Отзывы туристов о путешествиях

Побывал — поделись впечатлениями!

Черногория, Прчань, вид с балкона
Главная >> Болгария >> Золотые Пески >> Золотые Пески — 2003. (Часть 3)


Забронируй отель в Золотых Песках по лучшей цене!

Дата заезда Дата отъезда  

Система бесплатного бронирования гостиниц online

Золотые Пески — 2003. (Часть 3)

БолгарияЗолотые Пески

9. Курортные развлечения.
 В первый момент впечатление одно: хаос!

Все побережье состоит из одних развлечений и соблазнов — взрослых и детских. Не будь их, на курорте стало бы просто нечем заниматься в свободное от купания и сна время. Но главное даже не в том, что они есть, а скорее, что на них постоянно — ежедневно и практически круглосуточно — находится спрос. И, временами, совсем немалый. Другое дело, однотипных развлечений в Золотых Песках так много, что слова «подождать» здесь просто не существует. Ждать иногда приходится только по одной причине — из-за разгильдяйства персонала.

Каких развлечений — взрослых или детских — больше? Пожалуй, все-таки детских. Не потому, что детьми здесь как-то особенно занимаются (по оценкам бывавших в Турции, здесь ими вообще не занимаются — все ложится исключительно на плечи родителей), а потому, что ничего специфически взрослого (бары со стриптизом и ночные дискотеки мы в этой связи опустим) в Золотых Песках просто нет. Не считать же, например, «взрослыми» водные горки по образцу аквапарковых. Да, Кире в ее четыре года, кататься с них было рановато, но еще сезон-другой и будем мы ее ловить снизу, попутно вразумляя, что не следует «хулиганить» на высоте пятиэтажного дома. Тем более, что приезжаешь с них в тот же самый бассейн, где есть и детское отделение и взрослое — отличающиеся исключительно глубиной. То есть, для умеющих плавать (или просто не боящихся — в последние дни расхрабрившаяся Кира вполне уверенно «рассекала» на круге в любом месте бассейна) ничем не отличающиеся.

Вероятно, смысл во всем этом есть. Все-таки большинство молодых людей приезжают сюда с детьми.

Что сразу бросается в глаза, так это хорошо развитая здесь система проката. Развитая, поскольку быстрая и без лишней бюрократии, что всегда приятно. В прокате, скажем, автомобиля мы не нуждались (хотя и таких контор на побережье предостаточно), но к информационному стенду я подошел — полюбопытствовал. Оформление — полчаса, размер залога (или страховки — не знаю, как это называется в Болгарии) невелик — видимо считается, что далеко туристы все равно не уедут. Арендная плата вообще пустяк — «Фольксваген — Поло» меньше тридцати евро в сутки, «Рено-Клио» — тридцать пять, если брать на несколько дней — скидки. Для любителей поездок по стране на арендованной машине — не слишком обременительно. Бензин дороже выйдет.

Кстати, одно любопытное дополнение. В памятке, выданной мне в турфирме вместе с авиабилетами, наряду с замечательным сообщением, что в Болгарии говорят по-болгарски и безнадежно устаревшим курсом лева, я обнаружил отличную фразу. «Любителям поездок на автомобилях следует помнить, что правила дорожного движения в Болгарии несколько отличаются от привычных нам». Может быть, (вполне допускаю) я чего-то из окна автобуса и не заметил, но единственное действительно важное дорожное наблюдение — это крайне агрессивная манера езды местных водителей. Даже по сравнению с привычной мне и, откровенно говоря, не слишком джентльменской в этом отношении Москвой. Возможно это связано с узкими дорогами и перманентно плохим асфальтом, но друг друга никто не пропускает, машины «вклиниваются» в нужные им полосы совершенно бесцеремонно, а полиция смотрит на все это сквозь пальцы. Точнее, я бы сказал, не смотрит вовсе. В Золотых Песках мы изредка видели полицейский «Опель», лениво разъезжающий вдоль пешеходной зоны — не исключено, что он там вообще единственный. Да и дорожная полиция в глаза не бросается. Скопление людей в форме мы наблюдали лишь однажды — на горном серпантине по дороге в Несебр. Полицейские сосредоточенно вылавливали краном укатившую под откос фуру.

Но про автомобили я сказал, в общем, для иллюстрации. Ездить в Золотых Песках особенно некуда, да и смысла в этом большого нет — все привязаны к морю. Значительно популярнее здесь прокат других «средств транспорта»: скутеров и велосипедов.

Самое удобное время для катания по побережью — середина дня. Оно — самое жаркое, народ в это время даже с пляжа старается уйти и спрятаться в тени или под кондиционерами, но именно в это время от катания можно получить наибольшее удовольствие. Потому что дорожки пустые. Вечером, когда на берег высыпает все население Золотых Песков, ничего кроме раздражения катальщики уже не вызывают. Даже у тех, кто гуляет по одиночке. А уж у тех, кто с детьми — и подавно. Тем более, что к возрасту человека, арендующего, например, скутер относятся более чем лояльно. Мы не сторонники запретов, но если по запруженной людьми дороге пробивается стая тинейджеров на скутерах — это уже само по себе аварийная ситуация. Не для гуляющих, так для них самих. Спокойно в таком возрасте никто не ездит — обязательно нужно «себя показать», при этом далеко не всегда «пляжные гонщики» действительно уверенно чувствуют себя за рулем на большой скорости. Хотя бы потому, что скутер — элементарно тяжелый.

Но мы скутер пробовать не стали — ограничились велосипедом.

Прогулочный велосипед Золотых Песков — штука занятная. На четырех колесах укреплена жесткая рама с плетеными сидениями и матерчатым тентом над головами катающихся. Причем различаются велосипеды количеством мест — мы брали маленький: двое крутят педали, а ребенок сидит впереди на специальной скамейке с ремнями безопасности. Большие же компании разъезжали по золотопесковским дорожкам на четырех, а то и шестиместных агрегатах. Управляется такой велосипед рулем, находящимся в руках сидящего впереди слева, тормоз — педаль под правой ногой «рулящего». В общем, принцип скорее автомобильный, чем велосипедный.

Первый раз мы прокатились как раз днем — проехали от «Родины» до отеля «Берлин» — почти до самой окраины курорта, — вернулись обратно. Все это (даже с фотографированием) заняло около получаса. Как раз, чтобы не слишком устать даже в жару. Правда, во второй раз все получилось не так удачно. Было уже темно, и мы решили отправиться в сторону от пешеходной зоны, дабы не создавать проблем ни себе, ни другим. Идея оказалась «с дыркой». Сначала мы не смогли въехать на склон холма — просто не хватило сил. Потом, отправившись, к Ривьере поняли, что удовольствие уворачиваться в темноте от таксистов, попутно проваливаясь в выбоины на асфальте — не слишком большое удовольствие. В результате, вернулись в гостиницу очень уставшие и не очень довольные. Кстати, компаниям на больших велосипедах в этом отношении было несколько легче. Собственным весом велосипеды отличаются не сильно, но когда педали крутят не двое, а шестеро — забраться на гору все-таки более реально.

В обычных, двухколесных, велосипедах на берегу тоже недостатка нет. Нет вокруг них и ажиотажа. Чаще всего в прокатах выставлены не дорожные, а горные модели, что в условиях окружающего ландшафта — правильно. Только вот желающих посвятить отпуск карабканью по скалам на велосипеде что-то не наблюдается. Вероятно, они приезжают на другие курорты, более профильные.

Впрочем, если кому-то не хочется ни самолично крутить педали, ни ходить пешком, его с большим удовольствием будут возить.

Во-первых, можно попробовать найти велорикшу. Самого обычного — без каких-либо кавычек. Катают они на тех же самых четырехколесных велосипедах — только без лишних педалей. Ездят быстро, но аккуратно. Непрерывно гудят клаксонами — очень похоже, что они их просто из рук не выпускают. Особенно преуспевал один — мы его, во всяком случае, видели то и дело. Маленького роста, коренастый, в футболке игрока «ПСВ Эйндховен» Матеи Кежмана. Другой одежды парень, кажется, просто не признавал.

Во-вторых, по побережью разъезжали «солнечные» такси. По большому счету — такие же четырехместные развалюхи, только крыша не из ткани, а из блоков солнечных батарей. Внешне они больше всего напоминали легкие гоночные автомобили класса «багги». Каркас из трубок, ни одного стекла. Катаются, правда, почти бесшумно. В-третьих, одно из пляжных развлечений — конный экипаж. Открытая повозка, запряженная парой лошадей, извозчик в национальном костюме и соломенной шляпе. Повозка высокая — ее пассажиры могли смотреть на идущих пешком — сверху вниз. Мы до последнего дня размышляли — не прокатиться ли в таком экипаже, но все-таки решили этого не делать. Неизвестно какой раз увидеть то, мимо чего мы ежедневно по нескольку раз проходили пешком (другого-то маршрута все равно нет), но при этом — за довольно большие деньги, нам не захотелось. И не только нам. Базировались извозчики напротив отеля «International» и на «стоянке» их всегда было гораздо больше, чем «в пути».

Пусть только не создается у вас впечатление, что все постоянно на чем-нибудь ездили. Большинство все-таки ходило пешком. А те, кто с детьми, так даже довольно медленно, — с такими как Кира в Золотых Песках сильно не разбежишься. Слишком уж много вокруг привлекающего внимание.

Про аттракционы рядом с «Родиной» я уже вкратце упоминал. Площадка — проще некуда. Надувной детский батут — «прыгалка» — вечный восторг всех, кто моложе восьми, такая же надувная горка — по одной ее половине нужно было забираться вверх, по другой — скатываться вниз. Кира предпочитала делать это на спине, предварительно попрыгав на верхней площадке. Здесь же качели — лодочка, приводимая в движение мускульной силой смотрителя, да совсем уж малышовые «самолет» и «лошадка», раскачивающиеся, если в них бросить жетон. Кира, впрочем, и в них залезала с большим энтузиазмом. Правда, быстро теряла интерес. Площадка нас выручала сильно, поскольку для Киры аттракционы были не жизненной необходимостью, а своеобразным ритуалом, формой светской жизни: другие катаются и я хочу. Поэтому и на особом их разнообразии наш ребенок не настаивал. К тому же и не было его — разнообразия.

За несколько дней до отъезда прямо под окнами нашего отеля смонтировали еще один аттракцион. Шар с креслом внутри. Человек пристегивался, и шар начинал произвольно вращаться в любых, нравящихся ему, плоскостях. Кира, естественно, сразу же заявила о своих притязаниях на «покататься», мы, конечно же, пускать ее и не думали. Препирательства кончились тогда, когда однажды Кира посмотрела на катание в шаре девочки лет десяти. Аттракцион пришлось остановить на середине катания — иначе пассажирка просто потеряла бы сознание. Шар она покинула совершенно зеленая, крепко держась за родителей. Кира прониклась, и разговор об этом аттракционе у нас больше не заходил.

Зато заходил о других. Да что там — обо всех, которые попадались нашей дочери на глаза, он и заходил. Например, по всей прогулочной аллее расставлены многочисленные балаганчики — тиры. Чем и по чему в них следует попасть — определяется исключительно фантазией владельца. «Взрослые» варианты. Тремя довольно крупными мечами сбить со стойки пирамиду из шести жестяных консервных банок. Удастся сбить все — победить получает приз, мягкую игрушку. Я взвесил мяч на руке — с такого расстояния его бы не каждый до этих банок прицельно добросил — настолько легкий. Не говоря уже о том, чтобы сдвинуть с места железные банки, а тем более сбить все шесть тремя бросками. Или еще один вариант. Примерно с пяти-шести метров предлагалось попасть бейсбольными мячами в проволочный обруч. Пять мячей — приз после трех попаданий. Каждому, желавшему попробовать свои силы, парень за стойкой с удовольствием демонстрировал, что мяч в кольцо действительно проваливается. Без обмана. Только проваливался он исключительно с нескольких сантиметров и без отскока. За все время, что я стоял у балагана — в обруч не попал никто. Правда, однажды, когда мы с Наташей сидели в гостиничном бистро, мимо нас прошла молодая пара, неся в охапку огромного черно-белого кота, как раз такого, какие разыгрывались в тире. Если они его выиграли, то это — единственное свидетельство того, что выигрыш в уличных балаганах возможен. Своими глазами я ничего подобного не видел.

Были и детские варианты тиров. Например, удочками с магнитами отлавливать плавающих в фонтане пластмассовых утят. Заострять Кирино внимание на этом увлекательном процессе мы не стали и без лишних вопросов с ее стороны балаган покинули.

Зато нам всем очень понравился водный вариант «Автодрома». В небольшом бассейне плавали несколько надувных резиновых лодочек с электромоторами. Размера лодочки хватало как раз на ребенка размером с Киру. Ну, в крайнем случае, чуть старше. Понятно, что взрослые здесь могли быть исключительно зрителями, но их вмешательства и не требовалось. Скорость лодок совсем маленькая, перевернуться они не могут по определению. Даже удариться ребенку невозможно: вокруг исключительно мягкие баллоны. Честно говоря, у меня были некоторые сомнения относительно Кириной поездки на лодочке. Не на предмет безопасности, а, скорее, на предмет удовольствия. Было бы жаль, если бы она все отведенное время «боролась» с лодкой, вместо того, чтобы на ней кататься. Сомнения оказались совершенно беспочвенными. С задачей рулевого Кира справилась отлично. Лучше, чем это можно было представить в исполнении четырехлетнего ребенка. Прислоненные к бортику бассейна пустые лодки она грамотно объезжала, от столкновений со своими партнерами-оппонентами по развлечению вполне элегантно уворачивалась. Так что в роли водителя Кира чувствовала себя уверенно.

Есть на берегу и еще один вид аттракционов, не заметить который невозможно. Спортивный батут, поставленный между двумя стойками с привязанными к ним фалами — как для «тарзанки». Человека привязывали к фалам, немного приподнимали над поверхностью батута и давали возможность прыгать, переворачиваться — в общем, делать все акробатические номера, какие получатся. У кого не получались никакие, тому помогали оттолкнуться. Сказать, что батут пользовался бешеным успехом у отдыхающих — наверное, было бы неправильно. Но желающие попрыгать находились всегда. Особенно там, где ребятам-смотрителям удавалось сделать из прыжков целое шоу. Скорее всего, с подставными «зрителями» — достаточно было один раз внимательно приглядеться, чтобы понять, что девочка лет двенадцати, с визгом выписывающая в воздухе невообразимые фигуры, делает это как-то уж слишком координировано и профессионально. Что, впрочем, никак не умаляет ее достоинства. Хорошо себя показать — тоже надо уметь.

Достаточно на побережья и просто соблазнительных мелочей. Например, автоматы, которые за вполне стандартные пятьдесят стотинок выдавали либо каучуковый шарик, либо пластмассовую капсулу с каким-нибудь сюрпризом. Пустяк, но Кира спокойно пройти мимо такого автомата не могла. Главное, что и в Москве их много, но тут они прозрачные, сделаны в виде клоунов или еще чего-нибудь милого детскому сердцу. Так что было все: и слезы «хочу шарик», и обещания на другие игрушки даже не смотреть, и попытки отказаться от вечерних аттракционов. Понятно, что получила Кира и шарик и сюрприз — была как никогда довольна, но притягательная сила этих автоматов до сих пор кажется мне удивительной. Может быть, это что-то сродни притягательной силе игральных автоматов для взрослых, которых на берегу тоже достаточно. Своего рода — азарт, ожидание приза, о котором ты не знаешь заранее. Мне это трудно понять, поскольку к любителям игр со случайным выигрышем я не отношусь и игральные автоматы не люблю. Предпочитаю игры с более точным расчетом: преферанс, а не очко.

И, разумеется, говоря о детских развлечениях, нельзя забыть о разрисовывании гипсовых фигурок. Это даже нельзя назвать времяпрепровождением, это — целая индустрия.

Сколько столиков с игрушками расставлено вдоль главной аллеи Золотых Песков — точно сказать не могу. Мне сразу показалось, что очень много. Причем с каждым днем их становилось все больше — один, скажем, поставили прямо рядом с бассейном, где Кира предпочитала купаться по вечерам. Сам по себе процесс был прост, как все гениальное. На нескольких полках стояли белые гипсовые игрушки — самых разнообразных форм и размеров. В основном фигурки животных, но были там и сердечки, и ангелы, и индейцы, и… Чего там только не было. Фигурку надо было купить: все они стоили по разному — в зависимости от размера, а потом раскрашивать быстросохнущими красками под руководством профессионального художника, приставленного к каждому из таких балаганчиков. К сожалению, наша художница, судя по всему — студентка, по-русски практически не говорила, и с Кирой объясняться не могла. Так что Наташе приходилось процесс «контролировать». Но многие дети (правда, как правило, несколько старше) рисовали совершенно самостоятельно — для их родителей, надо думать, это были минуты спокойствия. Собирались мы в такой балаганчик довольно долго — называлось это «пойти раскрасить птичку» (они мелкие и дешевые), но кончалось это тем, что, оказавшись у стеллажей с игрушками, Кира отвергала птичек сразу и бесповоротно. Так мы и приехали в Москву с двумя разрисованными медведями, одного из которых Кира явно сделала гималайским (проще было просто искупать его в черной краске, чем орудовать кисточкой). Второго она сделала более разноцветным. Под чутким Наташиным руководством.

Существует в Золотых Песках и еще одна индустрия — фотографирование. Причем рассчитана она и на взрослых и на детей. Ежедневно перед входом в гостиницу по несколько часов в сутки разгуливали ростовые куклы, имитирующие наиболее популярных персонажей известных во всем мире мульфильмов. «Киноманке» Кире — уж точно известных. Причем кукол в запасе у фотографов было совсем немало. Не могу утверждать, но очень похоже, что за две недели они вообще не повторялись. Естественно, уговаривать детей сфотографироваться с Томом и Джерри, или Розовой пантерой, или Микки Маусом не требовалось — только помани. Уговаривать потом приходилось родителей эти снимки купить. Причем работали фотографы довольно бесцеремонно: просто подходили к ребенку, снимали его в обнимку с куклой, а потом вывешивали снимки на большом стенде, не увидеть который было невозможно. Вполне естественно, что к процессу «уговаривания» подключались сами дети. Кира тоже поначалу попыталась на нас нажать, но от этой бесполезной траты нам удалось увернуться легко — фотоаппарат был со мной постоянно и позированием перед объективом ребенок был вполне пресыщен. Кстати, ходят такие фотографы и по пляжу, пытаясь заполучить в кадр расслабляющихся туристок. Желательно топлесс. Иногда им это удается, чаще приходится выслушать о себе много нелицеприятного на разных языках мира.

Есть фотографы и более «цивилизованные», специализирующиеся на костюмной съемке. Это называется «фото под старину». Мужчин наряжают в мундиры или фраки (в такую-то жару — кошмар), дам в кринолины или бальные платья. Делают кадр на фоне выгородки с нарисованным морем (ага, настоящее в пятидесяти метрах), состаривают снимок на компьютере и в таком виде продают туристам. Выглядит довольно жалко. Нас постоянно пытались зазвать в одно из таких заведений. Мы постоянно отказывались и нас провожали традиционной фразой: «в следующий раз».

С пляжа можно легко уехать и на экскурсию. В самодеятельных туроператорах недостатка нет. Как правило, это два-три человека, объясняющих туристам, что побывать в Болгарии и не увидеть Несебр (Балчик, Софию, Рильский монастырь, далее везде) просто преступно, и пара микроавтобусов с водителями, которые и обеспечивают эти поездки. Полноценными экскурсиями такое катание назвать нельзя — экскурсоводов в них нет, зато и стоят они втрое дешевле, чем то же самое, но предлагаемое турфирмами. Ребенка, как примеру, вообще, как правило, берут бесплатно. Кстати, многие предлагают экскурсии в Стамбул. Нам было высказано полное разочарование этой поездкой. Два дня изнурительной дороги и беглый осмотр самого города — никаких впечатлений, кроме усталости. Так что если есть желание действительно осмотреть Турцию, не стоит стараться сделать это мимоходом.

А еще в Золотых Песках — море дешевой турецкой парфюмерии, подделок под лучшие мировые бренды. Наташа понюхала, сморщилась и заявила… В общем, заявила, что это недостойно даже того, что его нюхать. Я ей очень даже верю.

10. Работа персонала.
Ну, и, само собой, не без ложки дегтя.

Обслуживающий персонал в Золотых Песках, в основном, работает кое-как. Не весь. Я уже говорил, что горничные в отеле заслуживают всяческих похвал. Может быть, в гостиницах более высокой категории они вымуштрованы еще сильней, но наша-то на «суперлюкс» никак не тянула. Тем не менее, когда вода в раковине стала сливаться медленнее, чем хотелось бы, мы, уходя на пляж, просто оставили записку — просьбу исправить сток. Вернувшись через четыре часа, записки мы не обнаружили, зато сантехника работала идеально. То же самое произошло и с перегоревшей лампочкой, — заменена она была моментально и без каких-либо напоминаний.

Чтобы все так работали…

Наташа как-то раз очень точно сформулировала принципы, на которых строится работа местного сервиса: «у вас есть, а мы — здесь». Вроде как туристы им должны уже только за то, что их отсюда не гонят. При том, что в принципе, болгары — народ спокойный и доброжелательный, выглядит это, мягко говоря, не слишком красиво.

Простой пример. Ресторан «Червен рак» на площади перед отелем «Родина». В один из первых после приезда дней, когда мы еще боялись оставлять Киру в номере одну — даже спящую, отправились обедать туда. Просто чтобы потратить как можно меньше времени. Встретили нас роскошно. У ресторанных зазывал вообще место работы — площадка перед входом в заведение, где они стоят с раскрытыми в самых завлекательных местах меню, пытаясь продемонстрировать прохожим фотографии чудес местного кулинарного искусства. Нас окружили вниманием, проводили в открытый зал — антресоль, с видом на море, нам принесли меню. Открытое на самой дорогой странице.

Дело даже не в том, что мы могли элементарно не хотеть есть на обед именно омаров или телячью вырезку во французском вине. И не в том, что горячее блюдо за пятнадцать — двадцать долларов во время ничем не примечательного рядового обеда, все-таки дороговато, хотя именно так мы и считали. Но, черт возьми, имеем мы право просто полистать меню и выбрать то, что хочется нам, а не то, чем хочет накормить нас официант?

Надо было видеть, как демонстративно был потерян к нам интерес. Мы как будто просто перестали существовать. Минут пятнадцать к нам шли, чтобы заказ принять (это при том, что во всем ресторане занято было от силы три-четыре столика), потом еще полчаса несли салаты и заказанное нами незатейливое горячее. Не ушли мы только потому, что тогда еще не были уверены в скорости обслуживания в других местах. Там бы пришлось начинать заказывать заново. В общем, нам было очень четко дано понять — как клиенты мы никуда не годимся и только отнимаем время у официантов и поваров.

Пожалуй, именно с этого дня мы и стали присматриваться к персоналу чуть внимательнее, чем обычно.

Следующее наблюдение не заставило себя ждать: как ни странно, во многих ресторанах Золотых Песков не любят постоянных клиентов. Мы ощутили это в бистро «Рольба», понравившемся нам своим удобным расположением, большим выбором блюд и невысокими ценами. Первый раз официантка подбегала к столику, как только мы начинали ее звать, интересовалась у Киры — понравился ли ей суп, а у нас — в какой последовательности подавать еду и напитки (что в присутствии ребенка всегда важно). За что и получила совершенно заслуженные десять процентов сверх счета. Во второй раз к нам отнеслись как-то настороженно, с некоторым удивлением — что это они опять пришли. В процессе выполнения заказа сменилась официантка, у нас несколько раз переспрашивали, что же мы хотим. Показалось, что мы просто попали в бистро во время пересменки — ну, так сложилось. Сомнения в «неслучайности» окончательно развеялись на следующий день, когда сначала нам не хватило официантки (как еще можно назвать полное игнорирование сидящих за столиком клиентов), потом были перепутаны заказы, а в конце не оказалось уже обещанного десерта. На том роман с «Рольбой» и завершился.

Трудно утверждать — с чем такое отношение связано. Вероятно, при огромной ежедневной ротации отдыхающих значительно выгоднее на скорую руку обслужить максимальное количество туристов, чем с пониманием отнестись к единицам. Не совсем понятно — зачем их отгонять. Впрочем, возможно, не так уж и непонятно. Мест на открытых площадках мало, а случайный клиент всегда проведет в кафе куда меньше времени, чем более-менее постоянный.

Только не надо думать, что так к вам отнесутся в любом из пляжных ресторанов. От «Изворы», например, у нас остались самые приятные воспоминания. Правда, это может быть то самое исключение, которое обычно подтверждает правило. «Извора» — большой ресторан. Не было случая, чтобы там не хватало мест. Независимо от времени суток. А может быть, нам просто не повезло.

Еще одно немаловажное ресторанное наблюдение. Старайтесь идти туда с заранее разменянными деньгами и отдавайте официанту именно ту сумму (с чаевыми она или без — не имеет значения), которую вы хотите отдать. Персонал кафе отлично видит — довольны вы обслуживанием или не очень.Если шансов дождаться честных чаевых от клиента нет, официант постарается обеспечить их себе принудительно. Скажем, у него не окажется сдачи, он пойдет ее искать и, будьте уверены, не найдет до тех пор, пока вы просто не уйдете из ресторана. Утверждение не голословное. Проверяли на себе в заведении «Happy Grill & Bar». Кофе нам был принесен сразу — еще до салата, горячее — почти холодным, о клубнике со сливками официант — юноша лет восемнадцати — забыл вовсе. Нам оставалось только наблюдать, с какой непосредственностью он, уже взяв деньги, прятался за барной стойкой, ожидая, — когда же мы все-таки исчезнем. И ведь ладно если это — от стыда, не так было бы противно, а то ведь от элементарной жадности.

Кстати, лично меня очень раздражают расчеты напрямую с официантами, а не через кассу. В Москве клиенту приносят чек закрытым, — суммы на нем никто не видит. Вкладываешь деньги в обложку, в ней же получаешь сдачу. Здесь же купюры приходится пересчитывать у всех на виду, да еще с «висящим» над тобой официантом, всячески демонстрирующим, — как сильно его задерживают. Впрочем, это — не болгарская, а, скорее, европейская традиция. Не могу сказать, что от этого я готов относиться к ней лучше.

Такси — отдельная песня. Когда уже дома я пытался заговорить с кем-нибудь о навязчивости местных частных перевозчиков, то обычно слышал: это ты не видел настоящей восточной навязчивости. Учитывая, что и в золотопесковских таксистов иногда (ну, иногда) хотелось кинуть чем-нибудь тяжелым, «настоящий восток» мне явно противопоказан.

Я стою на автобусной остановке у гостиницы «Бриз» в компании двух молодых женщин — моей сослуживицы и ее сестры. Расписания нет — мы просто ждем ближайший рейс в Варну. И тут появляется таксист. Ко мне он не обращается вовсе, видимо опыт ему подсказывает, что главное — уговорить женщин, а мужчина в такой ситуации никуда не денется. Автобуса нет минут пятнадцать — за это время таксист не закрыл рта ни разу. Красноречия моих спутниц хватало только на то, чтобы вяло отнекиваться. На что парень внимания совершенно не обращал. Мы успели узнать, что автобусы ходят редко и едут до города очень долго — не меньше часа, что они старые, небезопасные и пропахшие потом, что дорога в Варну стоит двадцать левов, но нас он отвезет всего за десять — нет, даже за восемь (отсюда и вывод, что на большую сумму соглашаться не следует). Главное, что уже за первые пять минут он успел надоесть так, что если бы мы и решились поехать на такси, то наверняка выбрали бы другую машину и другого водителя. Таксист же, поняв, что пассажиров из нас не получается от увещеваний перешел к гадостям, успев до прихода автобуса объяснить нам всю меру нашей глупости. А потом, как ни в чем не бывало, пошел искать других клиентов. Как он вообще кого-либо находит, если позволяет себе так тратить время — загадка. Да и конкуренции среди водителей не видно. Если вы уезжаете со стоянки, то машину вам выбрать не дадут. В какую садиться покажут сами.

С таксистами я столкнулся еще дважды. Первый раз в тот же день, при возвращении в Золотые Пески. Абсолютное дежа вю. Площадь перед кафедральным собором Кирилла и Мефодия, по совместительству автостанция и стоянка — совершенно желтая от такси. Откуда-то из-за спины выныривает парень в синей обвисшей футболке и полушепотом начинает уговаривать нас поехать с ним. Зачем ему понадобилась такая секретность, — не знаю. Не исключено, что на больших стоянках дурным тоном считается поиск клиентов «за спиной» коллег, что-то вроде нарушения профессиональной этики. Может быть, его побили бы за это свои же. Как обычно «торговля» началась примерно левов с двадцати, а затем цена плавно снижалась с каждой минутой. В конце концов, я просто перестал ему отвечать, но даже после этого сразу таксист не ушел. Еще несколько минут стоял рядом и что-то бубнил на плохом русском.

Еще раз нас — уже с Наташей и Кирой — таксист попытался перехватить по дороге в дельфинарий. К счастью, в этом случае длинного разговора не получилось, — до автобусной остановки было еще далеко, и мы просто не остановились. А уходить далеко от своей машины водитель, по всей видимости, не хотел. В целом же, многие отмечают, что такси в Болгарии — транспорт надежный и недорогой. Если действительно хотеть им пользоваться. Мы — не хотели, что для иностранных туристов, скорее всего, не очень характерно. Отсюда и возникшее непонимание. Парадоксально, но единственный раз, когда мы были готовы остановить первую попавшуюся машину — Кира перегрелась и у нее закружилась голова — машины рядом как раз и не оказалось. Впрочем, это случайность.

Кстати, этот случай позволил нам познакомиться и с местной медициной, точнее, одним медпунктом в отеле «Метрополь» — он оказался в тот момент ближайшим. Сразу хочу заметить: оформленная еще в Москве через турфирму медицинская страховка ничем нам не помогла. Кидать камень в сторону страховщиков мне бы не хотелось, но как позже удалось понять из разговора с представителем «Невы» воспользоваться страховкой можно только пройдя определенную процедуру. Первым делом позвонить человеку из страховой компании, который должен сказать, к какому именно врачу следует обратиться, а потом найти этого врача или поликлинику. То есть если у вас в гостиничном номере заболел живот, а рядом есть человек, который сможет «сесть на телефон», то, скорее всего, страховкой вы воспользуетесь. Но какова вероятность, что врач потребуется именно в этой, почти идеальной, ситуации?

Наша ситуация была совсем не идеальной. Другое дело, что в медпункте нас приняли сразу, не задав ни одного лишнего вопроса. Дежурный педиатр тоже оказался на месте. Правда, помощь Кире не потребовалась: посидев минут пять в прохладной комнате, она почувствовала себя хорошо и пошла в отель совершенно самостоятельно. Десятиминутный визит к врачу обошелся нам в пятьдесят левов. Кроме не слишком ценных рекомендаций мы получили упаковку детских растворимых витаминов. Естественно, за отдельную плату. Пила их Кира неохотно (слишком резкий вкус), перемазав при этом большинство своих футболок, — краситель в витаминах оказался на редкость стойким.

Что касается пляжного персонала, то с ним не конфликтовал никто — какой смысл. Видимо, курортное разгильдяйство приобретает здесь почти анекдотические формы. Однажды я стал случайным свидетелем разговора двух дежурных по пляжу. Болгарский язык — довольно понятный, разобраться было не сложно. Один дежурный жаловался другому, что из Варны в качестве сезонных рабочих обещали прислать группу студентов и, вроде бы, уже несколько дней, как прислали. Вот только студентов этих до сих пор никто не видел. Судя по всему, те сами стали отдыхающими.

Трудно предъявлять претензии тем, у кого просто не хватает рук успевать делать все. Только разве туристы в этом виноваты? Вот и приходилось по утрам выбирать на пляже место почище и просить Киру строить свои песчаные сооружения поближе к воде. Чтобы достойным завершением очередной башни становилась красивая ракушка, а не позавчерашний окурок. Трактор для чистки песка мы видели на пляже всего дважды. Если по мере повышения сезона он будет появляться чаще, можно считать, что все в порядке. Кстати, пространство вокруг детских площадок уборщики, надо отдать им должное, чистили вручную каждый вечер. И за их чистоту мы не опасались.

11. Страна и люди.

Золотые Пески — двуязычный курорт. Русско-немецкий. Процентов на девяносто. И проценты эти распределяются примерно в равных долях. В магазинах и ресторанах на других языках с туристами даже не заговаривают. Оценивают по внешнему виду — если человек один или прислушиваются к разговору — если группа. Иногда ошибаются, но переходят с языка на язык без видимых усилий. Музыканты, после каждой композиции говорят публике: «Спасибо, Danke». Иногда добавляют «Thank you» для тех странных людей, которые их до сих пор не поняли.

Нет, сказать, что представителей других стран мы на курорте не встречали, было бы явным преувеличением. Например, в Несебр вместе с нами ехала пожилая пара из Финляндии, а однажды вечером Кира разыгралась на детской площадке с двумя мальчиками — англичанами. Старший — лет двенадцати — опекал своего младшего брата, чуть моложе Киры. Заодно прихватил в компанию и ее. Качал на качелях, развлекал игрой «в паровозик». Правда, имени «Кира» ни старший, ни младший правильно произнести так и не смогли, — пришлось ей согласиться на «Керин», что в игре совершенно не мешало. Что касается отдыхавших в Золотых Песках болгар, то они, почему-то держались скованно и обособленно. Найти на пляже русскоязычные или немецкоязычные компании не составляло никакого труда: более того, часто они возникали стихийно. Болгары же предпочитали держаться поодиночке или семейно. Вряд ли это связано с местными традициями — скорее всего, людям, приезжающим позагорать на уик-энд, компания просто не требовалась.

Кстати, очень бросается в глаза разница в составе отдыхающих из разных стран. У нас Золотые Пески в большей степени, нежели другие болгарские курорты, имеет статус «детского». В результате, большинство россиян здесь — молодые, от двадцати пяти до тридцати пяти, пары, с детьми — чаще всего дошкольного возраста. Для Киры найти себе сверстников — приятелей никогда не составляло проблемы. Бывало, что они играли самостоятельно, а иногда — особенно если дети подбирались разновозрастные — руководство в свои руки брал кто-нибудь из родителей. Кстати, бабушек на курорте оказалось не так уж много — по сравнению с количеством мам и пап, во всяком случае.

Российских бабушек, разумеется. Про немецких — отдельный разговор.

Я намеренно несколько раз употребил неуклюжее слово «немецкоязычный». В конце концов, значительная (и, что характерно, приближенная к Болгарии) часть Европы говорит на этом языке, а нюансов в диалектах мы все равно не поймем. Так что здесь могли быть и немцы, и бельгийцы, и швейцарцы (хотя, прямо скажем, им-то что здесь делать при близости к Средиземному и Адриатическому морям), и австрийцы и многие другие. Так вот, «немецкоязычные» туристы были здесь двух категорий: либо молодые, чаще всего мужские, компании, либо пенсионеры. Отсюда и разговор про «немецких бабушек». Дедушек, впрочем, тоже.

Бабушки и дедушки выходили на пляж раньше всех и уходили последними (нас в расчет можно не брать — кроме нас купаться в семь утра и восемь вечера желающих, как правило, не находилось). Изо дня в день они занимали на берегу одни и те же места, сдвигая в круг по полтора десятка шезлонгов. Это было так заметно, что к излюбленным пенсионерами местам уже никто не приближался. Любимых отелей у них не было — судя по всему жили они во всех — независимо от звездности. Почему среди немцев так популярна Болгария — для меня лично необъяснимо. Море здесь хорошее, но далеко не самое чистое в Европе, люди они достаточно обеспеченные и могли бы позволить себе курорт подороже. Особенно та их часть, что останавливалась в пятизвездных гостиницах. Внутри-то там может и люкс, но снаружи — все те же Золотые Пески. Наташа, правда, предположила, что многие из них живут в Болгарии все лето: весьма вероятно, учитывая, что и в начале и в конце своего отдыха мы видели в отеле и на пляже одни и те же лица.

Что касается мужских компаний, но чаще всего они довольно шумные и бесцеремонные. Похожи на просто дружеские или группы коллег (может, их предприятия сюда отправляют по «профсоюзным» путевкам) — явно в них все друг друга знают. Нет, о нетрадиционной ориентации здесь речь не идет — все вполне традиционно, и девушки в таких компаниях тоже мелькают. Но их — меньшинство. По вечерам молодые немцы пьют пиво в открытых ресторанчиках, днями — делают то же самое у бассейнов или просто спят в шезлонгах. Это я не в осуждение — отдыхать можно и так, лишь бы им самим нравилось, но на экскурсии они не ездят, рыбалкой не интересуются. Странно, учитывая возраст. И еще им бы чуть-чуть воспитанности. Однажды днем, во время Кириного сна, Наташе даже пришлось выйти в коридор гостиницы, узнать — что случилось, когда оттуда послышались крики. Оказалось, что два только заселившихся в соседний с нами номер парня, решили показать всему отелю — как им хорошо. Открыли настежь двери и начали с хохотом кататься по полу. Пришлось Наташе доступной мимикой показать, — что она о них думает. На некоторое время помогло.

А вот с болгарами нам пообщаться, в общем-то, и не пришлось, если не считать официантов, продавцов и водителей. Общее впечатление: совершенно не чувствуешь себя за границей. По-русски говорят практически все, причем многие очень хорошо и с видимым удовольствием. На третий — четвертый день мы просто перестали задумываться, как нам обращаться к окружающим. Начни мы говорить по-английски, — нас бы просто не поняли, во всех смыслах. Водители микроавтобусов в меру своих знаний старались изобразить видимость экскурсии — неумело, но от чистого сердца. Люди на улице отвечали на вопросы, подсказывали дорогу. И кто сказал, что в странах бывшего соцлагеря к нам относятся плохо?

12. Варна.

Ехать до Варны вовсе не час, как пугают туристов таксисты. Автобус — даже с остановками — проходит восемнадцать километров минут за тридцать…

Сначала мы увидели Варну сверху. Самолет снижался со стороны моря, и под нами минут десять проплывали курортно-портовые пригороды. Прилепившиеся к склонам невысоких холмов крыши маленьких домиков в сплошной зелени дворов и улиц, типовые девятиэтажки — облезлые, потерявшие всякий цвет. Наверное, так выглядел бы с воздуха какой-нибудь наш областной центр. Но я так давно не летал на самолетах, что сравнить было не с чем. Даже аэропорт, несмотря на стройные ряды «Ту-154» местной авиакомпании, выглядит совершенно провинциально. Не видно суеты и беготни, на антеннах сидят птицы, в траве, прямо у взлетной полосы, копошится что-то мелкое, вроде сурка или луговой собачки. Наверное, когда прилетают несколько рейсов одновременно, толкотня возникает и здесь, но наш самолет оказался в тот момент единственным.

По центру Варны мне удалось погулять лишь однажды. Еще один раз мы втроем — с Наташей и Кирой — побродили по Приморскому парку. И несколько раз проехали по городу на автобусе. Ощущение «уездного города» от этого только усилилось. Наташа даже сказала: «ну прямо Вятка».

Старая часть Варны — зеленая и малоэтажная. Нет, не деревенская, но домов больше четырех — пяти этажей не много. Возраст зданий очень разный и все они смешаны совершенно бессистемно. Возможно, это непродуманная градостроительная политика, а может быть здесь просто принято так строить. Деревьями засажены все обочины улиц и дворы, так что найти в городе тень не сложно даже в самые жаркие и солнечные дни. Это, правда, в большей степени касается улиц больших и центральных — переулки больше напоминают узкие каменные коридоры. Но туристы-то по центральным улицам и ходят, благо для прогулки их вполне достаточно.

Совсем по-другому выглядят окраины. Когда в день прилета нас впервые везли по Варне, сопровождающая группу дама пыталась в двух словах рассказать о том, что можно увидеть за окном. В пригородах она особенно упирала на активное жилищное строительство, новые современные районы, красивые и комфортные. Есть и такие. А есть целые районы блочных многоэтажек постройки, этак, годов шестидесятых, выглядящих ничуть не лучше своих собратьев в средней полосе России. Тем не менее, Варна смотрится со стороны очень целостно, действительно единым городом, несмотря на всю свою эклектичность.

Чаще всего, мы видели восточную часть Варны, ту, откуда начинается дорога в Золотые Пески. Если ехать на автобусе, то границу города очень легко не заметить — это всего лишь небольшая табличка у обочины. Все остальное плотно застроено отелями и виллами. Дорога постоянно идет вдоль моря, но видно его не всегда. Прямо от въезда в Варну начинается большой Приморский парк, широкой полосой отделяющий городские кварталы от зоны отдыха. Пляж здесь тоже есть. Мы видели его издали, но, как нам показалось, от Золотых Песков он не отличается ничем, кроме, разве что, размеров. Напротив парка — Дворец культуры и спорта, занятый в обычное время автосалоном и мемориал воинам — освободителям Варны. Кстати, и то, и другое — лучшие ориентиры для поездки в дельфинарий.

Варненский дельфинарий — одна из местных культурных достопримечательностей. Во всяком случае, без его упоминания не обходится ни один путеводитель. Стоит он на самом краю парка и если бы не многочисленные указатели, найти его в густой зелени оказалось бы делом нелегким. Самого представления я не видел, — на него ходили Наташа и Кира. Билеты дорогие — взрослый тридцать шесть левов (тринадцать долларов), детский — восемнадцать. Собственно, это и явилось причиной, почему я предпочел посидеть час за столиком маленького ресторанчика с видом на море. С моря тянуло прохладой, и я, за кружкой пива, чувствовал себя замечательно. Более того, в цокольном этаже дельфинария обнаружился бар со стеклянными стенами, откуда фрагменты представления можно было увидеть снизу, из-под воды. Конечно, видно было немного, но дельфины пищали громко, зрители аплодировали долго и с удовольствием. Кира мероприятием осталась вполне удовлетворена.

Кроме дельфинария в Приморском парке расположились зоопарк и небольшой террариум (точнее, «экзотариум», как его здесь гордо называют). Причем под экзотариум отведен ничем не примечательный деревянный домик со скрипучими лестницами. Клетки и аквариумы с его обитателями расставлены внутри так неплотно, а щелей между ними так много, что остается неясным, — как отсюда до сих пор никто не сбежал или уполз. Впрочем, не будем кривить душой: вольеры с наиболее опасными существами вроде ядовитых змей или пауков были закрыты плотно. Правда, за посетителями никто из обслуживающего персонала не наблюдает и, теоретически, если кому-нибудь взбредет в голову погладить кобру по спинке, остановить его будет некому. Кира тоже периодически порывалась прижаться носом к стеклу, чтобы получше разглядеть спрятавшегося паука или ящерицу — приходилось принудительно «соблюдать дистанцию», даже если с нее вид был и не самый эффектный. Дольше всего мы задержались у вольера с хамелеонами, которые сидели на живописно расставленных корягах и меняли раскраску всякий раз, когда к ним кто-нибудь подходил. Но главное — они обедали. Кира совершенно зачарованно следила, как то один, то другой прицеливались в бегающих по вольеру кузнечиков и выстреливали языком. Далеко, между прочим. Мне показалось, что чуть ли не на длину собственного тела. Имеет экзотариум и собственный небольшой бизнес. В змеином отделении один из сухих аквариумов был заполнен кучей маленьких питонов. Рядом стояли ценники — питончики предназначались на продажу. Судя по тому, что только в Золотых Песках на пляже мы видели нескольких фотографов, предлагающих сняться в обнимку с удавом, а курортов вокруг немало, спросом такой товар пользуется.

А вот зоопарк в Варне совершенно деревенский. Даже не столько по количеству животных (хотя их здесь совсем немного и собраны они явно «с миру по нитке»), сколько по их подбору. Никакой особой экзотики. Несколько хищников, но они есть почти везде — даже в передвижных зоопарках, пара страусов, ламы… Зато целая стая гусей гуляет между клетками совершенно свободно. Нам даже пришлось сделать большой крюк, чтобы их обойти. Гуси — птицы нервные и кусаться любят. Тем более, когда их много. А самое большое «представительство» в зоопарке у коз. Породистых, но вполне обычных. Интереснее всего, что мы застали в вольере новорожденных козлят. Возможно даже родившихся в этот день. Уже пушистых, но еще совершенно не стоящих на своих ногах. Около козлят Кира и сфотографировалась. После этого нам осталось только пройти мимо трех клеток с обезьянами, где задумчивый макак, к большому Кириному удивлению, выковыривал косточки из черешни и сосредоточенно их разгрызал, совершенно не интересуясь мякотью.

А вообще, Варна — приятный город. Мы даже подумали, что для хорошего отдыха в Болгарии совершенно не обязательно выбирать признанные курорты. Море и пляжи в Варне ничуть не хуже, цены — вдвое ниже, чем в тех же Золотых Песках. Стоимость отелей мы не узнавали, так ведь и необходимости такой у нас пока не было.

Кстати, именно в Варне я единственный раз за всю поездку столкнулся с характерной болгарской реакцией, считающейся чуть ли не «визитной карточкой» страны, и описываемой где только возможно. Противоположными кивками «да» и «нет». В Золотых Песках встретить этого практически невозможно (мы и не встретили): слишком много иностранцев и болгары уже давно кивают так, как привычно туристам. В Варне туристов тоже достаточно, но, видимо, местным жителям общаться с ними доводится не так часто. Недалеко от Собора Кирилла и Мефодия я заглянул в маленький книжный магазин, — очень хотелось приобрести карту города, ходить по Варне наугад оказалось довольно сложно. За прилавком работала совсем юная продавщица; к ней я и обратился. Девушка внимательно выслушала мой вопрос и, не говоря ни слова, мотнула головой. Горизонтально. Я этот кивок понял именно так, как поняли бы его абсолютно все. Не болгары. Развернулся и уже сделал движение к входной двери, когда девушка на хорошем русском произнесла: «да, конечно, карта самая новая и актуальная».

А еще над Варной пролетают пассажирские самолеты. Везут народ на курорты.
* * *

Полночь. Мы сидим в баре с завлекательным названием «100 коктейлей» за самым дальним столиком открытой веранды. С одной стороны переливы неоновых вывесок, музыка, шум ночных Золотых Песков, с другой — едва слышное урчание прибоя и абсолютная чернота. Особенно резкая на фоне огней дискотек и отелей.

- Когда мы уедем — говорит Наташа, — ты будешь скучать по всему этому?
— По тому, что слева — я киваю в сторону курорта, — нет. По морю — да.

Нам было здесь плохо? Конечно, нет. Мы вернемся в Золотые Пески? Не знаю. Слишком много в мире других интересных мест.

Болгария. 6—20 июня 2003 года.
Москва. Июнь — июль.

Статья разбита на нескольких частей. Читайте предыдущую часть

| 25.07.2003 | Источник: 100 дорог |


Отправить комментарий