Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Швейцария >> Альпийский вояж, или галопом по Европам — 3


Забронируй отель в Швейцарии по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Альпийский вояж, или галопом по Европам — 3

Швейцария

Анонс

Подробнейший отчет о поездке 2005 года. Она прошла под знаком «Быть в Европе — престижно, быть в Швейцарии — престижно вдвойне», или «Лучше гор могут быть только горы».
Разобраны чемоданы, выпито много водки, съедено много закуски, за очередной порцией друзей, уносящих подарки захлопывается дверь, а я сажусь за свой отчет, дабы донести до читателя все то захватывающее, прекрасное и чудесное, что было в этом маршруте…
ЗЫ. Если вас интересует исключительно Европа, можете смело пропускать описание первых четырех дней маршрута.

Читатель: Пиши подробнее!
Автор : «Тобою сказаны опасные слова!»



День 1. (Точнее ночь). Нижний Тагил — Пермь.

- Выпей! Нефтяником будешь…
(М. Задорнов)

 — И охота тебе переться куда-то на ночь глядя, да еще в такую редкостную пакость, — подруга Ленка смотрела на меня сквозь стакан с пивом. Потом отставила стакан и мотнула головой в сторону окна, за которым синели осенние сумерки и накрапывал нудный дождик. — Сидели бы сейчас спокойно пили, так нет…
 — Нифига! — героическим усилием воли я подавила зевок. — Зато через три дня я буду в Европе, там тепло… Подруга с сомнением посмотрела на залитое каплями стекло и покачала головой. Ей не верилось, что где-то может быть тепло.
 — Там наводнение… было. А еще тайфун обещают. Или ураган. Короче, что-то неприятное…
 — Наводнение закончилось две недели назад. За это время они успеют отстроить новую Швейцарию! А ураган — это в Америке, до нее мне в этот отпуск не добраться…
 — Мало пива взяли. Не хватит… — Ленка опустила очередную бутылку под стол. — Необмытая уедешь… Блин, две недели тебя не будет! Я же с тоски сдохну!!!
Отговорить подругу от ускоренного издыхания я не успела — раздалась трель звонка, и в квартиру ввалился Вовчик — мой старый друг, который сделал для меня важную вещь — наградил прозвищем Рыжий Ю. Сегодня ему была поручена не менее важная миссия — доставка моей персоны на вокзал вместе с сумками.
 — Ю! Мать твою… Напиться успеешь в дороге! Давай скорей, я узнал — «Малахит» подают за сорок минут до отправления, я тебя быстрей туда засуну и поеду спать!
Вот! Друг, елы-палы
 — Джип! Ни разу не ездила на джипе! — щебетала Ленка на заднем сиденье. — Может, заедем на обратном пути к моему бывшему мужу, пусть видит, что я езжу на джипе, козел…
Вовчик тут же сослался на осеннее обострение радикулита, предстоящее завтра раннее вставание и желание поскорее избавиться от наших персон в его машине. В рекордный срок подогнав к вокзалу, он запихнул меня в поезд и на буксире потащил сопротивляющуюся Ленку обратно к машине.
 — Стой! Я хочу помахать вслед поезду! Я в таких электричках дальнего следования еще не ездила! Дай загляну внутрь!!!
 — При всем моем уважении к твоей персонее, сидеть на вокзале сорок минут не собираюсь — ворчал Вовка, понуро плетясь следом. — Я старый больной человек, я должен лечь спать пораньше…
Конец дискуссии положила я, разрешив Ленке посидеть на своей нижней полке, а потом выпихнув обеих из купе со строжайшим наказом доставить девушку до дома. Провожающие отбыли. К моему удивлению, время шло, а соседние отсеки заполнялись народом, мое же купе пустовало. Поезд тронулся, родной Нижний Тагил начал теряться в промозглой темени. Подивившись невероятному везению, я постелила постель и начала засыпать…
К действительности меня вернул громкий бас, разносившийся по всему вагону:
 — Раз, пять, девять, пятнадцать, двадцать один… Двадцать три!!!
На мое двадцать третье место плюхнулся необъятный рюкзак. Придушенно пискнув, я успела подтянуть ноги и избежать перелома конечностей. Над рюкзаком замаячила бородатая морда его хозяина, разглядывавшая меня с благожелательным любопытством.
 — О! Женское обчество! Ни один праздник не будет полноценным без женского обчества!!!
Вы водку с чем пьете?
Слегка ошалев, я ответила, что любителем суррогатов не являюсь, и пью чистый продукт, но, желательно, с закуской. Бородатая морда одобрительно захохотала и извлекла из недр как минимум двухсотлитрового рюкзака батон, палку сырокопченой колбасы и две бутылки водки по 0, 7 литра. Причем, судя по бренчанию, был извлечен далеко не весь запас… Тем временем в купе втянулись еще две аналогичные морды, правда, без бород, но один с бакенбардами, а второй с усами. Они так же выразили полный восторг от «женского обчества» и начали деловито подготавливать все ингридиенты для большой пьянки.
 — Мы нефтяники! — провозгласил первый тост бородатый, который велел называть себя дядей Мишей. — Какой у нас главный праздник?
Я высказала робкое предположение, что, возможно, День нефтяника… Судя по довольному гоготу, я попала в цель. Празднование Дня нефтяника началось… Ох, не в добрый час Вовчик мне накаркал, что я догонюсь в дороге…
Я человек компанейский. Первый час я старалась поддерживать разговор, смеялась над их хохмами, обсуждала достоинства и недостатки машин, правительства и женщин. Время шло, вечер набирал обороты, разговоры становились такими, что мои уши начинали скручиваться трубочкой. Испросив разрешения откланяться, я покинула свою законную нижнюю полку и перебралась наверх. Прятала голову под подушку, пыталась абстрагироваться от действительности, включая воображение на полную катушку — ничего не помогало, любое слово снизу просто лезло в уши. Доведена до ручки, я свесилась сверху и попросила своих нефтяников вести себя немного потише — девушка устала, девушка хочет спать, уважайте женское общество…
 — Мать вашу! — Дядя Миша стукнул кулаком по столу, бутылки подпрыгнули. — Милая дама (ик!)… Простите нас великодушно…(ик!) Друзья… встреча старых друзей… вы понимаете, что это значит??? Нет, вы не понимаете… (ик!). Женская дружба — это не то… что дружба мужская… Вот это все — мои друзья…
 — Мы друзья, — поднял голову успевший прикорнуть усатый. — Мы, б@*&ь, такие друзья…
 — Ик! — подтвердил третий.
 — Вот я сейчас тебе расскажу… ехали мы с Петькой из Тюмени… или не из Тюмени… или не с Петкой… Короче, ехали….- дядя Миша завел длиннейшую историю, призванную раскрыть мне суть этой самой мужской дружбы, запутался, принялся консультироваться у спутников, мнения разделились, каждый принялся отстаивать свой вариант развития событий, было похоже, что пресловутая мужская дружба вот-вот даст трещину и серьезную… Я тихо себя ругала — и чего мне не лежалось? Они так славно сидели и пили… И было гораздо тише…
Видимо, под утро я все-таки забылась сном, потому что проснулась от того, что, как мне показалось, запиликал будильник. Я соскочила, долбанулась темечком о третью полку, упала назад и сообразила, где я нахожусь. Поезд стоял под Пермью. Трель, раздающуюся из репродуктора перед началом каких-либо объявлений на вокзале, я и приняла за будильник…

Поехала за ночь: Пятьсот километров.
Спала: Примерно полтора часа.


Сутки 2. Пермь — Москва

- Девушка, вы любите Мандельштама?
 — Это смотря как приготовить…

(серия анекдотов про блондинок)

По стеклу стекали дождевые капли. Мои нефтяники целенаправленно напивались. Я лежала и размышляла — а действительно, чего мне не сиделось дома? И даже предстоящий вояж уже не радовал…
 В Кирове я ощутила, что такое счастье. Это произошло, когда моих соседей вынесли из купе. Точнее, их сначала пытались вывести, но скоро встречающий субтильный молодой человек и его подруга поняли непомерность поставленной задачи, и в вагон был дислоцирован усиленный наряд родственников. Общими усилиями извлекли троицу из плацкартного отсека, забыв при этом одну сумку, что обнаружилось уже под Москвой…
Я умиротворенно вздохнула и налила себе стакан чая. Из нирваны меня вернул на землю вкрадчивый голос:
 — Девушка, простите ради бога, что вам мешаю…
Подавившись чаем, я скосила глаза в сторону говорившего. И облегченно вздохнула. На нефтяника вроде не похож… Передо мной стоял довольно милый дедок в шляпе и с портфелем. За его спиной вырисовывался мужчина лет сорока, в китайском спортивном костюме, держащий на руках девочку, примерно девяти-десяти лет (Нет, я не оговорилась — лет, а не месяцев!). Тоже вроде не нефтяники…
Я улыбнулась, и эта улыбка была почти искренней. В тот момент я любила всех, кто не имел отношения к черному золоту…
 — Вот и славненько, — защебетал дедок. — Деточка поменяется местами с Машенькой, и все устроится самым лучшим образом… Садись, Машенька, садись…
 — Простите? — я подозрительно посмотрела на говорливого дедка.
 — Деточка, ты молодая, наверх птичкой взлетишь! А мне старые кости не поднять…
 — У вас же три полки, и одна нижняя!
 — Да как можно ребенка на верхотуру засылать??? — сказано это было таким возмущенным тоном, что я, имеющая весьма смутные представления о том, что детям можно и чего нельзя, засомневалась — может и правда, по технике безопасности не положено? Хотя, вроде в соседних купе сверху спали и детишки и помладше…
Повторно распростившись со своей нижней полкой, я залезла наверх. Поезд тронулся. Дедуля извлек «Мойдодыра» и стал с выражением его читать внучке. Правда, слушать были вынуждены как минимум, еще четыре купе в обе стороны…
 — Вдруг из маминой из спальни,
Кривоногий и хромой, вылезает…
На этом месте оратор заглох, и я поймала себя на том, что с повышенным интересом жду продолжения. Судя по тому, как сразу затихли справа и слева, соседям тоже было интересно — чем же таким, и с кем в спальне занималась мама. Не поверите, но как там было дальше по тексту, я абсолютно не помнила… Никак не ожидала такого подвоха от нечитанных с пятилетнего возраста стишков.
Заметив, что я, растопырив уши, свесилась с верхней полки, дедуля оживился.
 — Девушка, вы любите поэзию?
Я осторожно сказала, что да, люблю, но в разумных количествах и не шибко заумную.
 — А кто ваш любимый поэт? — вдруг открыл рот молчавший доселе тип, которого я идентифицировала, как сына разговорчивого дедули, и, соответственно, отца так же трещавшей без умолку Машеньки.
Поборов искушение брякнуть «Владимир Вишневский», я назвала безопасного Есенина.
 — О! — оживился тип, которого я мысленно окрестила «сыночек», и встал у моей полки так, что его глаза оказались вровень с моими. — Не хотите ли прогуляться? Поговорим об Есенине…
Боже, ну что за идиот! Прогуляться вдоль вагона до туалета и обратно? Да мне и лежа прекрасно разговаривается! И вообще, оставьте в покое человека, измученного нефтяниками… Пробормотав что-то такое, но в более мягкой форме, я сделала попытку спрятаться под простыней, но волосатая лапа пресекла все мои попытки к уединению.
 В это время Машенька взвыла и стала что-то слезно требовать с дедушки, и я поняла: чем лежать в этом дурдоме, я лучше постою у туалета.
Через пять минут до меня дошло, какую ошибку я сделала. Судя по всему, сыночек был хорошо жареный при посадке, и уже успел догнаться в дороге. На меня дохнули непередаваемым ароматом перегара, копченой курицы и вяленой рыбы, притиснули обширным волосатым животиком к ящику для мусора (не подумайте чего, просто сыночек был, как я уже сказала, в спортивных штанах и такой же куртке нараспашку, без всего остального), и начали вещать «за жизнь». К сожалению, сбежать я сразу не смогла, так как в вагоне работал только один туалет, и пришлось смиренно ждать своей очереди, периодически пресекая все поползновения все более наглевшего сыночка.
Наконец, я гордо протиснулась через очередь и пошла к себе на верхнюю полку. Но мои приключения на этом не кончились. В отсеке на меня напал сыночкин папа (то есть тот самый дедок), и принялся цитировать Есенина, безбожно перевирая и дополняя собственной фантазией. «А вот разве наша молодежь знает наше великое наследие? Нет, не знает!» — победно заключил он. «Это наше поколение еще поддерживает русскую культуру, а при вас она вообще отомрет!». Боже, и дедок уже хороший…
Далее была… как бы это сказать… пьянка. Но интиллегентная. С цитированием высказываний Монтеня, стихов Мандельштама и огромным количеством безбожно перевираемого Есенина. Я лежала и уговаривала себя не вмешиваться даже в наиболее жутко перевираемых местах. Забытая Машенька спокойно дрыхла напротив меня на верхней полке. К утру мои соседи угомонились и стали собираться. Поезд подходил к Москве. Времени было четыре часа утра.

Поехала за сутки: Около тысячи ста километров.
Спала: Около трех часов.


Сутки 3. Москва

Друзья всегда напомнят о себе,
 В Нью-Йорк напишут, и в далекий лагерь…

(И. Слуцкий …кажется)

Выйдя на перрон Ярославского вокзала, и протолкавшись через толпы осаждающих поезд встречающих, я вдруг необычайно резко ощутила свое полное одиночество. До меня в ближайшие восемь часов никому не было никакого дела, встреча с членами нашего замечательного сообщества «шашлыки» была назначена на час дня. Решив скоротать время до половины шестого — открытия метро, я пристроилась в зале ожидания, достала мини-приемник и поймала любимый «шансон». Жизнь вроде бы стала налаживаться…
 В шесть я снялась с места и двинула к «Комсомольской». Сначала я не поняла, что происходит вокруг — демонстрация, митинг или какой-то массовый катаклизм. Передо мной была Толпа. Все, кто приехал на ночных поездах на Казанский, Ленинградский и Ярославский вокзалы, брали штурмом несчастную станцию, волоча чемоданы, узлы и баулы по земле, ногам и даже головам окружающих. Тихо икнув, я быстренько убралась обратно в здание вокзала, где просидела, не высовываясь, до половины восьмого. Беспроблемно добралась до Белорусского, скинула багаж и оказалась перед вопросом — куда податься. В суете предотъездных дней, когда меня загрузили работой по уши, я закрутилась настолько, что даже не списалась ни с кем из московских онлайн — знакомых. А ведь время есть, можно было бы договориться, встретиться… Ругая себя на все лады, я села в первый попавшийся поезд и стала изучать висевшую на стене схему метро. Не придумав ничего более оригинального, вышла в Александровском саду — интересно было взглянуть на отстроенный Манеж. У огромной рекламы часов «Ролекс» меня остановила девушка и попросила ее сфотографировать на фоне этого шедевра. Нет проблем, щелкнула. Через пять минут эта же девушка догнала меня у Вечного Огня. Вот уж, действительно, рыбак рыбака видит издалека… Ирина из Омска тоже ошивалась по столице в ожидании своего автобусного тура в Скандинавию. Мы тут же разговорились, как старые знакомые, и пошли гулять вместе. Так как моя новая знакомая практически не ориентировалась в Москве, я устроила ей пешеходную экскурсию по центру, и мы славно провели время. Потом я проводила ее до Белорусского вокзала, и по пути забежала в свой любимый магазин «Путь к себе», где всегда в наличии кучи всяких симпатичных фенечек. В пару к своему прошлогоднему «драконьему» кольцу приобрела замечательную «драконью» подвеску. Жизнь хороша! В час дня я стояла возле ресторана «Эль Греко». Встреча старых друзей — это прекрасно! В прошлом году, в туре «Испания-Море» у нас подобралась замечательная команда автобусных путешественников и сегодня, почти ровно год спустя, мы снова собирались вместе. Собственно, сегодняшняя встреча была спровоцирована именно мной. Практически все были уже вернувшиеся из отпусков с кучей впечатлений. Света Пулинец — норвежско-французских, Юля Матяш и Света Чуркина — критских. Посидев десять минут в «Эль Греко», мы решили, что данное место не достойно таких персон, как наши и отправились на поиски более соответствующего нашим вкусам места. Им оказались «Дрова» на Старом Арбате, где мы благополучно и зависли. Вскоре к нам подтянулась Светлана Пулинец, и со стороны нашего столика во множестве посыпались заманчивые названия вроде «Ущелье Самарья», «Аббатство Сен-Мишель», «Ледник Бриксдайл» и «Шильонский замок». Путешественники делились впечатлениями… Я попивала горячий глинтвейн и потихоньку приходила к мнению, что жизнь все-таки стоящая штука!
 — А у меня дома есть Сангрия, — похвасталась Света Пулинец.
 — О-о-о-оооо! — сказали мы, и дружно двинули в сторону Светиной квартиры. Правда, дорога к Сангрии была несколько извилистой, так как большинством голосов было решено по пути завернуть на ВДНХ, дабы познакомить провинциальную меня с этим замечательным местом. А какие там были цветы! Целые скульптуры из зеленых насаждений! Особенно меня пленил танк из кактусов. Я бы с удовольствием покаталась на Колесе обозрения, но в этом начинании меня никто не поддержал, и мы продолжили свой путь к Сангрии, тем более, что по дороге выяснилось, что возможно, в холодильнике завалялась еще и икра…
Транзитом через все встречающиеся магазины мы, наконец, добрели до Светиной квартиры и прочно ее оккупировали. Это был прекрасный вечер, было столько воспоминаний — общих и не очень, столько просмотренных фотографий, столько съеденного и выпитого! А как икалось нашему гиду из прошлогодней поездки!!! Поздно ночью, проводив всех гостей до троллейбуса, я вернулась к Свете, и еще успела посмотреть кассету с туром, в который мне только предстояло отправиться, и в котором Светлана уже побывала два года назад. Ура, сколько у меня впереди! Уже засыпая на ходу, я рухнула на кровать, успев подумать, какое это счастье — спать без нефтяников и любителей поэзии рядом.

Проехала за сутки: Километров тридцать на метро.
Спала: Восемь часов без просыпу.


Сутки 4. Москва — Брест

Чистые пруды. Застенчивые ивы,
Как девчонки смолкли у воды…

(И. Тальков)

 — Светкин, продумай мне культурный маршрут, — попросила я свою радушную хозяйку на следующее утро за завтраком. До поезда оставалось пять часов и хотелось потратить их с пользой. Не долго думая, Света предложила мне вариант прогулки от Чистых прудов по Покровке к Китай-городу.
 — Там еще магазин «Белые облака» есть, — добавила она, поглядывая на болтавшегося у меня на шее свежеприобретенного дракона. — Тебе понравится…
Итак, я двинула по предложенному маршруту. Раньше я не любила Москву, характеризуя ее фразой «базар-вокзал», а теперь поняла, что для того, чтобы делать заключения — нравится город или нет, надо его Знать. Старая Москва… милые особнячки, церквушки, тихие переулочки. А когда я шла вдоль Чистых Прудов, откуда-то, словно по заказу, донеслась моя любимая песня Талькова… Угадайте, какая ? Конечно… «Чистые пруды, веков зеленый сон, мой дальний берег детства…» И нежно-голубое небо, золотая листва и солнечные зайчики на воде…
 В тот день, четвертого сентября, Москва отмечала День Города, а здесь, в районе Покровских ворот, было тихо и спокойно. И в этом спокойствии растворился неприятный осадок, оставшийся после первых двух дней моего путешествия…
Мдя… покой нам только снится. Не успела я полностью погрузиться в умиротворенное отупение на лавочке, как заметила досадную вещь — свой единственный теплый свитерок, взятый в поездку, я благополучно забыла у Светланки. Итс есть тра-а-абл… Возвращаться назад — далеко, да и беспокоить Свету было неудобно. Посему — хорошенького помаленьку, ноги в руки и на рынок за новым. Так как я никогда не занималась шопингом в Москве, где это делается представляла очень слабо. Центральные магазины отпадали по вполне понятным причинам — на обратную дорогу до Тагила у меня оставалось семьсот рублей. Триста из них я решила пожертвовать на необходимую шмотку, ориентируясь по ценам нашего китайского рынка. Не до жиру, как говорится, не околеть бы… Единственное, что всплыло в моей голове — место, под названием «Черкизовский рынок». Не знаю, что там есть, но теплые водолазки дают наверняка… Логично рассудив, что станция метро «Черкизовская» — это оно самое и есть, я подкрепилась в «Теремке» на Покровке русскими блинчиками с квасом и отправилась в путь. На полдороге меня догнала Светина смс-ка «куда привести часть твоего гардероба?». Я ответила, что нет необходимости, сейчас все будет… И отправилась на изучение местности. Бли-и-инннн… Все то хорошее, доброе, светлое, что осталось в душе после предыдущих двух часов, разлетелось вдребезги… Писать о Черкизовском рынке — слишком много чести для последнего, поэтому в моем рассказе места ему нет. В итоге, мой свитерок Света вынуждена была доставить мне на Белорусский вокзал, потому что у меня просто рука не поднялась купить что-то из местного ассортимента…
Когда я снова оказалась на Белорусском вокзале, наша группа, почти в полном составе уже толпилась у вагона поезда «Москва-Брест». Еще до поездки¸ я, опять же по Светиному примеру бросила клич на форуме «Туртранса» — «Поехали вместе!». Откликалось несколько человек, но все они отпали в полуфинале. На мое счастье, тезка Юлька своего решения ехать в Альпы не меняла и наше он-лайн знакомство превратилось в личное. Я-то ее сразу узнала, а вот с Юлькиной стороны меня первым заметил сопровождающий ее мужчина средних лет.
 — А вот и твоя знакомая! — улыбнулся он мне.
 — Здравствуйте! — в свою очередь обрадовалась  я. — А вы, наверное, папа?
 — Нет, это мой друг, — улыбнулась Юлька.
«Блин!» — я прикусила язык и принялась заглаживать бестактность. Правда, впоследствии выяснилось, что мои опасения были напрасными, под словом «друг» понимался всего лишь друг семьи…
 В это время примчалась Светлана, свитерок вернулся к прежней хозяйке. Какое-то время мы еще постояли у поезда, но, в конце-концов попрощались и я потащилась в вагон. Сначала, я подумала, что нас с Юлей поселили вместе с пожилой семейной парой. Дама представилась Ириной Аркадьевной. Только я хотела поинтересоваться «А как зовут вашего мужа», как она меня опередила:
 — А это моя подруга, Лариса Сергеевна…
Выдавив из себя: «Очень приятно», я дала себе обещание впредь избегать каких-либо инициативных действий со своей стороны при знакомстве до тех пор, пока мне не представят собеседника по полной программе… Позднее, правда, Юлька призналась, что в первый момент думала так же, как и я, и это меня несколько утешило…
Наши соседки оказались достаточно милыми старушками, мы с ними славно пообщались. Подруги со времен молодости, они успели объездить полмира и останавливаться на достигнутом не собирались. Кстати, вся наша группа была в возрасте «весьма за сорок». Мы, да еще путешествующая с родителями двадцатилетняя Оля были единственным исключением…. Были еще, правда несколько молодых людей, но общения с ними у нас, почему-то не получилось… Зато как мы были востребованы среди мужчин старшего поколнения! Впрочем, не будем предвосхищать события…
Итак, пощипывая себя за редкую бородку, Лариса Михайловна поведала мне о своем визите в Англию, я ей — о прошлогодней поездке в Испанию и мы все выпили чаю за знакомство. Когда поезд стоял в Смоленске мы с Юлькой успели сгонять на мост и сделать фото на фоне надписи, извещающей, что и мы бывали в этом славном городе…
На этот раз мне законно досталась верхняя полка, и я привычно вознеслась наверх. Возбужденный вагон, состоявший из одних туристов еще какое-то время активно общался, но к двум часам ночи угомонились даже самые упертые. Утром предстоял подъем в пять часов…

Проехала — восемьсот (?) километров.
Спала — пять часов.


Сутки 5. Брест — Варшава — Чернстохова — Легница

Возвращаться — плохая примета…
(«Юнона и Авось»)

Как и у Светланы, наш автобус загадочным образом за ночь перекрасился и сменил номер. При посадке началось неизбежные разборки типа «вас здесь не сидело», но гид быстренько успокоила — садитесь куда попало, вам до Варшавы предстоит всего лишь трансфер, там разберемся… Хоть нас с Юлькой и поселили вместе, но в автобусе наши места оказались через ряд, мое у окна, ее у прохода.
 — Ничего, на месте махнемся, — легкомысленно заметила я еще в поезде.
 — Не знаю, — вздохнула Юлька. — Видела я твою соседку, когда ты еще не подошла… Она меняться не захочет.
Я всегда опасалась нежелательных соседей, так как от кампании наполовину зависит успешность поездки. И не зря опасалась… Рядом со мной оказалась всем недовольная надутая мадам весом добрых килограмм сто двадцать… Она с трудом влезла в свое кресло, наполовину перетекла в мое, да еще и выставилась в проход. Я не против толстых людей, но в сочетании с ярко выраженным снобизмом, огромным самомнением и полным презрением к окружающим — увольте… Дама процедила сквозь зубы: «Так это и есть моя соседка?» и сморщилась, будто куснула лимон.На мой вопрос, откуда она такая, последовал краткий ответ: «Я москвичка в пятом поколении».
 — А я с Урала, — расшаркалась  я. 
 — Чувствуется…
После этого мадам полностью исключила меня из круга своего внимания и с мученическим видом принялась обмахиваться газеткой, жалуясь на духоту. Я повернулась назад и встретилась с исполненными тоски глазами Юльки — ее соседка представляла собой другую крайность — через полчаса поездки она успела пересказать тезке половину своей жизни и в подробностях описать все произрастающее в огороде.
Так как садились все в жуткой спешке, едва автобус прочно «завис» на границе, и народ вылез подышать свежим воздухом, мы решили ознакомиться с контингентом нашей группы, ибо виденный в основном предпенсионный состав внушал некоторые опасения… У автобуса мы обнаружили большую группу молодых людей и радостно в нее влились. Увы, в процессе разговора выяснилось, что кампания оказывается едет вовсе не в Швейцарию, и следуют они автобусом, который стоит сразу за нашим… Тем не менее, мы с ними славно пообщались, чувствуя себя просто ветеранами — для всех наших собеседников это был первый раз за границей… Общение-общением, но есть и более насущные проблемы. Наш гид объяснила всем, что «туалет на втором этаже направо», и мы решили воспользоваться бесплатной оказией. Зашли в здание таможни, поднялись на второй этаж… Там стояли кожаные диваны, фикусы в кадках и не было ни души народу. С балкона открывалась прекрасная панорама на зал досмотра — так же абсолютно пустой. Тут один из служащих поднял глаза и увидел нас с Юлькой.
 — Вы что там делаете? — очень удивился он. 
 — Ищем туалет — дружно прокричали мы в ответ.
 — Спускайтесь сейчас же, я иду вас встречать! — погранец сорвался с места и побежал к лестнице.
Не успели мы сделать нескольких шагов по коридору, как нам навстречу попался еще один таможенный чин — в мундире и жутко важный.
 — Вы что здесь делаете? — рявкнул он, так же явно удивленный.
 — Мы ищем туалет, но нас уже встречают, — отрапортовала я, но тут подбежал расторопный молодой человек, который заприметил нас первым и под конвоем проводил до туалета.
Поздравив себя с первым приключением, мы какое-то время еще побродили вокруг таможни, но тут нас окрикнули, и мы быстренько помчались к своему автобусу. Нас заставили сесть на места, забрали наши паспорта, а дальше пошла хохма…
 — Кал…баса!!! — провозгласил таможенник. И пошел далее по списку — Молокооо? Сыы-ыыр?
 — Курка, яйки… — фыркнули сзади. Автобус оживился.
 — Кал…баса??? — с акцентом провозгласил «страж границы» повторно и строго посмотрел на нас.
 — Ни у кого колбасы в сумках нет? — явно подсказывая ответ нервно спросила наш гид Регина.
Все тут же зашумели, что, конечно нет, какая колбаса, что же мы — дикари в Европу с колбасой ехать? Таможенник послушал наш нестройный хор, кивнул и убрался. Через минуту мы услышали, как он отдает какие-то приказания водителю, и увидели поднимающуюся крышку багажного отсека. В первой же подвергнувшейся досмотру сумке оказалась… что бы вы думали? Конечно, пресловутая колбаса! Целая палка прекрасной сырокопченой колбасы! «Зеленые человечки», гид и водитель удалились протоколировать трофей. В автобусе тут же устроили собственное расследование, и выяснили, что колбасовладелицей являлась та самая Лариса Михайловна, которую я первоначально приняла за мужа Ирины Аркадьевны. Некоторые личности, включая мою соседку строго выговаривали незадачливой контрабандистке, остальная же часть веселилась, строя предположения, заставят ли хозяйку эту колбасу есть прямо на границе или выпотрошат еще чьи-нибудь сумки на предмет поиска водки к недавнообретенной закуске.
Ничего такого не случилось, колбаса уплыла в здание таможни, нам выдали паспорта и мы тронулись. Но, не успели мы доехать и пятидесяти метров до шлагбаума, как стоящий на вахте очередной «страж границы» (такие надписи были на спинах у всех польских таможенников),о чем-то переговорил по рации и знаками показал, что наш автобус должен вернуться обратно.
О, русский менталитет! Пока автобус задним ходом сдавал обратно, все озадаченно молчали. Но тут сидящий наискосок мужчина провозгласил : «Закуски им все-таки не хватило, видать со смены народ подошел…» и все грохнули. Ну, подавляющее большинство точно… Все тут же жутко обрадовались неизвестно чему и начали состязаться в остроумии — чего не хватило погранцам для пьянки, и кто это везет…
Как бы там ни было, мужчина оказался прав в одном — на вахту заступила новая смена, и увидев исчезающий вдали зад нашего автобуса, они решили лично убедиться, что же такое там проехало… Вскоре нас отпустили повторно, но тем не менее то, что мы вернулись назад не пошло нам на пользу. Далее мы стали везде жутко задерживаться и опаздывать, вследствие чего свободное время в городах было сведено к минимуму.
Этот злой рок настиг нас уже в Варшаве, где мы полтора часа ждали наш автобус, предназначенный уже непосредственно для вояжа. Опоздание транспортного средства было компенсировано внешностью водителей — поляков. Наконец, наши судьбы вручили в руки душки-лапочки-очаровашки Богдана и гораздо менее разговорчивого и чуть менее обаятельного Конрада, и мы тронулись в путь.
У гипермаркета в Варшаве мы с Юлькой вступили в конфликт с местными органами охраны. Приметив две очень красивые клумбы-телеги, мы только было пристроились около них, дабы запечатлеться на память, как нас тут же шугнул какой-то тип, чуть ранее запретивший женщинам снимать на камеру. Не иначе, как что-то в этих телегах было… (в смысле-спрятано).
Какое-то время тип пасся рядом, потом спрятался за угол магазина, периодически высовывая морду. Перед самым отъездом автобуса мы с Юлькой прихватив Сан Саныча все-таки успели сбегать к этим сверхсекретным телегам и щелкнуться — из принципа.

Какое-то время заняли переселения по автобусу — моя соседка обрадовалась возможности избавиться от меня и выпихнула нас с Юлькой на самую галерку, под осуждающее ворчание всех бывших соседей- мужчин: «Зачем убрали девчонок?» Как выяснилось, чтобы пристроить нас, и сидеть одной, она выселила кого-то на самые последние места пониженной комфортности, и среди обиженных началось недовольство в наш адрес. Поэтому на первой же остановке мы вынуждены были вернуться обратно в свою середку под недовольное ворчание моей мадам: «Я вам такие места хорошие заняла, надо было сидеть. Меня бы они не выселили оттуда…» Да уж, кто бы сомневался…
 В результате всех перетрубаций мы с Юлькой все-таки сели вместе, откомандировав к моей мадам Юлькину разговорчивую соседку. (Не зря мы активно ее задабривали, подсовывая грейпфруктовый сок). Самое интересное, что дамы вроде бы даже подружились и мило щебетали вместе, в то время, как мы делали круглые глаза, глядя на эту сцену.
Вскоре выяснилось, что на привычной трассе через Вроцлав идет ремонт, и мы вынуждены были сделать крюк через Чернстохову и пробираться весьма проселочными дорогами, на которых наш громоздкий «Неоплан» с трудом даже поворачивался. На обед остановились в местной «корчме» (но не в той всем известной, которая с телегой), где порции размером с хороший тазик и баснословно дешево.
Потеряв еще кучу времени в пробках на трассе, ночью мы были в городке Легница, недалеко от польско-немецкой границы. Так как я всю дорогу морально подготавливала Юльку к тому, что спать ей не придется, и она свыклась с этой мыслью, мы бодренько закинули шмотки в номер и отправились на ночную прогулку — «открывать сезон». Из тех, кто не рухнул на кровать сразу после заселения в номер, к нам присоединилась Оля, путешествующая с родителями и наш замечательный Сан Саныч, без которого наше путешествие было бы гораздо менее веселым. Мы славно прогулялись, и повторили прогулку «на бис» еще и утром.
Кстати, номер в четырехзвезднике «Кубус» был великолепным! В шкафу оказался даже джентельменский набор из фирменных пакетов отеля, набора иголок и пуговиц и губочки для чистки обуви. Ну, и всякие мыло-шампуни, само собой… Разумеется, все это я прихватила с собой, и, если бы я этого не сделала ох, как туго пришлось бы мне в Вене, когда половина моей босоножки отлетела напрочь… Вот довод в пользу гостиничного воровства…
Рухнув на замечательную, широкую, мягкую и великолепную во всех отношениях кровать я отрубилась до звонка мобильника-будильника…

Проехали за сутки: Семьсот восемьдесят километров
Спала: Четыре часа.


Сутки 6. Легница — Нюрнберг — Линц

Отоспимся еще в стогах…
(В надежде на лучшее — А. Розенбаум)

 — Юлька, а когда начинается тарификация за «красные» каналы, с какого времени? — озадачила меня вопросом тезка, едва я открыла глаза утром. Я ответила, что вроде бы то ли со второй, то ли с пятой минуты, и поинтересовалась, с чего такой интерес.
 — Вчера, пока ты была в душе, решила я просмотреть телевизор, нажала кнопочку «ОК», там сказали «А-а-аааах!», и я тут же выключила — нервно отрапортовала Юлька. — Всю ночь вот думала, сколько теперь с меня возьмут…
Я заржала и бодро вскочила с кровати. Утренний заряд хорошего настроения был получен…
Вопрос оплаты за порноканалы не давал Юльке покоя ни за завтраком, ни на улице во время утреннего променада — она все ждала, что вот-вот за ней примчится служащий с неслабым счетом и применение для ее евриков тут же найдется…
Но наши приключения только начинались… Жили мы на шестом этаже отеля, оснащенного по последнему слову техники. Так, например, вечером, идя по коридору не нужно было даже искать выключатель — в стены были вмонтированы фотоэлементы и над твой головой по мере прохождения зажигались и гасли плафоны. Кстати, то же самое было даже с уличными фонарями у здания…
Лифт был тоже очень современным и навороченным. Утром мы на своем шестом этаже загрузились в его небольшую кабину с сумками, и поехали вниз. На пятом этаже кабина встала — перед нами стояла часть нашей группы, тоже с багажом естественно…
 — Пусть едут вниз, чего толкаться — решил Сан Саныч, и нас отпустили с напутствием «давайте скорее». Увы, скорее не получилось… На четвертом этаже к нам зашел молодой человек непонятной национальности и тут же отправил кабину на восьмой. Потом он с маниакальным упорством начал останавливать лифт на каждом этаже, выглядывать в коридор, спускаться на этаж ниже и снова повторять эту процедуру. Перед нами повторно оказалась недавно отпустившая нас кампания, но уже в большем количестве. Пока мы добрались до этажа «Е», где располагался ресепшин, прошло какое-то время… Внизу молодой человек выскочил, мы подняли свой сумки, собираясь выйти следом, и в эту секунду кто-то вызвал лифт на последний этаж и двери захлопнулись перед самым нашим носом! Представьте глаза кампании на пятом этаже, когда вожделенные двери наконец открылись, а там снова оказались мы и с сумками!!! Я быстро вдавила кнопку «Е» и лифт снова ушел вниз… На этот раз на выход мы потратили не больше двух секунд, ломанувшись в едва приоткрывшуюся щель. Позднее, на улице нам устроили форменный допрос — какого-растакого мы катаемся на лифте по всем этажам. А вот попробуй объясни, что мы тут ни при чем…
 — Если они все-таки сдерут с меня, будет обидно… Тогда надо было хоть посмотреть по полной, что ли… — порноканалы никак не давал Юльке покоя. Конец ее терзаниям положила я, подойдя к группе наших мужчин, и потребовав прояснить для нас эту ситуацию, чем немало их озадачила. Не смотрят наши мужчины «красные каналы», оказывается, экономят, блин… Тем не менее, все сошлись во мнении, что за пять секунд ничего не будет, но Юлька до самого нашего отъезда, который задержался на сорок минут, продолжала нервно вздрагивать, едва кто-то выходил из здания…
Из-за этой задержки мы прибыли на польско-германскую границу поздно и угодили в пересменку. Пришлось проторчать там почти три часа (Возвращаться — плохая примета, помните?). Это было весьма скучное времяпровождение — фотографировать нельзя, от автобуса отходить нельзя, шуметь нельзя… Можно было только сдержанно общаться, что мы и делали… Немного скрасила наше ожидание моя бывшая соседка. Оказывается, она уже привлекла внимание половины группы, и сидевший впереди нее Сергей, который очень переживал из-за нашего «отселения» назад рассказал, что за все время пути ей понравилась только одна вещь — здешние кладбища.
 — Я чуть было не предложил ей там и остаться! Это невозможно, этой вороне ничего не нравится, бухтит всю дорогу… — жаловался он. 
Так вот, наша мадам несколько озадачила всех тем, что отдраила до немыслимой чистоты автобусный кипятильник, изведя на эту цель всю имевшуюся в нем воду, собрала бумажки с дорожки посреди автобуса и расставила по ранжиру банки с кофе, пакетики с чаем и заменитель сахара, лежавший для общего пользования у кипятильника. Нет, конечно, любовь к порядку вещь хорошая, но… Ладно, молчу. Каждому свое, но не хотела бы я иметь такую свекровь…
 В итоге после всех задержек к Нюрнбергу мы подъезжали, когда солнце уже клонилось к закату. Я влюбилась в этот город еще в прошлую поездку, у нас там была замечательная гид, которая после Галины Бабаевой показалась просто ангелом во плоти. Наша Регина тоже рассказала неплохо, но достаточно сжато из-за недостатка времени, и на экскурсию повела не в сторону Кайзербурга и церкви святого Себальда, а через рыночную площадь, мимо Фрауэнкирхе по одной из главных улиц города. В прошлый раз мы увидели много, но сколько еще всего не видели! Великолепный Старый Город, соборы, оригинальные скульптуры, Дворец Правосудия, где в камере повесился Геринг, дабы избежать судебного процесса…
Какое-то время мы постояли у знаменитого фонтана-шпиля, потерли колечко из серии «загадай желание», купили пряничных мишек и добежали до Собора Святого Себальда.
И в Кайзербург я Юльку все-таки притащила (галопом в гору, до отправления автобуса 20 минут), показала ей обзорную площадку и знаменитый средневековый туалет, но вход на территорию замка был уже закрыт. Как говорится, нет худа без добра — я не ожидала увидеть Нюрнберг в вечерней подсветке, а вот удалось… Уезжали мы, когда уже совсем стемнело, но перед отъездом успели заскочить в местный паб и купить великолепного пива. Правда, остались без баварских сосисок, а жаль…
Конечно, двух часов на потрясающе красивый Нюрнберг не хватило, придется вернуться в третий раз. Итак, покинули мы вторую по величине столицу Баварии в десятом часу вечера, а до австрийского Линца предстояло ехать еще больше четырех часов… Скрасило дорогу пиво, которым мы предусмотрительно запаслись, вкупе с сухариками «три корочки» со вкусом холодца с хреном. Приехав во втором часу ночи в Линц, мы предприняли вялую попытку прогулки, обошли внушительную стройку около отеля, поняли, что заселили нас в явную дыру, спрашивать у подозрительных личностей дорогу не рискнули и вернулись в отель, поставив будильник на половину пятого — за три часа до выезда. Надо же осмотреть Линц, в конце-концов…

Проехали за день: Восемьсот двадцать километров
Спала: Три часа.


День 7. Линц — Вена -…..

Когда в дырявых башмаках, пройдя две сотни лье,
Я вышел к площади и думал сесть на паперть…

(Лора Провансаль «Нотр-Дамская Химера»)

Утром на меня из зеркала смотрела печальная обезьянья мордашка с красными глазками и кругами под глазами, как у бамбукового медведя. Потратив полчаса и весь арсенал косметички, я кое-как подкорректировала внешность (точнее, добилась эффекта, чтобы встречные не убегали с криком ужаса) и мы двинули на осмотр австрийского городка, о котором гид сообщила нам, что «по местным меркам это большой город, по нашим — средняя деревня».
Выйдя из отеля, мы обошли уже изученную вчера ночью стройку, взяли направление по карте и двинули. Тут выяснилось, насколько мне повезло со спутницей. (Нет, я и раньше знала, что повезло, но только сейчас оценила это в полной мере). Юлька заканчивала иняз и свободно говорила и по-немецки, и по-английски. С тех пор с общением (для меня) никаких проблем не было — я просто орала «Юлькин!!!», и прибегал мой персональный переводчик ;))) На этот раз моя зависть ко всем, хорошо знающим языки достигла апогея, и я дала себе слово, что по приезде… Хотя, впрочем, то же самое я обещала себе и год, и два назад, а мой хромающий инглиш и ныне там…
Юлька быстренько узнала дорогу у местных аборигенов, и через полчаса резвого галопа мы были в старом городе.
 — Юлька, гляди!!! — восторженно заорала я, увидев хроменькую пальму в кадке.
 — На что смотреть, — удивилась тезка, усиленно оглядываясь.
 — Пальма!!!
 — ???
 — Ну, пальма же! Пальма! Растет! Ты понимаешь! — принялась растолковывать непонятливой  я. Для меня наличие пальмы всегда было своеобразной путевой вехой. Если растут пальмы — значит я уже далеко от дома… Но Юлька, живущая в двадцати минутах езды от Черного моря меня не поняла, и мой разделить радость от увиденной пальмы не захотела. Наверное, они ей дома надоели.
 — Юлька, горы!!! — я, хоть и привыкла к горам, обрадовалась повторно. Это же Альпы!!! На этот раз моя спутница прониклась и помчалась запечатлевать их на видеокамеру…
Мы галопом пронеслись по Старому городу, и остановились у причудливой колонны, увенчанной золотой звездой. Позднее, Регина объяснила нам, что мы видели Чумную колонну, аналогичную той, которая в Вене (и которая в наш приезд была закрыта на реконструкцию). Население таким образом благодарило Господа за то, что эпидемия чумы наконец-то миновала, вроде бы так. (С другой стороны, если, как говорится, без божьей воли и волос не упадет, значит и сам факт эпидемии свершился тоже по его воле. За что, спрашивается, благодарить?). Верующим примечание в скобках читать не обязательно.
Обратно мы неслись не разбирая дороги. В то время, как одна Юлька останавливалась бросить монетку в фонтан, или снять какой-либо заслуживающий внимания объект, вторая кричала «Юлька, скорей!», и через минуту все повторялась, только наоборот. К отелю мы вылетели, когда группа уже садилась в автобус. Без приключений спустились на лифте и заняли свои места. Кроме нас, в центре Линца не побывал никто!
За время трехчасового переезда до Вены мы успели привести дыхательный аппарат в порядок и были готовы к новым подвигам. Регина решила окультурить группу, и поставила старый — старый немецкий фильм о жизни императрицы Сисси.
 — Терпеть не могу исторические фильмы! Выключите! — заявила Мадам.
-Это очень красивый фильм, вам понравится, — стала уговаривать наш гид. Фильм был действительно красивый, но наи-и-иивный… Тем не менее, наш автобус увлекся и с неохотой оторвался от жизненных перипетий австрийской императрицы и переключился на Вену, да и то только потому, что Регина сказала:
 — Посмотрите налево, это императорская резиденция, здесь жила Сисси…
 В итоге, когда приглашенный гид начала автобусную экскурсию, и, показав на красивый памятник, спросила: «Угадайте, какой знаменитой императрице он поставлен», автобус дружно гаркнул «Сисси!», и очень удивился, узнав, что Марии-Терезии…
Провезя нас по знаменитому Кольцу, наш автобус уехал на девятичасовой отстой перед ночным переездом, а у нас началась пешеходная экскурсия. Еще в автобусе мы с Юлькой с упоением строили планы на девять часов болтания в Вене, но получилось все немного не так, как мы хотели…
Как только зад нашего «Неоплана» исчез в туманной дали, вместе с водителями и Региной, я запнулась обо что-то в булыжной мостовой и напрочь оторвала себе половину босоножки. Теперь обудка держалась только на тоненьком ремешке на щиколотке и позволяла хромать со скоростью двух метров в минуту. Сказать, что я расстроилась — значит ничего не сказать. Весь день, все радужные планы коту под хвост!!! К счастью, вспомнила про приватизированный в Польше набор из ниток, иголок, булавок и даже маленького гвоздика. Пока наша группа наслаждалась видами Хофбурга, я с помощью перочинного ножа забила в подошву маленький гвоздик, закрепила ремешок булавкой, а в сумочке одной из наших бабушек нашелся скотч. Ура, я снова во всеоружии! Правда, с ногой, замотанной скотчем, как египетская мумия бинтами, но это уже мелочи, день спасен!
Упавшее до нуля настроение поднялось, и скоро я уже с удовольствием уплетала знаменитые венские пирожные в кафе «Розенбергер». И даже тот факт, что через полчаса в супермаркете я увидела те же самые пирожные по цене в полтора раза ниже не омрачил счастья.
Скотч держался крепко, и мы с Юлькой отправились в свободное плавание. У собора святого Стефана сфотографировались с Моцартом, купили табачок по заявке моего друга (здесь мне опять пришлось прибегнуть к переводчитским услугам Юльки, но слова «трубка» на немецком не знала даже она, поэтому пришлось изображать пантомимой), затарились конфетками — «моцартинками», прошли по Рингштрассе — «Кольцу» и улице Кертнерштрассе — главной артерии старого города и, наконец, рухнули на травку в парке Альбертины. Съели купленную в супермаркете дыню, отдохнули и двинули по кольцу второй раз — смотреть здания в великолепной вечерней подсветке.
Снова прошли от площади Марии-Терезии мимо здания Правительства, выполненного в греческом стиле, перед которым возвышается статуя Афины Паллады, далее к Ратуше и Собору Святого Стефана, обошли еще раз вечерний Хофбург, периодически останавливаясь для фотографирования, замкнули Ринг, выйдя к Венской Опере (кстати, сейчас там показывают постановку «Дон Жуан», а два раза в год, обычно в Рождество дают «Летучую Мышь», а самые дешевые стоячие билеты стоят около 5 евро) и упали на лавочку на площади Марии-Терезии за десять минут до прибытия автобуса. Кстати, чтобы сделать нормальные ночные фотографии на моем цифровике приходилось искать место, куда можно стационарно его водрузить, что представляло из себя некоторую проблему. Конечно, был бы штатив… Но, чего нет, того нет, поэтому приходилось использовать подручные средства — от асфальта, скамеек и пирамиды из сумок до мусорных бачков. Поэтому, съемка любого объекта начиналась с осмотра территории, потом одна из нас кричала: «Вижу упор», и начиналась процедура пристраивания цифровика. Тем не менее, таким образом я ухитрилась нащелкать достаточно неплохие фотки вечерней Вены.
На ночной переезд я по уже устоявшейся традиции переселилась на пол. Автомобильная подушка под голову, моя походная, изъездившая всю Европу курточка сверху, и спокойной ночи. А когда проснулась утром, надо мной были горы…

Проехала за сутки: Тысячу сто километров + прошла пешком около пятнадцати.
Спала: Шесть часов на полу автобуса.


Сутки 8. Австро-Швейцарская граница — Люцерн — гора Пилатус — Берн.

Быть в Швейцарии — престижно,
Быть в Люцерне — престижно вдвойне!

(Где-то вычитала Юлька)

Восходя дорогой горной,
Прямо к бездне голубой…

(М. Щербаков)

 — Вставайте, скоро будем проходить границу, — растолкала автобус Регина. Пришлось спешно вскакивать, дабы на меня ненароком не наступили, и занимать сидячее положение. Соседи потягивались и жаловались на затекшие шеи и конечности. Я же чувствовала себя вполне бодрой и готовой к великим свершениям. Вот, только, конечно неплохо было бы умыться и почистить зубы, но не надо слишком многого хотеть от жизни…
Оказалось, швейцарцы наплевательски относятся к таможенным формальностям. Провези мимо них хоть автобус полный взрывчатки — никому нет дела! Регина собрала наши паспорта, а через полчаса нам вернули их уже проштампованными. Даже не вышли сверить наши морды с фотками! Езжайте люди… Самое интересное, что если вы надумаете в Швейцарию не ехать, а лететь, у вас бдительные таможенники изымут все- перочинные ножики, излишки спиртного (все, что превышает один литр), батарейки (абсолютно непонятно из каких соображений, но у знакомых отобрали пять штук), и так далее, в том же духе…
Так что, если у кого-то дома хранится оружие, драгоценности, валюта, наркотики, антиквариат, и вы ломаете голову над способами провоза всего этого добра в старушку -Европу, летайте автобусами «Туртрансвояжа!» :)
Итак, вот она — Швейцария! Проплывает мимо борта нашего «Неоплана» с крейсерской скоростью девяносто километров в час. И горы, горы… Руки так и чешутся — хочется снимать и фотографировать абсолютно все, но силой воли этот зуд сдерживаю — понимаю, что это только начало… Первый город по нашей программе — Люцерн, который единодушно называют самым красивым городом Швейцарии. Согласна! Но все, что красиво, к сожалению, все так дорого…
Еще вчера, в Вене весь день я прибывала в легком ступоре от тамошних цен. Даже прошлогоднее Монте-Карло меня настолько не шокировало! Или жизнь в Европе подорожала за год на порядок, или Франция дешевле Австрии. Итак, листаю свой блокнотик:
 — Магнитик на холодильник — от 6 евров.
 — Сувенирная стопочка — от 4 до 8 их же. 
 — Одна пироженка в кафе «Розенбергер» — 2, 95 евро.
 — Прогулка на фиакре по центру (примерно полчаса) — от 35 евро.
 — Набор ликеров «Моцарт» (три масеньких пузыречка по 0,05 л). — от 9, 5 до 13 евро.
 — Туфли женские любые в центральных магазинах (сами понимаете, пришлось обратить внимание) — стартуют от 150 евро.
 — Тапочки-сланцы на распродаже на блошином рынке (порнография, за которую я бы не отдала даже стольника в рублях) — 19 евро.
 — Шмотки — ОЧЕНЬ дорого (сколько не помню, но в моих записях фигурирует слово «зашибись».
Вот таким образом, это что касаемо Вены. На подъезде к Люцерну Регина принялась нас активно стращать:
-Не пытайтесь переводить местные цены в рубли, появляется слишком много нолей…
Не знаю, сколько нолей появлялось, в рубли я не переводила, а считала в привычных евриках. Как мне показалось — сопоставимо с Австрией, или, может быть чуть-чуть дороже, ничего такого сверх-сногсшибательного.
 — Сувениры — примерно столько же (купила стопочку за 4 евра).
 — Часы швейцарские — стартуют от 40 франков (явный Китай). Хорошие -от 150—200 франков. (1 франк = примерно 24 рубля или 1,5 евра).
 — Ножи «Victorinox» — от 15 франков самый примитив. Я купила два — за 19 франков с пятью лезвиями в Монтрё, и за 39 охотничий «Hunter», но это было уже в Лихтенштейне, по-моему, там было чуть дешевле.
 — Открытка 1 шт, но красивая — 2, 5 франка (Не купила, задушила жаба).
 — Фондю — 1 порция, но большая + 2 бокала белого вина, но небольших — 30 франков в Берне.
 — Шоколад — плитка 100 гр. — примерно 2 франка, но в Цюрихе нарвались на распродажу в супермаркете и затарились по смешной цене 7 франков за десять штук.
 — Сыр швейцарский в мекке гурманов Грюйре — кусок примерно 250 гр. вытянул на 20 франков. Килограмм в рублях считайте сами. Про этот сыр будет сказано позднее и гораздо подробнее…
 — Перекачать фотки с забитой флэшки на болванку — 30 евро (!!!)
Прошу прощения, я отвлеклась. Но так как меня спрашивали про тамошние цены особо — плиз вам прайс 

Страницы: 1 2 3 Следующая

| 10.08.2006 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий