Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Конго >> Дети леса


Забронируй отель в Конго по лучшей цене!

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Дети леса

Конго

На планете их осталось меньше 200 тысяч человек. Точного количества не известно никому. У них нет паспортов и постоянного адреса. Их трудно отыскать среди бескрайнего зеленого моря тропического леса. Небольшие группы этого народа ведут кочевой образ жизни, не ведая границ и перемещаясь по бесконечным и непроходимым лесным массивам экваториальной Африки, от Камеруна, Габона и Конго на Западе, до границы Демократической Республики Конго, Уганды и Бурунди на Востоке. Лес — это их дом и среда обитания. Лес дает им кров, пищу и защиту. В лесу они прекрасно ориентируются и чувствуют себя в безопасности. Цивилизация практически не изменила их быт. Они делят людей на «больших белых» и «больших черных», являясь самыми низкорослыми людьми на планете. Уклад их жизни остается для нас загадкой — такой непостижимой и волнующей, таинственной, пугающей и недоступной, надежно спрятанной от посторонних глаз под густым и сумрачным пологом тропического леса.

Городок Весо, провинции Санга, что на севере Республики Конго был последним оплотом «цивилизации». Дальше на джипе пришлось ехать на запад, по направлению к населенному пункту Сембе по размытой тропическими дождями односторонней колее, по обе стороны которой стеной стоял тропический лес. Местами он буквально нависал над колеей, и придорожная растительность хлестала по лобовому стеклу, оставляя зеленые отметины. Изредка попадались небольшие деревушки банту, с невысокими домами, построенными из красной глины и деревянных жердей. Водитель останавливался и что-то спрашивал на лингала — местном языке, качал головой и через мгновенье мы уже двигались дальше. Мы пытались хоть что-то узнать о пигмеях — загадочном и удивительном народе Экваториальной Африки. Все говорили одно и то же: с окончанием сезона дождей пигмеи уже давно ушли в Габон или в Камерун. Не сезон. Последних видели еще несколько недель назад. Надежда встретить пигмеев в их естественной среде обитания таяла с каждым километром.

К полудню мы добрались до деревни Миелекука в 117 километрах от Весо. Посмотреть на «мунделе» — белых людей, высыпала вся деревня. Нас окружила толпа цепких и любопытных глаз. Вскоре мы узнали, что в нескольких часах перехода по джунглям еще находится пигмейская стоянка. Мы также узнали, что несколько дней назад пигмеи выходили из леса и выменивали пойманную там дичь на бананы. Но никто не гарантировал, что мы сможем застать их там сейчас. Но мы готовы были рискнуть. Пожалуй, это был единственный шанс увидеть их.

На переговоры с деревенским старостой, отбор носильщиков, поиск проводника ушло не более часа. Еще немного и зеленая стена джунглей сомкнулась за нашими спинами. Впереди была неизвестность и путь на юг через полумрак джунглей. Не давали покоя вопросы: не окажутся ли все наши усилия напрасными? Сможем ли мы встретить таинственных «детей леса» в их естественной среде обитания? А если нам все же удастся их отыскать в бескрайнем зеленом море, то какова будет реакция на наше присутствие? Позволят ли нам пожить среди них, понаблюдать за их бытом и укладом жизни? Ведь мы для них «большие белые чужаки», пришедшие Бог весть откуда.

Уже несколько часов, слабое подобие тропы петляло, спускалось вниз, огибало огромные деревья, круто поднималось наверх, пересекало многочисленные ручьи и речушки с мутной желтоватой водой, небольшие овраги, густо поросшие неизвестной растительностью и переплетенные гигантскими лианами. Казалось, пути не будет конца, и мы идем уже целую вечность. Воздух был насыщен испарениями — влажными, теплыми и тягучими.

Впереди группы проводник — молодой парень по имени Гадек, активно работал мачете, вырубая проход среди хаотичной растительности. Но, несмотря на его старания, лианы с острыми, как зубья пилы шипами, цеплялись за одежду и снаряжение, норовя порвать его. Носильщики устали, но пытались сохранить бодрость духа. За последний час это был третий привал.

Нгуадо — пигмейская деревня находилась на небольшой опушке леса. Она вдруг появилась неожиданно и представляла собой одиннадцать низких хижин-шалашей, полукруглой и прямоугольной формы из веток и листьев, расположенных по окружности. Четыре хижины были в плохом состоянии — покосившиеся, полуразрушенные, местами с дырявой кровлей. Остальные семь были обжитые. Внутри каждой из них теплились небольшие очаги, наполняя хижины густым дымом и отгоняя насекомых. В каждой хижине небольшой лежак, сделанный из толстых веток и своеобразная постель из широких листьев маранты. Над костром небольшой «стол» из тех же веток, где пигмеи коптят мясо, и хранят другие продукты. Вот собственно и вся обстановка пигмейского дома. Посреди деревни были разложены несколько костров. Но обитателей деревни не было видно. Проводник жестом показал нам остановиться. Вся группа остановилась и замолчала. Гадек медленно приложил палец к губам:

- Они здесь, они наблюдают за нами. Не делайте резких движений.

Ждать долго не пришлось. Словно приведение, почти бесшумно из леса появился маленького роста пожилой пигмей с большим мачете в руках. За ним еще один с длинным копьем. Не спеша и немного с опаской, они подошли к нашей группе. Проводник перекинулся с ними парой фраз, показав на нас рукой. Пигмеи закивали головами и снова исчезли в чаще леса. По выражению лица Гадека мы поняли, что что-то не так.

- Они вас боятся. Я сказал, что им ничего не угрожает и что вы хорошие люди и обижать их не будете. Они попросили подождать. Сказали что подумают.

Обнаруженное нами племя называлась Бака, принадлежала группе Убанги. Говорили пигмеи на языке Либака. На слух язык пигмеев похож на пересвист птиц с множеством гортанных коротких или тягучих звуков.

Мы отпустили носильщиков. Нас осталось пятеро — сотрудник посольства РФ в Республике Конго Георгий Чепик, представитель Росзарубежцентра в РК, директор Российского центра науки и культуры Василий Чечин, Жюстен Кимпалу — представитель Министерства культуры искусства и туризма Республики Конго, ученый, этнограф, лингвист, специалист по местным языкам, наш проводник Гадек, который будет находиться с нами все время и выполнять роль переводчика с пигмейского на лингала и я.

Все напряжены. Ничего не остается делать, как ждать. Сколько пигмеи будут думать — не известно. Пытаюсь достать фотоаппарат. Гадек опять жестом показывает, чтобы я спрятал его обратно.

- Не пугайте их. Они вообще могут не появиться.

Пауза длилась несколько минут. Так же неожиданно наши знакомые пигмеи появились в сопровождении еще трех молодых мужчин, вооруженных копьями, мачете и чем-то похожим на примитивный топор. Кто-то из нас пошутил: «Сейчас начнется охота на мунделе…»

Проводник и группа пигмеев в сторонке что-то тихо обсуждали, кивая головами и изредка посматривая в нашу сторону. Было немного не по себе. Наконец, Гадек и группа пигмеев подошли к нам. Мы приветствуем друг друга кивками головы. Самый пожилой пигмей оказался вождем. Его звали Мингуо. Гадек объясняет, что вождь нам разрешает остаться здесь, и мы можем расположиться рядом с пигмейской деревней. В знак благодарности мы дарим вождю мачете. Он доволен и улыбается. Контакт состоялся. Но надолго ли? Замечаем, что в деревне нет женщин и детей. На наш вопрос: «А где они?», пигмеи молчат. Мы не настаиваем на ответах.

До темноты надо устроить лагерь. В тропическом лесу темнеет рано и быстро. Густая темнота сваливается откуда-то сверху, с огромных раскидистых крон сорокаметровых деревьев поглощая последние остатки света и заполняя все пространство. И вот уже вокруг тебя сплошная черная бездна. Темнота настолько плотная, что не видно собственной руки, вытянутой перед собой. После наступления сумерек тропический лес наполняется всевозможными звуками — стрекотом цикад, звуками ночных птиц, одиночными криками обезьян, звуками падающих плодов, хрустом веток, шелестом листьев — все сливается в сплошную ночную какофонию. Создается впечатление, что жизнь в лесу ночью только начинается. Лес, как один живой организм живет своей жизнью.

Пигмеи помогают расчистить от леса небольшую площадку, орудуя большими мачете с легкостью виртуоза. Помогают развести костер и приносят охапку только что срубленных листьев маранты, которые нам будут заменять постель. Попутно с нескрываемым интересом разглядывают наше снаряжение, палатки, рюкзаки и фотоаппаратуру, тыча пальцами и пересмеиваясь между собой. Проводнику отведена отдельная хижина. Вскоре усталость берет свое и мы проваливаемся в сон.

Ночью пигмеи прекрасно ориентируются, быстро и бесшумно перемещаются по лесу, не используя при этом фонарей. Ночью они становятся совсем незаметными, всегда заставая нас врасплох, когда словно из неоткуда появлялись у нас за спиной.

Утром мы узнали, что пигмеи не спали всю ночь. Они жгли костер, разговаривали и с опаской поглядывали на лагерь «больших белых», которые так неожиданно ворвались в их жизнь. Для маленьких лесных людей это было событием. В ту ночь, слово «мунделе» звучало много раз.

Утром нас ожидал неприятный сюрприз. С рассветом, дикие пчелы слетаются на запах человеческого пота. Слетаются не по одной, а сразу всем роем. Они облепляют твое тело и с этим бесполезно бороться. Они забираются под одежду, в обувь, в палатки. Пытаемся стряхнуть их, сдуть, сбить — но все напрасно. Взамен получаем укусы — частые, резкие и болезненные. Пигмеев веселило, когда «белые» пританцовывая и вскрикивая от боли, бегали по деревне, пытаясь освободиться от пчел. «Дети леса» искренне смеялись, показывая на нас пальцем. Ведь у пигмеев и пчел полное взаимопонимание.

Пигмеи не верят в Бога, в том понимании, в котором верим в него мы. Они обожествляют лес, животных и деревья. Все что окружает их, имеет божественный смысл. Они взывали к Лесу, чтобы он дал им защиту, отвел от беды, помог справиться с болезнями и напастями. Они просили Лес заступиться за них, если незнакомцы принесли с собой неприятности. Они не могли понять, что «большие белые» еще в большей степени беззащитны в этом лесу, что для «больших белых» Лес полон опасностей, для них это чужой дом, чужая среда — агрессивная, непонятная и опасная, практически непригодная для привычной жизни.

Днем в деревне появились женщины и дети — так же тихо и незаметно. Они старались не смотреть нам в глаза, пряча взгляд и отворачиваясь от объектива фотоаппарата. Они вздрагивали при работе фотовспышки, стараясь поспешно исчезнуть в полумраке хижины. Мы старались не нарушать их привычного распорядка своим присутствием. Но уже скоро, обитатели деревни привыкли к фотокамере и не обращали на нее внимания, спокойно занимаясь своими повседневными делами.

Образ жизни у пигмеев тяжелый и однообразный. Женщины с утра, взяв плетеные корзины, уходят в лес ловить рыбу, собирать сочные тропические плоды, орехи коренья, грибы и личинок насекомых. В деревне остаются одна две «дежурные», в обязанности которых входит поддержание огня и присмотр за детьми. Мужчины также уходят в лес на охоту — проверяют силки на животных, охотятся на обезьян и птиц, на хохлатых антилоп дукер. Еще недавно, пигмеи объединялись и устраивали «Магуа мусо» или большую охоту на крупных животных, например, на лесных слонов или горилл. Но сегодня популяции этих животных резко сокращаются. Слоны и гориллы сейчас большая редкость. Кроме того, Эбубу, так пигмеи называют горилл — опасны. Бывали случаи, когда горилла сама начинала исполнять роль охотника. Пигмеи стараются не ходить на горилл в одиночку или небольшими группами. Боятся. Поэтому приходится довольствоваться тем, что есть. Сегодня пигмеям все труднее добывать пищу традиционным способом — охотой. Тому виной активная деятельность лесных компаний, которые с катастрофической быстротой проникают в самые труднодоступные уголки леса, вырубая его, сокращая его площадь и как следствие ареал обитания животных. Охотиться с помощью традиционных луков и отравленных стрел становиться все труднее. Поэтому пигмеи все чаще прибегают к услугам «больших черных» банту, прося их поучаствовать в охоте, используя ружья. Это оказывается гораздо эффективнее старых способов охоты.

На охоту ходят группами, передвигаясь почти бесшумно и прислушиваясь к малейшему звуку. На охоте пигмеи сосредоточены и внимательны. И когда под ногами «больших белых людей» хрустели сухие ветки, «дети леса» качали головой, добродушно улыбаясь и почти беззвучно пересмеиваясь между собой.

В сезон дождей пигмеи собирают мед. Мед для пигмеев большое лакомство. И способов достать его два. Первый таков: когда дупло с пчелами обнаружено, берутся маленькие угольки от костра и засыпаются в дупло. Жар и дым выкуривает пчел. Этот способ пигмеи применяют только тогда, когда дупло находится на небольшой высоте. Если же пигмеи обнаружили дупло на большой высоте, то используется второй способ, более трудоемкий. На высоте в несколько метров от земли устраивается небольшая платформа из лиан. Пигмеи забираются туда и просто рубят дерево своими примитивными топорами, обвязывая и страхуя себя все теми же лианами. Эта очень трудоемкая работа, требующая хорошей физической силы, сноровки, терпения и выносливости. Дерево рубят по очереди, сменяя друг друга. За пару часов срубается ствол диаметром до метра. Но дупло может оказаться пустым, а усилия напрасными. Тогда пигмеи ищут новое дерево, и все повторяется заново. Вырубаются, как правило, старые и сухие деревья. Пигмеи не срубят большое живое дерево. Они не будут причинять ему боль и злить бога, потому что Лес может от них отвернуться.

Не менее интересна женская рыбалка. Лес буквально испещрен множеством небольших и неглубоких речушек. Рыбу ловят простым и эффективным способом. Из бревен и глины сооружается нечто похожее на небольшую плотину, и речушка перекрывается с двух сторон. Босиком, стоя по щиколотку в грязной жиже, из образовавшейся запруды подручными средствами вычерпывается вода. Работа грязная, однообразная и утомительная. Таким способом рыбалки занимаются исключительно женщины, помогая и подбадривая себя незатейливыми песнями. Когда участок реки мелеет, все живое собирается в плетеные корзины. «Улов» разнообразием не отличается — небольшие крабы, речные моллюски, сомики величиной с ладонь. За четыре часа такой работы набирается чуть меньше половины корзины. Конечно, этого маловато на всю деревню, но женщины довольны работой.

К обеду все возвращаются в деревню. Мужчины убили несколько обезьян. Сегодня Лес был щедр. В деревне царит оживление. На лицах пигмеев улыбки. Гадек поясняет нам, что сегодня вечером будет праздник. В одной из хижин замечаю индуму — высокий там-там и ритуальные погремушки на ноги.

Один из пожилых пигмеев уже разделывал тушки, закрепив их на шесте. Улов и добыча разделена поровну между семьями. Приготовлением пищи занимаются женщины. Жена вождя по имени Эбембе готовит длинных и жирных личинок каких-то насекомых белого цвета. Личинки покрыты длинными коричневыми и острыми щетинками. Прежде чем личинки пойдут в пищу, их надо очистить от щетинок. В корзину с личинками засыпаются мелкие горящие угли таким образом, чтобы полностью скрыть их. Потом это все тщательно перемешивается. Щетинки сгорают. Гусеницы выбираются из корзины, пересыпаются какими-то травами и все — они готовы к употреблению. По вкусу напоминают вяленых креветок. Мужчины в это время обсуждают прошедшую охоту, неторопливо покуривая какую-то травку, завернутую в лист неизвестного нам растения и между делом поджаривая на костре обезьянью печенку, насажанную на длинную и тонкую палку. Наконец еда приготовлена. Мужчины едят отдельно от женщин, но все в одно и то же время. За последние несколько десятилетий, цивилизация принесла пигмеям металлический котелок, мачете и кое-что из одежды, в которую стараются одеть детей. Но они также как и прежде собираются в круг, где в центре на листьях маранты разложена их нехитрая еда и молча начинают трапезу, благодарят своих богов за дары, которые дал им сегодня их Лес. Они спокойны и неторопливы. Так было вчера, так есть сегодня и возможно будет завтра. Только этого никто не знает, даже их самый главный Бог.

Соль в большом дефиците. Мы знали об этом и заранее приготовили пару пачек в качестве подарка. После подношения даров последние остатки психологического напряжения были сняты.

Вечером пигмеи разожгли большой костер. Кто-то из пигмеев на индуму выстукивал витиеватые ритмы. По очереди, сначала вождь, потом пожилой пигмей по имени Меулу переодевались в ритуальные одежды и танцевали Буму — танец, восхваляющий богов, Лес и животных. Женщины подпевали в несколько голосов, импровизируя и подстраиваясь под барабанные ритмы. Пигмеи пояснили нам, что у них есть еще один танец, но они не будут нам его танцевать, поскольку он опасен для нас и особенно в лесу. Мы попросили объяснить нам причину отказа. Вождь подумал и сказал:

- Этот танец связан с нашей верой в Лес, в богов и религией. Для нас это не опасно, а вот для вас да.

Потом дал понять, что больше не хочет говорить на эту тему. Мы не стали испытывать судьбу и больше не настаивали. К полуночи праздник закончился. В ту ночь в деревне спали спокойно.

Пигмеи народ кочевой. Долго они не задерживаются на одном и том же месте. Несколько раз в год пигмеи оставляют свои дома, собирая свой нехитрый скарб и незаметно уходят в самые глухие уголки тропического леса по только им ведомым тропам. Их брошенные крошечные деревни очень быстро зарастают растительностью и уже через какое-то время полностью поглощаются лесом. На старые места пигмеи не возвращаются. Никогда.

Сегодня нужда заставляет пигмеев все чаще выходить из леса в деревни к банту и наниматься на сезонные работы на плантациях, они помогают лесным компаниям расчищать лес для вырубки наиболее ценных и больших деревьев. Сегодня практически не осталось пигмеев, которые в той или иной степени не соприкоснулись бы с цивилизацией. Эти процессы постепенно неизбежно приведут к исчезновению культуры, традиционного образа жизни целой этнической группы. К сожалению, этот процесс объективен и неизбежен. Такова печальная реальность современного мира, где, похоже, маленьким «детям леса» не остается места.

Еще один рассказ автора о Конго РЕСПУБЛИКА КОНГО. Страна французского влияния и русской ностальгии

Комментарий автора:С рассветом, дикие пчелы слетаются на запах человеческого пота. Слетаются не по одной, а сразу всем роем. Они облепляют твое тело и с этим бесполезно бороться. Они забираются под одежду, в обувь, в палатки. Пытаемся стряхнуть их, сдуть, сбить — но все напрасно. Взамен получаем укусы — частые, резкие и болезненные. Пигмеев веселило, когда «белые» пританцовывая и вскрикивая от боли, бегали по деревне, пытаясь освободиться от пчел. «Дети леса» искренне смеялись, показывая на нас пальцем.

| 10.04.2005 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий