какое-то время, и Мадам стало скучно.
 — Поставьте фильм! — обратилась она к Регине.
 — Да мы с вами уже все посмотрели!
 — Давайте смотреть «Сисси» по второму разу!
 — О-о-о-оооо! — сказали мы с Юлькой, заткнули уши ватой, надели на шеи подушки и отключились от действительности.
Поздно вечером мы миновали без особых задержек границу Шенгена и перебрались в Польшу. На этот раз на ночевку нас завезли в известный многим автотуристам отельчик «У пана Павловски». Пока я взбиралась сумками по недобной узкой лестице на четвертый этаж у меня сами собой сочинились такие скоропалительные вирши. (Ех- «Тюбик» Виктора Третьякова).
Мы по Европе промчались лихо,
Но, чтоб хорошее нам не приелось,
Вот на четвертый этаж без лифта-
Физкультпробежка — какая прелесть!
Вода почему-то шла полухолодная (то есть нет, я, как оптимист скажу — полугорячая), и тоненькой струйкой, но такие мелочи не могли испортить моего счастья от мысли, что я сейчас свалюсь на замечательную, мягкую, удобную кровать и буду спать восемь часов подряд, потому что в той глубокой дыре, где находится «Пан Павловски» смотреть абсолютно нечего, значит, раннее вставание нам не грозит…

Проехали за день: Около девятисот километров.
Спала — семь с половиной часов — ура!


Сутки 12. Герлиц — Варшава — Брест.

Пусть мир необъятный, но все же приятно,
Когда ты шагаешь с друзьями домой.
По дороге с облаками… трям-пам-пам

(Да, вы угадали — песенка из мультка)

Последний день в дороге (по Европе) у нас занял восемьсоткилометровый переезд через всю территорию Польши. Опять пришлось ехать окольными дорогами через Чернстохову, что увеличило и без того длинный и нудный маршрут. И целый день были облака ;))))) Единственным ярким пятном была остановка на обед — цены после Швейцарии казались просто демпинговыми, а порции — преогромными.
Я заказала блюдо под названием «ПирОги» (с ударением на букву «О») и получила целый тазик поджаренных пельменей величиной с хороший пирожок с начинкой из капусты, грибов и мяса.
Желудку, не привычному к такой роскоши, управиться со всем было проблематично, поэтому я плюнула на приличия и захватила две трети «пирогов» с собой, тем более, что такое было здесь в порядке вещей — официантки даже приносили специальные коробочки. Доедали эти самые «пироги» мы уже в поезде. Кстати, очень хорошо, что захватила, так как закупиться едой в дорогу мы не успели.
 В Варшаве мы распрощались с нашими водителями- поляками, и переместились в автобус для трансфера до Бреста. Границу прошли безболезненно- часа за два, на предмет наличия колбасы нас больше не проверяли, так что все обошлось благополучно. А еще мы удачно сумели сбросить остатки злотых и купить персиков в лавочке-тележке у самого здания таможни, которая работала, несмотря на ночное время.
Автобус потряхивало на кочках, к стеклам липла дождливая ночь, когда мы въехали в Брест до ночного поезда на Москву оставалось больше трех часов. Их мы скоротали в автобусе, за пивом и разговорами. На этот раз смотреть Брестскую крепость желающих не было…
Наконец, в начале четвертого утра подали состав, мы загрузились и тут я с удивлением обнаружила, что спать мне совсем не хочется. Нам с Юлькой досталась боковушка, я благородно залезла наверх и долго лежала, глядя на редкие вспышки сигнальных светофоров за черным окном. Вот он, закон подлости — казалось бы, тишина, покой, все дрыхнут, спи — не хочу, дак нет же… А вот когда глаза будут просто закрываться, так обязательно припрутся какие-нибудь нефтяники… От нечего делать, я лежала и вспоминала все подходящие песни «в тему». Начиная от Митяева, у которого «несет плацкартную постель», до «Сна в столыпинском вагоне» Новикова. Вспоминала, вспоминала, и, когда почти рассвело уснула. Через три часа проснулась бодрая, как жаворонок — хоть сейчас в бой. Опять закон подлости…

Проехали за день: Ну, если вместе с поездом — где-то около тысячи км. Может, чуть больше…
Спала — гм, вопрос интересный. Встала в Польше в половине седьмого, заснула примерно так же, даже с поправкой на белорусское время — выходит, не спала вообще.


Сутки 13. Минск (?) — Москва -…

Москва — вокзалами встречает,
Зажжет на улицах витринную зарю…

(Частенько крутят по шансону, кто автор — сорри)

Итак, около одиннадцати часов я смоталась за чаем, заползла с ним к себе на верх, и часа два предавалась полному ничегонеделанию кверху пузом. Потом еще раз выпила чаю с «боковым» соседом, снова повалялась. Проснулась Юлька, мы перекусили польскими «пирогами», попили чаю и проболтали до самого приезда в Москву, строя планы на будущее лето и обсуждая животрепещущую тему «замуж или на фьорды», актуальную для тезки. Я доказывала, что «замуж — не на фьорды, не опоздаешь». Юлька вроде бы соглашалась…
Кстати, когда мы уже выходили из поезда, наткнулись на Мадам, которая гордо шествовала с мешочком на шее, висевшем на веревочке, в котором торчал какой-то кустик-цветочек и даже с землей. На какой швейцарской клумбе она его наблындила — бог знает…
Подруге повезло — ее встретил «друг семьи», с которым я так лопухнулась при нашем первом знакомстве. Ну, а мне предстояло пилить с Белорусского на Ярославский вокзал и затем два часа ошиваться там в ожидании ночного поезда «Москва-Абакан». А что делать… поперлась. Ничем особо знаменательным, кроме застревания меня и моих сумок в турникете метро данный участок пути ознаменован не был. Я купила пирожок в дорогу (Вот он — дорожный пофигизм! Когда только выезжаешь из дома, обязательно тащишь в поезд кучу всякой всячины, но когда едешь обратно, данной проблемой не озадачиваешься абсолютно — пирожок есть, пакетик кофе остался — и чудненько) и провела время в кампании трех представителей нашей группы, едущих этим же поездом. Кстати, именно в Москве я наконец осознала, что пора привыкать к суровым российским реалиям — когда привычно поперлась на стеклянную дверь, как танк — напролом, а она почему-то не открылась передо мной, зараза… Потирая шишку, сказала себе : «Вот тебе поцелуй родины, Рыжий Ю!»
А вот при посадке мне слегка поплохело. В вагон садились одни вьетнамцы! Все, как на подбор — маленькие, узкоглазенькие, в спортивных костюмах и одинаковых футболках, с преогромным багажом и до кучи общающиеся на тарабарском языке. Проклятие надо мной, что ли? Мама, роди меня обратно… Когда я окончательно упала духом, выяснилось, что все не так плохо. Вьетнамская экспансия заканчивалась в предыдущем купе, а два последних были отданы на откуп русскому национальному большинству. Со мной в купе оказалась милая пожилая пара из Новосибирска, так же слегка испуганная возможными попутчиками и оттаявшая при виде меня.

Страницы: Предыдущая 1 2 3 Следующая

| 10.08.2006 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий